Низкое качество школьных учебников

И.И. – Россияне недовольны качеством школьного образования. Это выясняли социологи, в том числе, Левада–Центра. 80 процентов школьных пособий содержат ляпы и ошибки. Такие данные приводит Минобрнауки. Государство неоднократно начинало и продолжает крестовые походы против некачественных учебников. Чиновники пообещали до основания перетряхнуть список рекомендованных книг, дело движется, но итог пока неоднозначный. Низкое качество школьных учебников – это проблема? На какую книгу поставят штамп, по такой и будут учить детей. Хорошо, если бы такие издания были точные, но, увы, коллекция нелепостей обширная. В частности, в некоторых учебниках советуют делить на ноль, в атласе для средней школы Северная Америка переехала на место Южной Америки, Африку напечатали зеркально, в другом географическом учебнике Индию окрестили материком и так далее. Долгое время контроля над качеством учебников практически не было. Насколько легко сегодня его создать? Каким образом гриф "рекомендовано" или "допущено" получает учебник? Кто и куда допущен?

А.Ш. – Мне кажется, что люди, которые могут повлиять на это, часто бывают не вполне компетентными. Я бы не возлагал больших надежд на то, что чиновники министерств, перетряхивая учебники, улучшат их качество. Я бы надеялся больше на профессионализм тех, кто пишет учебники, на то, что люди будут стараться не допускать очевидных ошибок. К сожалению, они встречаются, как встречались и раньше. Нельзя не ответить очень убогий язык учебников.

И.И. – Наверное, хотят, чтобы образование было доступно. В советское время ляпов не наблюдалось, наверное, потому что долго шел процесс проверки учебников.

А.Ш. – Дело не в этом.

И.И. – Были ошибки?

А.Ш. – К сожалению, были. Я не идеализирую советские учебники. Высокого качества были гимназические дореволюционные учебники. Я бы считал чрезвычайно полезным их введение в практику преподавания. Например, история России до начала ХХ века вполне могла преподаваться по замечательному учебнику академика Платонова.

И.И. – Как сейчас осуществляется контроль за этой деятельностью? Раньше за написанием учебников наблюдали Академия наук и Академия педагогических наук, а теперь кто?

А.Ш. – Я не очень хорошо знаю систему контроля, тем более, что правила все время меняются.

И.И. – Математика в советское время, до революции остается одинаковой, делить на ноль никогда нельзя было.

А.Ш. – Совершенно верно. Кроме того, в математике существует такая важная вещь, как обучение математическому языку. Это важная часть математических программ. Есть такое понятие, как текстовые задачи. Ученик, который решает текстовую задачу, должен перейти от нее к математической модели. Говорится про какие–то бассейны или человека, который проходит какой–то путь. Тот, кто читает такие задачи, должен уметь отсечь несущественную информацию от существенной информации. Путникам могут быть даны какие–то имена, но это совершенно не существенно.

И.И. – Какие сейчас ляпы есть в учебниках по русскому языку и литературе? Это вам ближе.

А.Ш. – Учебников русского языка много, они разного качества. Это мне не ближе, чем учебники математики, биологии или химии, которые я просматривал на предмет ляпов. В учебниках истории есть фактические ошибки, например, событие отнесено не к тому времени, когда оно происходило. Я психологически понимаю источники этих ошибок, тем не менее, это не очень хорошо.

И.И. – Кроме того, эта продукция пользуется большим спросом. Есть много чернокнижников, пиратов, которые выпускают некачественные учебники. Есть определенные нормы и правила, как должен выглядеть учебник, на какой бумаге он должен быть напечатан, на это все надо обращать внимание. Цены там немалые, люди получают большой навар, возможно, они с кем–то делятся, раз этот бизнес процветает.

А.Ш. – Может быть, я не знаю этого процесса.

И.И. – Это можно предположить. По медицинским показателям обложка должна быть напечатана на тонком картоне, это снижает вес книги, чтобы дети не таскали килограммы. Газетные листы – верный признак пиратской продукции. Предлагается вернуться к старой системе, когда все учебники были бесплатными. Насколько это может помочь?

А.Ш. – Бесплатным ничего не может быть.

И.И. – Конечно.

А.Ш. – Вопрос в том, кто за них будут платить. Может быть, это не родители учеников, а, например, школа. Боюсь, что это может привести к еще большим преступлениям.

И.И. – Накануне 1 сентября проводились социологические опросы, в том числе, Левада–Центром. Учеба становится дороже и хуже. Что россияне понимают под этими словами?

Д.В. – Мы спрашивали, удовлетворены ли люди системой образования современной России. 25 процентов ответили положительно. 43 процента ответили отрицательно. Мы видим, что большинство людей неудовлетворенно. Надо выделить представление о достаточном образовании, о том, что россияне считают достаточным для себя, для своих детей и внуков. Второй момент – это коррупция, которая есть в современной системе образования. Около 60 процентов людей говорят, что достаточно вуза или даже техникума, около 9 процентов говорят, что хотели бы продолжать учебу и после вуза, например, в аспирантуре, в другом вузе. Около 9 процентов собираются продолжать образование, они настроены на качественное образование. Вузов на сегодняшний день им не достаточно. С одной стороны, люди недовольны качеством образования, с другой стороны, совершенствовать его никто не хочет. Сегодня около 80 процентов россиян говорят, что для поступления в вуз нужны связи и деньги, а о знаниях говорят только 17 процентов. Существует представление, что большая часть студентов поступает за взятки, за деньги, по блату. Это говорят 62 процента опрошенных. Именно с этим связано недовольство системой образование, это неуверенность в том, что при необходимости человек сможет получить хорошее образование. Коррупция, в первую очередь, влияет на отношение россиян к сегодняшнему образованию.

