Кто такие бизнес-ангелы?

В гостях у Игоря Игорева Александр Каширин, председатель правления Национального содружества бизнес-ангелов

И.И. – Сегодня мы поговорим об инновациях. Кто такие бизнес-ангелы? Как привлечь их к финансированию проектов? Насколько сегодня востребована их деятельность? В кризис все стараются экономить. Мы с нашим гостем встречались около 2 лет назад. Тогда не звучали со всех трибун слова «нанотехнологии», «модернизация», «инновации». Сейчас все это востребовано, об этом много говорят, может быть, не всегда за словами стоит дело. Тем не менее, сегодня востребованы бизнес-ангелы? Откуда у них деньги, ведь в кризис приходится всем ужиматься?

А.К. – Начнем с определения того, кто же такие бизнес-ангелы. Бизнес-ангелы – это частные инвесторы, которые вкладывают свои средства в инновационные компании на самой ранней стадии, которая называется посевной. Компания начинает в это время производить опытный образец. Это самая ранняя стадия. Компания имеет разработку, которую надо превратить в продукт и продавать на рынке. Откуда приходят бизнес-ангелы? История развития бизнес-ангелов говорит о том, что это в основном средний класс, топ-менеджеры, врачи, адвокаты, которые имеют некий инвестиционный портфель. Его обычно диверсифицируют. Часть средств вкладывают в недвижимость, в ценные бумаги, а часть в инновационные компании на самых ранних стадиях. Почему они это делают? Потому что, как показывает практика деятельности в сфере инвестиций, это самые высокодоходные инвестиции даже по сравнению с венчурными инвестициями. Здесь доход выше. Об этом говорит статистика, исследования, которые были проведены за 20 лет. Поэтому это привлекательные инвестиционные механизмы, которые позволяют инвесторам получать высокий доход.

И.И. – Эти люди, как правило, не афишируют свою деятельность. Тем не менее, большое количество компаний мира создано именно благодаря финансированию частных инвесторов.

А.К. – Совершенно верно. Они это не афишируют, потому что это такой стиль сферы инвестиций. Инвестор не афиширует, куда он вкладывает свои деньги: в недвижимость или в фондовый рынок. Это отличает инвестиции в высокие технологии. Ясно, что недвижимость – это осязаемая вещь, которую можно увидеть, по крайней мере, вообразить. Вы вкладываете деньги в реальный бетон, цемент и так далее.

И.И. – А здесь высокая степень риска.

А.К. – Она высочайшая. Когда вы вкладываете, вы должны оценить будущее, эту компанию, этот проект. Это длинные деньги, которые даются без залога и без гарантий. У вас нет гарантии, есть только доля в компании. Это достаточно сложная профессия, которую должен приобрести бизнес-ангел. Он должен разбираться в вопросах рынка, конкуренции, экономики проекта, интеллектуальной собственности для того, чтобы эффективно работать в этой системе. В этом смысле для бизнес-ангелов создан интересный механизм, который называется сети или объединение бизнес-ангелов. Представьте себе, что бизнес-ангел работает где-то, он хочет инвестировать в инновационную компанию. Как ему найти эти инвестиционные компании? Ему надо бросить свою основную работу и искать эти компании. Таким образом может ничего не получиться, он больше потеряет на своей работе, он должен полностью перейти в эту сферу. Исторически бизнес-ангелы объединяются в сети или объединения. Эти сети осуществляют серьезную работу для бизнес-ангелов, во-первых, они организуют поток проектов. Таким образом они открывают шлюз, предлагают участвовать в проекте, объясняют, что имеют инвестиционные ресурсы. Наша практика показывает, что обычно такие инвестиции приходят в слабо подготовленные проекты. Главная проблема в том, что их обычно представляют разработчики, которые много знают о своем деле, но совершенно не знают, как из этого сделать продукт, кому его продать, какие конкурентные преимущества есть у этого продукта по сравнению с уже существующими продуктами, с которыми он конкурирует на рынке. Таким образом, и для наших инновационных предприятий, и для бизнес-ангелов это новая профессия. Поэтому необходимо повышать квалификацию. Эта проблема не только для нашей страны, но и для многих государств Европы, особенно Восточной Европы, где тоже только начинается развитие сетей бизнес-ангелов. На мой взгляд, очень удачно то, что Российская венчурная компания и Национальное содружество бизнес-ангелов проводят семинары, тренинги для повышения квалификации, получения навыков оценки компании, проведения тщательной проверки этих компаний. Появляется представление, что может заработать инвестор, вложив в компанию свои средства.

