Что такое сказки?

С.Сух. – Небольшая справка. Сергей Седов родился в 1954 году в Москве, окончил Московский педагогический институт, дебютировал на семинаре молодых писателей в Пицунде со сказками о мальчике Леше, который умел превращаться во все на свете. Есть и другие произведения, все перечислять не будем, о некоторых поговорим сегодня. Как у нас в стране обстоят дела с детской литературой? Забыта или, наоборот, на подъеме сейчас?

С.С. – Можно сказать, что с ней все в полном порядке. Я считаю, что в этом мире все утроено так, как надо и все происходит тогда, когда и должно произойти. Сейчас действительно пришло время, когда детской литературы очень много. Приходишь в книжный магазин, и разбегаются глаза. Раньше на полках лежали только классики, да и тех трудно было достать. Сейчас есть все, и проблема уже в том, чтобы найти в этом море нужную книгу. Проблема прямо противоположная.

С.Сух. – Нет проблемы найти конкретную книгу, а есть проблема выбрать. Раньше каждому поколению был свойственен свой герой. Мальчики во время ВОВ мечтали воевать с фашистами, кто–то потом мечтал покорять моря, кто–то полететь в космос, кто–то возводить БАМ и т.д. А сейчас что свойственно детям нулевых? Кто их герой? Гарри Потер?

С.С. – Вопрос очень тонкий, смотря о каких детях мы говорим. Если говорить о подростках, то здесь властвует телевидение, Интернет, Ксения Собчак. Здесь мы ничего сделать не сможем, остается только развести руками и смириться с тем, что есть. У них есть сотовые телефоны, они в компьютерах в сто раз лучше нас разбираются, могут, что угодно найти, и мы их уже не догоним, остается только смотреть на них и удивляться. А когда, так сказать, дети еще наши, то мы можем им что–то подложить почитать. Я думаю, что чем младше дети, тем это все традиционнее и консервативнее. Маленьким детям хочется, чтобы был мишка, зайчик, чтоб герой был хороший, принцесса красивая и т.д. Это все нормально. Нам, писателям, которые ориентируются на такую аудиторию, легко и понятно. У меня была эта проблема, я тоже думал, о чем сейчас писать. Мы же не догоняем детей, они уходят, но есть какие–то вечные слова, например, мама. Так появилась серия сказок о маме, которые начинаются так: "Жила–была мама…". Продолжаться они могут по–разному, ведь мама есть и у слоненка, и у людоеда.

С.Сух. – Эта тема бесконечная.

С.С. – Или мир мягких игрушек. Раньше какие были мягкие игрушки? А сейчас зайдешь в магазин – выбор огромный. А у детей есть желание обнять, прислониться, поэтому у меня возникла идея написать сказки детского мира.

С.Сух. – Вы говорите, что с литературой все хорошо. А многие ли издательства публикуют детскую литературу? Осталось ли издательство "Детгиз"?

С.С. – Оно исчезло, а теперь снова появилось. Раньше времена были устойчивые, все как было десятилетиями, так и оставалось, а сейчас что–то всплывает, что–то тонет. Появилось огромное количество других издательств: "Дрофа", "Росмэн", "Самокат", "Открытый мир".

С.Сух. – А можно сказать, что государство поддерживает это направление в литературе, премии какие–то есть у нас?

С.С. – Поддерживает. Например, Людмила Путина курировала детских писателей. Был огромный съезд в центре Москвы. Какая–то крупная корпорация, которая правильно посчитала, что люди, пишущие для детей, нуждаются и в материальной, и в организационной поддержке, придумала такую премию. Включили туда очень хороших и известных писателей, составили жюри, которое собирает всю русскоязычную литературу из Израиля, Америки, т.е. всех, кто пишет по–русски. Это огромный процесс, длящийся целый год, и весной объявляют победителя, которому вручают денежную премию.

С.Сух. – А большие деньги?

С.С. – Не знаю, к сожалению не получал. Слышал, что большие.

С.Сух. – Наступят времена и вам дадут. По роду своей службы мне приходилось начитывать всевозможные книги. Я, например, читал "Москва и москвичи". Читать интересно, а вслух читать достаточно сложно. Но детские книжки читать вслух намного легче. Скажите, как в плане писательства – проще написать детскую книгу или рассказ, нежели рассказы взрослые.

С.С. – Это тонкое дело. Я вообще не могу ничего писать, пока, как говорится, игра не родилась, пока это зерно не пришло. Я уже три года ничего не пишу, потому что не приходит. Бывает, что очень сложно приготовиться, созреть, а когда уже что–то рождается, вырастает, то становится легко, естественно.

С.Сух. – То есть, когда пришла идея.

