Городская программа развития профессионального образования

О.К. – Подготовка квалифицированных рабочих – стратегическая задача Москвы, но главная загвоздка в том, что молодежь не хочет становиться рабочим классом. Всем подавай дипломы о высшем образовании. Два года назад, например, в пятистах вузах Москвы было столько же бюджетных мест, сколько и одиннадцатиклассников в школах, представляете себе? Хотя сейчас, в среднем, на одного рабочего в Москве приходится шесть инженеров. В развитых странах соотношение обратное: на одного инженера приходится до семи рабочих. Что же такое система профессионального образования? Чем она интересна? Почему ее надо поднимать и укреплять? Итак, что такое система профессионального образования, начального и среднего на сегодняшний день? Чем она интересна для школьников, для родителей, для чиновников, наконец?

А.А. – Начнем с того, что все-таки система профессионального образования ориентирована на молодежь, на подрастающее поколение, на обучающихся выпускников школ девятых, одиннадцатых классов. Но насколько я понимаю, все-таки адресат нашей передачи – это взрослое население, это, в основном, родители, бабушки, дедушки, те, кто может помочь молодому человеку, девушке в выборе профессии, выборе первой профессии, которая в дальнейшем может определить его судьбу. Но вот что хотелось бы сказать. Чем интересна система профессионального образования? Она интересна, прежде всего, тем, что в процессе обучения в колледже подросток достигает эффективной социализации, на практике погружаясь в атмосферу реальной профессии и реальные производственные коллективы, что принципиально важно как для овладения навыками самой профессии, так и для решения проблем в поведении подростков. Далее система начального и среднего профессионального образования интересна как ступень. Она не только не закрывает дорогу к получению высшего образования, но и делает само высшее образование гораздо более качественным и осмысленным.

О.К. – Более прикладным. Разумеется.

А.А. – Более осмысленным в плане выбора этой профессии, потому что мы говорим об инфантилизме молодого поколения, о том, что оно слишком долго выбирает, и зачастую, получая, скажем, первое высшее образование и, убеждаясь в том, что это образование было неправильно выбрано, начинает искать другие какие-то профессии, специальности. Так показывают, что инженер, получивший раннюю квалификацию техника, гораздо лучше и эффективнее работает, более востребован на рынке труда, чем инженер, который пришел в институт со школьной скамьи.

О.К. – Но ведь мы привыкли, Алексей Евгеньевич, и есть такое сознание у нас, что ПТУ – это какой-то отстойник для неудачников и двоечников, для детей, которым не место в десятых-одиннадцатых классах. Такой стойкий стереотип сознания выработался за последние годы.

А.А. – Понимаете, вот иной раз, на мой взгляд, этот стереотип мы формируем сами, постоянно обращаясь к тому явлению, которого на сегодняшний день нет. В Москве нет сейчас ПТУ. Значит, ПТУ – это название образовательного учреждения. Сейчас с две тысячи пятого года, с первого января, изменена структура учреждений начального, среднего профессионального образования. Эта структура ориентируется на многообразие образовательных программ, как общего, так и профессионального образования. Создан единый тип учебных заведений. Например, колледж, который помогает и реализует программы полного общего, начального профессионального и среднего профессионального образования, значит, оказывает помощь молодежи в получении профессиональной подготовки. То есть молодежь, попадая в колледж, в профессиональное учебное заведение среднего профессионального образования как бы получает возможность для непрерывного общего и профессионального образования. И, на мой взгляд, это очень важно и полезно.

О.К. – А вот вы наверняка располагаете общими сведениями на сегодняшний день о состоянии начального и среднего профессионального образования в столице. Можете поделиться?

А.А. – Да, конечно. В Москве в настоящее время имеется семьдесят шесть профессиональных колледжей, дополнительно к ним еще четырнадцать педагогических, в которых обучаются почти восемьдесят четыре тысячи юношей и девушек. Примерно, ежегодный прием в учреждения среднего профессионального образования составляет тридцать тысяч, и примерно такая же цифра на выходе. То, что я раньше говорил, что система начального и среднего профессионального образования не закрывает перспективу для получения высшего образования, а просто делает этот выбор более осознанным. Фактически, двадцать процентов окончивших колледжи людей, поступают в высшие учебные заведения по тому профилю, который изучался ими. И, в основном, идут на сокращенные образовательные программы, сокращенные трехлетние образовательные программы. То есть, в принципе, цикл непрерывного образования вполне решается в наших учебных заведениях.

