Итоги президентства Путина

А.Н. – Мы продолжаем разговор по поводу серии ваших публикаций в "Московской Правде". Статьи ваши повествуют о том, что нужно предпринимать Президенту Медведеву и премьер–министру Путину для решения проблем, накопившихся за последние 8 лет.

А.К. – Мне показалась странной реакция некоторых журналистов и политологов на мои статьи, на критику. Критика должностных лиц, включая первых лиц – это нормальное явление во всех цивилизованных странах. Вспомним, как критиковали гениального Рузвельта, как его только не называли фашисты и коммунисты. Де Голля критиковали все, но ведь мы не возвращаемся в догорбачевские времена, когда критика была запрещена. В последние годы правления того же Горбачева, и его, и Рыжкова уже критиковали, также как и Ельцина, и Путина с его министрами тоже критиковали.

Ю.Н. – Это нормальное явление, конечно же. Но если журналисты обратили на это внимание – это ненормально.

А.К. – Да и страшно было бы потерять ту свободу, что мы завоевали, потому что при том мы понесли большие потери. Мне не нравится, что нет дискуссии по существу. Коллеги мне говорят: "Ты осмелел, решился такое сказать". А по существу – если я действительно что–то неправильно сказал, я мог что–то пропустить или упростить, то именно об этом и нужно говорить. Наша страна настолько своеобразная, наше развитие настолько необычно, мы по истории идем не поступательно, мы возвращаемся, у нас инверсионное развитие. Мы построили социализм, разрушив капитализм до основания, потом сделали все наоборот, провели раздел огромной собственности, принесли массу денег, все это сильно исказило нормальное развитие страны. Для решения наших проблем нам нужны оригинальные, принципиально мало похожие и похожие на те, что применяются в других странах методы. Рузвельт, к примеру, применил государственное регулирование, Дэн Сяопин руками компартии начал создавать капиталистическую экономику, огромную роль сыграла свободная экономическая зона и прочие факторы. И даже западная Германия, несмотря на то, что она было оккупирована, руками и головой Людвига Эрхарда делала далеко не то, что советовали оккупационные власти. В ХХ веке мы совершили две тяжелейшие революции, с колоссальными последствиями, если совершится еще подобное, то у нас не останется дееспособного народа. Если будет у читателей интерес, я мог бы продолжить этот процесс самопознания нашего народа, который начал Чаадаев, продолжил Бердяев и множество других философов, чтобы помочь нам понять, почему наш народ так кидает из крайности в крайность.

А.Н. – В своей последней публикации из этой серии вы говорите о том, что самая главная задача, которая сейчас стоит перед руководством страны, это избавится от приверженности к "нефтяной игле" и провести инновационный путь развития. Вы выражаете сомнение, касательно того, насколько успешно такая государственная реформа может быть проведена. Почему вы в этом сомневаетесь?

А.К. – Я начал с того, что план изобретать не нужно, он уже есть. На заседании госсовета его высказал Владимир Путин и заложил новый Президент Дмитрий Медведев. Даже если стране не удастся осуществить поставленные цели, то это абсолютно верное направление. Но уже сейчас нужно начинать осуществлять задуманное, потому как это правильное и остро необходимое направление. Развитие экономики страны это большая комплексная система, где одно зависит от другого и неразрывно взаимосвязано. Наши национальные проекты оказались не очень удачными, ипотека захлебнулась, сельскохозяйственная программа была полезна, но не могла решить те проблемы, которые стоят перед сельским хозяйством. Я считаю, что не нужно спешить вступать в ВТО, мы обходились и еще обойдемся без нее. ВТО нас свяжет по рукам и ногам по тем вопросам, которые касаются обрабатывающих отраслей, машиностроения и сельского хозяйства. Да, вступление даст какую–то фору металлургам и химикам, но нефтегазовая отрасль не нуждается в нем вообще. Необходимо помогать новому Президенту, который и есть гарант Конституции, определяет внутриполитический и внешнеполитический курс. Помогать – значит не питать завышенных ожиданий, они нам уже навредили в 90х годах, когда распространилось мнение, что стоит нам отпустить цены, как все наладится и урегулируется. А надо было делать все наоборот – готовить народ к тому, что нам предстоит очень тяжелый переходный период. Завышенные ожидания также вредны по части борьбы с коррупцией. Это очень серьезная проблема. По этому поводу нужно принимать законы и меры борьбы.

