Итоги весенней сессии Московской городской Думы

С.С. – Итак, весенняя сессия, как это странно не звучит, потому что уже сегодня у нас пятнадцатое июля, все–таки подходит к концу, я так понимаю, да? Или уже фактически завершена?

А.С. – Да, действительно, депутаты как дети малые. Многие это знают из телевизионных трансляций, из наблюдений за работой парламента, они живут, действительно, по какой–то такому школярскому календарю. У нас весенняя сессия длится с Нового года до глубокого лета, а с первого сентября как школьники мы снова садимся за свои парламентские парты, и уже до конца декабря работаем в режиме осенней сессии. А летний перерыв у нас так и называется "каникулы", как в школе. Только у нас парламентские каникулы.

С.С. – Но большие каникулы, не отпуск, скажем так.

А.С. – Это правда, но это каникулы в парламентской деятельности. Но депутаты продолжают работу в своих избирательных округах, продолжают работу с документами. То есть, скучно не бывают.

С.С. – То есть, если к депутату придут на прием в этот период, а он скажет: "Извините, у меня каникулы", он не прав? Он говорит не правду?

А.С. – Нет! Дело в том, что отпуск, конечно же, депутату положен. И в отпусках депутаты будут находиться. Но и в летнее время, действительно, приемные депутатов в округах города Москвы работают.

С.С. – Хорошо. Весенняя сессия, практически, завершена. И я так понимаю, что принят не один закон, не одно положение, не одна программа. Вот можно остановиться на самых значимых? Я понимаю, что, несмотря на то, что у нас минут сорок, мы все равно не успеем все осветить. Но хотя бы что–то! Вот о бюджете, например, самая приятная тема.

А.С. – Да, Сергей, но если позволите, все–таки, общий взгляд назад, что было сделано за эту самую весеннюю сессию. Московская городская Дума приняла около тридцати законов. Также было большое количество различного рода постановлений, обращений, заявлений. Всего порядка двухсот документов различной степени юридической силы. И среди них, действительно, выделяется Закон об исполнении бюджета за 2007–й год, поправки в бюджет на 2008–й год, это и законы о налогах, в том числе о транспортном налоге, который задел, наверное, интересы и, самое главное, кошельки многих москвичей. Это Закон о социальной помощи. Мы приняли большой документ, который город давно ждал, под названием градостроительный Кодекс города Москвы. А также были законы, которые, надеюсь, остались незамеченными, а если они были незамечены нашими земляками–москвичами, то мы сейчас об этом поговорим, это такие законы как закон о такси, законы об охране труда и о единой профилактике правонарушений в городе Москве. То есть, фактически, были охвачены все сферы деятельности и жизни москвичей от экономики до социальной жизни и то, что составляет сферу услуг, если возвращаться к законодательству о такси.

С.С. – Но вот что касается бюджета, все–таки, что здесь можно сказать для москвичей? Есть чему порадоваться? Может быть, появились какие–то новые льготные программы социальные, так называемые?

А.С. – Да, с бюджетом, как пишут в том числе иностранные экономисты, в этом году быть русским модно и быть русским очень хорошо. Экономическая конъюнктура для нас крайне благоприятная. Это отражается как на федеральном бюджете, так и на бюджете города Москвы. Бюджет 2007–го года исполнен с префицитом, исполнен с превышением ожидаемых доходов. Доходы города в прошлом году составили 950 миллиардов рублей. Причем, на 77 процентов это налоговые поступления, поступления от налогов. Причем, два налога составляют большую часть – это налог на доходы физических лиц граждан и часть налога на прибыль. Часть налога на прибыль идет в федеральный бюджет, а часть – в бюджет города Москвы. Таким образом, будет справедливо сказать, что основные виновники в кавычках вот этого роста московского бюджета, доходов московского бюджета и этого префицита – это сами москвичи. Потому что 13 процентов налога на доходы платят жители города Москвы и он полностью идет в бюджет города. Соответственно, бюджет – это не просто некий кошелек, не некая ячейка, это средство перераспределения доходов. Попадая в государственные закрома, эти средства перераспределяются и направляются, прежде всего, тем, кто больше всего в них нуждается. И московский бюджет на протяжении вот этих четырнадцати лет последних – это бюджет социально–ориентированный.

