Капитальный ремонт в жилом фонде Москвы

О.К. – Олег Михайлович, решили мы с вами поговорить сегодня о том, как идет в городе капитальный ремонт жилого фонда. Тема очень важная, тема очень нужная. На эту программу колоссальная сумма выделена из городского бюджета. И почти четырнадцать тысяч домов будет отремонтировано. Программа стартовала в этом году, в 2008–ом. Рассчитана она до 2014–го года. Но уже сейчас, поскольку осень золотая и просто теплая заканчивается, то и время этого капремонта 2008–го года тоже. Можно подводить предварительные итоги, а также проанализировать некоторые ошибки. Итак, каким он был, стартовавший капремонт 2008–го года? Что он показал?

О.Т. – Давайте, прежде всего, скажем, что идет колоссальная огромная программа ремонта в городе Москве. Это, можно сказать, отдача тех долгов, которые накопились перед жителями, перед гражданами нашего города еще, наверное, со времен Советского Союза. И сейчас принято решение отремонтировать примерно 60 процентов всех имеющихся в городе жилых строений, жилых домов. Это 117 миллионов метров площадей и где–то двенадцать будет отремонтировано в текущем году. Отпущенная сумма на такой ремонт очень внушительная. Такая, которой никогда в новейшей истории не было, да и в советской истории не было. В течение нынешнего текущего года предстоит выполнить ремонтов на сумму 41 миллиард рублей. То есть таких сумм нет ни в одном регионе. Это нужно отметить себе. И это справедливо. Потому что и такого объема жилищного фонда нет ни в одном регионе. В целом до 2014–го года практически все дома постройки до 1991–го года будут включены в эту программу, будут отремонтированы. Создан специальный департамент капитального ремонта. Это очень важный элемент. Казалось бы, для жителей какая разница есть департамент, нет? Безразлично!

О.К. – Да, больше чиновников, меньше чиновников.

О.Т. – Но на самом деле это важно. Потому что понятно, с кем нужно разговаривать. Ответственность конкретная, не размазанная, не размытая. И, вообще–то говоря, по оценке городских властей, в целом дело двинулось вперед. Мы сейчас поговорим о деталях, о нюансах. Я не говорю, что нет никаких здесь проблем. Они, конечно, есть.

О.К. – Еще какие!

О.Т. – Мы сейчас тут посовещаемся на эту тему, поговорим, поворчим. Но в целом работа пошла. Такие мощности по ремонту имеются, имеются организации. Не все организации здесь оказались на высоте. По оценке того же Петра Павловича Бирюкова, это руководитель комплекса городского хозяйства города, где–то 8–10 процентов этих организаций – это балласт, от них будут избавляться. Но, повторяю, в целом программа двигается вперед. По моим оценкам они примерно совпадают с оценками Петра Павловича, все–таки, в большинстве случаев ремонт выполняется с хорошим, высоким качеством. Хотя есть, скажем, ко мне обращения. Я их тут же передаю Кискидову Артуру Львовичу, это руководитель департамента капитального ремонта, и он мне отчитывается о результатах такого контроля. Все–таки, в большинстве случаев нормально. Но есть, действительно, случаи, где жители недовольны, скажем, допустим, и качеством, и ремонтом, и теми бригадами, которые осуществляют ремонт, и сроками, и непрокрашенностью стен, труб. Допустим, лифт работал хорошо, после ремонта начинает работать с перебоями, взяли, испачкали лифт. То есть много этой мелочовки, которая не устраивает жителей по качеству. Но хочу сказать, что в каждой префектуре и в каждой управе есть телефон "горячей линии", и москвичи, которые недовольны качеством ремонта, должны, и приглашаю к этому, незамедлительно обращаться в префектуру по этим вопросам с тем, чтобы можно было принять соответствующие меры реагирования.

О.К. – Сейчас, вот именно когда эта программа, практически, еще в самом начале?

О.Т. – Немедленно! Пока еще у нас относительно, конечно, погода такая не слишком холодная. Не могу ее назвать теплой, но, во всяком случае, не отрицательной температуры.

О.К. – А ремонт будет до отрицательных температур вестись?

