Официальная версия событий 11 сентября 2001 года в США – это фальшивка?

Ю.Н. – То, о чем мы сейчас говорили, это замечательная вещь. Я перевела это на медицину.

А.Н. – Это мощнейший инструмент.

Ю.Н. – Я думаю, можно сделать сдвиги в лечении раковых опухолей. Совершенно голова идет кругом.

А.Н. – Я не могу этого понять.

Ю.Н. – И не надо. Ты же не физик.

А.Н. – Почему вся современная наука выстраивается на аксиоме, что взорвалось Ничто?

Ю.Н. – Ты говоришь о создании мира?

А.Н. – Да.

Ю.Н. – А я говорю о том, как это можно применять в будущем.

А.Н. – Понятно, это здорово.

Ю.Н. – С сегодняшнего дня можно проводить больше исследований.

А.Н. – Любые исследования имеют какую–то ценность.

Ю.Н. – Конечно. Надеюсь, что в медицине появятся возможности предотвращать страшные болезни. А сейчас мы будем говорить на тему, о которой говорили вчера.

А.Н. – Мы продолжим ее.

Ю.Н. – Это книга Джульетто Кьеза.

А.Н. – И фильм.

Ю.Н. – Его можно увидеть в пятницу.

А.Н. – Сейчас больше мы будем говорить про фильм.

Ю.Н. – Мы сегодня поговорили с известным политологом.

А.Н. – И с еще более известным журналистом.

Ю.Н. – Я не умаляю значение журналистики.

А.Н. – Он, в первую очередь, журналист, сейчас он политик, он уже несколько лет член Европарламента. Но в первую очередь Джульетто Кьеза – это журналист. У нас была маленькая беседа, потому что он был очень занят, раздает большое количество интервью.

Ю.Н. – Надо напомнить, о чем была книга, о чем будет фильм.

А.Н. – Вчера мы говорили, что Джульетто Кьеза с группой своих коллег провел большую исследовательскую работу. Результат этой работы – книга и фильм. Книгу презентовали вчера, фильм будет показан в ближайшую пятницу. Итогом исследования стал вывод, что официальная версия событий 11 сентября 2001 года в Нью–Йорке не выдерживает проверки. Там было выявлено много фактов, в том числе, технические, которые касались того, что взрывы произошли не только от ударов самолетов, что в третьем рухнувшем здании ВТЦ был врыв, не связанный со столкновением с самолетом. Были технические вопросы, связанные с обстоятельствами падения самих зданий. Было очень много политических, технологических вопросов, связанных, например, с работой спецслужб. Люди, которые впоследствии были обвинены в подготовке, получили разрешение на въезд в США. Немаловажно, что, как утверждает господин Джульетте Кьезо, все выводы сделаны на том, что сопоставлялись официальные объяснения. Это большая кропотливая работа, которая проходила во многих городах. Сейчас мы предлагаем маленький разговор, это то, что нам удалось записать.

Ю.Н. – А потом мы поговорим.

А.Н. – Мы продолжим наше общение.

Ю.Н. – Слушаем.

А.Н. – Добрый вечер. Спасибо, что нашли время ответить на наши вопросы. Почему, когда у вас возникли сомнения в официальной версии того, что произошло 11 сентября?

Д.К. – 11 сентября у меня были сомнения, но тогда они были интуитивными. Несколько моментов были неубедительными. 3 дня после этого нам давали список террористов, о которых до этого дня, якобы, не знали. Это был первый элемент сомнения. Вдруг в течение 3 дней у них появился список из 19 террористов. Потом я начал изучать, смотреть все, что делали не только европейцы, но и американцы. Все собирали аргументы и сомнения, а я в течение нескольких лет это изучал, писал книги и дошел до вывода, что надо заново рассказать об 11 сентября, потому что официальная версия несостоятельна. Появилась знаменитая книга с заключением официальной комиссии, в 2004 году я ее читал и видел, что все мои сомнения были не только совершенно оправданы, но и углублены. Фильм появился оттуда.

А.Н. – По итогам вашего расследования вы получили ответы на волновавшие вас вопросы? Может быть, вы, наоборот, подняли еще больше вопросов, на которые нет ответов?

