Грозит ли "Мечелу" судьба "Юкоса"?

Р.Щ. – В прошлый четверг премьер–министр Владимир Путин обрушался на компанию "Мечел". Грозит ли "Мечелу" судьба "ЮКОСа"? Для начала приведу цитаты из популярный английских газет. "Daily Mail" пишет: "У господина Зюзина есть выбор, оставленный ему господином Путиным: или Сибирь, или бегство в Лондон. Пока Дмитрий Медведев ратует за разделение государства и экономики, подводник Владимир Путин торпедирует решение Президента".

А.М. – Иностранцы, как всегда, не совсем правильно понимают то, что происходит в России. Газеты, как всегда, сгущают краски. Это касается не только иностранных, но и российских газет, которые довольно исторично говорят, что ситуация с "ЮКОСом" повторяется. На самом деле ситуация гораздо проще и одновременно сложнее, она более русская. Дело в том, что существуют определенные экономические предпосылки того, что произошло. Напомню, недавно Владимир Путин заявил, что собирается снизить налоговое бремя для нефтяных компаний. Бюджет должен пополняться, поэтому налоговое бремя должно переместиться на другие компании, в том числе, на металлургические и угольные.

Р.Щ. – То есть еще тогда было известно, что у господина Зюзина есть определенная вина?

А.М. – Господин Зюзин, может быть, и виноват, потому что, как известно, виноваты практически все. Господин Зюзин представляет собой удобную мишень с точки зрения политики. Дело в том, что у него нет никакой политической группы прикрытия наверху. Наезд на него, а это был именно наезд, был сделан без риска получить какой–то политический резонанс. Если бы наехали на компанию, связанную с "семьей", все говорили бы, что мочат "семью", если бы эта компания была связана с либералами, сказали бы, что мочат либералов. Здесь совершенно очевиден чисто экономический подтекст наезда.

Р.Щ. – То есть здесь экономики больше, чем политики?

А.М. – Экономика доминирует.

Р.Щ. – Приведу цитату из британской "The Guardian": "Спасибо, мистер Путин. Историей с "Мечелом" вы четко показали, с кем нам из вашего тандема надо иметь дело: с вами, мистер Путин".

А.М. – Это те самые клинья, о которых говорит Владислав Сурков, когда упоминал, что есть силы, готовые их вбить между двумя политиками: между Дмитрием Медведевым и Владимиром Путиным.

Р.Щ. – Что это за силы?

А.М. – Я пока не знаю, кто это.

Р.Щ. – Пока не хотите говорить вслух?

А.М. – Мы увидим проявление этих сил. Но вернемся к "Мечелу", потому что здесь ситуация очень интересная своей многоплановостью. С дела "ЮКОСа" прошло много времени. С тех пор был Гуцериев, который сейчас за границей, его компания толи продается, толи нет, это непонятно. Ситуация с "Мечелом" симптоматична. Для "Мечела" это была предсказуемая атака. Дело в том, что Зюзин заболел перед совещанием, возможно, именно это спровоцировало такую жесткую форму наезда.

Р.Щ. – Может быть, он на самом деле заболел?

А.М. – Я думаю, что он заболел.

Р.Щ. – Заболел по подсказке?

А.М. – Заболел от переживаний того, что его ждет. Ему, наверняка, об этом доложили.

Р.Щ. – Если бы он пришел, не было бы таких резких заявлений?

А.М. – Может быть.

Р.Щ. – Тогда он потерял бы на сотню миллионов меньше.

А.М. – За 8 лет надо было изучить Владимира Путина, который таким вещам, как отсутствие на совещании по надуманным или дипломатическим причинам реагирует довольно остро. Вполне возможно, что название компании прозвучало именно поэтому.

Р.Щ. – Может быть.

А.М. – Ситуация с "Мечелом" больше педагогическая.

Р.Щ. – Это публичная порка.

