Когда начнется отопительный сезон?

О.К. – Сегодня мы будем говорить с вами о том, как идет программа реализации капитального ремонта в городе, как подготовилась Москва к предстоящим холодам. Если у вас в доме делают капремонт, вы довольны или недовольны его качеством, если у вас начались пробные топки или еще не начались, пожалуйста, звоните, у вас есть возможность напрямую пообщаться с депутатом Мосгордумы. Ровно год назад, в сентябре 2007 года, была принята Программа капитального ремонта. Уже год первопрестольная охвачена сиим глобальным действом. Хотелось бы поговорить о первых итогах капитального ремонта. Вначале, все–таки, на ваш взгляд, почему назрела эта Программа?

М.Б. – Задача этой программы – привести московские дома в соответствующий сегодняшнему дню уровень комфортности, условий жизни. Мы же знаем, что Москва не сразу строилась, а строилась годами, десятилетиями. Первые пятиэтажки, которые мы сейчас сносим по Программе реконструкции, были построены в 60–е годы ХХ века. Были постоянные типовые серии различных кварталов, которые закладывались. Мы сегодня понимаем, что в связи с выходом Жилищного кодекса, собственники должны сами ремонтировать не только свои квартиры, но и места общего пользования (кровля, лифты, проемы, лестничные марши, фасады). Сегодня было бы, наверное, просто варварством весь этот груз переложить на москвичей. Мы понимаем, что в связи с теми процессами приватизации, которые происходили в России в 90–х годах, 80 процентов жилья сейчас находится в собственности: или кто–то купил его на вторичном рынке, или же это приватизированные квартиры. Понятно, что эти дома строились у нас в 60 – 70–е годы, и уровень их благоустройства резко отличается друг от друга. Поэтому было принято решение, что в эту программу войдут дома, которые построены до 91–го года, таких домов более 13 тысяч. В основном, это будет выборочный капитальный ремонт, т.е., будут меняться основные элементы конструкций, те, которые пришли в негодность и не подлежат дальнейшей эксплуатации, процент износа их очень большой.

О.К. – Этажность играет роль?

М.Б. – Да, здесь два фактора работают. В первую очередь будут подвергаться капитальному ремонту дома там, где создано Товарищество собственников жилья, потому что наша программа называется "Ответственному собственнику – отремонтированное жилье". Мы понимаем, что после того, как дом отремонтировали, мы должны его кому–то передать. А у нас зачастую на встречах с избирателями этот менталитет мы еще не пережили: квартира эта моя, а из квартиры вышел – хоть трава не расти. У нас должны еще и какие–то психологические изменения произойти, мы должны понимать, что это все наше. А что касается тех квартир, которые еще не приватизированы, бремя их капитального ремонта в будущем будет ложиться на плечи исполнительной власти.

О.К. – Действительно, жилой фонд в Москве очень разнообразный, и, все–таки, в первую очередь будут попадать дома, где квартиры приватизированы. Просмотрим простой житейский пример. Стоквартирный дом, одноподъездная башня. Допустим, 95 квартир приватизированы, 5 – нет. Как здесь будет решаться вопрос?

М.Б. – Эти дома все равно попадают под капитальный ремонт. Я уже сказал, что 13 тысяч домов в городе сегодня нужно ремонтировать. Именно для того, чтобы собственнику отдать капитально отремонтированный дом для будущей эксплуатации. А ТСЖ, как правило, создаются после того, как собрание более 50 голосов принимает решение об их создании. Часть квартир может быть муниципальной собственностью, а большая часть будет частной собственностью. И это одно другому не мешает. Конечно, в первую очередь будут ремонтироваться пятиэтажные, девятиэтажные, двенадцатиэтажные дома, которые сегодня не подлежат ни сносу, ни реконструкции. Мы понимаем, что эти дома будут эксплуатироваться еще не один десяток лет. Если видно, что дом дышит на ладан, какой смысл вкладывать деньги города в капитальный ремонт, если через какой–то период времени он попадет под реконструкцию?

О.К. – Поэтому проводится мониторинг каждого здания?

М.Б. – Да. Программа капитального ремонта на следующий год должна была утвердиться до 1 сентября текущего года. То есть, сейчас в любой управе есть понимание, какие дома будут ремонтироваться в 2009 году. Есть адресный перечень, подготовлена проектно–сметная документация и, в соответствии с этим, должны проводиться эти ремонты.

О.К. – Более сорока миллиардов рублей город выделил на эти цели. Сумма, разумеется, будет увеличиваться с каждым годом?

