Почему слово значит то, что оно значит?

И.К. – Почему мы говорим так, а не по–другому? Почему слово значит то, что оно значит? Почему одно слово становится важным в этот век, в этот год, а другое исчезает? Юлий Абрамович, вы знаете все о словах.

Ю.Б. – Ну, я, конечно, не все знаю о словах. Я хочу сказать, что в словах отражается культура народа, отражается быт народа, отражаются разные общественные события. Поэтому по мере возрастания того или иного явления в жизни общества, в жизни народа или, может быть, популярности какой–нибудь песни обновляется и наш словарный запас. Появляются новые слова.

И.К. – Вот, например, появилось слово "тинейджер". Все мы увлечены, все мы говорим "тинейджер". А продержится ли оно?

Ю.Б. – Дело в том, что новое слово, а особенно иностранное слово, оно задержится в языке тогда, когда находит какую–то свою нишу. То есть, какой–то участок в действительности, если научно выражаться, который не обозначен. Известно, что у нас есть слово подросток…

И.К. – Казалось бы чего проще?

Ю.Б. – Да. Это мальчик или девочка, отрок еще есть, но это общее слово. Есть слово, оно забылось, но оно есть в языке, – "недоросль". И если "подросток" – это нейтральное слово, то "недоросль" – это слово уже с отрицательным значением.

И.К. – То есть, не очень хороший подросток.

Ю.Б. – Да, ленивый такой, который отлынивает от занятий.

М.А. – Не способный.

Ю.Б. – А "тинейджер" – вот, мне кажется, что за этим иностранным словом закрепится значение "продвинутый подросток". То есть, такой, который, может быть, и покуривает, может быть, и травку понюхивает, то есть, бывалый подросток.

И.К. – Бывалый недоросль.

Ю.Б. – Да. Вот тогда это слово останется. Я хочу привести очень хороший пример слова, допустим, "брокер". Вот "брокер" осталось в нашем языке.

И.К. – Да, теперь мы без "брокера" никуда.

Ю.Б. – У нас есть общее слово "посредник". "Маклер" – это тоже посредник, но за маклером закрепилось какое–то отрицательное значение. То есть, это не очень надежный человек, который может и обмануть, и который не очень заботится о тех, кто к нему обратился. А брокер – это посредник на бирже. Еще одно слово – "спонсор". Оно тоже осталось в языке.

И.К. – И мы так освоились с ним.

Ю.Б. – Это слово вошло в синонимический ряд со словом меценат, благотворитель. Спонсор – это человек, который дает какие–то денежные средства на культурные мероприятия.

И.К. – Хотелось бы, чтобы на культурные. Марат, как вам кажется, эти слова начинают приобретать скорее отрицательный смысл, чем положительный.

Ю.Б. – То, что слово приобрело оттенок отрицательный – это говорит о его закреплении. То есть, оно нашло свою нишу в языке.

И.К. – Чтобы слову остаться в языке, ему нужно испробовать несколько оттенков, положительных, отрицательных, хороших, плохих. И потом только оно укрепится.

М.А. – Да, конечно. Еще здесь не мало важный фактор играет то, в какой среде это слово вращается. Если говорить о молодежи, то хочу отметить, что сами носители этого слова не любят, когда их так называют.

И.К. – Не любят?

М.А. – Да, не любят. То есть, они хмурятся, им это не нравится. Потому что здесь, на мой взгляд, когда произносят слово "тинейджер", человек, произносящий его, включает себя несколько свысока к тому, к кому он обращается. Тут очень сложно размышлять. А давайте вспомним историю про подростка Достоевского. То есть, там человек, герой романа, совсем не в том возрасте, как мы сейчас понимаем. Поэтому для того, чтобы слово закрепилось, оно должно еще и повращаться в разных возрастных группах.

И.К. – То есть, оно должно себя опробовать, как живое существо.

М.А. – Конечно. То есть, да мы с вами совершенно спокойно произносим слово "тинейджеры". А молодые люди себя так не назовут.

И.К. – А как они себя назовут?

М.А. – Сложно сказать. "Подростки" – нет.

И.К. – Да они себя ни как не называют.

М.А. – Да. Они себя не назовут словом "тинейджер". Потому что слово "тинейджер" подразумевает, что они "еще–еще". А они хотят, чтобы они были "уже". Поэтому это слово их как–то отсекает от взрослого мира.

