Когда и кто сможет остановить сомалийских пиратов?

С.С. – Глава российского МИД Сергей Лавров на недавней пресс–конференции в Нью–Йорке призвал объединить усилия военно–морских сил разных государств в борьбе с пиратством. Можно ли остановить сомалийских пиратов, если да, то как? Ведь это не первый случай, когда пираты у берегов Сомали захватывают те или иные суда. Чем это можно объяснить? Есть какие–то экономические, социальные причины?

М.В. – Причины и экономические, и социальные. Дело в том, что Сомали вот уже 20 лет раздираема анархией и гражданскими войнами. Там нет никакой власти и нет никакой экономики. А географически Сомали находится в идеальном месте для того, чтобы пиратствовать, потому что у побережья Сомали проходят одни из самых оживленных, самых важных водных артерий мира.

С.С. – Когда захватывают суда с танками, тут попахивает не обычным пиратством, а какими–то государственными военными действиями.

М.В. – Нет. В отношении танков, в отношении захваченного судна "Фаина" история очень сложная и запутанная. Чем дальше в лес, тем больше дров. Все больше подозрений, что захват "Фаины" был не случайным. Захватили корабль не в Аденском заливе, где происходят основные нападения и откуда исходит основная угроза мировому судоходству, а в Индийском океане, в открытом океане за 220 миль от побережья Сомали.

С.С. – Может быть, сомалийские пираты просто решили расширить географию своих похождений?

М.В. – Конечно, они расширяют ее где могут и как могут, но очень не похоже, что захват "Фаины" был сделан случайно.

С.С. – А ни у кого не возникает мысли превратить Сомали во второй Афганистан? Я имею в виду США.

М.В. – Нет, ни у США, ни у кого–то еще нет никакого желания лезть в Сомали и наводить там какой–то порядок, потому что все прекрасно знают, чем это все кончается. Чтобы сделать безопасным судоходство, можно выдавить пиратов с Аденского залива. Но единственный способ эффективно покончить с пиратством – навести порядок в стране, как это сделал в 2006 году "Союз исламских судов". Эта организация захватила власть в Сомали и правила там в течение полугода, тогда пираты мгновенно вымерли. Они просто исчезли, их не было. Как только это правительство скинули, по–моему, не без помощи Эфиопии, пиратство тут же возобновилось. Начиная с лета этого года, пиратство стало совершенно бесконтрольным, оно развивается стремительными темпами, по спирали. То, что сейчас творится в Аденском заливе, больше похоже на войну, чем на мирное судоходство.

С.С. – Войну кого с кем?

М.В. – Войну пиратов, можно сказать, со всем человечеством.

С.С. – С мировым сообществом. А известно, что сейчас происходит на "Фаине"? периодически мы узнаем о разборках между пиратами. О чем это, кстати, может говорить?

М.В. – Очень хорошо известно, что происходит на борту судна. Обновление новостей происходит раз в несколько часов. О чем–то необычном мы узнаем практически сразу. В данное время ситуация там более или менее стабильная, а пираты раскололись на 2 лагеря: на умеренных и радикальных. Умеренные требуют согласиться с владельцем судна, получить хотя бы минимальную сумму выкупа и быстро освободить "Фаину". Пираты прекрасно видят, в какую историю они вляпались с этими танками, с этими снарядами.

С.С. – Получается, они не знали, что там танки?

М.В. – Скорее всего, они знали, что там, но они не думали, что это настолько серьезно, что похищение этого судна вызовет столь огромное внимание. Но судно уже дело десятое, как и экипаж. Это лично меня больше всего и тревожит. Там политические факторы. Эти танки уже давно не материальная стоимость, это политическая стоимость. Для стран восточной Африки эти 33 танка и тысяча тонн боеприпасов стали политическим фактором. Поэтому кто–то боится, что это оружие попадет не в те руки, кто–то боится, что это оружие не попадет к нему в руки. Там так много суеты и опасений вокруг этого дела, что пираты, действительно, испугались. Умеренные настаивают на получении хоть каких–то денег и скорейшем освобождении судна, а радикалы хотят стоять до победы, выжать по максимуму и только после этого отпустить. Из–за этого между ними уже два раза возникала перебранка, которая один раз закончилась перестрелкой и гибелью трех пиратов.

С.С. – А что можно сказать о заложниках? Как правило, в каких условиях их содержат?

М.В. – Захват "Фаины" во многом стал исключением, в том числе, в том, как обращаются с экипажем. По имеющимся данным, тому, что пираты говорят по спутнику журналистам, особо верить нельзя, но имеются данные, что отношение к экипажу хорошее, потому что пираты прекрасно понимают, что сейчас их жизни напрямую связаны с жизнями экипажа, они напрямую от них зависят. Если они попытаются что–то сделать, то немедленно будет силовой захват и пираты погибнут.

С.С. – А какова главная задача тех, кто должен освободить заложников и вернуть танки? Первая цель – это освобождение людей или не допустить, чтобы танки ушли?

М.В. – Этого мы не знаем. Я хочу сказать о своей позиции. Я представляю морскую отрасль, моряков, и для нас важна судьба экипажа, до танков и снарядов нам нет абсолютно никакого дела, политические расчеты нас тоже совершенно не интересуют. Нас заботят только жизни моряков. В связи с этим гуманитарные организации, работающие в странах восточной Африки, Программа помощи морякам (Момбаса, Кения), родственники моряков, профсоюзы – все сходятся во мнении, что решать проблему надо мирным путем, переговорами, как это обычно происходит. Надо договориться о сумме выкупа, заплатить этот выкуп и уже после этого разбираться. А что до опасения насчет того, куда попадет оружие, то тут есть стопроцентный гарантированный способ. Технически можно выгрузить эти танки. Можно загнать ее кормой на мелководье во время прилива и вывести танки. Но зачем захватывать судно, для того, чтобы не допустить их вывоза еще кем–то? Их и так свезут на берег, правильно?

