Кому Россия демонстрирует свою военную мощь?

Н.Я. – Как относиться к тому, что с Плесецка запущена баллистическая ракета "Тополь"? Кроме того, подводные лодки Тихоокеанского и Северного флотов, как отрапортовали их командующие, также успешно произвели запуски баллистических ракет. Что это значит? Это демонстрация военной мощи?

П.Ф. – Подобные пуски происходят каждый год, да еще и по нескольку раз для проверки боеспособности.

Н.Я. – Это штатные ситуации?

П.Ф. – Нет. Например, был запущен очень старый "Тополь". Он простоял на дежурстве 20 лет, надо его проверить.

Н.Я. – Надо его выпустить?

П.Ф. – Нет, надо проверить, чтобы знать, как остальные, такие же старые, могут летать. Эти пуски испытательные, при этом их оформляют по–другому, как некое учение.

Н.Я. – Может быть, по двум статьям деньги получают, как за испытание, и как за учение?

П.Ф. – Это нормально. Так можно провести техническое испытание, заодно привезти Президента.

Н.Я. – В океан?

П.Ф. – Да. Но дело не в этом. Это часть большего учения. Это учение "Стабильность–2008", самое большое за 20 лет, а это большая новость. Со времен конца холодной войны, с середины 80–х годов не проводились такие учения. Эти учения идут по пятам войны на Кавказе, которая выросла из учений "Кавказ–2008". Учение "Стабильность–2008" – это комплексное учение, оно распадается на учения по всей территории России, в том числе на Дальнем Востоке, когда мы готовились к отражению нападения на Курильские острова и так далее. По всей стране было задействовано в "Кавказе–2008" около 40–50 тысяч человек. Кроме тех войск, которые были туда введены, было и подкрепление. Теперь тоже, по заявлению Дмитрия Медведева, в учениях участвует 50 тысяч человек. Это беспрецедентное заявление. То, что сейчас используется в учении, использовалось как возможное подкрепление, если бы на Кавказе произошла дальнейшая эскалация, если бы это не закончилось за несколько дней, а если бы, например, Америка вмешалась. Россия была готова к эскалации этого конфликта в региональный конфликт, а, может быть, и в мировой. Военные никогда заранее это не могут это предсказать. Там была возможность эскалации.

Н.Я. – Вряд ли кто–то всерьез рассчитывал, что такой конфликт перекинется на другой регион. Хотя военные должны рассчитывать все варианты развития военных действий.

П.Ф. – Военные всегда исходят из худшего возможного варианта развития ситуации. Мы вступили в войну со страной, которая называется союзником США. Значит, была возможность того, что Америка предъявит ультиматум. Было возможно морское столкновение, потом воздушное. Это могло перерасти в большую войну, поэтому силы были мобилизованы. Такого не было со времен холодной войны.

Н.Я. – По этой причине 20 лет не было подобных запусков?

П.Ф. – Они были. Я говорю о том, сколько запусков было в комплексе. Эти ракеты – это часть того, что было подготовлено на случай, если ситуация будет развиваться дальше.

Н.Я. – Многие говорят, что так Россия показывает, как она готовится к новой холодной войне. Или холодная война здесь ни при чем?

П.Ф. – Подготовка шла не к холодной, а к горячей войне, которая не может быть долгой. Война может стать региональной или глобальной. Поскольку силы были подготовлены, бессмысленно их не использовать. Их использовали в учениях, это хорошо. Теперь у нас мир на какое–то время, войны не будет, во всяком случае, до апреля–марта следующего года. Тогда может быть обострение в Грузии.

Н.Я. – Почему вы прогнозируете стабильность на весь холодный осенне–зимний период?

П.Ф. – На Кавказе сейчас невозможно воевать. Я ездил в ноябре в Цхинвал, там снегом заваливает перевалы, низкая облачность, наша авиация работать не может. У Грузии сейчас тоже нет возможностей. Там, конечно, возможны мелкие стычки.

Н.Я. – То есть сейчас не политическое, а сезонное перемирие.

П.Ф. – Да. Там традиционно все обостряется летом. Самое плохое время – это август. Сейчас все закончилось, завалит снегом перевал, Рокский тоннель, будут сходить лавины, все будет отрезано, все ждут весны. Все равно и следующим летом до войны на Кавказе не дойдет. Но есть возможность для обострения ситуации, есть еще Украина, Крым, там все может быть.