А.М. – Совершенно верно. Сумма, которая выставлена устами руководителя ФАС, смешная для такой компании, как "Мечел", это 100 миллионов. Больше они потеряли после слов Владимира Путина.

Р.Щ. – Теперь мы узнали, сколько стоят слова Владимира Путина.

А.М. – Это наказание. Очевидно, что в дальнейшем другие компании будут подвергнуты в той или иной форме, может быть, более мягко, такому же воздействию, чтобы они не уходили от налогов, а платили их, потому что бюджет надо наполнять, если мы хотим оптимизировать для всех налоговую базу, а не только для нефтяных и газовых компаний.

Р.Щ. – Владимир Путин дважды высказался по поводу концерна господина Зюзина, а Кремль молчит.

А.М. – Кремль и должен молчать. На самом деле, здесь ситуация в другом. Правительство, то есть Владимир Путин сделал заявку на то, чтобы руководить экономической ситуацией в стране. Он и руководит, всеми доступными способами он решает экономические проблемы, которые есть у страны. Кремль пока, как известно, сосредоточился на борьбе с коррупцией и на формировании внешнеполитического курса. Дмитрию Медведеву в этой ситуации нелогично что–то говорить. Кроме того, сейчас Президенту выгодно молчать, чтобы потом в качестве третейского судьи снять свои политические дивиденды.

Р.Щ. – Что будет с господином Зюзиным? Он может оказаться на Западе, в Лондоне, как прогнозирует "Daily Mail"? Уголовное дело будет заведено на него?

А.М. – Материалы для уголовного дела есть, они хранятся в архиве следственного комитета МВД. Они собраны по результатам деятельности компании 2004–2005 года. Этим материалам ход не дан, потому что такой возможности не было представлено людям, которые собирали материалы. Не будем в этом никого обвинять.

Р.Щ. – Я вас понял.

А.М. – На мой взгляд, уголовные дела будут, потому что они должны быть после обвинений Владимира Путина, во второй раз в адрес "Мечела" Владимир Путин высказался, оперируя вполне конкретными цифрами. Следственный комитет и другие фискальные органы на это отреагировали оперативно. Но если Зюзин захочет уехать из страны, это будет его решение. Скорее всего, речь идет о неком штрафе за уклонение от уплаты налогов. На самом деле у государства нет намерения отобрать компанию, хотя говорится, что якобы это собираются сделать.

Р.Щ. – Пока нет намерения ее отобрать.

А.М. – Предпосылки для этого есть, потому что, как известно, нефтегазовый комплекс уже подстроен под государство в России, некоторые энергопроизводящие компании переводятся на угорь и другие энергоносители. Поэтому перед государством теперь стоит задача по концентрации и угольных активов. Поэтому некоторые наблюдатели подозревают некие компании в заинтересованности того, чтобы "Мечел" прекратил свое существование. При этом называются разные имена. Говорят о Лесине.

Р.Щ. – Он пожаловался.

А.М. – Его жалоба спровоцировала волну. Говорят и о "Росспецстали", которая высказывала интерес к этому, здесь можно упомянуть "Газпром" и так далее.

Р.Щ. – Готовясь к передаче, я столкнулся с тем, что у двух аналитиков нет одного мнения, у каждого есть свое мнение. Один считает, что Владимир Путин, видимо, хочет насолить Дмитрию Медведеву, чтобы в Россию не пришли инвестиции. Я это не буду даже комментировать.

А.М. – Это полная чушь.

Р.Щ. – Говорят, что Правительство начинает ссориться с Дмитрием Медведевым.

А.М. – Это тоже чушь.

Р.Щ. – Дмитрий Медведев ничего не знал о том, что хочет сделать Владимир Путин. Это же было на "Большой восьмерке", Дмитрий Медведев обещал, а Владимир Путин ответил отказом.

А.М. – Разберем все.

Р.Щ. – Давайте.

А.М. – Начнем с конца. Ситуация на "Большой восьмерке" была простым недоразумением.