С.С. – Пришла идея, и она в тебе играет, вырастает. Чем легче это происходит, тем лучше. У кого как пишется. Я знаю людей, которые пишут трудно, переписывают. Я никогда ничего не переписываю, иногда что–нибудь поправляю. Если написал сказку, она родилась, то я могу что–нибудь в ней исправить, но чтобы над ней работать, это я не совсем понимаю.

С.Сух. – Так легче или сложнее? Для взрослых писателей, точнее для взрослых книг важно, по мнению критиков, создавать психологические портреты, размусоливать на несколько страниц. А для детской литературы?

С.С. – Не там проходит водораздел, т.е. не детский и взрослый. Я в своей жизни ничего, кроме сказок не писал. Для меня сказка – это картина–лубок. Как отличается лубок от живописи, так сказка отличается от психологической повести. Психологические детские повести тоже есть. Дело не в детях и взрослых, а в самом подходе. Для меня литература – это игра, лубок, а для кого–то – психология. Это более усидчивые и серьезные люди, так им проще. Я не знаю ни одной темы, про которую я не мог бы написать страницу, и как бы все сказать. То, что сейчас называют фэнтэзи – это как раз размусоливание, как вы сказали, но многим нравиться погружение в психологию. Мне она не близка.

С.Сух. – Есть книги, которые из разряда взрослых перекочевали в разряд детских, предположим "Как закалялась сталь". Есть современные авторы, чьи книги могут стать детскими?

С.С. – "Как закалялась сталь" – не очень понятный пример. Она не детская, а подростковая, очень большая разница. Я не думаю, что ребенок 8–10 лет поймет эту книгу. Боюсь, что и подростки скоро перестанут ее понимать.

С.Сух. – И в двадцать лет человек может ее не понять!

С.С. – Большинство подростков не скажут вам, кто такой Ленин. Они в другом мире живут.

С.Сух. – Сергей, вы считаетесь автором детских сказок и детских сказок–притч. Вы говорили, у вас есть серия сказок про мам. Как это выглядит на слух?

С.С. – Все эти сказки короткие и начинаются одинаково: "Жила–была мама…", а продолжаются по–разному. Например, жила–была мама, и было у нее семеро детей. Каждый день, перед тем, как уйти из дому, мама говорила детям, чтобы они не открывали дверь волку и были внимательны. Дети отвечали: "Конечно, конечно, мама!". Но они были невнимательные. Когда мама возвращалась вечером домой, там уже никого не было. Тогда она шла к волку и говорила: "Давай прыгать через яму!". Волку ничего не оставалось, как согласиться. Они прыгали через яму, а яма была большая, опасная, и в ней горел костер. Легкая мама перепрыгивала, а тяжелый волк падал в яму, брюхо у него от огня лопалось, и выскакивали оттуда все мамины дети. Она возвращалась с ними домой, а волк шел к портному зашивать брюхо. Это происходило каждый день, много–много раз. Но вот однажды мама вернулась с работы, смотрит, а все дети на месте. "Что случилось?"– спросила мама. Дети ответили: "Волк заболел".

С.Сух. – А чем же ваша сказка отличается от привычной сказки "Семеро козлят"?

С.С. – Тут совсем все по–другому кончилось.

С.Сух. – А не приходила такая мысль, например, на основе этой сказки придумать что–то другое. Не волк приходит, а корректор какой–нибудь или судебный пристав?

С.С. – А может быть, жила–была мама очень забывчивая. Бывало, накормит детей и забудет, кормила ли нет. Снова: " Дети, идите обедать!". Дети знают – с мамой спорить бесполезно. Идут и обедают. В девятнадцатый раз.

С.Сух. – Какая–то богатая мама, очень много продуктов, наверное, в доме. Сергей, скажите, вы работали дворником, натурщиком, школьным учителем – это как–то помогло в написании сказок и вообще в вашем творчестве?

С.С. – Помогает все, что было. Все, что было, было правильно и привело меня в эту студию.

С.Сух. – Писателем с каких лет можно стать? Сейчас, по крайней мере?

С.С. – Сейчас рано можно.

С.Сух. – Сорок лет, допустим, уже сформировавшаяся личность, много повидавшая. Человек, который начал писать лет в пятнадцать, и признан писателем в этом возрасте – это не очень хороший писатель?

С.С. – По–разному. Пушкин когда начал писать!

С.Сух. – Это гений!

С.С. – Я поздно начал.

С.Сух. – Если сравнивать с детективщиками, хотя может это не очень удачное сравнение. Просто сейчас пишут детективы люди, которые мало с этим знакомы, не работали ни в милиции, ни в прокуратуре, допускают такие ляпы, что профессионалы хватаются за голову. У вас с этим сложнее.