О.К. – А наблюдается ли какая-то динамика изменений по профессии? Как меняется структура востребованных профессий? Что предпочитает молодежь? Каковы ее потребности?

А.А. – Да, система профессионального образования разнонаправленная. И две ее основные функции – это социальная и экономическая. Социальная функция заключается в необходимости, возможности предоставления общего и начального, скажем, среднего профессионального образования. Экономическая функция заключается в том, что в результате полученного образования, мы должны иметь специалиста с квалификацией "средний техник", который вполне пригоден и востребован производством. Как меняется, да? В основном, буквально пять-шесть лет тому назад были более востребованы профессии начального профессионального образования.

О.К. – А именно? Начальное профессиональное?

А.А. – Начальное профессиональное образование формировалось, собственно говоря, по принципам каким? Это были повара: сферы услуг и торговли. Это сферы сервиса. Проблем с приемом на обучение строительным профессиям или профессиям машиностроительного профиля было меньше. Значительно меньше, чем сегодня.

О.К. – В основном, потребительский рынок стал востребован? Сфера услуг.

А.А. – В основном, сфера услуг, да. Потому что Москва, наряду с тем, что это большой экономический комплекс, все-таки развивается в сторону сферы бизнеса, сферы услуг. И поэтому вот в соответствии с этим меняется специфика приема. В настоящее время наоборот: большая часть из приема составляет именно прием на специальности среднего профессионального образования. Скажем, в этом году эта динамика составила сорок процентов по профессиям начального профессионального образования и шестьдесят процентов по профессиям и специальностям среднего профессионального образования. Какие на сегодняшний момент пользуются спросом специальности? Это менеджмент по отраслям. Дальше, техническое обслуживание и ремонт автотранспорта, технология и продукция общественного питания, парикмахерское искусство, строительство и эксплуатация зданий, сооружений архитектуры, гостиничный сервис и технологии машиностроения.

О.К. – То есть город растет, город меняется, и он нуждается все больше и больше в квалифицированных кадрах и, соответственно, палитра эта тоже меняется?

А.А. – Меняется.

О.К. – Если не хватало раньше токарей и слесарей, их не хватает и сейчас, так же как и сварщиков, и строителей. Но сейчас уже нужны специалисты современных специальностей, то есть по ландшафтному дизайну, по гостиничному бизнесу, который вы назвали.

А.А. – Да-да, совершенно верно. Учащихся, молодежь интересуют те профессии, которые имеют выход на среднее профессиональное образование, и в дальнейшем на получение возможности высшего профессионального образования. Но мы всегда понимаем, что профессия, например, строительного профиля: маляры, штукатуры, всегда была достаточно невостребованной московской молодежью.

О.К. – И очень востребована городом. Вот такой дисбаланс, да?

А.А. – Да. Может быть сейчас немножко меньше, в связи с тем, что строительство перешло в индустриальную сферу. Но, тем не менее, наверное, надо понимать, что востребованность рабочих кадров определяется и той технологией, которая применяется. И, наверное, нельзя развивать отрасль за счет экстенсивных методов организации труда, все больше и больше принимая кадров. Нужно внедрять новые технологии, которые повышают качество продукта, но сокращают количество участвующих людей в этом процессе. Вот, на мой взгляд, в машиностроении такая тенденция совершенно явно ощущается, и работают большие роботизированные комплексы, но, к сожалению, наши выпускники после окончания не могут работать по своей компетенции на этих роботизированных комплексах.

О.К. – Почему?

А.А. – Там слишком большая ответственность за технологический результат труда. И поэтому, в основном, туда принимаются люди с высшим профессиональным образованием. Но мы говорим о том, что когда человек проходит всю цепочку: от начального и среднего профессионального образования, получает профессиональные навыки, ему легче адаптироваться в процессе производства. И поэтому, если мы посмотрим, кто же работает, в конце концов, то увидим, что это люди с высшим профессиональным образованием, но, в основном, у них у всех есть начальное или среднее профессиональное образование.

О.К. – То, о чем вы говорили в начале, да? И оно позволяет расти?

А.А. – Да.

(Подробности интервью слушайте в аудиофайле)