С.С. – А скажите, вот этот перечень лиц, круг лиц расширяется или остается прежним? Кто самый нуждающийся с точки зрения московских властей? Кто эти люди? Пенсионеры, естественно?

А.С. – Да, совершенно верно. Вот в городе по нашим оценкам 2,8 миллиона людей является нуждающимися. Это пенсионеры, среди них и дети, оставшиеся без присмотра и попечения родителей, это одинокие граждане, оказавшиеся в тяжелой жизненной ситуации. То есть, если брать цифры бюджета прошлого года – пять миллионов человек получили из бюджета города денежные выплаты, субсидии, либо натуральную помощь. То есть, это вот то, что напрямую было заплачено людям из бюджета города Москвы, не говоря уже о московских надбавках к пенсиям, о московских бюджетниках, которые получают зарплаты из бюджета города Москвы. То есть прямые выплаты из бюджета достигают 60 процентов его расходной части. Поэтому мы уже неоднократно говорили о том, что бюджет является социальным.

С.С. – А новые выплаты, надбавки какие–то предусмотрены новым бюджетом? Или просто уже существующие надбавки как–то будут пополняться?

А.С. – И существующие надбавки будут пополняться и будет расширяться перечень социальных программ. Как я уже сказал, принят московской городской Думой закон о социальном обслуживании населения города Москвы. И вырастет круг лиц, которым будет оказываться эта самая социальная помощь. Сейчас порядка шестнадцати тысяч москвичей получают помощь стационарных учреждений социального обеспечения и еще порядка ста тридцати тысяч получают эту помощь на дому. Есть люди, которые не в состоянии даже убраться дома, сходить за продуктами, приготовить себе пищу, правильно написать какой–то документ или обращение в органы социального обеспечения, дойти до аптеки за лекарствами. И вот перечень такого рода услуг прописан сейчас в законе города Москвы, как и те категории, которые на такого рода услуги могут претендовать.

С.С. – Имеется в виду закон о социальной защите?

А.С. – Да, совершенно верно. Если точнее, это закон называется социальным обслуживанием населения в городе Москве. Повторюсь, тут и предоставление временного приюта и приобретение билетов для возвращения к месту постоянного проживания, такое тоже бывает, оплата жилищно–коммунальных услуг и телефона для ряда категорий, оказавшихся в тяжелой жизненной ситуации, и даже, как это не трагично звучит, организация захоронений одиноких граждан, не имеющих родственников. Такая проблема тоже в городе существует и в соответствии с этим законом бюджет берет на себя и эту обязанность.

С.С. – Я напомню нашим слушателям, что в гостях у нас Семенюков Александр Григорьевич, депутат московской городской Думы и председатель комиссии по законодательству. Мы обсуждаем с ним итоги работы весенней сессии московской городской Думы. Было принято много различных нормативных актов. Один из них, например, закон о транспортном налоге. Вот хочу вот так вот от социальных проблем сюда перескочить. Одно из изданий пишет, что ставки налога транспортного определены в зависимости от мощности двигателя, тяги реактивного двигателя или валовой вместимости транспортных средств, их категорий и срока полезного использования в расчете на одну лошадиную силу мощности двигателя. В общем, так мудрено несколько, по крайней мере, для меня написано.

А.С. – Любой человек нормальный это не воспримет просто.

С.С. – Да. Вот можно как–то поподробнее рассказать об этом налоге? Что, по крайней мере, хорошего–то нас ждет?

А.С. – Да, конечно. И правильно вы ставите вопрос, потому что бюджет напрямую связан с налогом. Транспортный налог – это один из источников дохода бюджета города Москвы. Небольшой на самом деле, всего лишь порядка семи миллиардов рублей дает транспортный налог. Однако он существует. Любой налог по моему убеждению это зло. Как и государство, в общем–то, в чем–то зло.