М.Б. – Да, она будет динамично расти, Программа рассчитана на 7 лет, до 2014 года. В бюджете должно быть использовано более 450 миллиардов рублей. Если мы говорим, что в 2008 году – 40 миллиардов, то уже в 2014 году запланировано 90. Думаю, что эта сумма вырастет, потому что есть определенный уровень инфляции, как–то будет бюджет расти, мы сможем выделять средств еще больше. Для сравнения: в прошлом году на капитальный ремонт у нас было выделено два миллиарда рублей. Представляете, в двадцать раз больше нужно освоить средств. Это, конечно, тяжелая, непростая и ответственная задача для всех, как собственников жилья, так и для тех, кто эту работу будет делать, то есть, для исполнительной власти на местах.

О.К. – А где гарантия, что эти деньги будут потрачены по назначению?

М.Б. – Гарантия в том, что средства заложены в бюджете. У нас есть бюджетная политика, бюджетная ответственность, и никто не имеет права использовать эти деньги не по назначению. Если говорить о контрольной функции, она лежит на Счетной палате, КРУ города Москвы, могут и сами граждане проконтролировать, целенаправленно ли используются деньги, выделенные на капитальный ремонт их дома. Приходится опять возвращаться к середине нашего разговора. В первую очередь, если сложное ТСЖ, если есть управляющие компанией, через нее можно проверить, какие элементы будут подвержены капитальному ремонту и в какие сроки. Это накладывает взаимную ответственность на подрядчика, на исполнительную власть и на тех, кто проживает. Конечно, помимо органов, которые курируют использование средств, мы должны получить качественно отремонтированное жилье. Для этого есть Мосжилинспекция, заинтересованы исполнительные власти, чтобы нас потом не ругали за сделанное. Человек должен стараться все делать так, чтобы ему за свою работу не было стыдно.

О.К. – Вы упомянули Мосжилинспекицю. Именно на горячую линию Мосжилинспекции по вопросам капитального ремонта с жалобами обратились более полутысячи москвичей. Тут претензия одна: качество работ и сроки их проведения. Сроки затягивают, очень многие дома не удалось отремонтировать в этом году, перенесены сроки на будущий год, качество тоже оставляет желать лучшего.

М.Б. – На мой взгляд, здесь есть как объективные, так и субъективные определенные сложности. Почему это было вызвано? Во–первых, несмотря на то, что бюджет был готов к выделению в двадцать раз больше средств на капитальный ремонт (мы говорили о двух и сорока миллиардах), исполнители, подрядчики к такому объему работ не были готовы. Во–вторых, система проведения конкурсов на того, кто будет ремонтировать тот или иной дом. Здесь не все в руках города, потому что есть Федеральный закон, на основании которого бюджетные средства должны использоваться только на конкурсной основе. Проходят аукционы, на них выходит та или иная организация, у нее впереди три буквы О. Они говорят: "Мы готовы взять за эти деньги". Кто меньше денег потратил, тому должны отдать выигрышный лот, а дальше начинаются проблемы, потому что некоторые вещи мы просто не можем отследить. Они должны работать в законодательном поле. Бывают такие случаи, когда подрядчики начинают работать, затягивают сроки из–за недостаточного качества, а оно из–за того, что слабая производственная база и специалистов не хватает. Больно и неприятно слушать, надо просто принимать меры, когда обращаются и говорят, что по нескольку дней воды нет, или по нескольку дней не работает электричество, или что–то повредили, телефон задет, лифт не работает. Подрядчику, может быть, и все равно, день не идет вода или два. Очень много зависит от нашей совместной работы, именно управ районов исполнительной власти, подрядчиков и жителей.

О.К. – Но, к сожалению, с некоторыми подрядчиками приходится расставаться. И так просто не расстанешься, через суд.

М.Б. – Есть в Москве перечень недобросовестных исполнителей, такой реестр мы ведем. Но обольщаться тоже не надо. Реестр такой есть, но сегодня можно по Гражданскому кодексу создать новое предприятие, изменить фамилию директора и опять этот недобросовестный подрядчик может выйти на аукцион и выиграть. Как это ни странно, мы живем в правовом поле, но не имеем права ему отказать. Здесь очень серьезная недоработка Федерального законодательства по аукционам, по конкурсам. Это касается не только капитального ремонта, но и многих других сфер жизни. С одной стороны понятно, для чего это делается – чтобы не было определенной коррупции. Но, на мой взгляд, тут страдает не столько коррупция, сколько простые граждане. Конечно, сегодня мы должны решить первоочередную задачу города – создать производственную базу, чтобы этот ремонт шел в сроки, чтобы была отлажена система и снабжения, и качества тех элементов, которые меняются. Все это необходимо, потому что в Программе, когда она обсуждалась и принималась, мы выявили один из важных вопросов: многие элементы, которые будут меняться при реконструкции дома, должны быть унифицированы. Есть определенные серии домов. Этой серии нужно делать уже стандартные двери, стандартные пролеты, оконные проемы, потому что у нас некоторые дома подвержены реконструкции. Где–то будут утепляться фасады, меняться кровля. Но сначала проводится обследование дома, создаются проектно–сметная документация, потом все включается в план капитального ремонта, а дальше уже приступают.

