Почему в Москве не решается проблема бродячих собак?

О.К. – Наталья Валентина, от 20 до 70 тысяч и более бездомных животных обитает в Москве, как утверждает Владимир Ильинский, президент Центра правовой зоозащиты. Эта цифра верна? Мы приближаемся уже к ста тысячам?

Н.Х. – Я думаю, что не менее 70 тысяч в Москве, посчитать их достаточно трудно, потому что кроме животных, обитающих в постоянных местах, есть еще и мигрирующие животные, которые приходят к нам из области время от времени.

О.К. – В каких местах они больше обитают, у станции метро, в каких–то промышленных стройках?

Н.Х. – Бездомные животные чаще всего обитают там, где могут найти себе пропитание, и какое–то укрытие. Это, как правило, стройки, парки, конечно, не далеко от станции метро, где есть люди, которые их постоянно подкармливают, опекуны или волонтеры, как мы их называем. Также это могут быть пустыри, собаки там обитают в больших количествах, это промышленная зона, например, Рябиновая улица в Москве, магистральные улицы, парки, лесопарки, станции, железнодорожные платформы – там они обитают. Здесь тоже много отходов, мы же часто пирожки покупаем, которые не доедаем и кидаем в урну. Этими отходами и питаются собаки.

О.К. – Где искать выхода из создавшейся ситуации? Что делать с этими стаями бездомных собак? Усыплять ли? – одно мнение. Стерилизовать ли – второе мнение? Содержать ли в питомниках, которых катастрофически не хватает в Москве?

Н.Х. – Питомников действительно катастрофически не хватает, но вот сейчас, к счастью, начинают строиться новые питомники на большое количество мест содержания бездомных животных. А решать проблему, на мой взгляд, надо комплексно. Нельзя только стерилизацией или строительством питомников и приютов решить эту проблему. Ведь главная проблема, представьте себе такую фантастическую картину: вдруг мы переловим всех животных, поместим их в питомник, и будем здорово содержать там пожизненно. Как вы думаете, насколько долго очистятся улицы наших городов от таких бездомных стай? Я думаю, что максимум на полгода, через полгода все будет то же самое.

О.К. – Почему?

Н.Х. – Потому что основной источник этих бездомностей – это те люди, которые имеют своих домашних животных. Таким образом, первый путь появления на наших улицах бездомных – это бывшие домашние, их потомки, конечно. Второй путь – это приход других животных. Опять таки, если мы всех животных выловим и поместим в приюты, то свято место пусто ведь не будет – придут другие из Владимирской области, из Подмосковья, из Рязанской области. Так или иначе, эти места обитания, где можно найти себе пропитание и какое–то внимание со стороны человека, они будут заняты пришлыми животными в любом случае, потому что есть, где им остаться живых.

О.К. – В городе собаке легче выжить, легче прокормиться?

Н.Х. – И в городе, и в дачных поселках летом. Вот вы говорите, по поводу, чтобы усыплять или отстреливать. Ведь в Подмосковье отстрел не запрещен, но это не решило проблему. Посмотрите, какие там стаи водятся. Тот, кто хоть раз побывал в Подмосковье на даче, тот видел стаи вдоль дорог и дачных поселков. А что там происходит осенью, надо видеть: дачники благополучно возвращаются домой, а все эти животные, которых они пригрели за лето, они же остаются безнадежными, они пополняют эти стаи голодных, бездомных животных, которые ищут себе пропитание.

О.К. – Вы сказали, что хозяева домашних животных во многом повинны в том, что популяция бездомных животных в городе и не уменьшается. А сколько домашних животных?

Н.Х. – На мой взгляд, это один из основных источников пополнения бездомных животных. Представьте, что если бездомных животных на улице города, примерно 100 тысяч (по максимальному подсчету), то в домах у нас содержится у нас по разным подсчетам, от 2 до 5 миллионов.

О.К. – Это кошек и собак?