С.С. – Но для государства–то это благо, для казны.

А.С. – Государство, напомню, по бессмертному определению одного из классиков марксизма–ленинизма, – это некий аппарат принуждения, который заставляет людей.

С.С. – И подавления.

А.С. – И подавления в определенных случаях. А для того, чтобы он мог функционировать, нужны деньги. А деньги, единственный и главный источник, – это налоги. Поэтому транспортный налог периодически в городе повышается. Его предельные ставки определены федеральным законодательством, налоговым Кодексом. Так же, как и объект налогообложения. Вот объектом налогообложения является мощность двигателя, лошадиная сила. И вот за эту самую лошадиную силу уже не первый год бьется Правительство с одной стороны, с другой стороны население. Естественно, Правительство хотело бы, чтобы средств поступало больше. С другой стороны, налог – это не только фискальный механизм, это еще и некий регулятор. То есть, используя этот механизм, можно регулировать потребности граждан. В чем они заинтересованы больше? В маленьком автомобиле или в большом? В мощном или менее мощном автомобиле?

С.С. – Все–таки, если я не ошибаюсь, чем больше автомобиль, чем больше у него лошадиных сил, тем больше придется платить. Так?

А.С. – Совершенно верно. И более того, мы, естественно, как люди, избираемые населением, отнюдь не заинтересованы в том, и не всегда поддерживаем инициативу правительства по увеличению налоговой нагрузки на население. Тем более что и так деньги в бюджете есть. Так вот в результате такой достаточно слаженной работы, а это, я считаю, пример слаженной работы депутатов, Правительством был существенно изменен первоначальный проект закона. Это хорошая новость для автовладельцев, что 75 процентов автовладельцев такие изменения налога не коснутся. Осталось та же нулевая ставка для владельцев автомобилей мощностью до 70 лошадиных сил. Туда попадает большой парк отечественных автомобилей, практически, весь. Сохранена существующая ставка налогов для владельцев автомобилей мощностью до ста лошадиных сил. Это семь рублей за лошадиную силу. То есть, если мощность автомобиля сто лошадиных сил, вы заплатите только семьсот рублей в год, также как и было до принятия этого закона. А вот категорию от ста до ста пятидесяти лошадиных сил мы на этот раз разделили. От ста до ста двадцати пяти и свыше ста двадцати пяти до ста пятидесяти. Так вот до ста двадцати пяти ставка осталась той же самой – двадцать рублей за лошадиную силу. И тем самым опять же владельцы автомобилей платить больше не будут. По данным ГИБДД, повторю, 75 процентов автомобилей охватываются этой мощностью до ста двадцати пяти лошадиных сил. Для владельцев автомобилей свыше этой мощности ставка налога увеличивается в полтора раза. И действительно, владельцы мощных и крупных автомобилей будут платить в полтора раза больше. Это, конечно же, новость не приятная для них. Но что делать? Развивать транспортную сеть надо. И главная проблема – вот эти пробки в городе, она остается приоритетной. О ней говорил тогдашний президент Путин Владимир Владимирович во время инаугурации мэра, что "эту проблему, Юрий Михайлович, вы в городе должны решить". И эту проблему городские власти сейчас активно решают. В том числе наметилось, наконец, взаимодействие с Подмосковьем, с тем, чтобы многорядные московские трассы не упирались в двухрядные трассы на Московской области. Было большое совещание у вице–премьера Шувалова по развитию транспортной инфраструктуры Московского региона в целом. То есть, когда Москва и Московская область рассматривается как единое пространство, предусмотрены инвестиции из федерального бюджета и привлечение частных инвестиций в сферу дорожного строительства. Поэтому изменится качественный подход к этой проблеме. Я думаю, мы все вместе, кто сидит за рулем, увидим изменения к лучшему уже в самое ближайшее время.

С.С. – То есть можно ожидать, что и как–то проблема с пробками будет решаться?