Р.Щ. – Та же "Daily Mail" написала, что Дмитрий Медведев дал согласие присоединиться к санкциям против кровавого режима в африканской стране, однако Кремль потом сделал потом другое заявление.

А.М. – Дело в том, что положительно–благожелательное отношение к ситуации в Зимбабве было интерпретировано, как согласие России присоединиться к санкциям. Когда Россия высказала собственное мнение на этот счет, но не волюнтаристское, а коллективное, это было воспринято, как всегда, чуть ли не как подстава со стороны России. На мой взгляд, здесь есть элемент провокации. Что касается темы того, как поссорились Владимир Путин и Дмитрий Медведев, это выглядит смешно, потому что явно есть устное или письменное соглашение между ними о том, кто и как будет действовать в ближайшее время.

Р.Щ. – У каждого есть свой участок.

А.М. – Не зря Дмитрий Медведев сейчас молчит, он согласен с тем, что происходит, потому что казну надо наполнять.

Р.Щ. – То есть для него не стали неожиданностью слова Владимира Путина?

А.М. – Конечно. Они не стали неожиданностью даже для господина Зюзина, который заболел.

Р.Щ. – Он знал, что над ним сгущаются тучи?

А.М. – Да. За неделю до того, как разразилась гроза, "Мечел" уже реагировал на возможные санкции, то есть компания была готова к удару, но не ожидала, что он будет сделан в такой форме. Владимир Путин сейчас – это оружие массового поражения. Он может обрушить акции любой компании одним свои словом.

Р.Щ. – В этом есть свои плюсы и минусы.

А.М. – Совершенно верно. Но минусов больше.

Р.Щ. – Инвестиции могут от нас уйти. Некоторые аналитики говорят, что Владимир Путин препятствует приходу инвестиций.

А.М. – Это неправда, потому что многочисленные инвесторы говорят о том, что они воют, ругают режим и такие мутные правила, но они несут свои деньги с удовольствием. Россия – это страна с очень высокодоходными проектами. Сейчас инвестиции увеличиваются. Пусть будет хоть 10 "ЮКОСов", деньги все равно будут идти. Россия – это страна энергоносителей, развивающейся финансовой системы и так далее.

Р.Щ. – Меня заинтересовало еще одно мнение аналитика. Когда было дело Ходорковского, десятки людей получили миллионы долларов. С "Мечелом" возможна такая же ситуация. Может быть, Владимира Путина направили в это русло, чтобы группа людей получила большие дивиденды, потому что они знали, что будет такой всплеск? Они знали, что в том числе, что Владимир Путин выступит, знали, что он скажет. Здесь можно получить большие деньги?

А.М. – Совершенно верно. Считать чужие деньги – это неблагодарное занятие.

Р.Щ. – Тем не менее, вся страна считает, сколько потерял Зюзин.

А.М. – Потерял их не народ, как говорил Дворкович. Покупкой крупных пакетов акций занимается узкая группа людей. Потеряли, скорее всего, иностранные инвесторы. Именно этим объясняется такая волна в иностранных СМИ.

Р.Щ. – Согласен.

А.М. – Мы, конечно, обсуждаем это, но, насколько мне известно, российский народ довольно благожелательно отнесся к тому, что еще один олигарх попал в беду.

Р.Щ. – Конечно. У Владимира Путина был Ходорковский, у Дмитрия Медведева будет Зюзин. Рейтинг Дмитрия Медведева резко пойдет вверх, люди будут ждать даже продолжения.

А.М. – Зюзин тоже у Путина.

Р.Щ. – Пока у Путина.

А.М. – Дмитрий Медведев молчит. Возможно, у него есть свой Ходорковский.

Р.Щ. – Это вы сказали. Пусть боятся олигархи. То есть сейчас переходное время, пока непонятно, в чьих руках власть, поэтому простые граждане сейчас могут не волноваться. Трясти будет олигархов?