И.И. – У нас не принято ориентироваться на «длинные» деньги. Нам надо сейчас и побольше. Тому инвестору, который будет вкладываться в компании, тоже хочется быстрее заработать, тем более, в кризис. Во многих государствах Европы все шатко, тем более у нас. Насколько сейчас это востребованное и возможное направление деятельности? Надо вытащить деньги из одного кармана, положить их в другой, не зная, чем все это обернется в дальнейшем.

А.К. – Это очень важный вопрос. Как повлиял кризис на ситуацию в этой сфере? Мы были поражены, увидев, сколько к нам пошло инвесторов. Они пошли достаточно быстро, потому что приходят инвесторы как институциональные, то есть предприятия, так и физические лица. Они раньше вкладывали в недвижимость, но сейчас она не дает такой отдачи, как и финансовый рынок. Они стали искать новые сферы приложения своих средств. Постепенно появилась тенденция, тренд. Мы его отметили. В ходе кризиса он усиливается. Второй момент заключается в том, что бизнес-ангелам необходима квалификация. Но необходимо и снижение рисков. Сама квалификация позволяет снизить риски, но должны быть еще и механизмы соинвестирования, которые тоже дают возможность снизить риски. Поэтому очень важна новая программа Российской венчурной компании, которая в конце прошлого года объявила о создании фонда посевного инвестирования. Этот фонд предлагает частным инвесторам разделить риски в соотношении 75 к 25 процентам. 75 процентов – это риск фонда. Таким образом, если вы вкладываете в одну компанию, которая вам понравилась, которая, как считается, достаточно перспективна для инвестирования, человек может прийти в фонд и получить 75 процентов от той суммы, которую требует компания. Только 25 процентов частных средств, 75 процентов – это государственные средства. Таким образом объем инвестиций, которые есть, можно разделить на большее количество компаний. Это тоже снижает риски. Кроме того, можно снизить риски вложения в одну компанию. За то время, которое мы с вами не виделись, многое изменилось. На мой взгляд, сейчас есть определенные сдвиги для того, чтобы система бизнес-ангельского инвестирования, венчурного инвестирования развивалась. Очень интересно, что и молодежь активно откликается на то, чтобы создавать новые инновационные проекты, которым необходимы инвестиции. Поэтому есть тенденция роста потоков инновационных проектов. Другое дело, что пока квалификация тех проектов, которые представляются на посевной стадии, низка. Но это тоже дело времени.

И.И. – Для этого нужен бизнес-план.

А.К. – Совершенно верно.

И.И. – Надо уметь представить свой бизнес-план. Известно ли что-то об объеме рынка частных инвестиций? Что инвестируют? Какие предприятия этим занимаются, какие направления они выбирают?

А.К. – Начнем со второй части вопроса. Конечно, самое популярное в процентном соотношении – это инвестиции в проекты информационных технологий, программного обеспечения, то есть туда, где надо иметь не очень большое количество средств. Это примерно 40-50 процентов от тех объемов инвестиций, которые идут в целом в сектор. По России объем инвестиций бизнес-ангелов невозможно назвать. Но можно их сравнить с теми объемами, которые есть в Соединенных Штатах Америки. Там около 250 тысяч бизнес-ангелов. Они каждый год вкладывают 25 миллиардов долларов в 50 тысяч компаний. У нас, по нашим данным, все в тысячу раз меньше. То есть у нас 250 бизнес-ангелов, которые вкладывают деньги примерно в 50 компаний примерно 25 миллионов. Это только приблизительные показатели, это экспертная оценка, но не более того. На самом деле это движение только начинается. Не надо этого бояться. В Европе это движение тоже началось примерно 25 лет назад. Это было в конце 80-начале 90-х годов. Поэтому мы не так сильно отстали, как может показаться. Но для того, чтобы активизировать работу в этой сфере деятельности, на мой взгляд, необходимо создавать стимулирующее воздействие, должны быть определенные мотивации, в том числе, в налоговой сфере, которые бы создавали тягу инвесторов к инвестированию в инновационные компании.

И.И. – Здесь имеет место и формальный бюрократический подход. Вы говорите о схемах, где финансовые решения принимаются довольно гибко. Но на законодательном уровне это не отрегулировано.

(Подробности интервью слушайте в аудиофайле)

1 февраля 13:40