Н.Х. – И кошек, и собак. Суммарно. Из них только часть, до 10 процентов стерилизована, то есть не может приносить потомства. Все остальные, скажем, 2 миллиона, ежегодно приносят потомство. И этому потомству, минимум один, а вообще 2, 3, 4, 5 в помете щенков или котят, им надо найти добрые руки, чтобы их взяли. А ведь это практически никогда не удается. И когда наши владельцы домашних животных говорят, что они не будут стерилизовать, потому что "Пускай она хоть разочек получит потомство, чтобы она узнала инстинкт материнства". И когда спрашиваете: "А на что вы рассчитываете, получив щенят и котят?", отвечают обычно так: "Вы знаете, у нас там друзья хотят, родственники тоже". Но когда все доходит до дела, поверьте мне, опытному человеку, из 5 котят, пристраивается, дай Бог, один. Четыре попадают, через перекупщиков, или просто выбрасывают, но они попадают на улицу. Кошки чаще всего в последнее время оказываются в зубах, к сожалению, у собак, потому что замечено почти исчезли бездомные кошки. Вы обратили внимание? А собак стало гораздо больше. На мой взгляд, таких агрессивных стай, которые, конечно, породили люди, безусловно. И пока не будет налажен контроль за деятельностью клубов, пока не будет налажен контроль за содержанием животных в доме у каждого, до той поры эта проблема до конца не решится.

О.К. – Значит, все–таки, первопричина наших бед – это отсутствие контроля за содержанием животного в доме?

Н.Х. – Это одна из основных причин.

О.К. – Но как можно сейчас осуществлять этот контроль?

Н.Х. – Вы знаете, есть же сейчас ТСЖ, старшие по домам, старшие по подъездам, они должны каким–то образом реагировать на то, что в вашем подъезде содержится какое–то животное. Наверное, нужно брать пример с зарубежных стран. Там же четко совершенно если у тебя есть животное, ты платишь налог. При этом, если твое животное приносит потомство, то налог в десятки раз больше, чем за животное, которое не может приносить потомство. Наверное, надо и нам перенять этот опыт. Во–первых, это доход государству, и, кстати, может тоже идти на содержание животных в тех же питомниках, потому что содержание питомника для города – это достаточно дорогое удовольствие. А это удовольствие устраивают люди, значит, люди и должны за это платить, хотя бы вот в таком виде. Конечно, многие должны быть дифференцированы, это понятно, но они, мне кажется, должны быть введены, и тогда это, может быть заставит некоторых владельцев задуматься о том, чтобы не допускать появление потомства у своих подопечных, чтобы потом они не пополняли ряды стаи бездомных животных.

О.К. – Мы выяснили, что усыпление бездомных собак, и даже их отстрел, что делается в Подмосковье, – ни к чему не приведет. Может быть, тогда попробовать решить эту проблему, как когда–то пытались городские власти, с помощью стерилизации. Но, как известно, эта городская программа провалилась. Были вложены огромные деньги, но программу эту реализовать не удалось. Наталья Валентиновна, наш корреспондент работал на улицах столицы и узнал отношение москвичей к этой проблеме.

Респондент 1 – Усыплять – это слишком жестоко, я считаю, что мы не в праве решать за Создателя, хотя и стерилизовать тоже, мы не имеем права. Мне кажется, что если такие бывают случаи, когда бешеные собаки нападают на людей, то лучше в этом случае преемники для бездомных животных собак. Это самое хорошее, лучше создавать эти благотворительные приемники.

Респондент 2 – Думаю, как–то негуманно, усыплять.

Респондент 3 – Усыплять – это жестоко, они же тоже живые существа. И не их вина, что они остались бездомными. По крайней мере, если к ним не лезть, они сами не нападут.

Респондент 4 – Мне кажется, что человек, в принципе, виноват во всем этом и знаете, как говорится, мы в ответе за тех, кого приручили. Сейчас усыплять – это глупо.

Респондент 5 – Я считаю, что надо сначала позаботиться о бездомных людях, а потом о бездомных кошках.

Респондент 6 – Есть для этого приюты. Мы страна–то небогатая, мы же не Швеция. Но если нет денег на приют, убивать это негуманно. Думаю, тогда стерилизовать.

Респондент 7 – Наверное, оставить, приручить, хозяина найти.

О.К. – Вот правильно говорили, что убивать негуманно, что, конечно нужно стерилизовать, и очень верно отмечено, что мы в ответе за тех, кого приручили. Это действительно так, и я уже об этом говорила. Если человек имеет дома животное, то он должен нести за него полную ответственность, а также за его будущее потомство. Конечно, убивать, не решит проблему, а лучше стерилизовать. И напрасно говорят, что эта программа не принесла своих плодов. Она все–таки принесла свои плоды, потому что многие животные стерилизованы. Но туту опять выступает то, о чем я уже говорила, улицы пополняются, и просто не успевают стерилизовать животных. Только, скажем, стерилизуют одну стаю, появляется новое животное. Поэтому, если стерилизовать, то стерилизовать всех, и самок и самцов.

О.К. – А пока только самок стерилизуют?

Н.Х. – Да, к сожалению. Но стерилизовать надо стаю целиком, отлавливать тх в районе обитания.