О.Т. – По крайней мере, по внешней части да. По внутренним делам там, где это по тепловым контурам позволяет работать, то он будет вестись, конечно, круглый год. Это тоже понятно. Но, повторяю, там, где это позволяют вопросы по закрытым тепловым контурам. Вот так! Разумеется, никаких отключений отопления зимой, никаких раскрытий крыш, то есть об этом речь не может идти ни под каким видом.

О.К. – Олег Михайлович, значит, пишут вам все–таки москвичи, жалуются москвичи на что–то?

О.Т. – Жалуются!

О.К. – Вот давайте поворчим, как вы обещали!

О.Т. – Давайте попробуем.

О.К. – Вот скажите, пожалуйста, кто и как устанавливает очередность домов, которые включены в план? Вот, допустим, звонят нам очень часто москвичи и говорят: "Как же так? Наш дом они не ремонтируют, хотя он точно такой же, такого же года постройки, такой же серии, как дом, стоящий рядом?".

О.Т. – Отвечу. Это вот вопросы сравнения, они и есть самые такие болезненные, которые волнуют людей. Я приведу просто конкретный пример. Есть программа взятия домов в ремонт. Она опубликована! Опубликована на официальных сайтах Правительства, опубликована в префектурах, в районных управах. Решает, определяет все комиссия, окружная комиссия под руководством префекта при участии сотрудников департамента капитального ремонта. По результатам тендеров, конкурсов отбираются бригады, те подразделения, которые будут делать этот ремонт. Поэтому можно познакомиться с очередностью ремонта и на сайтах и просто на плакатах, на стендах, соответственно, в префектуре и в районной управе. Эти адреса вывешены. Они были в печати опубликованы не один раз неоднократно.

О.К. – Ну а кто определил эту очередность? Правительство Москвы?

О.Т. – Правительство Москвы, но работает специальная комиссия.

О.К. – В результате мониторинга?

О.Т. – В результате мониторинга, в результате работы комиссии, которая определяет первоочередность. Если есть несогласие с такой очередностью, нужно обращаться в префектуру и в департамент капитального ремонта. Но повторяю, очень идет скрупулезное сравнение. Их не очень много, но поступают жалобы поступают, в мой адрес поступают. Там как раз говорится о том, что соседний дом был отремонтирован с точки зрения заявителя достойно, нормально. Причем, говорит, что "не понаслышке знаю, там родственники живут в соседнем доме, я у них там бываю. Причем, жители довольны. А вот в нашем доме, видимо, работает бригада малоквалифицированная", и перечисляет недостатки того, что они сделали. Поэтому как раз речь идет о таких вот сравнительных характеристиках.

О.К. – Вот к слову о бригадах. Все–таки, Олег Михайлович, их определяют по конкурсу, по тендеру или по аукциону?

О.Т. – По тендеру, по конкурсу.

О.К. – Не аукцион разве?

О.Т. – Вот еще раз давайте вместе опять поворчим над этим. Что такое аукцион? Аукцион идет, например, по такому параметру как цена. Там разная есть форма аукциона. Понимаете, да? На снижение цены, на повышение цены и так далее. Но разве смысл ремонта в том, чтобы сделать низкокачественный ремонт за минимальную стоимость? Разве в этом смысл ремонта? Смысл ремонта не в этом! Смысл ремонта чуть–чуть в ином. Чтобы было высокое качество ремонта с гарантированным, извините за инисуации, с гарантийным сроком ремонта. И чтобы не надо было возвращаться к этим всем вопросам. Поэтому, все–таки, первое, к этим вот тендерным процедурам должны быть допущены только те структуры, которые уже показали свою эффективность. Это раз! И, во–вторых, в тендерных условиях обязательно должны быть сформулированы требования к этим бригадам и квалификации, и к ответственности, и к качеству.

О.К. – Но вот как раз народ недоволен именно квалификацией этих бригад. И что греха таить, все–таки выигрывают эти тендеры именно те, которые запрашивают меньшую сумму на ремонт.

О.Т. – Еще раз, здесь учитываются разные факторы. И цена, в том числе. Потому что бюджетные деньги, конечно, нужно экономить. Это тоже факт! Но повторяю, все–таки, на первой позиции, на первой строчке это качество ремонта, это сроки проведения ремонта, это ответственность исполнителя. То есть гарантийный талон по проведению ремонта. Вот это вот на первом месте. И, разумеется, цена должна укладывалась в соответствующие рамки.