А.М. – Да.

Р.Щ. – Это приятно.

А.М. – Сейчас переходный период. Если бы Владимир Путин лишился власти сразу и быстро, наступил бы хаос. Группы, которые имеют капитал, передрались бы друг с другом. Сейчас есть иллюзия порядка. Владимир Путин пока является его гарантом. Гарантом Конституции по закону у нас является Дмитрий Медведев. Он осуществляет борьбу с коррупцией и внешнеполитический курс. Таким образом, есть некое соглашение по разделению полномочий и функций. Владимир Путин сейчас курирует экономику, а экономика – это основа политики. Если сейчас бросить руль этой машины, то очевидно, что она полетит в кювет.

Р.Щ. – Когда Кремлю было понятно, что у Зюзина не все в порядке, может быть, стоило предупредить: "Парень, не в том направлении идешь, исправляйся".

А.М. – И не заработать такие деньги?

Р.Щ. – Закон есть закон.

А.М. – Вполне возможно, что именно на заседании господину Зюзину планировалось вынести такое предупреждение.

Р.Щ. – Но он не пришел.

А.М. – Возможно, это и спровоцировало кризис.

Р.Щ. – Тогда господину Зюзину надо менять советников, которые предложили тему лечь в кровать с высокой температурой.

А.М. – Думаю, это так.

Р.Щ. – Господин Зюзин – это не Ходорковский. У него есть политические амбиции?

А.М. – Нет.

Р.Щ. – Может быть, он хочет власти, хочет купить партию, завладеть регионом?

А.М. – Игорь Владимирович Зюзин, хотя и родился в Тульской области, сознательную жизнь провел в Кемерово. Он знает тамошние холода, поэтому я не думаю, что он стремится занять место рядом с Михаилом Борисовичем Ходорковским.

Р.Щ. – Конечно, не хочет.

А.М. – Поэтому первые пресс–релизы "Мечела" был довольно лояльны, компания готова была сотрудничать с государственными органами по всем фронтам. Она и сейчас готова это сделать, но не понимает, в каком масштабе это требуется. Это непонимание компании надо максимально быстро устранить.

Р.Щ. – Группа поддержки есть у господина Зюзина в Кремле, в Белом Доме, среди партийцев?

А.М. – Дело в том, что "Мечел" представляет собой классическую лояльную компанию, которая является спонсором партии "Единая Россия".

Р.Щ. – За что же "Мечелу" досталось?

А.М. – Никогда "Мечел" не финансировал какие–то сомнительные политические проекты. В этом смысле господин Зюзин может надеяться на партийную поддержку, но он ее не получит, потому что "Единая Россия" не поддержит человека, на которого их лидер обрушился с такой критикой. Можно сказать, что лобби–группы Зюзина свернулись, спрятались и ждут лучших времен.

Р.Щ. – Для кого?

А.М. – Для него.

Р.Щ. – У него наступят такие времена?

А.М. – Думаю, что да, потому что, на мой взгляд, дело в деньгах. Думаю, "Мечел" не подвергнется такой же реструктуризации, как "ЮКОС", потому что "ЮКОС" был исключением из правил. Кроме того, сейчас есть целый ряд производственных конфликтов, которые связаны с участием в экономике России иностранного капитала. Это знаменитый конфликт ТНК–ВР. Воевать на 2 фронта Кремлю и Белому Дому не с руки. Принято считать, что России наплевать на мнение иностранцев, на тот приток денег, который все равно будет, тем не менее, не будет хорошо, если будет накоплена критическая масса.

Р.Щ. – Если инвестиции все равно будут, то господина Зюзина легко можно посадить.

А.М. – Зачем?

Р.Щ. – Для профилактики.

А.М. – Такие меры очень радикальные. Дело "ЮКОСа" Кремлю аукается до сих пор.