Д.К. – В течение этих лет увеличивались вопросы. Один из них, действительно, удивительный. После того, как, якобы, узнали виновников, начиная с Бен Ладена, ни одного процесса не прошло в течение семи лет. Как это может быть, если люди идентифицированы? Конечно, говорили, что некоторые из них умерли, но потом оказалось, что 6 из 19 террористов были живы. Это означает, что виновны не они. В официальном списке остаются те же имена, они не меняли списки, зная, что, по меньшей мере, 6 из них не были террористами. Единственный процесс, который они провели, был против очень сомнительного человека, но он был арестован до 11 сентября, еще в августе. Еще один процесс, который начался, кажется, 2 месяца назад, прошел против двух террористов, которые не приняли участие в захвате самолетов, но они были так называемыми "мыслителями". Оба они были арестованы в Пакистане в 2003 году, после этого они исчезли, никто с ними не разговаривал, например, адвокаты. Обвинения против них не известны. Они были допрошены, но, вероятно, против них использовались пытки. Мы это знаем, потому что даже глава комиссии подал в отставку, ЦРУ не давало комиссии исчерпывающей информации. Сейчас открывается процесс на базе их заявлений. Мы не знаем, в каких условиях показания были даны. Все американские и международные законы были нарушены очевидным образом. Все это говорит о том, что есть те, кто хочет что–то скрыть. Поэтому мои сомнения в течение этих лет увеличивались, а не уменьшались.

А.Н. – Насколько большое значение вы придаете в своем исследовании техническим несостыковкам с официальной версией? Например, обстоятельствам падения башен–близнецов.

Д.К. – Я придаю этому большое значение в том смысле, что я задаю вопросы. У меня нет окончательных ответов. В фильме говорю не я, в основном, говорят свидетели, аналитики. Это целая серия интервью, сделанных в Чикаго, Вашингтоне, Нью–Йорке. В основном говорят американские, итальянские, европейские ученые разного характера. Мы собрали вопросы, на них нет ответов. Над фильмом работало более 60 человек. Наша идея, то есть моя и двух прекрасных режиссеров, которые работали со мной, и других авторов, заключается в том, чтобы создать достаточно элементов, чтобы просить о создании новой международной независимой комиссии для расследования, потому что та версия, которая дала нам американская администрация, совершенно недопустима, она не выдерживает минимальной критики.

А.Н. – Вас очень хорошо знают в России. Мне не раз доводилось слышать, что фамилия Кьеза – это своеобразный знак качества журналистской работы, которую вы проводите. Тем не менее, сейчас в России у многих возникли вопросы, почему именно сейчас, в то время, когда российско–американские отношения находятся на витке очень серьезного ухудшения, в России рассказывают об этих событиях, где американские власти выглядят не самым лучшим образом. Это совпадение или нечто иное?

Д.К. – Я хочу ответить лично за себя. Фильм был закончен в прошлом году, он был показан в международном кинофестивале в Риме с большим успехом. Фильм создан намного раньше, чем эти события. Я представил фильм в Европарламенте, кажется, в феврале этого года. Там были журналисты из России. После этого я получил несколько звонков от разных телеканалов. Все были заинтересованы. Поскольку я считаю, что самое важное, чтобы информация дошла до широкой публики, а ни один из западных каналов до сих пор не проявил минимального интереса к этому фильму, я немедленно согласился. Скажу за себя, что я очень рад, что нашелся "Первый канал", который имеет смелость поднять эту проблему. Я очень рад, что это увидит большая публика, люди получат возможность смотреть, дать оценку. Может быть, они не согласятся, в любом случае, люди будут размышлять. Я думаю, это самая полезная вещь.

Ю.Н. – Это было интервью депутата Европарламента, известного итальянского журналиста Джульетто Кьеза, который рассказывал о фильме, который вы сможете увидеть в пятницу по "Первому каналу". Фильм рассказывает о том, как велось следствие по событиям 11 сентября 2001 года и о том, какие сомнения вызывают официальные расследования Вашингтона. Уважаемые радиослушатели, может быть, у вас есть аналогии того, как ведет себя американское Правительство, может быть, есть какие–то ассоциации, сомнения в том, что говорит сам Джульетто Кьеза.

А.Н. – Что ты говоришь про аналогии и ассоциации?

Ю.Н. – У нас с вами было много вопросов, они остаются, по поводу взрывов в Москве.

А.Н. – Ты имеешь в виду 1999 год?

Ю.Н. – Очень много вопросов осталось по "Норд–Осту".

А.Н. – Да и по Беслану.

Ю.Н. – Тогда, к сожалению, не сел на скамью подсудимых ни один из террористов, не было громкого дела, громкого расследования, все было келейно, тихо, закрыто, чтобы не смущать нас или чтобы показать, что это не нашего ума дело. Это повлекло ко многим версиям, в том числе к версии о том, что Правительство было не совсем чисто в своих помыслах, что оно тоже приложило руки к этому.

А.Н. – Или оно не заинтересовано в раскрытии истины. Помнишь, по Беслану были альтернативные доклады.

Ю.Н. – Есть вещи, которые бросают тень на руководство страны.