С.С. – Да.

М.В. – Повезут куда–то дальше, вглубь страны, и там их можно остановить. Вот американцы, вот у них вертолеты, спутники. Их вертолеты практически беспрерывно висят над палубой "Фаины". Они все это зафиксируют, и уже там, в глубине, подальше от берега, пусть делают с этими танками, что хотят. Я полагаю, перещелкают их в момент. Чтобы это было безопасно для экипажа.

С.С. – Ну сейчас ситуация, действительно, очень напряженная. "Фаина" окружена как минимум, тремя иностранными кораблями, как сообщают СМИ. И с воздуха ведется наблюдение. Разве пираты не в безвыходном положении? Может быть, у них есть шанс как–то аккуратно уйти, на лодочке какой–нибудь?

М.В. – Поэтому между ними и идет такая драка. Умеренные перепугались и хотят уходить, пока не поздно, понимают, что вляпались. А радикалы считают, что ничего страшного, что свои деньги они все равно заберут. На самом деле, шанс быть пойманными после того, как им доставят выкуп, достаточно невелик. Смогут разбежаться. Может быть, часть выловят. На самом деле, у них нет большого риска оказаться пойманными или убитыми уже на берегу. Всех беспокоят либо жизни моряков, либо оружие.

С.С. – А у кого больше шансов стать освободителями в этой ситуации? У российских моряков или у американцев, или у кого–то еще?

М.В. – Насколько мне известно, американцы отказались от идеи силового освобождения судна, потому что понимают, что это приведет к гибели экипажа. Не исключено, что к полной гибели экипажа. Не исключено, что это приведет и к гибели тех, кто попытается освободить их. Пираты смогут взорвать эти боеприпасы на борту, и там все на атомы разлетится. Вроде бы американцы отказались от этой затеи. Я надеюсь, что и российские военные моряки поступят так же. Все это утрясется мирным путем. В конце концов, грузоотправитель, перевозчик, оператор судна виноваты, что они отправили судно с таким грузом без охраны. Пусть они и платят.

С.С. – А сейчас кто играет главную скрипку в этих переговорах?

М.В. – Оператор судна и грузовладелец, украинская сторона.

С.С. – Если рассматривать практику освобождения морских судов, и не только морских, все в последнее время решается путем мирных переговоров, на штурм уже не идут?

М.В. – Естественно.

С.С. – Но бывали и случаи, когда шли на штурм, например, если вспомнить Беслан.

М.В. – И мы знаем, к чему это приводило. Я выступаю со стороны моряков. Это гражданские люди, они перевозят грузы. В чем отличие от Беслана? Тут никакой политики, только бизнес. Деньги и только деньги. Все упирается в судовладельца, оператора судна. Он несет основные расходы и основные риски. Поэтому это нельзя сравнивать с терроризмом. Отрицательное отношение к выкупу в данном случае неприменимо. С пиратством надо кончать как с таковым, причем всем миром, международным сотрудничеством.

С.С. – Уже давно пора, но почему–то об этом только сейчас стали говорить.

М.В. – Потому что уже вывели из себя окончательно. Два дня назад самые влиятельные организации мира вместе с самым влиятельным профсоюзом мира сделали очень резкое заявление по поводу недопустимости такого отношения ведущих морских держав к ситуации в Аденском заливе. Это полнейшее пренебрежение гражданским грузовым судоходством, полнейшее пренебрежение жизнями моряков. Представьте ситуацию: несколько сот безграмотных или малограмотных людей, вооруженных всего лишь автоматами и гранатометами поставили под угрозу всю мировую экономику. Обеспокоен ряд крупнейших мировых судовладельцев, которые перевозят товары азиатского производства. Можете представить, что это такое, этими товарами одевается и обувается вся Европа, в том числе и Россия, все это идет через Суэцкий канал. Уже были две попытки нападения на контейнеровозы, на борту которых перевозят эти товары, и ряд компаний заявил, что если будет еще одно такое нападение, то они пустят суда вокруг Африки, мимо Суэца. Представьте, на несколько недель удлиняется путь. Это серьезные негативные последствия для всей мировой экономики.

С.С. – Естественно.

М.В. – И это сделали максимум несколько сот совершено безграмотных людей, вооруженных всего лишь автоматами. Разве это не позор?

С.С. – Естественно, позор. А что касается международного законодательства, есть соответствующие нормы, в соответствии с которыми туда могут приплыть корабли различных стран и бороться с пиратством?

М.В. – Нет ничего.

С.С. – Значит, сначала надо принять какой–то акт, а потом уже всех бомбить.

М.В. – Полнейший правовой вакуум и в этом деле тоже. Единственное, что есть – это резолюция Совбеза ООН, позволяющая заходить в воды Сомали, и разрешение правительства Сомали заходить в их воды всем желающим.

С.С. – Остается надеться, что ООН в ближайшее время примет какую–то соответствующую директиву. А каковы ваши прогнозы, как, по–вашему, завершится эта ситуация с "Фаиной"?

М.В. – Не знаю. Я буквально полтора часа назад разговаривал с Момбаса. Там очень встревожены заявлением российского ВМФ о том, что они планируют силовой захват корабля. Если они все–таки воздержатся от этого, то, на мой взгляд, мирным путем достаточно быстро судно освободят, без последствий для экипажа.

С.С. – Будем надеяться на удачное разрешение этой ситуации.