Радиослушательница Е.Н. – Я по специальности инженер–строитель. Хочу сделать предложение. Понимаю, что конкурсная основа дает возможность выбрать лучших. Но, как вы сами сказали, не всегда показательные данные действительно являются лучшими. Поэтому нельзя ли, допустим, подбирать ремонтное управление и работать с ними непосредственно не на конкурсной, а на стабильной основе, повышая квалификацию работников, столяров, плотников, маляров? Таким образом, исключается возможность попадания туда случайных людей. Не важно, что это будут гастарбайтеры, главное, чтобы были специалисты.

М.Б. – С вами, безусловно, согласен, просто я не заострил на этом внимания. Основной критерий – за сколько берется выполнить данные работы тот или иной конкурсант. Специалист ли он, его производственно–техническая база – это сегодня не прописано именно в Федеральном законодательстве. Это 94–й Закон, есть еще ряд подзаконных актов, на основании которых проводится этот конкурс. От этого стонут все. Стонут префекты, главы управ, Мосжилинспекция. Люди берутся, берут деньги, начинают работать, потом, как вы правильно отметили, или специалистов не хватает, или техникой они не обеспечены. Они работу прекращают, и объект остается открытым. Это проблема, которая сегодня существует.

О.К. – Действительно, потому что в результате этих аукционов многие компании, стремясь получить выгодный заказ, сознательно либо занижают цену, а заказ получает именно та компания, которая берет за работы наименьшую цену, либо сознательно сокращают сроки работы, в которые потом не укладываются.

М.Б. – Это делается именно сознательно. Они заранее знают, что не выполнят эти работы. Тут некоторый правовой катаклизм.

Радиослушательница Н. – Я хочу сказать о впечатлении, которое произвел на всех нас, жителей дома, ремонт. Можно сказать, что он подошел к концу, но кошмар – это мягко сказано. Выиграла конкурс у нас организация "Жилремпроект". Они, не долго думая, сделали субподряд, там какая–то маленькая организация из Волоколамска, а эти взяли еще субподряд в виде таджиков. Дом разгромили, это иначе как вандализмом не назовешь. У нас старая девятиэтажка, ни разу не было ремонта, трубы меняли без знания элементарных основ.

О.К. – Куда же вы смотрели, Нина? Михаил Александрович говорил как раз об активной позиции жителей, что они могут вмешиваться в процесс ремонта. Вы звонили куда–нибудь, писали? Или дожидались результата?

Радиослушательница Н. – Писали во все инстанции, ходили несколько раз на прием в префектуру, писали в управу, били во все колокола, потому что поставили вместо металлических труб полипропиленовые.

О.К. – Но так это же хорошо!

Радиослушательница Н. – Полипропиленовые трубы под горячую воду дали жуткую деформацию, прогиб невероятный. Они должны были сделать компенсацию. Они никого не вызвали, мы вызвали эксперта. Он написал жуткое, разгромное заключение. Мы снова били во все колокола, заставили их, чтобы в нескольких квартирах поставили эти компенсаторы. Все течет до сих пор то у одного, то у другого.

О.К. – Какой у вас район, округ?

Радиослушательница Н. – Юго–Западный округ, Академический район.

М.Б. – Все равно обратитесь в свою управу, можете подключить наших коллег из Петровки, 22, того, кто в Думе работает по данному округу, можете на мой адрес написать обращение. Опять же, нужен ваш адрес, это не задача эфира. Я готов сделать какое–то обращение, понимаю, что уже упущено время для рассмотрения, потому что часть работ выполнили, но это лишний раз подтверждает то, о чем мы говорим: существуют проблемы с качеством выполнения работ. Я говорю на будущее всем, кто нас слышит: мы зачастую говорим, что в каждом доме, в каждом подъезде должен быть старший по подъезду, по дому. Это как раз те активисты, которые должны контролировать, работать вместе с управой, когда собирается рабочая группа, есть подрядчик, заинтересованные жильцы и исполнительная власть, которая тоже это контролирует. Тогда мы добиваемся какого–то результата.

О.К. – В студии звонок от Любови Анатольевны.