О.К. – В общем–то, первый год был стартовый, нынешний. И вы сказали, что где–то 8–10 процентов этих компаний уйдут с рынка?

О.Т. – Да, это баланс, их уберут. Не с рынка, а их уберут от этой задачи. То есть просто они не будут допущены в дальнейшем к проведению этих работ.

О.К. – А затем уже эти отремонтированные дома по программе "Ответственному собственнику отремонтированный дом" будут отданы в управление жильцам?

О.Т. – В управление жильцам. Это тоже очень серьезная проблема. Мы вот только что провели парламентские слушания на тему "Как идет процесс создания товариществ собственников, вообще–то, по Российской Федерации". Но, конечно, в силу географии, у нас значительная часть вот этих выступающих составляли московские руководители ТСЖ. Мы хотели послушать таких реальных настоящих руководителей, тех, кто не на словах, а на деле занимается руководством вот такими товариществами. Мнения очень интересные и достаточно разные. Если, скажем, часть руководителей говорит так, что самое удобное, самое правильное, самое прогрессивное – нанять управляющую компанию. Так сказать, наше дело, жильцов, организовать, посмотреть наш бюджет и оплата, и если где–то есть нежилые помещения, нежилье, это дворовые территории, это какие–то спонсорские взносы. А дальше заключаем договор, компания занимается эксплуатацией. Есть другая точка зрения. Она тоже представлена. У нас большое количество людей, которые умеют, знают вот эту всю проблематику. Они живут в наших домах. Нам совершенно не нужны никакие посторонние управленцы. Мы найдем среди своих жителей квалифицированных электриков, квалифицированных лифтеров, экономистов, бухгалтеров. Мы решим эту задачу самостоятельно! И у нас хорошо получается! И показывают примеры. И такая точка зрения существует. Вот в результате мы тут один вывод увидели совсем уж интересный для нас. Но, в общем, ожидаемый, можно было додуматься. Как–то традиционно вроде бы вот эта вся проблематика всегда была направлена на молодых пенсионеров. То есть людей, которые относительно уже не так заняты на основном месте работы.

О.К. – На производстве.

О.Т. – Да. С другой стороны вполне объективно по своим физическим кондициям могут активно работать вот в этой сфере. Вот руководители ТСЖ говорят: "Без приглашения молодежи, молодежи такой, студенческого, после …

О.К. – До тридцати, скажем так!

О.Т. – Хотите, скажу такое слово "комсомольского возраста", чтобы понятнее было. Так вот без приглашения молодежи эту задачку всерьез не решить. Это общее мнение было. И оно, я думаю, верное. Почему? Потому что если ориентироваться только на людей более старшего возраста, то постепенно как–то и утрачивается новизна, свежесть взгляда. Как–то все так успокаивается. Как только приглашаем молодежь, тут же новый взгляд, тут же новые формы. То есть мы видим перспективы нашего дома на много лет вперед.

О.К. – Правильно! Ведь, молодым тут жить и их детям.

О.Т. – Конечно, правильно. То есть немножко так на первый взгляд с одной стороны неожиданный, а с другой стороны вполне ожидаемый. То есть можно было и додуматься самим, не дожидаясь вот этих высказываний. То есть приглашать молодежь в управление домами.

О.К. – Но тут проблема в другом. Как затащить эту молодежь в управление домом?

О.Т. – Там, конечно, не все готовы, не все хотят.

О.К. – Чем привлечь?

О.Т. – Например, в некоторых товариществах, сами говорят, достаточно такие приличные ставки для управленцев. Даже по современным меркам, по московским, в общем, даже заработок тех, кто профессионально работает по управлению достаточен для того, чтобы чувствовать себя вполне уверенно. Но не только это. Это не самое тут даже важное, не самое главное. А когда приглашают молодых, разумеется, не всех подряд, а тех, кто имеет опыт, тех, кто имеет образование, имеет желание, тех, кто показал себя в такой работе, тут, вообще, определенные перспективы. Почему? Я сейчас объясню. Вот руководство ТСЖ, и мы от нескольких слышали руководителей, сейчас уже выдвигают другой тезис, дополнительный. "Мы поняли интерес, вкус к управлению своей собственностью. Он у нас появился, этот вкус. И мы увидели, что нам в этом деле достаточно хорошо помогают муниципальные депутаты, депутаты муниципалитета. По крайней мере, те, которые работают всерьез. Очень важно для нас!".

