Чем живет сегодня знаменитая "Ленинка"?

О.К. – Идя навстречу вашим пожеланиям, отправляемся сегодня в знаменитую Ленинку. Узнаем, как она живет сегодня, какие коллекции в фондах, какие интересные истории хранятся в ее стенах. И когда же наконец–то откроется для посещения один из красивейших домов Европы – дом Пашкова?

Эльвира, первый вопрос как раз о доме Пашкова. Очень много звонков от радиослушателей, интересуются, когда же он откроется для посещения? Обещали одно время осенью, но потом сроки передвинулись по объективным причинам. Но все равно открытие его уже не за горами. А с учетом того, что более 20 лет этот один из красивейших домов Москвы и Европы был закрыт на реконструкцию, это все–таки большое достижение.

Э.А. – Я хочу обрадовать всех слушателей, что где–то в октябре будет открыт первый наш фонд – это отдел рукописей. Это роскошнейшее собрание – 600 тысяч экземпляров, которое насчитывает в своих рядах документы, начиная с 6 века – это греческая рукопись. На сегодняшний день коллекции просто нет равных в мире. Она является частью основного архива страны. Я вчера уточняла у директора по научной работе Никаноровой Екатерины Васильевны, она мне сказала, что мы открываем, скорее всего, в октябре отдел рукописей. В этот особняк переезжает еще два наших фонда. Это отдел картографии и отдел нотно–музыкальных изданий. Они немножко попозже, где–то в первом квартале переедут. Но, во всяком случае, уже осталось ждать немножко, все–таки больше 20 лет мы были лишены этого здания. Ведь не только читатели были лишены возможности работать в этом здании, но и библиотекари были лишены возможности заниматься в полном объеме с теми фондами, которые там хранились.

О.К. – Где 20 лет эти фонды хранились?

Э.А. – Эти фонды, как говорят, были рассредоточены по библиотеке. Библиотека же имеет очень много зданий, очень много помещений. Нотный отдел у нас размещался, где касса Дворца съездов – это здание Дворца съездов возле Кремля. И там, на втором этаже помещался нотно–музыкальный отдел. Ведь у нас с XVI века самые старинные нотные и звукозаписывающие различные установки. Как слушали раньше музыку, как это все воспроизводилось. Ну и партитуры очень известные, которых нет даже у потомков авторов в Европе. Отдел картографии находился внизу рядом с залом Интернет. Это первый этаж основного корпуса, первый подъезд, куда входят все читатели. Там есть знаменитая деревянная лестница и там внизу в малюсеньких помещениях находился отдел картографии. И комната – могут сесть только 1–2 человека. Если человек карты раскладывает на столе, то кроме него больше там сидеть некому. И люди просто туда записываются в очередь, чтобы поработать.

О.К. – Наверное, вперед на несколько недель?

Э.А. – Да. Отдел картографии имел такой маленький зал – комната 18–20 метров. Вот это зал. Ну, разве можно помещать наш богатейший фон в таком помещении? А отдел рукописей сидел на 3–м этаже по разным комнатам, в переходах стеклянных. Когда ищешь какой–то документ, сначала надо найти комнату, где он может быть. Теперь, слава богу, это все закончилось. Мы сейчас готовим экскурсоводов, которые будут водить по Пашкову дому. Это наши экскурсоводы очень опытные, которые добавляют в своих путешествиях посещение Пашкова дома. Я тоже участвовала в этой экскурсии недавно, которая была для руководства библиотеки сделана. Это что–то фантастическое.

О.К. – Итак, в октябре первые залы дома Пашкова откроются для посещения. Затем будут открываться последовательно следующие. О доме Пашкова сейчас действительно много говорят – сюжеты по телевидению. Вчера, буквально, большие материалы были показаны на одном из центральных каналов. Это действительно очень красивое здание и удивительным образом удалось его сохранить. Эти скульптуры, эту лепнину. Вы обещали несколько слов об истории этого дома.

Э.А. – Пашков дом это помещение, которое было предназначено для публичной библиотеки в Москве. У нас в Москве не было публичной библиотеки. И в 1861 году коллекция графа Румянцева переезжает из Санкт–Петербурга, из особняка на английской набережной в это здание. За создание публичной библиотеки в Москве боролись культурнейшие люди страны. Очень хотели иметь библиотеку и министерство просвещения, и выдающиеся писатели, ученые. И вот наконец–то было решено румянцевский музей перевезти, в состав которого входила книжная коллекция, а потом уже образовалась одна библиотека. Так вот, все было перевезено в Пашков дом, который был самым подлинным украшением Москвы. Он построен выдающимся русским архитектором Василием Ивановичем Баженовым – в 1784 году началось строительство по заказу Петра Егоровича Пашкова – это владелец огромнейшего состояния, он просто был помещик–откупщик, но очень богатый. И он решил себе построить дом с видом на Кремль. Сам дом стоит на Боровицком холме напротив выезда нашего президента с Боровицких ворот Кремля, и фасад смотрит аккурат на выезд. Дом строился в центре города, это Маховая улица, если кто не знает. Гости столицы обязательно должны посмотреть на него, выйти из метро Боровицкая и с правой стороны они увидят роскошнейший особняк XVIII века.