Л.А. – Когда было собрание, сказали, что будут менять батареи, рамы. Наш девятиэтажный дом находится в Коньково–Деревлево. Я живу в доме 10, в квартире генерала Антонова. Сказали, что окна будут менять, потому что все дует ужасно и облицуют дом. Потом все заглохло и мы уже и не надеемся, что будут что–то менять.

М.Б. – Да, это выборочный капитальный ремонт. Не в каждом доме должны меняться окна, не в каждом доме должно проходить утепление фасадов. Но это одна из задач, которая сегодня стоит, потому что мы понимаем: нам нужно сохранять в домах тепло. Мы живем не на юге, у нас идут крупные потери тепла, мы говорим еще об энергосбережении. В начале разговора я упомянул, что на каждый дом составляется проектно–сметная документация. В соответствии с ней выполняется ремонт. Сложно сейчас говорить, кто у вас был на первом собрании. Или же этот человек безответственно сказал, а не была включена замена этих элементов в вашем доме. Или включенные работы перенесены на будущий год.

О.К. – Где это можно узнать?

М.Б. – В управе Коньково или в ДЕЗе, но лучше сразу в управу обратиться, вам скажут, завершен ли дом или нет. В любом случае, там работает приемная комиссия. Мы говорили о Программе "Ответственным собственникам – отремонтированный дом", отметили, что в приемной комиссии должны быть и жители.

О.К. – Мы с вами стали говорить о качестве – одном из самых важных вопросов в обсуждении этой Программы. Как оценить качество капремонта? Ведь оценить его, наверно, все–таки трудно. По каким параметрам будут его оценивать, кто это будет делать? Наверно, самый главный критерий – это время?

М.Б. – Нет, есть технические нормы. Мы с вами прекрасно понимаем, что если сделали трубы,но они кривые, косые, или у лифта дверь не закрывается, или в дверных проемах двери с палец, или где–то кровля подтекает. Это объективные факторы, по которым все видно. Но подчеркиваю еще раз, в каждом приеме дома принимает участие Мосжилинспекция. У нас есть технические правила, по которым ведутся те или иные строительные работы. Конечно, в соответствии с ними принимается дом, если возник какой–то вопрос, составляется дефектная ведомость, ставятся сроки в ее устранении, и все это делается, безусловно, за счет подрядчика. А если говорить о качестве, очень важны сроки, потому что никому не хочется жить в доме, когда на год, на два и больше растягивается ремонт. Кому на стройплощадки приятно ходить в таком случае? В первую очередь, конечно, нужно добиваться качества. Многое зависит именно от добросовестности подрядчиков, от их опыта работы. Есть случаи недобросовестного подхода. Мы в Москве практически закончили Программу "Мой двор, мой подъезд". Помню, какими были московские дворы и как они выглядят сегодня. И так же дворы принимала административно–техническая инспекция, если где–то были какие–то недоделки, общими усилиями добивались исправления. Сегодня нам не стыдно говорить ни о дорожном покрытии, ни о наших благоустроенных дворах. То же самое проходит и с капитальным ремонтом. Мы только в начале пути, первый год. Думаю, все эти недостатки, которые сегодня явно не украшают власть, когда мы понимаем, что страдает качество, отсюда страдают люди. Деньги вроде затрачены, а это никого не удовлетворяет. С этим нужно бороться совместно. Жители не должны быть равнодушными и пессимистами.

Радиослушатель М. – Приятно, что в городе заняты такой Программой. Это необходимо, хорошо, что ставится акцент на предоставлении выбора компании. Но наша старая болезнь, которая мне кажется практически неизлечимой – качество. Оно никогда не будет соответствовать тому, что планируется. Мне кажется, просто нереально изменить что–либо в этом плане, потому что, так или иначе, это совершенно не соответствует никаким нормам. Оттого, что жители будут беспокоиться, ходить в управу и так далее, власть уже не реагирует никак, настолько она привыкла к таким походам.

М.Б. – Я тут с вами не согласен, что власть привыкла, я бы не обобщал. Все–таки я люблю всегда говорить положительно. Помню, каким был наш город 10–15 лет назад, и вижу, какой он становится сегодня: с каждым днем он становится лучше. Это благодаря именно совместной работе буквально во всем. Я верю, что капремонт будет выполнен нормально. Да, это тяжелая работа, но есть такие моменты, которые надо просто пережить. Как депутат, я знаю, что у нас сегодня практически нет жалоб по текущим кровлям. Научились мы в Москве делать кровли. Нет жалоб по дорожному покрытию, есть проблемы с лифтовым хозяйством, с сантехническими работами. Большинство людей, которые делают ремонт, с нами живет и работает, мы не будем говорить о приезжих специалистах. Многие руководители живут в этом городе.