А.С. – Да, конечно. Проблема с пробками будет решаться. Эта проблема сейчас для властей, повторюсь, номер один. И много внимания уделялось ей и на заседаниях правительства города Москвы и при различного рода Круглых столах в Московской городской Думе.

С.С. – Поживем – увидим, как говорится. Я напомню слушателям еще раз, что у нас продолжается такой своеобразный дайджест московских законов, принятых Московской городской Думой. Мы так вот галопом по Европе их освещаем с Александром Григорьевичем. И, коль мы заговорили о транспорте, закон о такси! Логично будет, думаю, сказать о нем.

А.С. – Действительно, такой закон был принят в весеннюю сессию. Сфера таксомоторных перевозок крайне в неудовлетворительном состоянии находится. Многие сферы услуг экономики вышли на новый качественный уровень. Что касается такси, находимся на уровне начала 90–х.

С.С. – Заниматься этим может кто угодно!

А.С. – Каждый, кто угодно, да. И в последнее время мы видим, что москвич, пассажир садится в автомобиль и не знает, во–первых, куда он приедет. Потому что многие водители не москвичи и даже не жители России, приезжие из стран СНГ. Плохо, а то и вообще не знают город.

С.С. – Да. Кутузовский проспект! А где это?

А.С. – Да. Плохо говорят на русском языке. Техническое состояние автомобиля сомнительно.

С.С. – Говорят даже, извините, был случай – ехал человек с глухонемым водителем.

А.С. – Вот видите! К сожалению, данная сфера транспортных перевозок относится к сфере регулирования федерального законодателя. Но мы не можем остаться в стороне. Поэтому мы решили создать в городе некую систему экономического стимулирования для таких позитивно настроенных перевозчиков, для таксистов и организаций, которые заинтересованы в том, чтобы все в городе в этой сфере было нормально. Мы предложили создать реестр перевозчиков. Это организации и индивидуальные предприниматели, готовые предоставлять качественные таксомоторные перевозки. И таким организациям и индивидуальным предпринимателям мы будем присваивать знак "Московское городское такси". За счет бюджета этот знак будет водружаться на такой автомобиль. Он будет заметен для любого москвича, для желающего, так сказать, "Эх, прокатиться!", как было написано в известном произведении.

С.С. – "Золотой теленок".

А.С. – "Золотой теленок". Но при этом перевозчик должен отвечать целому ряду требований.

С.С. – А скажите, просто не знаю, как сейчас, но, по крайней мере, года два назад, да думаю и сейчас, практикуется следующее. Человек приезжает со своим автомобилем в таксопарк, его берут на службу и он на нем работает. Вот это нормально с вашей точки зрения?

А.С. – Такое допускает действующее законодательство. Действующее законодательство это действительно допускает. Но при этом автомобиль должен соответствовать требованиям безопасности, должен пройти ТО. А в этом реестре, о котором я вам рассказываю, в нем повышенные требования к такого рода водителю. Он должен сдать экзамен на знание Москвы. Он должен в совершенстве владеть русским языком. Автомобиль должен быть четырехдверный, автомобиль должен быть леворульный. Водитель и организация, занимающаяся перевозками, должна заявить о тарифах, которые есть на перевозку. Сколько стоит один километр, сколько стоит подача такси. Обязательно оборудован счетчиком, таксометром и так далее. То есть вот эти повышенные требования добровольно те организации, которые хотят получить от города льготы и преференции, должны соблюдать. И в том случае, если организация берет на себя такие обязательства, повторюсь, город оборудует ее специальным знаком. В будущем, возможно, будет оборудовано, эта обсуждалась тема, стеклом пуленепробиваемым, для того, чтобы оградить от посягательства.

С.С. – Каждое такси?

А.С. – Да, каждое такси. И город, соответственно, будет предоставлять льготы по налогообложению, по земельному налогу для такой транспортной организации, которая добровольно, опять же повторюсь, берет на себя обязательства соблюдать такие требования.