О.К. – Которых мы избираем сами?

О.Т. – Да, которых мы избираем сами. "И мы теперь, представители ТСЖ, на следующих выборах, мало того, что будем выдвигать своих молодых людей в муниципальные депутаты, мы будем следить за тем, как они работают, мы будем их поддерживать, и мы будем предлагать и настаивать, чтобы те, кто знает проблемы жилья на территории, становились районными руководителями". Это очень интересная точка зрения!

О.К. – Это очень хорошая стартовая площадка для молодежи.

О.Т. – Это как раз и есть такое, знаете, самоуправление, вопрос самоуправления. Именно на базе ТСЖ. Вообще, это очень мудро. А то очень часто получалось так, что ТСЖ управление отдельно, муниципалитеты отдельно. Друг с другом связаны слабовато. А, ведь, это и есть главная задача самоуправления.

О.К. – Да–да–да. Вот как раз соединить общие усилия, да?

О.Т. – Конечно! Это вот то, о чем я вам сейчас сказал, на этом форуме "Круглом столе" там это прозвучало несколько раз в выступлениях, что "мы поняли смысл этого муниципального управления, мы видим, как оно нам нужно, самоуправление теперь, тогда, когда мы взяли дома в управление. И теперь мы не будем ждать, когда нас кто–то что–то пригласит, предложит кого–то непонятного для нас выбрать, мы будем приглашать своих, продвигать своих, нам это очень нужно, нам это интересно".

О.К. – Опять же в интересах развития и своего микрорайона и своего района, нужно воспитывать свои молодые кадры.

О.Т. – Конечно!

О.К. – Вы знаете, мне кажется, что как раз с зам.префекта Северного административного округа Юрием Михайловичем Козловым мы говорили на эту тему, и он сказал, что как раз …

О.Т. – Северо–западного?

О.К. – Нет! Северного.

О.Т. – Буханова?

О.К. – Это его заместитель Козлов Юрий Михайлович.

О.Т. – Понятно.

О.К. – Вот как раз он эту тему предложил для обсуждения. Это создание по типу территориальных общин что–то.

О.Т. – Есть общественное. Это называется ТОС – территориально–общественное самоуправление. Это чуть–чуть отдельная тематика. Это как раз такие территориальные общины. Есть, соответственно, вопросы местного самоуправления. Местное самоуправление – это муниципальное образование районное. А то что есть такие районы, кто довольно активно в Москве вот этим занимается, это верно. Например, на юго–востоке таких достаточно много, в Бибирево, на северо–востоке, очень активно занимаются этим. Там у нас был и глава управы, и заместитель префекта, кто ведет эти вопросы, и с Ириной Яковлевной Рабер мы тут общаемся подробно на эту тему. Это очень важно, разбудить инициативу снизу. И не по принуждению, по приказу брать дома в управление, а, повторяю, там, где это уже освоено, осмысленно, там, где подобраны кадры, почти все председатели говорят: "Мы поняли смысл, важность управления нашим домом. То, что такое ТСЖ, для нас становится понятным. Мы видим огромные возможности по улучшению качества нашей жизни".

О.К. – И, возможно, как раз вот это движение, возникновения товариществ собственников жилья, оно оживится в Москве по ходу проведения капитальных ремонтов домов.

О.Т. – Разумеется.

О.К. – Это будет стимулом как–то.

О.Т. – Это звенья одной цепи. Это разные стороны одного процесса. И там, где активно работает такое товарищество, где есть правление, где есть председатель ТСЖ, там эти ремонты под контролем. Там довольно много юридических моментов. О них тоже говорят председатели. Например, в законодательстве есть нестыковки. В одной главе закона говорится о председателе ТСЖ, а в другой о председателе правления ТСЖ. Ощутите разницу! Это не одно и то же! Хотя речь идет об одном и том же лице. Председателя правления можно менять каждую неделю. Председатель ТСЖ избирается на общем собрании жильцов и имеет, если он избран, соответственно, поддержку. Но это уже тонкости юридические.