О.К. – И ведь как много других организаций пытались покуситься на это здание за эти 20 лет?

Э.А. – Мы бились насмерть. У нас были первые попытки в 37–м году забрать это здание под музей изящных искусств. Ведь Цветаев – это бывший наш директор, отец Марины Цветаевой, он же был директором и библиотеки, и у нас внутри была своя картинная галерея, включая Александра Иванова "Явление Христа народу", плюс 200 картин из Эрмитажа нам подаренных. То есть у нас была еще огромная коллекция в Пашковом доме.

О.К. – Вы говорите, была, потом была рассредоточена?

Э.А. – После 37–го года, когда библиотеку сделали государственной библиотекой им. Ленина, то у нас забрали картины, их отвезли в Третьяковку, распределили по музеям. У нас забрали этнографическую коллекцию, коллекцию минералов. У нас мебель роскошная была. И мы стали уже просто библиотекой им. Ленина.

О.К. – Главное, что осталась эта уникальная коллекция и греческой рукописи, и музей книги остался, партитуры остались.

Э.А. – Музей книги у нас единственный в стране и один из лучших в Европе. Уникальнейший музей книги, который показывает вообще всю историю создания книги, начиная с папирусов, начиная с пергаменов, со свитков. У нас все показано. Это изумительнейший музей.

О.К. – Он как раз в доме Пашкова?

Э.А. – Нет, он в нашем корпусе находится, где 3–й подъезд. Первый подъезд –вход читателей, второй подъезд – запись читателей и дирекции, и третий подъезд – конференц–зал и музей книги. Я советую обязательно туда приехать. Только надо заранее записываться, потому что он не столько как музей Пушкина посещаемый, а он научно–исследовательский. Там часто ведутся какие–то научные исследования и какие–то дни у нас пускают, но копейки надо платить за экскурсию.

О.К. – Но, наверное, экскурсии какие–то тематические лучше заказывать?

Э.А. – Совершенно верно. Там у них экспозиции меняются, но вся история создания книжной письменности, начиная с рукописей. У нас Апостол Федоров, у нас Скорина, у нас библия Гуттенберга. Это первые печатные книги.

О.К. – Библия Гуттенберга?

Э.А. – Конечно, их было несколько и у нас оригинал. Правда в музее стоит копия, но у нас хранится все. У нас как в Греции все есть, за 14 веков, начиная с греческой рукописи 6–го века.

О.К. – Выдержал дом Пашкова массу претендентов, которые хотели заполучить это здание. И все–таки остается это здание у библиотеки.

Э.А. – Мы счастливы, что мы сумели отбить это здание от всех нападок. Покушалось очень много организаций, которые хотели бы иметь этот дом. Музей изящных искусств, например, нас тогда отстояла супруга Владимира Ильича Ленина.

О.К. – Но это было давно. А за эти 20 лет?

Э.А. – Было желание эту библиотеку передать, я даже не могу сказать, то ли в ведение Кремля как дом приемов, то ли просто сделать красивый культурный центр для выставок. Но здесь мы отстояли.

О.К. – Эльвира Вячеславовна, само здание не претерпело никаких изменений? Паркет, лепнина, люстры, мебель?

Э.А. – Мы тут прошли недавно, нам показали все технические коммуникации. Поверьте, я часто бываю за границей и я увидела, что этот дворец не могу сравнить с заграницей. Потому что у нас технические коммуникации полностью были переделаны. Вы представляете, что такое рядом с Кремлем все это переделывать. Там же все было разрушено, поломано, надо было откачивать воду. И у нас теперь суперсовременные технические коммуникации – все на компьютерах, все на дисплеях. У нас система воздухоочистки, система температурного режима, система пожаротушения. Это все автоматизировано, все на компьютерах. У нас система видеонаблюдения наверное первая в стране. Наружи дом абсолютно такой, каким он был задуман еще Баженовым Василием Ивановичем. Потом в 1812 году когда горела Москва – он сгорел, и в внутренние интерьеры все выгорели. А поскольку внутри находились разные учреждения – это и здание одного из факультетов университета московского, и кадеты там были. Кого–то там только не было. Когда уже передали этот дом в 1861 году под библиотеку, там уже стали делать именно залы для хранения книг.