С.С. – Поэтому я пишу сказки. К знанию я отношусь спокойно, не думаю, что чем больше знаешь, тем лучше.

С.Сух. – Вы говорите, что три года ничего не пишете, а чем же живет писатель эти три года? Может у нас это дело так хорошо поставлено, как за рубежом, что вам капают авторские?

С.С. – Авторские капают. Я когда–то написал несколько пьес для кукольного театра, они где–то идут. Издаются книги. Скоро в издательстве "Самокат" выйдут "Сказки детского мира", а в издательстве "Дрофа" вышла книга про королей. Мультфильмы выходят.

С.Сух. – А какой самый последний мультфильм вышел?

С.С. – Мультфильм вышел в этом году и называется "Портрет", а до этого вышел "Жил–был министр обороны".

С.Сух. – Не детский какой–то, наверное, мультфильм. Или министр обороны какой–то сказочной страны?

С.С. – Все, что пишется, это про сказочную страну. У меня есть сказки про нашего Президента, просто он в них угадывается. Есть сказки о том, как Вова президентов спасал.

С.Сух. – А как он их спасал?

С.С. – Там пять историй о том, как Вова спасает разных президентов.

С.Сух. – Не было ли у вас предложений или вы может быть сами пытались разместить свои сказки в курсе для обязательного прочтения школьной программы?

С.С. – Мне звонили по этому поводу и в каких–то хрестоматиях мои произведения разместили.

С.Сух. – У вас еще есть сказка про Змея Горыныча, про невероятные приключения зайца по фамилии Зайцев.

С.С. – Про королей, про мягкие игрушки, страшилки, сказки про волшебство.

С.Сух. – Страшилки – это для детей? Это сильно страшные вещи?

С.С. – Я не люблю, когда страшилки ненастоящие. Страшилка должна кончаться плохо.

С.Сух. – В вашем понимании, что такое страшилка? Там отрывают головы, ноги, едят друг друга или все помягче?

С.С. – Дело не в том, отрывают или нет, а в чистоте жанра, там не должно быть физиологии. В одном маленьком городе время от времени появлялся черный автобус без водителя. Все матери в этом городе предупреждали своих детей, чтобы они не садились в этот черный автобус, но некоторые дети все–таки садились. Им хотелось покататься. Больше их никто никогда не видел. Еще в автобус заходили приезжие, потому что ничего не знали. Они тоже бесследно исчезали. Милиционеры много раз преследовали черный автобус, но он каждый раз ускользал в неизвестном направлении, развивая феноменальную скорость. Тогда начальник отделения майор Сидоров понял, что есть только один способ разобраться в этом деле. Когда автобус в следующий раз появился в городе, майор уже ждал. Он зашел и сел на первое сиденье. Двери закрылись, и автобус тронулся с места. Шофера, как обычно, не было. Автобус ехал все быстрее и быстрее, майор взглянул на часы и чуть не умер от ужаса: стрелки часов крутились с огромной скоростью не вперед, а назад. Майор снял фуражку и потрогал лысину – лысины не было. На голове выросли волосы. За несколько минут майор помолодел лет на десять. Вскоре у него перестала болеть поясница, потом пропали усы, и он почувствовал себя юношей, потом подростком, дошкольником и выскользнул из кителя и штанов. Он понял, что пора действовать. Майор оторвал своей маленькой ручонкой кусочек газеты и написал записку. Карандаш тут же выпал у него из рук, потому что он уже стал младенцем. Майор успел сунуть записку в рот и в следующее мгновение провалился в темноту. Через некоторое время в роддоме американского города Денвер штат Колорадо родился мальчик. Когда акушерка перевернула его вниз головой и похлопала по попе, он закричал. Изо рта у него выпала записка. В ней было написано: майор Сидоров.

С.Сух. – А откуда берутся такие сюжеты?

С.С. – Сначала приходит волна игры, а потом эта энергия притягивает информационное поле.

С.Сух. – Какие творческие планы на будущее?

С.С. – Я созреваю, чтобы писать так называемые снежки–картинки, это северная европейская традиция. Когда слов очень мало, и они с картинкой работают. Темы здесь могут быть самые разные: о смерти, о любви всех видов.

С.Сух. – Простите, вы что имеете в виду?

С.С. – О любви к Родине, к маме, к бабочке, о любви между мужчиной и женщиной не эротического содержания, т.е. тема любви раскрывается со всех сторон. Так же и тема смерти, с точки зрения того, что это естественно и существует на свете. Другое дело, как это рассказывать.

С.Сух. – Это уже дело мастера.