О.К. – А почему? Потомство ведь только самочка принесет?

Н.Х. – Да, но когда появляется хоть одна течная самочка, то на нее, естественно, претендуют все в округе "мальчики". Возникает агрессия, которая рано или поздно может перекинуться на человека. Поэтому, на мой взгляд, хорошо как делали в Праге. Они брали микрорайон и целиком всех обитающих там животных стерилизовали, не взирая на пол и возраст. Вот так надо и делать в Москве, стерилизовать всех поголовно, а что самое главное, чипировать, потому что стерилизованное животное через месяц невозможно будет определить, стерилизовано оно или нет. Под шерстью не видно швов, которые зарастают. А вот чипированое поможет нам ответить на вопрос, кто виноват в том, что животное не стерилизовано, и какие организации, которые обязаны стерилизовать, работают правильно до конца. Так что чипирование обязательно, в том числе и владельческих животных.

Радиослушательница Саида Хамзаидовна – Я тоже считаю, что кабелей тоже нужно стерилизовать. Ведь от них же идет потомство. Вы знаете, я живу в Сокольниках, мы звонили в управу, и звонили в отдел, который должен заниматься этим, в префектуру. Нам сказали там, чтобы мы брали над ними шефство. Вот такая рекомендация. Они сами должны заниматься этим вопросом, получают деньги, находясь на этой должности, а предлагают людям этих районов самим решать эти проблемы.

О.К. – Может, в этом и есть какая–то сермяга, Наталья Валентиновна? Ведь проблему бездомных животных нужно решать как городским властям, так и отдельным гражданам, вместе?

Н.Х. – Да, в ответе за оказавшихся на улице являются сами владельцы. И поэтому перекладывать все на государство, тоже не верно, ведь не государство расплодило этих бездомных животных, а мы, жители нашего города, весьма способствовали тому, чтобы они появились. Поэтому, раз уж они по нашей вине они появились, перекладывать только на плечи государства просто несправедливо. Моя любимая пословица: "Не каждый дом может иметь свою собаку, но каждая собака должна иметь свой дом". Поэтому мне кажется, что задача волонтеров, не кормить бездомных на улице – это не правильно, это тоже порождает агрессию.

О.К. – Я думаю, что здесь с вами во многом не согласятся, особенно наши сердобольные радиослушательницы. Мы так часто видим, когда подкармливают животных.

Н.Х. – Да, конечно. Но тут мы должны учесть и точку зрения не только любителей животных, но и их противников. Если бы не страдали дети от агрессии, если бы не было смертельных жутких случаев от агрессии животных на улицах, то, наверное, не было бы этого вопроса. Но, к сожалению, если мы кормим, то есть, приручаем животных к данному месту обитания, что здесь в определенное время приезжает какая–то тетя или дядя с кастрюлькой каши с мясом и кормят..

О.К. – А разве животные не становятся от этого добрее?

Н.Х. – Нет. Не становятся, они только еще более активно и агрессивно защищают свою территорию обитания не только от пришлых животных, но и от вторжения людей.

О.К. – То есть они становятся еще опаснее для нас? И ни в коем случае нельзя кормить животных на улице?

Н.Х. – Да. Они становятся опаснее в конечном итоге. Гораздо гуманнее с точки зрения опекунов, заняться не подкармливанием, а заняться пристройством этих животных в добрые руки. И вообще, на мой взгляд, вопрос поместить всех животных в приют, это не сама цель. А главная цель – каждой кошке или собаке найти ту семью, и тот дом, который будет для нее родным, который станет для них на всю жизнь любимым. Вот это самое главное. И тут надо активно пропагандировать, чтобы не боялись брать животных из приютов, не боялись брать взрослых животных. Потому что когда мы берем щенка или котенка, его характер не очень известен, что из него вырастет, и как в дальнейшем сложатся их взаимоотношения с будущими хозяевами. А когда вы берете животное, более или менее сформированное, скажем, подростка 6, 8 или 9 месяцев, уже известен его характер, его наклонности, его особенности, а главное, что он привит, чипирован, стерилизован, абсолютно безопасен и адаптирован к жизни с человеком. Поэтому, вот это главное. Я бы всем опекунам посоветовала, не столько кормить, а, сколько искать всеми возможными способами хорошие добрые руки, куда можно было бы этих животных с улицы разместить.

