С начала недели доллар растет, евро падает

Н.Я. – Итак, обсуждаем валютные судьбы нашей страны. Прошлая неделя многих шокировала. Привыкнув к доллару, который находится у отметок двадцать три рубля с копейками, а в августе двадцать четыре с копейками, теперь надо привыкать к цене доллара двадцать пять рублей и больше. Что говорят в банковской среде? Отчего такой страшный обвал или не обвал это рубля? Какой термин вы примените?

М.С – Вряд ли это стоит называть обвалом, поскольку здесь психологическая составляющая скорее. Сработали сразу несколько факторов. Падение фондовых рынков и финансовый кризис на западных рынках привели к тому, что начали падать российские фондовые рынки, нерезиденты начали оттуда достаточно активно выходить, и соответственно начался отток капиталов. Отток капиталов усилился после начала сложностей в отношениях с Грузией.

И третий, но первый по значимости фактор, это достаточно существенное укрепление доллара, которое связано с ожиданиями некоторых многих игроков рынка того, что Европейский Центральный Банк в ближайшее время начнет повышать свои ставки. Я бы даже так сказала, что в последнее время на рынке евродоллара происходит не рост доллара, а снижение евро.

Н.Я. – Доллар укрепляется не в безвоздушном пространстве, а укрепляется по отношению к чему–то, по отношению к евро.

М.С. – Обычно говорят, что одна валюта слабеет, другая становится более сильной. Определяется отношение какой–то одной из валют. В данном случае слабеет евро на фоне ожиданий ухудшения в макроэкономике Евросоюза.

Н.Я. – Но, глядя на то, что происходило на рынке у нас в четверг, когда доллар вырос на сорок копеек по отношению к рублю, а евро копеек на шестьдесят, внутри одной торговой сессии. Ясно, что в данном случае ослабевал рубль и по отношению к доллару, и по отношению к евро. С чем это связано? Основной игрок, регулятор наш решил сознательно несколько ослабить российскую валюту и увеличить себе стоимость валютной корзины. Было двадцать девять с копейками, сейчас тридцать, сорок рублей.

М.С. – Не то, чтобы ослабить. ЦБ занимает в последнее время позицию увейтонси, наблюдая за действиями игроков. Как раз не далее, как в четверг, дал понять игрокам о том, что он здесь присутствует. Провел достаточно большие интервенции впервые на прошедшей неделе, порядка трех с половиной, четырех миллионов долларов. В связи с этим мы ожидаем, что валютная корзина перестанет так активно падать, поскольку многие игроки открыли большое количество спекулятивных коротких позиций по рублю, теперь поняли, что в доме есть хозяин. Слишком много накопилось спекулятивных позиций. ЦБ вышел и сказал, что так не надо.

Н.Я. – Насколько верить красивым газетным заголовкам? Самое главное на страхе попугать, как будет плохо. Когда пишут, что основную поддержку доллару оказывают инвесторы, массово избавляющиеся от рублей. Действительно инвесторы избавляются от рублей?

М.С. – Да, действительно, иностранные инвесторы достаточно активно выводили капиталы с российского рынка. Это во многом связано не столько с проблемами с рублем, сколько с внутренними проблемами, бегством от риска в принципе. Они связаны с распродажей бумаг банковского сектора по всему миру и так далее. Да идут продажи. Если посмотреть по сухим цифрам, который дает нам платежный баланс, то видно, что ситуация пока не является столь катастрофичной. Мы видели по итогам первого квартала, согласно тем предварительным данным, которые уже опубликованы ЦБ. Минус девятнадцать миллиардов долларов – это чистый отток капитала. Где–то по итогам полугодия ЦБ пока говорит о нуле. И по итогам восьми месяцев, на прошлой неделе было заявлено, что ожидаемая ЦБ цифра – это приток капитала в размере двадцати пяти миллиардов долларов. Какие–то краткосрочные движения капитала есть, спекулятивные. Но, тем не менее, долгосрочные деньги страну не покидают. Мы ожидаем, что сейчас ситуация немного успокоится. Скорее всего, должна быть стабилизация на уровне, достигнутом на прошлой неделе.

Н.Я – ЦБ не раз заявляло, что одной из его основных задач – это борьба с инфляцией. Как коррелирует ослабление рубля с инфляционными прогнозами?

М.С. – Это очень не плохо. Это позволяет не увеличивать денежную массу и составляющая инфляции, по крайней мере, уменьшается. Конечно, возникают дополнительные проблемы. Если придется продолжать валютные интервенции, произойдет сжатие ликвидности банковского сектора. Но ЦБ заявляет, что все под контролем. Мы ему верим, поскольку как ЦБ хочет, так обычно и происходит. Наш рынок находится в полном ведении ЦБ.