А.Н. – Что значит завышенные ожидания касательно именно борьбы с коррупцией? Президент Медведев сам поднял эту тему.

А.К. – Депутат Геннадий Гудков совсем недавно говорил, что коррупционный оборот составляет у нас около 400 миллиардов долларов. Некоторые считают эту цифру завышенной, но все равно, речь идет о сотнях миллиардов. С этим связаны очень многие люди. Коррупция всегда связана с обладанием должностью и с выгодами, которые дает эта должность. Хотя в ней могут быть замешаны и ученые, и врачи и т.д. Для начала такой борьбы, по–моему, надо перестроить правоохранительную систему, а то не будет тех инструментов, с помощью которых нужно будет бороться против коррупции. Не секрет, что наша правоохранительная система очень сильно увязла в коррупции. Во–вторых, нужно поднять гражданское общество. Нет ни одной страны, где бы проводилась борьба такого рода, без участия гражданского общества, а именно: СМИ, народных движений, выставлений требований массами. Это очень сложное предприятие и нужно в первую очередь соответствующе подготовить общественность. Закон нужен, борьба нужна, но осторожные, с точки зрения завышенных ожиданий. Я считаю, что тандем Медведева с Путиным абсолютно необходим. Часто слышится критика по этому поводу, говорящая о том, что им нужно разойтись.

А.Н. – Буквально сегодня в "Ньюс Уик" было опубликовано интервью Кирилла Кабанова, главы Национального антикоррупционного комитета, негосударственной организации. Он говорит то же самое – Медведев повязан, ему мешают работать, в том числе и бороться с коррупцией люди из прежнего окружения Президента Путина.

А.К. – Ничего не получится. С точки зрения порядочности, Путин выдвинул Медведева, Медведев вырос под его влиянием, то есть какой–то период они должны работать вместе. Задача Дмитрия Анатольевича состоит в том, чтобы убедить Путина отказаться от некоторых своих принципов при проведении кадровой политики, при проведении экономической политики, при проведении социальной политики. Должны проводиться дискуссии, а как выйдет дальше – покажет время. Экономика – это целостная организация, а развитие страны – это еще более целостная организация. Создание госкорпорации я считаю необходимым, хотя на этот счет высказываются разные точки зрения.

А.Н. – В основном вопрос вызывает форма собственности в этом случае.

А.К. – Я уже думал об этом, вполне возможен какой–то ход, когда мы вступим в ВТО, тогда государство не должно участвовать в финансировании сверх меры.

А.Н. – По сельскому хозяйству будут ограничения, квоты.