И.К. – Хочу спросить у наших радиослушателей, чтобы они назвали слова, которые у них сегодня вызывают наибольшую симпатию, а также слова, которые вызывают раздражение и неприятие. Назовите их. А я задам этот вопрос нашим гостям. Какие слова вам, как филологу, отвратительны? И вам Марат.

Ю.Б. – Это, конечно, то, что называют ненормативной лексикой.

И.К. – Эти варианты мы пока не обсуждаем. Хотя филологи к такой лексике относятся снисходительно?

М.А. – Может быть, даже по–другому.

И.К. – Да, даже, наверное, с интересом.

Ю.Б. – Нет, резко отрицательно.

И.К. – А почему, потому что слова несут еще какую–то энергию? Они могут быть злыми?

Ю.Б. – Слова несут энергию. Я не собирался на эту тему говорить. Но если уж заикнулся, то должен сказать, что эти слова по своему происхождению не безобидные. Я не буду сейчас вдаваться в этимологию.

И.К. – Мы все, более или менее, их знаем.

Ю.Б. – Исторически сложилось, что еще в языческие времена у наших предков, в частности, у восточных славян, было табу на телесный низ, как они говорили. И все, что было связано с телесным низом, и тело, и физиологические отправления, и прочее – считалось, что этого нельзя было говорить в смешанной среде, когда в ней есть мужчины и женщины. Мужчины между собой могли об этом говорить. И женщины могли. Но вот в смешанной среде нельзя было об этом говорить. Поэтому это табу сохраняется до сих пор. И, конечно, когда было принято христианство, то православные церкви это еще более усугубили. Даже есть такое выражение, как срамословие, сквернословие замыкает уста на молитву.

И.К. – То есть, скверные слова, если я правильно понимаю, возбуждают скверные чувства.

Ю.Б. – Да, я думаю, что это так.

Радиослушатель Артем – Я скажу о словах, которые вызывают у меня совсем хорошие эмоции. Это такие слова, как "бренд". Я активно употребляю слово "лузер", если мне нужно о ком–то отозваться негативно. А слова, которые имеют негативный оттенок, – это слово "дилер" и наречия: "реально", "адекватно". Я думаю, что они очень сильно мусорят язык.

И.К. – А почему, как вам кажется? Подумайте вы, а потом наши гости попробуют ответить на этот вопрос.

Радиослушательница Алена – У меня неприязнь вызывает слово "батон", которое очень часто употребляют в студенческом лексиконе…

М.А. – И в школьном тоже.

Радиослушательница Алена – У меня также вызывают неприязнь слова–заимствования. Это "хай", "окей". Еще я хотела бы спросить, что это за книга "Практическая стилистика русского языка". Меня это заинтересовало. Я бы хотела прочесть ее.

И.К. – Юлий Абрамович автор этого словаря "Практическая стилистика русского языка". А что такое вообще стилистика русского языка?

Ю.Б. – Стилистика русского языка – это наука об использовании языка в процессе речевого общения.

И.К. – То есть, как мы это все называем.

Ю.Б. – Это научное определение

И.К. – А по–человечески? Как по–человечески?

Ю.Б. – А по–человечески практическая стилистика устанавливает определенные правила использования конкретных слов, терминов, если брать практическую стилистику. В стилистике, как в научной дисциплине, разделяется четыре раздела. Но мы вдаваться в дебри не будем. А практическая стилистика как раз занимается такими вопросами, как наиболее рационально следует использовать слова, грамматические формы, синтаксические конструкции в соответствии с нормами литературного языка.

И.К. – Ну, например, мы говорим: "Надеть, одеть". Чаще всего почему мы ошибаемся?

М.А. – Чаще всего мы ошибаемся, потому что мы плохо представляем себе разницу значений, прежде всего. Язык устроен так, что сложно выделить слова, которые бы нравились или не нравились.

И.К. – Но? тем не менее, они есть.

М.А. – Что касается меня, то, я полагаю, что если слово нашло свою нишу и это значение закрепилось и за этим словом никакого другого значения нет, то такое слово должно существовать.

И.К. – То есть, мы прощаем ему его эмоциональную окраску?

М.А. – Все слова, практически, имеют эмоциональную окраску.

И.К. – Разве все эмоционально окрашены?