Н.Я. – Есть другие точки, где потенциально может быть конфликт с союзниками США, с самими Соединенными Штатами Америки?

П.Ф. – Остается конфликтная ситуация в Закавказье. На грузинской территории будут взрывы, перестрелки, там не будет мира, пока не будет политическое решение, а оно сейчас не просматривается. Острая ситуация вокруг Крыма.

Н.Я. – Что с Украиной?

П.Ф. – Это понятно. Когда там власть вообще придет? В Москве считают, об этом говорил Владимир Путин, что Украина – это искусственное государство, составленное из двух половинок. Там может быть какой–то раскол, который неизбежно затронет интересы России, потому что там много русскоязычных людей. Там есть и интересы Запада, который не хочет того, чтобы Россия расширилась, например, взяла под контроль Крым. Там опасная ситуация, будем надеяться, что в условиях финансово–экономического кризиса будет не до этого, но ситуация опасная. Крым и Кавказ – это горячие точки, где есть столкновение интересов России и Запада, может быть даже военное столкновение. Это может перейти в военные стычки.

Н.Я. – Многие сочли запуски этих ракет ответом Соединенным Штатам Америки на размещение ПРО в Восточной Европе. Можно ли так ставить вопрос?

П.Ф. – Американцы, в конце концов, договорились с поляками и чехами.

Н.Я. – Кто–то в этом сомневался?

П.Ф. – Были разные мнения, они долго торговались. Это не улучшает наши отношения. Хотя сейчас на фоне Грузии будут более жесткие столкновения. С другой стороны, физическое размещение американских радаров в Чехии и противоракет в Польше произойдет примерно через 4 года. Сейчас нашим военным сложно на это отвечать, потому что там еще ничего нет. Это не улучшает политическую атмосферу, но пока не является причиной военного противостояния. А до 2012 года надо дожить, тогда это может быть причиной противостояния.

Н.Я. – Это не самый актуальный вопрос 2012 года.

П.Ф. – Тем не менее, это так.

Радиослушатель Александр Георгиевич – У меня маленький вопрос. Вам не кажется, то, что происходит в Украине, отчасти выгодно России? Мне кажется, что там больше видна рука не Америки, а России.

Н.Я. – Если плохо соседям и врагам, значит, нам должно быть хорошо.

П.Ф. – Я так не думаю, потому что России лучше всего, если в Украине будет стабильность. Нестабильность соседних стран не дает ничего хорошего. Украина не похожа на Грузию. Она в 10 раз больше. Если там будет нестабильность, в которую надо вмешиваться, если еще кто–то вмешается, это примет непредсказуемые последствия. Непонятно, где там рука Москвы, где рука Вашингтона, там есть собственные руки.

Н.Я. – Последние 6–7 лет то, что происходит на Украине, нельзя назвать стабильностью.

П.Ф. – Стабильности особой нет. Там началась революция, до сих пор там нестабильность. Сейчас она особенно выражена. Это не хорошо для России. Не думаю, что там одна партия представляет Москву, другая – Вашингтон. Внутренние силы стараются опереться, в том числе, на внешние силы, но это, прежде всего, внутриукраинский конфликт.

Радиослушатель Олег – Я затрону военный аспект отношений с Украиной. Конечно, России надо всячески добиваться, чтобы и после 2012 года российская база была в Севастополе, чтобы это не ограничивалось никакими сроками. Вашингтон тянет Украину в НАТО.

Н.Я. – Сейчас не будем давать вам возможности долго высказывать ваши политические взгляды, но вопрос поставлен по поводу судьбы базы в Севастополе. Украина заявляет жестко, что база будет только до 2017 года и ни днем позже. Как вы думаете, возможны ли подвижки по поводу продления военного присутствия России в Крыму?

П.Ф. – По утверждениям украинских политиков, чтобы продлить пребывание нашего флота, надо поменять Конституцию. Возможно, они это сделают, возможно, не сделают. С военной точки зрения надо готовиться к тому, что из Крыма придется уйти. Удастся ли там остаться, трудно сказать. Скорее всего, нет.

Н.Я. – В одночасье подготовить другую базу нельзя, надо уже сейчас это делать.

П.Ф. – Надо, конечно.

Н.Я. – Из Восточной Европы войска выводили в чистое поле. Где–то надо строить базу.

П.Ф. – Есть проблема с тем, где строить. От Черноморского флота немного осталось. Это больше похоже не на флот, а на эскадрилью, притом, довольно ржавую.

Н.Я. – А это нужно с военной точки зрения?