О.К. – Да, это уже тонкости. А мы с вами сейчас говорим о вещах глобальных. И вот как раз я хотела сказать, что то, что отремонтированный дом ответственному собственнику. Когда будет дом отремонтирован, то возможно здесь возникнут ТСЖ. Сейчас хотелось бы, чтобы их стало больше. Ведь, их мало в Москве, маловато.

О.Т. – Вы абсолютно правы. Их не так мало, их уже где–то порядка двух тысяч. Но вопрос–то глубже. Вот смотрите, сейчас дома будут отремонтированы. И очень большие, приличные деньги бюджет вкладывает в этот процесс, в этот ремонт. Давайте зададим вопрос, а что дальше за 2014–м годом? А дальше нужно искать механизмы накопления средств на дальнейшее поддержание дома или, как это называется, амортизацию. Поэтому надеяться на то, что бюджет и дальше будет в таких же объемах вкладывать деньги уже в частную собственность, вообще–то, не стоит. Нужно задаваться вопросом "Как их заработать?".

О.К. – А как? Хорошо, если есть первый этаж пустой, хорошо, если есть нежилые помещения, а если нет ничего? Все дома впритык друг к другу и на первых этажах тоже квартиры?

О.Т. – Об этом тоже шла речь на этом нашем форуме.

О.К. – Подскажите, как их заработать?

О.Т. – Тут много разных способов. Например, есть возможности по сдаче не только нежилья, а еще и по сдаче одной–двух жилых квартир. Потому что это надо смотреть проектом. Это те квартиры, которые примыкают к мусоропроводам, колясочные и так далее.

О.К. – Если они есть!

О.Т. – Если они есть, естественно. Поэтому каждый председатель, когда общается со своими коллегами, он для себя открывает тут много нового на тему о том, как в дальнейшем видеть ситуацию с содержанием дома. Это и городские дотации, которые идут сейчас товариществам собственников на содержание дома.

О.К. – И они будут идти после 2014–го года?

О.Т. – Конечно! Разумеется!

О.К. – Они всегда будут?

О.Т. – На счет "всегда" давайте не будем зарекаться. Но, по крайней мере, переходить на стопроцентное содержание дома жильцами сегодня сейчас городские власти не планируют. Я думаю, что еще достаточно длительное время бюджет будет поддерживать горожан в плане содержания жилья. Это точно!

О.К. – Что ж, будем учиться зарабатывать, будем учиться содержать свои отремонтированные дома. А пока мы прервемся на новости. Олег Михайлович, у нас всегда новости в середине часа. Я напомню слушателям, что с нами Олег Толкачев, член Совета Федерации, представитель от Москвы в Сенате. Мы вернемся к вам ровно через три минуты, не переключайтесь.

Я напомню, что в эфире радио "Говорит Москва", член Совета Федерации, представитель от Москвы Олег Михайлович Толкачев. Олег Михайлович, вот во второй части у нас не так много времени. И вот в оставшиеся шесть–семь минут хотелось бы затронуть тему, недалекого от Москвы, вот почему ее хочется рассмотреть в программе "Московский разговор" о российско–украинских отношениях, в частности о том, что первого октября, то есть сегодня, как раз истекает срок договора между Россией и Украиной. И он должен быть либо пролонгирован, либо должен быть подписан новый договор. И вот какие ваши прогнозы, ваши размышления, хотелось бы услышать на эту тему? Уже мы слышали мнения многих политиков.