С.С. – То есть они дешевле будут арендовать площадки, да?

А.С. – Совершенно верно. Такие транспортные организации могут пользоваться стоянками "Московское городское такси", которые также бесплатно будут для такого рода перевозчиков предоставляться.

С.С. – Однако, правила эти, вернее порядок присоединения к ним, их исполнение – принятие добровольное? То есть тот или иной бизнесмен, владеющий несколькими такси, может это все не принять и автономно работать?

А.С. – Мы надеемся, что будут работать определенные экономические механизмы и что пассажиры будут голосовать рублем. Останавливая на улице машину, они будут обращать внимание, есть ли на ней знак "Московское городское такси". Если такой знак есть, гражданин может быть уверен, что такая машина прошла наше, условно говоря, лицензирование в кавычках, поскольку лицензированием не является, и повышенные требования были соблюдены.

С.С. – В гостях у нас Семенюков Александр, депутат московской городской Думы, председатель комиссии по законодательству. Мы говорим об итогах весенней сессии столичного парламента. И одна из проблем, которая неоднократно обсуждалась, это проблема борьбы с коррупцией. Правильно, ведь?

А.С. – Правильно. У нас были слушания на эту тему и мы говорили об этом.

С.С. – Чтобы подробнее об этом поговорить, я предлагаю послушать что думают наши горожане, что думаю москвичи об этой проблеме. Давайте!

– Честное слово, никогда взяток не давал и никто не предлагал, чтобы я дал кому–то денег за то, чтобы, например, поступить в Университет или еще куда–то. Считаю, что если человеку это приемлемо – вот так вот поступить, дать денег, то это его выбор, он так считает, ему так легче. Если же ему это неприемлемо, то пусть обращается в правоохранительные органы. Мне как бы безразлично, есть это или нет, нужно платить, не нужно. Каждый делает свой выбор сам.

– У нас в институте очень распространены случаи, когда, например, мы не сдаем зачет, когда вторично нам приходится сдавать зачеты и мы за это платим деньги. И даже, например, если мы его не выучили, то в любом случае мы его сдадим. Но в любом случае мы к этому относимся отрицательно. Потому что мы учимся, рады, что мы это делаем. Мы хотим этого добиться путем знаний. А у нас это все собирают путем денег. Так как мы студенты, мы, в основном, люди приезжие и как бы не у всех хватает возможностей. А из–за этого в основном выгоняют и еще придумывают какие–то различные методы борьбы с не сдачей. Но я считаю, что должно быть ты знаешь, ты сдаешь, а не знаешь, значит, ты не сдаешь.

– Да, конечно, и неоднократно. Что делать? Мы живем в такой стране, где, извиняюсь, взятки брали и будут брать борзыми щенками. Так это у нас в стране и остается.

– Это меня как–то не касается. Тот, кто не может обычным путем получить какой–то документ, у того на лице написано, что "я готов дать взятку". Я могу и имею право получить обычным путем диплом, права или что–то там из ЖЭКа.

– Что касается Университета, то, конечно, в идеале нужно своими силами, но иногда просто нет выхода. Я отношусь с пониманием к людям, у кого больше нет выхода. Но к таким людям, которые считают, что им все дозволено, конечно, с отрицанием.

С.С. – Итак, только что мы прослушали мнение москвичей о коррупции. Точнее, не то, чтобы о коррупции, а о какой–то ее мизерной или не совсем мизерной, но части, это о взятке, о взяткодательстве. В общем–то, лично я со всем согласен, кроме мнения одного товарища, который говорит, что брали, берут и будут брать борзыми щенками. Борзыми щенками сейчас берут мало. В основном, берут в денежном эквиваленте. То, что мы услышали, каково ваше ощущение? Как–то народ настроен все–таки, воспринимает это все как должное. Правильно? Ну, поставлены мы в такие условия!

А.С. – Народ, как всегда, мудр. Кстати, начнем с борзых щенков. Оказывается, они были очень дороги в то время, когда было написано бессмертное произведение Гоголя. И, действительно, взятки борзыми щенками считалось таким очень дорогостоящим.