А.К. – Да, и в других отраслях не должно проводиться финансирование сверх меры, создавая преимущество, сейчас разрозненными силами воссоздавать нашу гражданскую авиацию абсолютно не реально. Воссоздавать наше судостроение, даже которое не всегда было высокоразвитым, тоже невозможно. Но думать о том, что мы можем развивать нано технологии, не развивая промышленность и машиностроение и науку в целом, это глупо. Такая же ситуация с развитием промышленного и оборонно–промышленного комплекса. Не потянет один комплекс – военная сфера, даже с решениями и инновациями, потому что это очень слабые силы. Смотря на оклады работников, да я и сам работаю в научном институте, понимаешь, что нужно менять очень многое в системе науки. Мы решили идти по американскому и западному образцу, и превратить наши учебные институты в исследовательские центры. Это очень сложная и долгая работа. Сейчас это по силам единичным вузам: МГУ, МГТУ им. Баумана, Высшей Школе Экономики и возможно еще паре учреждений. Те сильные центры, которые мы собираемся создавать, просто так и сразу не заработают, нужна школа, опыт и т.д. За 20 лет мы потеряли оборудование, оно устарело. Оборудование – это сотни миллиардов долларов. Это все нужно обновлять. Мы также потеряли не только большую часть ученых, но и технику, квалифицированный персонал. В этом деле нужна специальная программа, в естественнонаучных исследовательских центрах было соотношение: на одного ученого приходилось четыре обслуживающих. Это инженер, техник, лаборант и т.д. А сейчас у нас получается, наоборот – у нас больше ученых, потому решением проблемы будет повышение заработной платы, закупка оборудования, обеспечение жильем. Это очень дорогостоящая программа и нужно на льготных условиях возвращать часть тех ученых, математиков, которые уехали, не найдя себе применения здесь, на Родине.

А.Н. – Алексей Васильевич, как, по–вашему, руководство страны должно решить главное финансовое противоречие? В своей восьмой статье вы пишите: "Создание современной экономики потребует резкого сокращения поставок нефти, газа и металлов, нефтехимикатов за рубеж. Это повлечет за собой падение доходов от экспорта. Но без развития промышленности и сельского хозяйства, без создания современной инфраструктуры, без строительства действительно удобного жилья, без развития демократии, ни о какой инновационной экономике не стоит заикаться". Только что вы об этом подробно рассказали. Выходит, что нам на все это нужны деньги, деньги мы можем получить только оттого, что сократим наши поставки за рубеж, и направим эти средства вовнутрь. Но тогда это повлечет падение доходов от экспорта, в таком случае, денег может не хватить. Как это все можно совместить?

А.К. – Если бы меня спросили, я бы начал возвращать деньги, которые мы направили в западные страны, тем более, в Америку. Мы можем их совсем потерять. И могут принять закон, по которому мы не сможем снять столько, сколько нам будет нужно. Поэтому надо возвращать эти средства и вкладывать их в развитие, строить и закупать заводы, закупать оборудование, создавать фермы за государственный счет. По мере того, как эти предприятия встанут на ноги, их приватизировать, но не так, как это делали прежде, а за деньги и по рыночной стоимости. То есть необходимо все средства вкладывать в развитие реального сектора экономики, развитие науки, высоких технологий. Здесь есть доля риска, но без этого у нас ничего не получится. У нас большие долги. Но долги эти не государства, а предприятий, банков, частного сектора и т.д. Нам остается надеяться, что банкротить их не станут, потому что, по многим признакам цены будут оставаться достаточно высокими. Если мы не станем этого делать, я могу сказать, что не нахожу достаточными, заложенные в финансовом плане на три года расходы на резкое увеличение инвестиций в сельское хозяйство, в науку, в отдельные отрасли промышленности. Эти расходы есть, но они не достаточны.

А.Н. – По этому поводу есть свежая новость. Центробанк сократил на пятьдесят миллиардов долларов наши вложения в американскую ипотеку. То есть вернул средства, т.к. было сто миллиардов, пятьдесят уже забрали обратно.

А.К. – А остальные пятьдесят миллиардов?

А.Н. – Они пока лежат там.

Ю.Н. – Ну, теперь важно, чтобы эти деньги вложили в развитие промышленности.

А.К. – Мы уже долгое время говорим о том, что ни в коем случае нельзя этого делать, если мы не знаем, как тратить эти деньги, нужно сохранить нефть. Она же кончится когда–нибудь.

А.Н. – Ну все–таки какие–то подвижки уже налицо.

А.К. – Даже более того, то, о чем говорил Медведев по части кадровой политики, по части развития науки, по части борьбы с коррупцией вдохновляет нас на то, что дела наши пойдут в гору.