А.Н. – Я про это и говорю.

Радиослушатель Белла Семеновна – Очень люблю вашу передачу и вас, когда вы ее ведете.

Ю.Н. – Спасибо. Мы вас тоже любим.

Радиослушатель Белла Семеновна – Я вам пришлю свои стихи по поводу журналистов, в них все журналюги.

А.Н. – Спасибо.

Радиослушатель Белла Семеновна – Я кино не смотрю, только интересные передачи. Как–то летом я вдруг услышала, что говорят о башнях. Я бросила все свои дела на кухне. Шел фильм. Не знаю, кто его поставил, на каком он канале шел. Я тогда удивилась. Я химик–биолог, но интересуюсь всякой наукой. Сколько там ни стреляли, там ни одна стенка не провалилась. Внук у меня тоже любит науку. Свидетели говорят о том, что были выведены все из башен за день или два по требованию каких–то служб. Якобы, там что–то меняли, по зданию ходили какие–то люди, одетые так, как хотят взрывники. Одновременно башни были подорваны снизу, их ужасно дорого содержать, поэтому хозяин этих башен решил получить деньги.

Ю.Н. – Страховку. То есть здесь экономическая подоплека.

Радиослушатель Белла Семеновна – Да. Полиция, высокие чины, чуть ли не окружение Буша это знало.

Ю.Н. – Я не знала, что был такой фильм, что есть такая версия.

А.Н. – Фильмов было несколько.

Ю.Н. – У меня все–таки есть аналогии. Мы всегда просим чиновников, чтобы нам все рассказывали, даже если они считают, что реально существо дел нанесет нам огромный урон.

А.Н. – Как они на это могут пойти? А если место потеряют?

Ю.Н. – Если у вас, господа правители, рыльце в пушку, тогда возникает еще больше вопросов и недоверия.

Радиослушатель Вячеслав – Безусловно, итальянский журналист прав в своих подозрениях, это у меня не вызывает сомнения.

Ю.Н. – Когда появились подозрения?

Радиослушатель Вячеслав – Они появились сразу, как только я увидел американские взрывы, они стали копией московских взрывов. Я понял, что американские спецслужбы скопировали это у нас.

Ю.Н. – Научились?

Радиослушатель Вячеслав – Конечно, научились. Они поняли, что это эффективно. Так можно вступить в мусульманскую страну.

Ю.Н. – Есть такая версия.

Радиослушатель Вячеслав – Это очень важно. Кроме того, так можно решить экономические вопросы. Например, на Гурьянова Юрий Лужков построил замечательные новые жилые дома. Но я не хочу его винить, потому что он к этому делу не причастен.

Ю.Н. – Вы говорите о фактах.

Радиослушатель Вячеслав – Это дело ГРУ и КГБ.

А.Н. – Вы говорите о факте и о вашей интерпретации.

Радиослушатель Вячеслав – Это только моя интерпретация, меня не стоит привлекать за клевету.

А.Н. – Я понимаю.

Ю.Н. – Мы же не спрашиваем вашу фамилию.

А.Н. – Мы вас привлекать не будем, это дело тех, кого вы косвенно можете заподозрить.

Ю.Н. – Никого не бойтесь.

А.Н. – Хотелось бы, чтобы позвонил тот, кто поддерживает официальную версию американских властей.

Ю.Н. – Все взрывы еще свежи в нашей памяти, это было страшно. Кто–то говорил, что таким образом решается вопрос рейтинга Президента, чтобы он мог пойти на второй срок.

А.Н. – Тогда еще не было второго срока.

Ю.Н. – В любом случае, это политика, за счет которой, как многие считают, убивались люди. Если это было подстроено, это страшно. Нужно, чтобы это было раскрыто. Я говорю о Беслане, "Норд–Осте", о взрывах на Гурьянова. Но, к сожалению, мы боимся даже самих себя.

А.Н. – Для чистоты картины я напомню, что по взрывам домов были судебные заседания. Но было много вопросов, потому что они проходили в зарытом режиме.

Ю.Н. – Опять.

А.Н. – Это понятно, все равно, мы не узнаем всех ответов на вопросы, которые у нас есть. Люди, которые были приговорены, в глазах общественного мнения не тянули на организаторов преступления.

Ю.Н. – Это не было доказано?

А.Н. – Насколько я помню, удалось посадить только тех, кто занимался доставкой взрывчатки.

Радиослушатель Павел – У меня есть своя версия. Недавно я смотрел в интернете запрещенный фильм.

Ю.Н. – О чем он?