Радиослушательница Жанна Викторовна – Тема ожидаемая, ждали вашу передачу. У меня три маленьких вопроса. Первый вопрос – объясните, как разово и постоянно можно войти, потому что первый подъезд это моя юность. Второй вопрос – меня волнует, участвовала ли ваша библиотека в изъятии вот этих книг на улице 25 лет октября. Мы еще студентами бегали в этот книжный магазин. Книги интереснейшие. И третий вопрос – какие документы нужно предоставлять чтобы попасть в библиотеку, если я, например, забыла паспорт.

О.К. – Многие читатели еще считают, что безумно сложно попасть в Ленинку.

Э.А. – Это время уже закончилось с приходом новой дирекции в 96 году. Сначала у нас Владимир Константинович Егоров, сейчас Виктор Васильевич Федоров – генеральный директор. Он, кстати, советник по вопросам культуры нашего Президента. У нас совершенно поменялась обстановка. Раньше у нас было шаг вправо, шаг влево – расстрел. Теперь, пожалуйста, приходите. Иметь надо только паспорт.

О.К. – Все–таки паспорт надо иметь?

Э.А. – Обязательно. Приходите с паспортом. Конечно, желательно иметь какой–то документ, потому что у нас почти 30 залов, чтобы вас тематически в какой–то зал прикрепили. Но это опять же не столь строго теперь отслеживается. Если вам хочется сидеть в нашем красивом третьем зале, приходите и сидите. И небольшие деньги, по–моему, что–то около 100 р., чтобы вас сразу сняли, вы посмотрите, нравитесь ли вы себе, и потом вам выдадут такую "банковскую" карточку, как пенсионное. И вы будете по ней спокойно проходить. И такая же система входа будет в Пашков дом. Это же наше одно из подразделений библиотеки. И вы записываетесь именно во втором подъезде, там запись идет. Народу немного. Там постоянно где–то 2000 человек в день записываются, но больше всего народу бывает во время сессии. У нас 5 – 5,5 тысяч читателей в день. И плюс сейчас лето наступит – к нам хлынет вся страна в отпуска.

О.К. – Казалось бы, затишье должно быть. Наоборот должны пустовать залы Ленинки летом. А у вас все наоборот.

Э.А. – Да. Летом у нас прибывают люди, которые пишут диссертации, у нас же ведь фонд диссертационный есть. Поэтому приезжайте к нам, записывайтесь спокойно. Это все очень красиво и автоматизировано.

О.К. – Главное чтобы вам было 18 лет, паспорт и 100 рублей в кармане.

Э.А. – По–моему, 100 рублей. Это уже не принципиально. И вы получаете на 5 лет читательский билет.

О.К. – У нас есть опрос, который корреспондент сделал на улицах столицы и поинтересовался, как часто ходят москвичи в библиотеку.

Респондент 1 – Хожу. Я не из Москвы, но хожу.

Корр. – А в Ленинку ходите?

Респондент 1 – Не была еще ни разу.

Респондент 2 – Пылью разве что подышать.

Корр. – Пользуетесь услугами библиотек?

Респондент 3 – Практически не пользуюсь на самом деле. Интернет удобнее. Можно не выходя из дома скачать всю информацию. Мне кажется, библиотеки уже не нужны. Я живу в области, где Интернет не очень развит и все равно в библиотеки у нас мало кто ходит.

Корр. – В библиотеке Ленинской были когда–нибудь?

Респондент 3 – Был. Мрачноватое место какое–то и не хочу больше туда возвращаться. Интернет самое лучшее.

Респондент 4 – Так как я студентка, то я хожу в библиотеку около университета. Смотря, какую информацию ищешь. Если более специальную, то, конечно, лучше пойти в библиотеку. А если что–то повседневное, то Интернет. Но больше, мне кажется, используют Интернет.

Корр. – В библиотеке Ленинской были когда–нибудь?

Респондент 5 – Да, была. Мне понравилось. Мне понравились поисковые системы и само, если можно так сказать, обслуживание.

Респондент 6 – Нет. Очень редко. Потому что это все можно сейчас найти либо в университетской библиотеке, либо в Интернете.

Респондент 7 – Посещаю библиотеку, беру книжки. Причем регулярно.

Респондент 8 – Чаще конечно получается Интернетом, но в библиотеки стараюсь ходить. Я просто люблю читать книги.

Корр. – В библиотеке Ленина были когда–нибудь?

Респондент 8 – Была когда–то. Планирую туда записаться.

Корр. – Она отличается чем–то от других городских библиотек?

Респондент 8 – Я знаю, что у нее очень большое разнообразие книг и большой архив.

О.К. – Итак, Интернет составляет конкуренцию библиотекам. Вы согласны?