Радиослушатель Виктор – У меня такое предложение, наши три государственных бюджета куда–то пропадают. У нас есть специалисты, которые занимаются животными, они сидят в учреждениях в своих креслах. Они могли бы решать этот вопрос, но, поскольку, мы за ними не следим, мы не взяли их под контроль, они не занимаются вопросом, а подсылают нас самих бороться с животными. Есть предложение, взять под контроль сначала чиновников, а потом животных. Потому что эти три бюджета оказываются у чиновниках в карманах. Спасибо.

Н.Х. – На мой взгляд, правильная ли постановка вопроса?

О.К. – Все–таки сегодня мы говорим о бездомных животных.

Н.Х. – Гражданское общество. Это, конечно контроль. Но я не думаю, что они так уж бесконтрольны. Это заблуждение. Они ответственны, не всегда, правда, не все, но тем не менее.

О.К. – А в какие стаи собаки сбиваются? Какая численность популяции?

Н.Х. – Вы знаете, 3 собаки – это уже стая.

О.К. – И не важно, сколько их, три или пятнадцать? Какая–то опаснее стая?

Н.Х. – Уже не важно, какая стая, потому что в каждой стае есть вожак и есть подчиненные особи. И три собаки могут нанести весьма опасные раны, как и пятнадцать. Конечно, чем больше стая, тем она опаснее. Но это не значит, что стая из трех собак безопаснее, добра и ласкова.

О.К. – А в каком случае бездомные животные могут напасть на человека?

Н.Х. – Чаше всего бездомные животные не мотивированно не нападают. Для того чтобы они напали, нужно задеть какие–то их жизненные интересы, либо попытаться их прогнать с этой территории, либо попытаться у них отнять пищу, либо просто вести себя агрессивно. Многие собаки не любят велосипедистов почему–то, или быстро бегущих. То есть какие–то моменты, которые могут подвигнуть собак на агрессию. А если это стая, да еще во главе с вожаком, который очень авторитетен в своей стае, это может быть опасно.

О.К. – То есть человек может просто пройти через территорию, где должен быть вожак, его место?

Н.Х. – Да, если он будет вести себя неадекватно, с точки зрения собаки, размахивать руками, кричать или шататься. Собаки очень часто не любят пьяных. Ведь для них запах водки ассоциируется с какими–то драками, потому что чаще всего выпившие люди, куражась, нападают на собак. И собака, естественно, отвечает, но она этот запах запоминает. Но если, выпив кружку пива в жаркий день, идете, да еще и громко разговариваете, то это может спровоцировать. И тут виноват, конечно, человек. Чаще всего человек является провокатором.

О.К. – То есть вы советуете соблюдать вот эти элементарные правила, громко не говорить, не размахивать руками, не жестикулировать среди собак?

Н.Х. – Конечно. А также приучать к этому детей, что если на горизонте появилась стая, то не надо попытаться найти с ней контакт, а надо тихо мирно удалиться во избежание неприятностей для ваших детей. Когда мы говорим о бездомных животных и их агрессии, мы чаще всего учитываем одну точку зрения, любителей собак. Но ведь надо учитывать точку зрения тех людей, которые пострадали от этих собак, а их тоже не мало, и они тоже имеют право на собственное мнение. И их интересы обязательно должны учитываться.

О.К. – Вы можете дать советы, как защищаться?

Н.Х. – Во–первых, не бежать, не поворачивайтесь спиной к собакам, не вести себя агрессивно, а вести себя сдержанно. Внутренне быть уверенным, что собака тебя должна подчиниться, но не выражать агрессию при этом, а спокойно, не поворачиваясь к ней, не пересекаясь с ней взглядом, просто уйти. Потому что если начнете смотреть собаке в глаза, это тоже может вызвать агрессию. Тут надо быть еще и специалистом.

О.К. – Вот какие сложные советы вы даете: и спиной не поворачиваться, и в глаза не смотреть, и держать себя достойно!

Н.Х. – А главное, не бояться внутренне. Потому что страх имеет свой запах, собака его очень чувствует, и означает, что человек слабее ее, и она может напасть – это для нее сигнал. Поэтому бояться внутренне даже нельзя, надо себя заставить не бояться собаки. В конце концов, она – разумное существо, и поймет, что вы не хотите ей причинять зло, и она успокоится.

О.К. – Интересные вещи вы рассказываете, страх, оказывается, имеет свой запах.

Н.Х. – А собака его чувствует. Если человек подходит к ней с опаской, то она может показать свои клыки, и кто в доме хозяин. Это, кстати, и к домашним относится, не только к бездомных.

О.К. – Может быть, Наталья Валентиновна, проблемы контроля над бездомными животными решают многочисленные клубы? Согласитесь, тот самый вариант: отдам щенка в хорошие руки, да еще иногда и за хорошие деньги.