Ю.Б. – Ну, когда мы говорим, то мы разделяем нейтральные слова. То же слово "подросток", устаревшее "отрок" – нейтральное слово. "Недоросль" – здесь оценка уже отрицательная.

И.К. – Марат, мы любое слово можем произнести ласково и гневно. Любое слово может выполнить эту роль.

М.А. – Может быть, это несколько другое понятие в самой стилистике. Но, если по человечески говорить, то получается, что каждое слово произносится так или иначе человеком и сложно говорить о какой–то нейтральности произношения. Другое дело, это то, против чего я всегда выступал, выступаю и учу своих детей, что если они прекрасно знают, что есть историческое слово, которое обозначает данное явления, а они, следуя моде и не до конца понимая, что делают какую–то замену, какой–то аналог приводят, то данное явление неправильное. Отсюда возникает засорение языка, на мой взгляд.

Ю.Б. – Скажем, на девушку какое–то время назад говорили, как "герла".

И.К. – Так, по–моему, даже сейчас говорят.

Ю.Б. – Нет, вроде бы отошли уже от этого. А родителей называли "шнурками", "конями". Сейчас уже по–другому называют.

М.А. – Предками называют.

Ю.Б. – "Предки" – это как–то еще уважительно.

И.К. – Вы специалист по происхождению слов, вы знаете, откуда и что произошло. Марат, а, может быть, вы вспомните слова, которые вас забавляют?

М.А. – Меня забавляет не столько происхождение слов, сколько такой отрицательный момент. Опять–таки поговорим о молодежи, – это родное и близкое, и я каждый день с ними. Меня забавляет такой момент, как они изменяют свои имена. Денис – хорошее имя, а называют, как Дэн. Дрон, вместо Андрея и есть целая такая масса различных других вариантов. Я очень долго думал над этим. Существует целая философия имени, имя дано человеку не просто так, оно определяет его поступки и судьбу. И когда человек откликается не на свое имя, а на вот это вот искаженное, не будет ли здесь изменения кармы и судьбы? Меня это настораживает. Потеря имени и изменение имени – это в среде подростков сейчас очень распространено. В основном, это делается в угоду подражания европейской манере, европейскому произношению и европейским именам. Но меня эта проблема волнует.

Ю.Б. – Эта проблема занимала умы мудрецов еще в Древней Греции и Китае. Конфуций на эту тему беспокоился. С пятого–шестого века нашей эры эта проблема волнует. Когда вы произносите имя человека, то имеете в виду не просто имя, а вообще название портретов. Ведь правильным и истинным оно должно отражать сущность, функциональное назначение. И, если, скажем, рубанок называть "фуганком", то ничего не выйдет. Потому что фуганок предназначен для обработки тонкой поверхности, а бревно нужно обработать именно рубанком. В таком случае и бревно останется необработанным и фуганок сломается.

М.А. – А что может быть с именем человека в такой ситуации?

И.К. – Имя человека, по представлениям древних, определяло судьбу. Даже сейчас, у многих народов есть обычай. Имя, данное при рождении, сообщают мальчику только при исполнении им совершеннолетия. А до этого он жил с дополнительным именем. Древние вообще считали, что если враг знает твое имя, то он уже овладел тобой наполовину.

На связи радиослушательница Валентина.

Радиослушательница Валентина – Объясните мне, пожалуйста, такую ситуацию. Я девушку назвала барышней и ей это показалось таким оскорбительным, и она со злостью мне ответила: "Я не барышня вам?". Барышня, это оскорбительное слово?

Радиослушатель Алексей – Мне очень нравится слово "сертификуляция". Вы слышали про такое слово? Дело вот в чем, мне сейчас сорок пять лет. В шестидесятых годах в Москве был театр имени Ермоловой, там художественным руководителем был режиссер Андреев. Сейчас он главный режиссер, где–то преподает уже, совсем не молодой. Я в те годы посетил спектакль. Там муж с женой взяли себе приемного сына, и когда этот парень стал с ними общаться, то спросил своего приемного отца: "А ты знаешь, что такое сертификуляция?"

И.К. – Хорошо, Алексей, сейчас мы обдумаем, знаем ли мы это слово. А если кто–то знает из наших слушателей, то милости просим, звоните. Марат, мне кажется, что вы знаете?

М.А. – Может быть здесь что–то с артикуляцией связано? Я не знаю.