Р.Щ. – Наверное, я не прав, но я думаю, что такое возможно, потому что Владимир Путин выступил в четверг, потом вышел его помощник Дворкович. У него была сложная задача? Он должен был объяснить, что не надо сомневаться в словах Владимира Путина, в их правильности и успокоить всех инвесторов. Через час Владимир Путин второй раз говорит про "Мечел". Зачем это делать 2 раза?

А.М. – Очень просто. Дворкович довольно смело упрекнул Владимира Путина в том, что тот воспользовался ресурсами, которыми мог не пользоваться, то есть назвал компанию, обрушив котировки ее акций. Это не является хорошим признаком для российской фондовой системы, которая и так не очень крепкая, несмотря на то, что она себя не плохо чувствует по сравнению с другими фондовыми рынками. Через некоторое время Владимир Путин уточнил, что данный наезд является только экономическим, претензии к Зюзину только налоговые. Он озвучил цифры, которые должны были сыграть роль магических заклинаний, чтобы всем стало понятно, что претензии к Зюзину довольно простые. Они только в том, что не надо уходить от налогов.

Р.Щ. – Некоторые наши радиослушатели не знают, как он уходил от налогов. То, что я читал, не совсем понятно обывателю.

А.М. – Дело в том, что есть цепочка, которую представляет собой продажа угля. Есть разрез, есть компания, которая осуществляет транспортировку. Обычно транспортировка – это главная затратная часть. От разреза через компанию, которая оформляет заказ, перевозит уголь в другую страну и продает ее, проходит большая цепочка посредников. По ходу состава с углем, который движется с востока на запад, происходят ценовые изменения, которые часто заставляют налоговые органы относиться к ним с большим вниманием. Ситуация была такой, что если представить, что тонна угля, например, в начале стоит тысячу рублей, а в конце территории России с учетом транспортировки она стоит две тысячи рублей. На Западе это все ждет компания, которая, не мудрствуя лукаво, называлась "Мечел–трейдинг", там уголь стоил 200–300 долларов за тонну.

Р.Щ. – Понятно, чья это компания.

А.М. – Совершенно понятно, что маржа исчезала по пути. Причем происходило увеличение цены в разы. Куда уходили деньги, непонятно населению, но понятно людям, которые их получали. Разница в ценах, то есть между внутренними и внешними ценами, очень большая. Если правильно оформить документы, если правильно транспортировать, если иметь договоренности на Украине, через которую все происходит, и если нет связей между налоговиками или таможенниками России, Украины и Швейцарии, то можно сыграть и сделать большие деньги. Зюзин, скорее всего, обманывал не только государство, но и миноритариев. Можно у них спросить, чем закончились их поиски правды в российских судах по их спору с "Мечелом".

Р.Щ. – Что является самым лакомым куском "Мечела"?

А.М. – Жемчужина короны – это Челябинский металлургический комбинат и компания "Южный Кузбасс", то есть это металл и уголь, причем уголь довольно хороший, коксующийся. Он очень востребован на Западе. Здесь почти монопольные позиции Зюзина, он умело подобрал активы, заняв положение монополиста. Это привело к тому, что компания диктовала свои цены. Причем документация не всегда доходила до правоохранительных и фискальных органов.

Р.Щ. – Это мягко сказано.

А.М. – Да, я мягко выразился.

Р.Щ. – То есть вы считаете, что Зюзина не посадят, все обойдется, хотя уголовное дело будет заведено?

А.М. – Совершенно верно.

Р.Щ. – Дмитрий Медведев заранее знал о словах Владимира Путина, знал, что тот хочет так высказаться?

А.М. – Полагаю, что это так.

Р.Щ. – Западные газеты, как всегда, неправильно нас информируют о ситуации в России?

А.М. – Пусть лучше информируют наши газеты.

Р.Щ. – А наши газеты иногда такое пишут, что голова может пойти кругом. Итак, вы не считаете, что "Мечелу" грозит судьба "ЮКОСа". Я ничего не переврал?

А.М. – Нет.