П.Ф. – Конфликт с Грузией показал, что Черноморский флот, какое–то военное присутствие в море нужно.

Н.Я. – Мы можем под Новороссийском построить базу?

П.Ф. – Это трудно. Там географические, климатические особенности. Это можно сделать на Таманском полуострове, но пока такого решения нет. Пока военные, главный морской штаб полагает, что мы в Крыму, так или иначе, останемся.

Н.Я. – Будем продавливать Украину?

П.Ф. – Да.

Н.Я. – Можно ли сказать несколько слов о тех баллистических ракетах, которые запускались? Что это за ракеты? Вы упоминали, что часть из них уже 20 лет стоят на вооружении, их надо проверить. Насколько это современное вооружение? Пишут, что ракета "Тополь" уникальна по своим характеристикам, что она хорошая, потому что она летает быстрее и непредсказуемее. Когда я такое читаю, я всегда усмехаюсь, что хорошая ракета летает непредсказуемо.

П.Ф. – Часто путают ракету "Тополь" и ракету "Тополь–М". Это несколько разные ракеты. Сейчас запускали старую ракету "Тополь", такие сейчас не производятся, сейчас идет массовое сокращение дивизий, которые ими были вооружены. В ближайшее время все эти ракеты будут сняты с вооружения. Больше их не делают, их заменяют на более новый "Тополь–М". Меняют, в основном, старые ракеты. Самая новая ракета – это "Синева" для подводных лодок, которые на Западе называют "Дельта–4". Эти ракеты нового производства, они будут у нас на вооружении, скорее всего, после 2020 года. Все остальное ракеты, которые мы испытывали, будут сняты после 2016 года. Это "Дельта–3". Они будут сняты, эти ракеты не производятся, дивизии с "Тополями" будут расформированы.

Н.Я. – Поговорим о текущей военно–политической ситуации. Военно–политическое лобби, как в любой другой стране, лоббирует увеличение военного бюджета. Как сильно он у нас увеличивается год от года? Насколько можно прогнозировать это в дальнейшем?

П.Ф. – Это довольно серьезно. Военные затраты остались примерно в том же соотношении к ВВП, но ВВП сильно вырос. В 2000 году это было 146 миллиардов рублей, а в этом году 1 триллион.

Н.Я. – А когда ВВП будет расти не так стремительно, как дальше будет развиваться доля военного бюджета?

П.Ф. – Тогда будет большая проблема, потому что будет столкновение интересов разных групп.

Н.Я. – Как это можно прогнозировать? Или когда речь идет о борьбе групп, сложно делать прогнозы?

П.Ф. – Есть бюджет, принятый на 3 года. После войны с Грузией военные от министерства обороны говорят, что война доказала, что у нас устаревшее вооружение, надо увеличить расходы. Владимир Путин сказал, что расходы станут больше, правда, не сказал, насколько больше. Финансовый блок Правительства не против этого. В этом году пока есть довольно большой бюджетный профицит. А что будет в следующем году? Предсказать цену на нефть и доходы бюджета сейчас никто не может. Может быть, будет сокращение всех расходов. Это сейчас сказать нельзя. Но здесь главная проблема в том, что, хотя военные расходы росли в рублевом выражении в 8 раз за 8 лет, эффективность расходования денег невелика, деньги куда–то исчезают.

Н.Я. – Воруют все активнее?

П.Ф. – Не так все просто.

Н.Я. – Не просто воруют?

П.Ф. – У нас проблема в том, что наш военно–промышленный комплекс в плохом состоянии. Они не могут больше производить продукции физически. Когда им дают больше денег, они за них делают то же количество продукции. Соответственно, увеличивается стоимость продукции. Например, если вашей уборщице платить в 10 раз больше, она не будет работать в 10 раз лучше, потому что это та же уборщица и та же тряпка.

Н.Я. – Но она купит дороже средство для мытья, дороже тряпку в дорогом магазине.

П.Ф. – Просто увеличится ее зарплата. Здесь большие проблемы не только в том, что просто воруют. Очевидно, воруют, но при этом еще и ВПК не в состоянии эффективно освоить такие деньги.

Н.Я. – С Плесецка запущена баллистическая ракета "Тополь". Кроме того, подводные лодки Тихоокеанского и Cеверного флотов успешно произвели запуски баллистических ракет. Мы говорили о том, что это значит, как к этому относиться, это ответ на что, преддверие чего, кому Россия демонстрирует военную мощь.