В России началась вторая волна девальвации. В чем причина обвала рубля?

В гостях у Романа Щепанского Игорь Савельев, вице-президент компании "Неокон"

Р.Щ. – В прошлом году была большая лафа. В июле прошлого года баррель нефти стоил 147 долларов 20 центов. Наши аналитики много писали в СМИ, что реальная цена доллара – 13-15 рублей.

И.С. – Часть аналитиков так считала.

Р.Щ. – Вы согласны с ними?

И.С. – Действительно, субъективно курс рубля был на уровне 13-15 рублей за доллар.

Р.Щ. – Эти эксперты и аналитики говорили: "Какие плохие Кудрин и Центробанк. Если бы был дешевый доллар, нам было бы всем лучше".

И.С. – Это спорный вопрос.

Р.Щ. – Было бы лучше покупать доллары за 13-15 рублей, чем за 20 рублей?

И.С. – Но так становится дешевле импорт, наша продукция становится менее конкурентоспособной, чем продукция других государств, Соединенных Штатов Америки, Китая. Слабый рубль стал бы катастрофой для нашей промышленности.

Р.Щ. – Но денег было много, как грязи. Можно было дотировать те или иные отрасли производства, как это делает Европейский Союз в сельском хозяйстве.

И.С. – Для фермерских хозяйств альтернативы этому нет. Сельское хозяйство убыточно по определению, если оно не дотируется государством. Но дотировать все отрасли невозможно. Государство получало не так много денег от сверхдоходов. Главная прибыль была у нефтяных компаний. Бюджет получал 10-20 процентов.

Р.Щ. – Но это большие деньги при цене 147 долларов 20 центов.

И.С. – Они шли в Стабфонд, который сейчас мы используем.

Р.Щ. – Почему дешевеет рубль? Обывателям это объясняют так: "Нефть дорожает – рубль укрепляется, нефть дешевеет – рубль слабеет". Это довольно примитивное объяснение?

И.С. – Да, потому что изменение цены на нефть – это формальный повод изменения курса рубля. С февраля курс рубля зависит только от воли Центробанка. Как захочет Центробанк, столько и будет стоить рубль. В апреле, когда был трансферт средств из резервного фонда в рубли из валюты, Центробанк на два дня поднял официальный курс доллара, чтобы бюджет получил больше рублей. Потом доллар опустили обратно. Сейчас Центробанк готовится к сильной или слабой девальвации.

Р.Щ. – За последние два дня для поддержания курса рубля было потрачено 4 миллиарда долларов. По сравнению с осенью это небольшие деньги. Насколько хватит Стабфонда?

И.С. – Он имеет прямое отношение к курсу доллара, но резервный фонд сейчас состоит из 95 миллиардов долларов. Его точно хватит на 2009 и на часть 2010 года. На это рассчитан прогноз Министерства финансов.

Р.Щ. – Что дальше, если цена на нефть будет низкой?

И.С. – Дальше должен быть внешний займ, про это Кудрин вел переговоры весной.

Р.Щ. – Кудрин сказал, что в 2010 году, возможно, мы прибегнем к внешнему заимствованию. Он сначала сказал про 10 миллиардов, потом про 7,5 миллиардов долларов. Именно такую сумму мы дали в кредит. Зачем мы отдали эти деньги, если неизвестно, кто и когда вернет их?

И.С. – Это необходимо для поддержания внешнеэкономического престижа. Россия довольно много потеряла в своей внешней деятельности. Сейчас надо любыми способами удерживать условных союзников.

Р.Щ. – После того, как никто на постсоветском пространстве не признал Южную Осетию и Абхазию, Россия не поняла, что у нее нет союзников? Мы дали 2 миллиарда долларов Бишкеку, получили согласие убрать американскую базу, но американцы остались.

И.С. – Это покупка друзей. Но у нас нет альтернативы. Можно вспомнить Лукашенко, который в обмен на признание Южной Осетии и Абхазии просил деньги, причем не в рублях, а в долларах.

Р.Щ. – Ему часть дали в долларах, а когда ему предложили рубли, Лукашенко сильно обиделся, сказал, что обратится к Западу. Почему он не хочет брать рубли?