С.С. – А вот принесут чиновнику, знаете, дорогого крокодила, например. Он его возьмет? Он предпочтет деньги все–таки.

А.С. – Относительно того, насколько вечное это явление. Исследования, в том числе и международные, показывают, что задачу, в том числе и в западных демократиях, никто не ставит о полном истреблении коррупции, считая эту задачу невыполнимой.

С.С. – Свести до минимума?

А.С. – Да, свести до минимума. Можно поставить участкового к каждому чиновнику, к каждому гаишнику. Но затраты общества на борьбу с этой самой коррупцией будут не сопоставимы. И потери, в том числе потери в рамках гражданских свобод, тоже отразятся на уровне развития общества. Поэтому задача стоит в том, чтобы уровень коррупции был таков, чтобы комфортно могли реализовываться законы, граждане чувствовали себя защищенными. Сейчас о коррупции не говорит только ленивый. С одной стороны понятно почему. Она касается всех и решить ее можно только усилиями общими, задача, действительно, комплексная. Важно только, чтобы это не переросло в драку на восточном базаре. Когда все кричат: "Держи вора!", а вор, так сказать, благополучно исчезает в одном из пестрых шатров. Так вот мы помним о том, что мы региональный законодательный орган и хотим найти именно свое место в противостоянии коррупции.

С.С. – Вот это интересно кстати, Александр Григорьевич. Потому что федеральный закон еще не принят.

А.С. – Совершенно верно!

С.С. – Хотя о пакете законов говорится уже достаточно долго.

А.С. – Он будет внесен, судя по всему, президентом.

С.С. – Да! В конце этого года.

А.С. – Разрабатывается межведомственной группой администрацией президента.

С.С. – И в начале года, дай бог, мы это увидим. А у вас уже что–то принято, я так понимаю?

А.С. – Нет, у нас не принято! Но мы стоим, действительно, на пороге. Мы активно обсуждаем возможность принятия регионального закона, то есть закона субъекта Федерации города Москвы. На самом деле такие законы есть уже в ряде субъектов нашей страны. Но повторюсь, там есть либо элемент декларативности, либо, чего греха таить, он, например, в одном из субъектов, где его внес прокурор субъекта, просто переписан с приказа Генерального прокурора. Вот мы хотели бы создать некую систему критериев, по которым можно было бы анализировать и проекты законов, и проекты подзаконных нормативных актов, скажем, постановлений правительства с точки зрения их коррупциогенности.

С.С. – Но главный критерий – это, ведь, само понятие, что такое коррупция. Вы даете такое понятие у себя в законе?

А.С. – Нет. Мы такое понятие не даем. И вы правильно говорите, так как его не существует – понятия "Коррупция" в сегодняшнем законодательстве.

С.С. – А с чем бороться тогда?

А.С. – Под коррупцией понимают ряд преступных действий, как охватываемых Уголовным кодексом, так и кодексом об Административных правонарушениях. Та же взятка как элемент коррупции, да? И для взяткодателя и для взяткополучателя.

С.С. – Тут даже, наверное, шире. Тут и Трудовой кодекс можно взять, когда родственники устраиваются на работу.

А.С. – Совершенно верно. Это целый комплекс. И вот повторюсь, мы не должны ставить для себя задачу федерального законодателя. Понятие "Коррупция" должно быть сформулировано в федеральных законодательных актах. Однако, вполне мы можем учредить такую антикоррупционную экспертизу у себя в городе для законов, принимаемых московской городской Думой, для постановлений, принимаемых московским Правительством. Обсуждается вопрос, кто такую экспертизу должен проводить. Либо специально вновь созданный орган внутри системы исполнительной власти, либо же наделить этими функциями уже существующие органы. Этот вопрос, действительно, обсуждается и решения по нему пока нет.