Э.А. – Да. Я поняла, что ваши корреспонденты находились где–то в районе факультета журналистики. У меня у самого сын студент. Интернет теперь заменяет все. Кто постарше или же если ребята, интересующиеся историей государства Российского, или вообще историей какого–то вопроса, конечно у нас в электронном виде этого нет. Это нужно придти, заказать книгу, посидеть. А потом, извините меня, отдел рукописей – он не сканируется. Там просто надо брать в руки эту историю. Например, Архангельское Евангелие 1092 года. Древнейшее Евангелие. Его вам не дадут, но там копия будет или книга, которую мы издавали. То есть то, что можно взять в руки и почувствовать тысячелетие – это, конечно, ни с чем не сравнимо. Вы знаете, я считаю, Ленинка – это истина в последней инстанции. Очень много непроверенных фактов, ошибок, перепечаток в Интернете.

Радиослушатель Игорь – Я хотел задать вопрос. Я был в Ленинке, и мне нужно было художественное издание 46–47–го годов. Меня отправили в Химки, по–моему. А у нас теперь в Ленинке в центре там ничего послевоенного не найти?

Э.А. – Вам видимо надо было какой–то источник газетный или журнал.

Радиослушатель Игорь – Нет, мне Щипачев нужен был.

Э.А. – Вы знаете, у нас там хранилище большое. В связи с нашими ремонтными делами, мы же без выезда ремонтировали библиотеку и у нас очень много старого перевезено временно хранится в Химках, где у нас хранилище.

О.К. – И там, кстати, все диссертации.

Э.А. – Кандидатские, докторские, кроме медицины и фармацевтики. Но все равно нам несут, хотят, чтобы и в Ленинке были.

Радиослушательница Оксана – Мне хотелось бы задать три маленьких вопроса. Что касается музея. Там есть древнегреческие рукописи. А вот можно ли увидеть папирусы?

Э.А. – Конечно. Вы знаете, у нас же еще есть центр восточной литературы – это бывший музей Калинина, напротив метро Боровицкая, это усадьба князей Шаховских. Можно и в музей пойти с нашими методистами поговорить, там опытнейшие сотрудники. Или пойти в центр восточной литературы, в залах, где египетские наши документы, тоже что–то спросить. И все с одним билетом. В музей можно просто придти спросить. Он бесплатный, если это не экскурсия.

Радиослушательница Оксана – Еще такой вопрос, может быть и наивный. Вы получаете в фонд современных бестселлеров? Вы выдаете подобную литературу?

Э.А. – А как же. Два обязательных экземпляра – никто закон об обязательном экземпляре не отменял. Все, что печатается в стране – 2 экземпляра поступает в Ленинку.

Радиослушательница Оксана – Это можно не только в читальном зале, это можно и на дом взять?

Э.А. – Нет. У нас абонемент только для сотрудников библиотеки. Мы национальная библиотека, хранилище информации мировой.

Радиослушательница Оксана – Понятно. Но там то можно почитать буквально все?

Э.А. – Конечно. Абсолютно все, что вам надо. У нас все в электронном каталоге. Абсолютно бесплатно. Приходите по читательскому билету.

Радиослушательница Оксана – И третий вопрос. Ведь при этом доме был диковинный садик?

Э.А. – Совершенно верно. Это был изумительный райский сад, где плавали черные лебеди, где были экзотические животные, и все москвичи вечерами приходили прогуливаться. Раньше там была красивая решетка, и за этой решеткой гуляли страусы, гуляли такие диковинные животные, что вся Москва съезжалась полюбоваться этой красотой. Ведь Пашков был очень богат.

Радиослушательница Оксана – И что–то будет восстановлено из этого дивного сада?

Э.А. – Это дальше. Сейчас мы просто высадили очень красивые клумбы. А потом все восстановим. У нас же абсолютно все репродукции, все чертежи, все источники хранятся. Я еще сказать, что мы библиотеку во время войны не вывозили, она функционировала. Мы вывезли только 700 тысяч самых ценных документов – это рукописи, музей книги. Вывезли в 2 города.

О.К. – А где же вся литература была в годы войны?

Э.А. – Просто мы все это прятали по подвалам. А самое ценное вывезли в Нижний Новгород и Пермь. Потом в 44–м году все вернули. Наши библиотекари все на руках таскали.

О.К. – И все сохранили?

Э.А. – И все сохранили. У нас ничего не пропало. К счастью, не было ни одного попадания. У нас была зенитка на крыше хранилища. И 200 зажигательных бомб наши девушки скинули с крыш.

О.К. – Потрясающе. Мы еще не сказали о том, что центр всей юридической базы страны сосредоточен в Ленинке.

Э.А. – У нас уже лет 8 назад образован центр юридической информации.