Н.Х. – Да вот наоборот, они не решают как раз. Они занимаются только регистрацией помета. А по поводу пристройства – это уже проблема. Потому что у нас же клубы работают, и они не ответственны ни перед кем, они самостоятельны. Поэтому сколько пометов и куда это уходит – непонятно, ни налоговой инспекции, ни чиновниками, нет даже никакой статистики, сколько пометов в год появляется у их владельцев. Чаще всего, если это животное не представляет племенной ценности, или выходят из моды, или перепроизводство, то с такими животными проблемы пристройства гораздо больше, чем с теми, которых можно заранее устроить, которым гарантирована хорошая жизнь в домах.

О.К. – То есть, нужен жесткий контроль над клубами?

Н.Х. – Конечно.

Радиослушатель Юрий Иванович – Я не согласился бы с вашей гостьей. Мне 51 год, всю жизнь у меня были собаки, все время суки. У каждой был помет, 1–2 щенка. Была овчарка, у нее было 8 щенков. Я всегда следил за пристройством этих щенков, следил за их судьбой. Ни один щенков, поверьте мне на слово, не был на улице. У меня очень много таких же друзей.

О.Г. – Нам приятно это очень слышать, Юрий Иванович, но статистика неумолима – около 100 тысяч бездомных собак.

Н.Х. – Я знаю, что у нас такие владельцы есть. Спасибо, Юрий Иванович. Многие следят, но к сожалению, далеко не все. Вот такие ответственные владельцы они достойны похвалы и достойны поощрения. Но, к сожалению, вы в меньшинстве, чем те, которые не знают, куда, наконец, девать помет от своей любимой Мурки или собачки, ищут перекупщиков по объявлениям: "Пристрою в добрые руки", а чаще всего они попадают они не в добрые руки. А перекупщики и птичий рынок – это вообще, на мой взгляд, то, что не должно быть ни в одной цивилизованной стране. Этого действительно нигде нет, кроме как у нас, потому что тот, кто хоть раз бывал вечером в воскресный день после основных продаж, знает, что там происходит. Щенки и котята коробками, десятками остаются без надзора. Те, кто покупал на птичьем рынке щенков или котят, к сожалению, имеют печальнейший опыт, потому что в ближайшие 3–5 суток эти животные погибают от инфекционных болезней, которые просто "гуляют" по этому птичьему рынку. На мой взгляд, это неправильно иметь в городе птичьи рынки. Зоопарки – да, могут быть. А вот птичьи рынки должны быть заменены продажей животных, если это клубное животное, с документами определенного происхождения, в зоомагазинах, где может быть налажен контроль.

О.К. – А зоомагазинов так мало осталось в Москве.

Н.Х. – И еще меньше тех, которые продают животных, потому что, там покупая, вы заключаете разговор, магазин и владелец несут определенные обязательства. А на птичьем рынке вы никому не предъявите претензий, потому что эту бабушку или тетеньку, вы больше там не увидите, купив у нее недоброкачественного щенка или котенка, который погиб.

О.К. – А сколько живут бродячие собаки в Москве?

Н.Х. – Стерилизованные живут дольше, а не стерилизованные, оказавшиеся на улице, их век, в среднем не более 8 месяцев.

О.К. – Даже до года не доживают?

Н.Х. – Нет. К сожалению, не доживают. Я имею в виду тех, которые были домашними. Те, которые родились на улице, там они и приспосабливаются.

О.К. – Год – два могут прожить?

Н.Х. – А ведь многие животные, особенно породные, оказавшись на улице, они не приспособлены к уличной жизни и чаще всего погибают. Кошки оказываются в зубах у собак, собаки – под машиной, страдают от "добрых" людей. Много причин, чтобы им погибнуть, и гораздо меньше причин, чтобы выжить. Но, тем не менее, количество бездомных животных все равно огромное.

О.К. – Наталья Валентиновна, проблема бездомных животных, она решается с помощью приютов, в частности, вашего, единственного муниципального приюта "Зоорассвет"?

Н.Х. – Это только одна часть решения проблемы. Только строительством приютов не решить эту проблему, потому что тут же на месте изъятых с улицы, пристроенных в приюте, появятся другие.

О.К. – Спасибо большое за интересный рассказ. Надеюсь, что мы вернемся к этому разговору.

Н.Х. – Ну а я рада буду видеть наших радиослушателей у нас в приюте в качестве добрых рук, куда можно пристроить наших животных!