С.С. – А, извините, по каким критериям будет оцениваться коррупционен тот или иной закон, то или иное предложение, та или иная организация, например, которая выполняет какие–то функции?

А.С. – Вот эти критерии мы сейчас разрабатываем. И разработка этих критериев возможна только с привлечением специалистов, в том числе ученых, криминалистов, правоведов. Для того, чтобы эти критерии были действительно объективными. О чем–то мы говорить сейчас уже можем, да? Скажем, с одной стороны наличие вилки в наказании. Когда можно наказать человека, оштрафовать и на пятьсот рублей и на пять тысяч рублей. Вроде бы это, так сказать, создает возможность для коррупции. С другой стороны есть понятие индивидуализации наказания. Потому что причины, побудившие на правонарушение, у каждого человека разные. В общем, это вопрос, над которым мы сейчас работаем. Заказаны достаточно серьезные социологические исследования, которые проводятся, и экспертные работы. Я думаю, в осеннюю сессию мы будем готовы сформулировать вот эти самые критерии, позволяющие говорить о том, что данная норма приведет к росту коррупции, данная норма создаст какие–то неравные условия для участников бюджетных, скажем, отношений. И добиваться прозрачности распределения, прежде всего, тех же самых государственных средств, о которых мы говорили в начале нашей беседы. То есть процесс понятия решений должен в режиме on–line, так сказать, быть доступен всем. И прохождение какого–то документа – это система электронного правительства. Чтобы каждый, обратившийся в госорганы мог видеть, в том числе с использованием Интернета, какую резолюцию наложил чиновник на его документ, где он находится, почему он пролежал у какого–то исполнителя дольше положенного времени.

С.С. – А, по–моему, в каких–то судах уже это практикуется на сайте?

А.С. – Да, арбитражные суды уже ввели эту систему. А если говорить о городе, то московский городской суд все более активно эту систему внедряет. Надо сказать спасибо Егоровой Ильине Александровне, председателю. Она много для этого делает. Ввела окно председателя, куда можно жаловаться на волокиту, хамство, грубость в московских городских судах. И москвичи молодцы, они быстро учатся и этим пользуются. И ситуация в городских судах меняется к лучшему.

С.С. – К сожалению, время наше уже подходит к концу. Давайте закончим тем, с чего мы начали, подведем итоги работы сессии московской городской Думы. Итак, самые основные законы, с вашей точки зрения, какие были приняты? Может быть, о каких–то из них мы поговорим даже и позже в других программах?

А.С. – Основные законы – это бюджет, бюджет развития. Один триллион двести пятьдесят миллиардов на 2008–й год. Он позволяет решать крупные социальные вопросы и задачи в городе. А также реализовывать решения инфраструктурных планов, прежде всего строительство дорог и решение проблемы пробок в городе Москве. Градостроительный кодекс, учет мнений граждан при решении вопросов, скажем, точечной застройки. Теперь эти вопросы будут решаться на уровне правительства. Есть телефоны горячей линии. Жалуйтесь, звоните, если считаете, что строящийся новый объект нарушает ваши права.

С.С. – А какие это телефоны? Можете сейчас сказать?

А.С. – К сожалению, я не могу их сейчас привести. Они есть на сайтах.

С.С. – На том же сайте Московской городской Думы?

А.С. – Да. На том же сайте московской городской Думы. Программа реконструкции жилья – 13787 жилых зданий в Москве будет отреставрировано, отремонтировано до 2012–го года. На эти цели пойдет почти полтриллиона рублей. Пятьсот миллиардов рублей! Практически каждый жилой дом в городе будет отремонтирован. Необходима, опять же, гражданская активность жителей для создания ТСЖ. Поскольку отремонтированное жилье должно быть передано некоему собственнику. Собственники квартир должны объединяться для того, чтобы управлять своим домом и выбирать форму управления таким жилым домом. Требуется, повторюсь, ваша активность. Изменение самой атмосферы в городе в смысле уважения законов, программа о профилактике правонарушений, преодоление того самого правового нигилизма, о котором говорит действующий президент.