И.К. – Может быть это просто выдумка. Вот, наши специалисты по русскому языку не встречались с таким словом. В этом слове какая–то есть тайна.

Ю.Б. – Специалист по русскому языку должен, конечно, знать все слова, но есть очень специфические.

И.К. – Да, может присутствовать какое–то озорство.

На связи радиослушатель Алексей.

Радиослушатель Алексей – "Гламурный" – мне не нравится. Мне не понятно, что это слово обозначает.

И.К. – А какое слово нравится?

Радиослушатель Алексей – Трудно сказать, много слов. А слово "гламурный" очень часто стали употреблять, а какое его значение непонятно.

И.К. – Давайте ответим на вопрос женщины по поводу слова "барышня". Как вам кажется, почему обиделась молодая девушка?

Ю.Б. – Она зря обиделась. Барышня, с одной стороны, это синоним слова "девушка", но с оттенком воспитанная девушка, гимназистка, если говорить о дореволюционном времени. Но, с другой стороны, "барышня" – это незамужняя молодая женщина. Так что напрасно эта девушка обиделась.

М.А. – Здесь, наверное, нужно было выяснить, знакомо ли ей слово "гимназистка" и, соответственно, весь этот словесный ряд? Когда человек не знает слова, то ему приходит на ум, что его оскорбляют. Это защита такая.

И.К. – Тут может быть такая реакция: "Это мне не знакомо, и я сразу не принимаю". Может быть, тогда есть смысл подумать над словом. Это приводит к мысли, что мы так беззащитны, так ранимы и так напуганы.

М.А. – А ведь словом можно сделать все.

И.К. – Вам тоже так кажется, что словом можно все?

Ю.Б. – Еще Платон говорил, что люди должны владеть искусством речи, чтобы дать отпор тем окружающим, которые могут его обидеть. Человек должен достойно ответить.

И.К. – И он должен знать слова.

Ю.Б. – Ну, конечно.

Радиослушательница Татьяна – Правильно ли я поняла, что один из ваших гостей – Марат Алимов?

И.К. – Да.

Радиослушательница Татьяна – Я эту фамилию произношу от арабского "алим", что означает знание. В связи с этим у меня к Марату вопрос. Не мог бы он мне пояснить, может быть, он знает, так как Марат – знающий, идущий от знающего. А вопрос такой. Что означает имя "Ерусалим"? Если брать латынь, кириллицу или арабскую – "алим"?

И.К. – Татьяна, мне кажется, что вы знаете ответ.

Радиослушательница Татьяна – Возможно. Но я бы хотела услышать от знающего человека, что это означает? Это возможно?

И.К. – Мы попробуем.

Ю.Б. – Я сразу так не смогу ответить на ваш вопрос.

И.К. – Может быть, Татьяна, вам проще ответить нам? Это, мне кажется, как–то замысловато?

Ю.Б. – Мы будем очень вам признательны за ваш ответ.

И.К. – И интересно, почему вы решили его задать?

И.К. – Юлий Абрамович, слово, которое вам нравится, которое симпатично по происхождению, есть такое в вашей коллекции слов?

Ю.Б. – Например, если продолжить тему на счет подростка, "отрок" – это тоже синоним подростка.

И.К. – Откуда появилось это слово?

Ю.Б. – Это слово очень интересное и очень многозначительное для отроков. Дело в том, что в старославянском языке был глагол "ректи", значит, говорить, отсюда "речь", все, что мы говорим. В некоторых случаях в корнях слов наблюдается чередование гласных. И здесь тоже было чередование "рок–рек". А приставка "от" означала отрицание того, что есть в основе. "Отрок" означает не говорящий. Это не буквально "не говорящий", не умеющий говорить, а не имеющий права голоса при старших. Ребенок от десяти лет до пятнадцати–шестнадцати лет не имел права встревать в разговоры старших. Часто же говорят: "Молчи, пока старшие говорят"

И.К. – Какие удивительные истории.

Ю.Б. – Удивительно, что во французском языке "алфан" – тоже не говорящий, это ребенок еще не овладевший системой языка. Здесь другая этимология. "Фарис" – говорящий и "ал" – не говорящий, не умеющий говорить..

И.К. – О русском языке можно говорить много, и мы, я надеюсь, будем продолжать о нем говорить.