О.Т. – Это не простой вопрос. Но скажу так, что мнение руководителя города мэра Москвы Юрия Михайловича Лужкова опубликовано не один раз, и сводится к тому, что ныне действующий договор не выполняется в полном объеме, прежде всего со стороны Украины. Не выполняется потому, что не обеспечены позиции русского языка на Украине, не обеспечены позиции обучения на русском языке. То есть идет такое выдавливание активное русского языка в тех регионах Украины, в тех областях, где русский язык является доминирующим, а русскоязычное население, как, например, в Крыму или Луганске составляет большинство населения. Там от семидесяти до девяноста процентов людей говорит, думает на русском языке. Это не исполняется. Еще один важный фактор состоит в том, что по договору должна выполняться вся проблематика, которая реализуется в Конституции Украины. А по Конституции Украина является внеблоковым государством. Поэтому попытки втягивания Украины в НАТО, а они идут с разных сторон, очень активно этим занимаются Соединенные Штаты. Вот только что президент Украины Ющенко выступал на Генеральной ассамблее в Нью–Йорке, опять Буш и Кандолиза Райс много раз повторяли, что сделают все для того, чтобы пригласить Украину. Что это такое? Почему они берут на себя право "сделаем все, не сделаем все"? Надо бы у украинского народа спросить, референдум провести для начала. Что, Буш или Кандолиза, будут решать за украинский народ? Кто будет решать? Они что, главные украинцы у нас, вообще, или как? Поэтому, если Украина соберется все–таки получать дорожную карту или членство в НАТО, то, конечно, договор нужно пересматривать. Потому что договор основывался на Конституции Украины, где написано "является внеблоковым государством". Понятно говорю? Тут много нюансов, я, в общем, говорю только о главном. Третья позиция – это базирование черноморского флота в Севастополе. Не секрет, это было известно, что так называемый большой договор, о котором идет речь, там пролонгация, не пролонгация, он был принят и ратифицирован парламентом России только исключительно при условии понимания того, что Украина заключила с Российской Федерацией договор об аренде Севастополя для базирования флота черноморского. И прямо написано в этих соглашениях, что Севастополь является главной базой российского военно–морского черноморского флота. То есть Севастополь не является базой украинских военно–морских сил. Четко и ясно написано "Севастополь – главная база российского черноморского флота". Яснее не скажешь. Поэтому, если начинаются разговоры о том, что не будем пролонгировать соглашения за 2017–й год, не хотим, хотим прервать, тогда, значит, автоматически должны быть пересмотрены и позиции большого договора. Потому что большой договор о дружбе России и Украины – это единственный документ, другого нет, единственный, где признан факт наличия Севастополя на украинской территории. То есть, что Севастополь является, в данном случае, украинским городом. Хотя никаких документов о передаче Севастополя, именно Севастополя города как военно–морской базы от России Украине в свое время принято не было. Хрущев проспал эту вещь, когда передавал Крым и считал, что партийных решений вполне достаточно. То есть формальности не соблюдены. Больше того, я понимаю дело так, что Россия не только могла бы, имела право, а должна и обязана выступить с совершенно ясных позиций. Город Севастополь, повторяю, формально не переданный Украине, должен и обязан быть базой черноморского флота за пределами 2017–го года. Конечно, можно говорить о том, что "давайте доживем до 2017–го года, до этого еще много времени, мы посмотрим, как будем складываться, ближе к этой дате мы все это обсудим".

О.К. – А так и будут многие говорить.

О.Т. – Многие будут говорить: "Не будем раздражать, не будем спорить". Но я считаю, что это позиция слабая, это позиция страуса. То есть нужно сказать сразу, что это наша база, это наши причалы, неважно, арендованная, сколько там за них платят. Мы готовы рассматривать вопросы аренды, не аренды, увеличения, не увеличения, но черноморский флот не собирается и не будет уходить со своей главной базы. Вот эта вот позиция должна быть ясна. Вот это и будет основой для либо продления этого договора, либо для заключения нового договора. Но без решения вопроса о базировании, то есть, что, мы черноморский флот в море выведем или как? Мы бросим всю береговую структуру, мы бросим те дома для моряков, которые мы там строили?

О.К. – Школы, филиал МГУ.

О.Т. – Не будет Россия этого делать, не будет Россия! Надо точно и ясно сказать, что это город, где присутствие флота будет всегда. Вот эта позиция должна быть не только озвучена. Она должна быть доведена до руководства, до народа Украины. И ее, вот такую позицию, как мне мыслится, нужно пропагандировать, защищать, отстаивать. Поэтому это очень важно для нашей страны. И начинать вот такую работу, вернее, она уже идет давно, активизировать, так можно сказать, нужно как раз сейчас.