Н.Я. – То есть те апокалипсические прогнозы, которые рисовали многие аналитики, когда доллар вплотную подходил к двадцати трем рублям, и, казалось, вот–вот заглянет за эту психологически важную отметку вниз. То, что будет в следующем году двадцать–двадцать два рубля за доллар. Этого, похоже, не произойдет. По крайней мере, на обозримом будущем.

М.С. – Мы не ждем, в ближайшем времени курса двадцать два рубля, но к концу года будет какая–то коррекция. Теоретически возможно, что уровень двадцать четыре к концу года будет.

Н.Я. – Коррекция рубля к доллару. Благодаря действиям ЦБ и ситуации с инвестициями, вернуться или нет в страну деньги из–за рубежа или речь идет о соотношении доллара и евро как об основной причине? Потому, что доллар достаточно сильно отскочил от минимумов в один пятьдесят восемь, которые были не так давно. Сейчас один сорок пять, один сорок восемь.

М.С. – Мы ожидали, что в третьем квартале текущего года, доллар на какое–то время свои позиции вновь укрепит. Это было вполне прогнозируемо. Некоторые локальные, минимум по паре на уровне один тридцать семь, мы видим. Вполне возможно, что к уровню один пятьдесят к концу года он вернется. Конечно, все будет зависеть от действий ЦБ. Развитие ситуации, наш умеренный сценарий находится именно здесь.

Н.Я. – Можно ли говорить о том, что всерьез, одним из важных факторов, который привел к усилению доллара, стали резко снижающиеся цены на углеводороды, на нефть? Или это так, попутно?

М.С. – Пока нет. Торговый баланс этого не показывает.

Н.Я. –Вы упомянули, что рынок ждет повышения ставок в Европе. Соответственно будет меняться ситуация. С чем связан этот процесс?

М.С. – Экономическая ситуация в европейской зоне развивается по негативному сценарию. На последнем заседании ЕЦБ, которое прошло на прошлой неделе, которая была богата событиями, Жан Клод Трише сделал заявление, в котором намек на то, что инфляционные риски возрастают многократно, было воспринято как прямое указание на то, что ставки будут стремительно повышены.

Н.Я. – Тут практически прямой намек.

М.С. – По большому счету, да. Он много говорил о нарастании инфляционных рисков, об ухудшении ситуации в экономике, поэтому, ожидание роста ставки достаточно велики. В целом есть ожидание, что ФРС начнет поднимать ставку в этом году. Но мы все–таки считаем, что во–первых это не целесообразно в условиях экономической реальности, а во вторых это маловероятно, поскольку ситуация в банковском секторе настолько тревожна, что повышение ставки и лишний толчок к ухудшению ситуации, сжатию ликвидности может привести к очень существенным проблемам. ФРС этого не допустит.

Н.Я. – Я о ставке. Хочу задать обывательский вопрос. Почему в мире, на любую информацию об изменении ставки рынок реагирует моментально, в нашей стране объявление об изменении ставки никакого влияния на жизнь не оказывает.

М.С. – Потому, что у нас другая модель денежно–кредитного регулирования. ЦБ регулирует в основном валютный рынок, а Европейский Центробанк и ФРС регулирует рынки с помощью процентных ставок. Вот, собственно, простой ответ. Хотя ЦБ РФ неоднократно заявляло, что будет сокращать объемы регулирования валютного рынка, больше уделять внимания процентным ставкам. Мы видим, что эта политика активно проводится. Мы очень рады, что ставки становятся более волатильными, больше отражают текущую ситуацию. По нашим оценкам понадобиться год–полтора, чтобы перейти к регулированию на основе ставок.

Н.Я. – Я не могу не задать вопрос о фондовом рынке, глядя на происходящее в последние недели. То, что происходило в прошлую неделю, когда в пятницу рынок опустился ниже психологически важной клетки в полторы тысячи пунктов по индексу РТС. Каковы здесь прогнозы? Здесь слово обвал как раз активно используется кем только можно.

М.С. – Да это так. Мы ожидали, что будет вторая волна. Вполне возможно, что рынок просядет до уровней порядка одна тысяча триста, может быть, одна тысяча двести. Конечно, предсказывать очень сложно, но мы не исключаем и такого развития событий, хотя и сейчас многие бумаги на российском рынке являются недооцененными. Сейчас не та цена в энергетике, есть интересные бумаги в телекомах, поэтому, как только на рынке наступит уверенная стабилизация, то инвесторам можно входить в рынок.

Н.Я. – Только понять, когда это дно наступит и где стабилизируется.

М.С. – Должна пройти стабилизация как минимум месяц, три. Рынок должен закрепиться на каких–то уровнях.

Н.Я. – Находиться в боковичке? Резкого отскока обратно наверх может не случится?

М.С. – Резкий отскок может свидетельствовать о том, что будет еще одна волна снижения. Нам важна стабилизация, закрепление на определенных уровнях.