О.К. – Марина, слушаем вас.

Радиослушатель М. – Ваш оптимизм – да в других целях! В этой сфере должны быть профессионалы, а не оптимисты. Капремонт идет на плохом уровне, потому что нет специалистов, нет нормальных контролеров и нет людей честных. Наверно, начиная сверху. Коррупция все разъедает. А что касается окон, их делают из очень плохого пластика. Сейчас в нашем доме делают капремонт и поменяли уже окна. Мы ремонт сделали сами, за свои деньги, и эти окна нам нужно теперь менять, потому что пластик почернел, испортился. А что касается того, что жители должны сами контролировать ситуацию, я, например, позвонила в управу. Они мне говорят: "Соберите подписи". Так что будет руководить и контролировать эту работу, мы? Платя такие деньги за квартиру и за техническое обслуживание, или вы, которые живете на наших налогах?

М.Б. – Начнем с налогов. Они собираются со всех работающих в Москве, из этого формируется бюджет, и на эти деньги, в том числе, делается капитальный ремонт и решаются многие социальные проблемы. У нас больше 40 процентов из сегодняшнего нашего бюджета используется на обеспечение социальных нужд. И поверьте мне, никто ни у кого на шее не сидит. Второе, квартиры у нас в городе приватизированы, 80 процентов квартир находится в собственности. Ответственному собственнику – отремонтированный дом. Я не говорю, что кто–то должен прийти и за нас сделать. Я говорю о контроле, а не о производстве работ, о документации и выделенных средствах. Но когда средства выделили, только совместной работой мы можем добиться качества. Да, есть сегодня в городе проблема по подрядчикам, но не все зависит от Москвы. Есть Федеральный Закон, который мы должны исполнять. И происходит это на аукционах. К сожалению, выигрывает тот, кто не меньше поставил цену за ремонт. Но есть проектно–сметная документация, в которой закладываются основные параметры тех или иных сменных элементов. Если вы имеете материальные возможности, хотите поставить более дорогое окно, это в ваших силах.

О.К. – Михаил Александрович, мы сегодня хотели с вами поговорить еще о подготовке города к зиме. Обещают холодную зиму. Как подготовилась столица к грядущим холодам? Когда начнется отопительный сезон? Кстати, сейчас уже во многих квартирах холодно и москвичи включают обогреватели.

М.Б. – Ночью у нас температура 4–5 градусов, днем 10–12. Есть определенные нормы, по которым дается тепло постоянно.

О.К. – Но мы еще не дожили до этих времен?

М.Б. – Да, мы не дошли до них. Если говорить техническим языком, средняя дневная температура не должна превышать 8 градусов в течение пяти дней. Когда у нас на данном промежутке такая температура, надо уже давать постоянное отопление. Сейчас дается пробное отопление всей социальной сфере, в поликлиники, больницы. По домам они начнется в конце сентября – начале октября. Как показывает практика, до второй половины октября у нас практически все дома подключаются к отоплению, то есть, температура приходит к той норме, о которой говорилось. Если по той или иной причине вы вдруг заметили, что везде есть отопление, а в вашем доме – нет, надо сразу обратиться или в дирекцию единого заказчика, ДЕЗ, или же в управу, потому что эта работа должна быть выполнена в те сроки, о которых я вам сказал.

О.К. – То есть, по результатам пробных топок?

М.Б. – Нет, пробные топки дали, а после того, как тепловой режим приходит, подключают уже постоянное отопление. Улицу же никто не будет топить, это никому не нужно. Что касается аварийных отключений, если взять статистику прошлого года, у нас за прошлую зиму на 30 процентов было меньше отключений по причинам аварийности, чем зимой 2006 года. Это серьезный показатель.

О.К. – От чего это зависит? Не от температур? Ведь две зимы были теплыми.

М.Б. – Нет, от аварийного отключения. А проблема аварийного отключения в последние годы была в том, что пошел уже износ многих отопительных систем, именно трубопроводов. И вот за эти годы мы уже отремонтировали 500 километров, уже есть новые трубопроводы, которые соответствуют современным техническим нормам, нормам по сбережению тепла и по их эксплуатации.

О.К. – Кстати, во многих домах, где прошел капитальный ремонт, тоже поменяли систему. Выдержит ли она грядущие холода?

М.Б. – Выдержит. Я еще раз говорю, процент отключения по аварийной ситуации с каждым годом падает, и это говорит о том, что качество работ растет. Есть проблемы, о которых мы сегодня услышали. Что тут сказать? Надо работать.