И.С. – Потому что рубль не является валютой международных расчетов. Рассчитываться за рубли Лукашенко может только с Россией. Доллар надежнее. Если упадет доллар, за ним упадут все. А рубль не является мировой валютой, с ним работать не безопасно, слишком большие риски, лучше получить доллары.

Р.Щ. – Бери, что дают. Другого варианта нет.

И.С. – У Лукашенко был вариант.

Р.Щ. – Он сказал, что если ему не дадут доллары, он пойдет на Запад. Вы сказали, что сейчас придерживают курс рубля, готовясь к плавной девальвации. Зачем сейчас тратить миллиарды долларов, зная, что девальвация будет?

И.С. – Такой же вопрос был осенью и зимой, когда было понятно, что рубль упадет сильно.

Р.Щ. – Нас убеждали, что кризис нас не коснется, мы останемся островком стабильности.

И.С. – Это экономическая сказка, потому что Россия – это экспортноориентированная экономика, которая сильно зависит от мирового спроса. Экономистам было понятно, что у российской экономики будут сильные проблемы.

Р.Щ. – Нас вводили в заблуждение, чтобы люди не побежали снимать деньги из банков?

И.С. – Да. Что будет, если скажут, что все будет плохо?

Р.Щ. – Если бы сказали, что кризис ударит не только по Америке, но и по нам, что сделали бы люди?

И.С. – Люди побежали бы забирать деньги из банков.

Р.Щ. – Что было бы тогда?

И.С. – Банковский кризис. Но не такой, как осенью, когда был легкий кризис ликвидности, а это было бы похоже на штурм банков. Помните, как это было?

Р.Щ. – Напомните.

И.С. – Тогда люди стояли в очередях, например, в 1998 году, в 2004 году тоже встала платежная система. Это не просто банковская система, а система платежей. Этого никто не может допустить.

Р.Щ. – Эта ложь была во благо? Это было сделано для спасения нашей банковской системы?

И.С. – Я бы не сказал, что это было ложью, потому что летом многие в это искренне верили.

Р.Щ. – Рубль упал, мягкая девальвация идет.

И.С. – Совершенно верно.

Р.Щ. – Россия сильно зависит от цен на нефть. Индийская валюта упала на 2,5 процента по отношению к доллару, но у них нет нефти. Почему происходит падение валют развивающихся государств, у которых нет нефти и газа?

И.С. – Большинство развивающихся государств работают на экспорт. Дешевая внутренняя валюта снижает себестоимость и увеличивает валютную выручку экспортеров. Чем дешевле собственная валюта, тем выгоднее экспортировать товары, тем проще работать промышленности. Сейчас большинство государств готовится к гонке девальвации, когда ряд государств резко девальвирует свою валюту.

Р.Щ. – Не противоречите ли вы себе? Китай тоже экспортирует, и очень много. Многие валюты рухнули, но юань стабилен по отношению к доллару.

И.С. – У Китая долгое время был регулируемый курс юаня.

Р.Щ. – Центробанк тоже регулирует курс рубля.

И.С. – Формально рубль – это свободно конвертируемая валюта.

Р.Щ. – Мы знаем, что Центробанк держит рубль в коридоре.

И.С. – Это неофициально. Утром Центробанк не говорит, что сегодня рубль будет стоить столько-то. В Китае так было, когда курс был фиксированным. Более того, Китай сейчас пытается резко переориентироваться с экспорта на внутренний спрос.

Р.Щ. – Они строят дороги, потратили 500 миллиардов долларов.

И.С. – Его экспорт падает стремительно. Китай пытается всеми силами удержаться на темпах роста.

Р.Щ. – У него 2 триллиона долларов в запасе.

И.С. – Они в облигациях.

Р.Щ. – Что будет, если у нас не станет Стабфонда?

И.С. – Появятся внешние займы.

Р.Щ. – Аналитики говорят, что, возможно, тогда курс доллара составит 50-70 рублей.

(Подробности интервью слушайте в аудиофайле)

16 июля 17:03