Радиослушатель Павел – О событиях 11 сентября. Он на русском языке. Насколько я понимаю, там вся правда. Там затронуло много проблем, и 11 сентября тоже. Там говорится о том, что это было сделано американским Правительством, чтобы у них мог выйти новый закон. Раньше был закон о том, что в дом никто не мог войти без ордера на обыск.

Ю.Н. – То есть теперь блюстители порядка могут себя чувствовать более спокойно.

Радиослушатель Павел – Теперь они могут войти в любой дом и обыскивать его.

А.Н. – Понятно.

Радиослушатель Павел – Это было спровоцировано. Там показано, что сваи были подпилены, третье здание вообще было взорвано, еще было падение самолета Пентагона.

Ю.Н. – Да.

Радиослушатель Павел – Показали снимки, там нет никаких обломков самолета, его просто взорвали.

Ю.Н. – Насколько я могу вспомнить, ты это событие комментировал 5 часов еще на ТВ–6.

А.Н. – Да, на ТВ–6.

Ю.Н. – Мы видели, что Пентагон тоже подвергся нападению. По–моему, по СNN это показывали.

А.Н. – Безусловно.

Ю.Н. – Ничего в этом удивительного нет. Тогда все это было известно.

А.Н. – Нет, тогда тоже стали возникать вопросы по самолеты Пентагона, там было много непонятного с обломками самолета. Непонятно еще было с пенсильванским самолетом, который то ли сбили по приказу Президента, то ли, как потом было показано в нескольких фильмах, пассажиры ворвались в кабину и вынудили террористов просто упасть, не долетев до места.

Ю.Н. – Не знаю, как у тебя, а у меня не возникало ощущения, что меня обманывают, говоря об истинных причинах.

А.Н. – Это никогда не возникает сразу.

Ю.Н. – Год назад я говорила с женщиной, которая очень долго жила в Америке. Она задавала очень много вопросов, у меня это даже вызывало раздражение. У меня в уме сложилось то, что в Америке люди гораздо свободнее, чем мы, они добиваются правды. Они не считают себя быдлом и козлами.

А.Н. – Это не во всех вопросах, банальный пример – убийство Кеннеди, о нем никто так и не знает всей правды.

Ю.Н. – С этим я согласна.

А.Н. – У тебя было много вопросов после того, как ты была в Цхинвале, а потом смотрела, как это все преподносится в СМИ.

Ю.Н. – Совершенно верно.

А.Н. – Первая картинка шла ночью, это была однообразная картинка, это было ночное небо, через которое пролетают ракеты.

Ю.Н. – Она была на наших каналах.

А.Н. – Это "Вести" показывали.

Ю.Н. – Эта картинка меня тоже не очень удовлетворяла.

А.Н. – Потому что не было подтверждения тому, что сообщалось. Только потом появились другие кадры. Поэтому у тебя и возникло желание поехать туда и увидеть самой все.

Радиослушатель Владимир – Я инженер, занимался монтажом и резкой металла, когда его еще резали керосином. Сейчас этого нигде нет.

Ю.Н. – Ух, ты!

Радиослушатель Владимир – Сейчас режут пропаном, ацетиленом. Мне показалось, что здания упали, как подкошенные. Керосин был на верхних этажах. А чтобы так здание упало, надо, чтобы оно потеряло основание внизу.

Ю.Н. – Да, оно как–то сложилось.

Радиослушатель Владимир – Керосин протек бы, от него металл не расплавится. Чтобы он расплавился, нужно кислородное дутье, как в горелке. Этого не было, так что версия, что баки загорелись, поэтому здание упало, не понятна.

Ю.Н. – Это не выдерживает критики.

Радиослушатель Владимир – Оно упало внизу, здание рухнуло целиком.

Ю.Н. – Да, мы помним это.

Радиослушатель Владимир – Взрывы были в основании. Возможно, в дополнение к самолету.

А.Н. – Эта технологическая точка зрения очень важна.

Ю.Н. – Вы выступили как эксперт. Спасибо.

А.Н. – У нас об этом будет отдельный разговор.

Ю.Н. – Единственное, что меня смущает, это то, почему фильм Джульетто Кьеза выходит именно сейчас.

А.Н. – Он у нас выходит сейчас.

Ю.Н. – Почему этого не было весной, летом? Может быть, это желание кому–то понравиться наверху и заработать определенные очки. Может быть, это приказ, чтобы антиамериканское настроение, которое возросло до 60 процентов, подогревалось.

А.Н. – Это никто не показывал. Мы не можем исключать, что весной это не показывали, потому что не хотели ссориться.

Ю.Н. – Не можем.

А.Н. – А теперь мы совсем рассорились.

Ю.Н. – Может быть, это сделано к годовщине этой ужасной трагедии.

А.Н. – Без всякого сомнения. Это будет завтра.