А.Ш. – Мне кажется, что 9 процентов людей, которые хотят продолжать образование после вуза, то есть получать ученую степень – это совсем немало. Это вполне приличный процент. По поводу коррупции мне трудно что–то сказать. Не думаю, что знания не играют роли при поступлении. Большинство университетов заинтересовано в том, чтобы иметь хороших студентов. Это престиж для вуза, кроме того, приятнее учить именно хороших студентов. Это возможно, конечно, только при конкурсном поступлении. Знания играют определенную роль, но, к сожалению, я слышал, что часто основную роль играют несвязанные с учебой факторы. Это плохо, но рецепта я не могу предложить, кроме радикальных идей, например, отменить конкурс, дать возможность поступать всем, ввести большой отсев. Но сейчас общество к этому не готово.

И.И. – Скорее всего, не готово, хотя, может быть, в этом есть рациональное зерно. Сейчас есть много невостребованных специальностей, например, не хватает педагогов. Может быть, там стоило бы заняться этим, может быть, приезжали бы люди из провинции, учились, в будущем учили детей, но только по хорошим учебникам, а не по тому барахлу, которое у нас есть на прилавках.

А.Ш. – Кроме учебников, важно, чтобы были хорошие преподаватели. Сейчас во многих случаях преподаватель может выбирать учебник. Хороший преподаватель выберет хороший учебник. Хороший преподаватель более важен, чем хороший учебник.

И.И. – Много ли россиян думают про образование за рубежом?

Д.В. – Судя по нашим опросам, в том числе, и прошлых лет, об образовании за рубежом думает не более 1 процента опрошенных. 38–40 процентов говорят, что это было бы неплохо, хотя сделать для этого что–то люди не готовы. Наверное, в этом тоже одна из проблем качества образования в России. Она не в том, что чего–то не хватает, нет, прежде всего, желания самостоятельно что–то сделать, чтобы улучшить образования. Если нет хорошего учебника или учителя в одной школе, это можно найти в другой школе. Но здесь идет речь о том, что надо что–то сделать родителям, студенту, надо что–то спланировать. По нашим опросам, большинство россиян планируют свою жизнь не больше, чем на год вперед, в лучшем случае, на 3 года.

И.И. – Люди не готовы вкладывать деньги на несколько лет вперед с непонятными перспективами, да, говорят, что лучше учиться где–то в Великобритании или в Швейцарии. Понятно, что это стоит хороших денег. Но, ведь верно, что фундаментальное образование всегда было российской прерогативой.

А.Ш. – Не только в России есть фундаментальное образование.

И.И. – Считается, что оно у нас лучше всех. На Западе сокращенные курсы, а у нас дается то, что нужно.

А.Ш. – В разных странах своя система образования. В каждой есть свои плюсы и минусы, поэтому я бы не поощрял здесь чувство гордости. Это вообще дурно, а в такого рода вещах это опирается на слегка отвлеченные понятия. Конечно, в России есть хорошее образование, оно постепенно расшатывается. На мой взгляд, из экономических мер, которые зависят от Правительства, я бы назвал существенное повышение жалования преподавателям. Есть шанс, что наиболее талантливых людей это привлечет к профессии.

И.И. – Конечно. Россияне в опросах тоже отмечали, что все становится дороже, а денег не прибавляется. Может быть, кроме стоимости самого обучения, учитывались какие–то школьные поборы?

Д.В. – В наших опросах это не детализировалось. Но, конечно, пока у большинства населения недостаточно денег, чтобы вкладывать их во что–то фундаментальное, но мы видим, что в последние годы уровень жизни повышается. Сокращается количество бедных, но средний класс, на который делает ставку Правительство, пока составляет около 10 процентов. Возможно, если будут предприняты какие–то меры, если увеличится количество тех, кто сможет себе позволить думать и планировать что–то на будущее, если будет большая потребность в качественном образовании, будет больше запросов. Я считаю, что государство должно заниматься повышением качества образования, но многое зависит от человека, от того, что он планирует достигать и добиваться.

И.И. – У нас очень много вузов разного профиля, почему тогда так много неучей, которые выходят с корочками, но ничего не умеют, по–русски пишут с ошибками?

А.Ш. – Причин может быть много. Возможно, виноват университет, преподаватели, которые предъявляют недостаточно высокие требования к студентам. Может быть, виноваты студенты, которые не придают значения своему образованию, у них нет ощущения, что они приходят получать знания, они приходят получать диплом. Поэтому они рады, если без особых знаний удается сдать экзамен. При том, что есть возможность без особых усилий получать диплом, не получая знаний, этой возможностью люди будут пользоваться. Человек, к сожалению, обладает разными пороками, например, ленью.

И.И. – Вы согласны с высказыванием, что доступное образование у нас монотонно убывает?

А.Ш. – Нет, или, может быть, только в какой–то степени. Можно сказать, что сейчас число университетов выросло по сравнению с советским временем. Поэтому можно сказать, что выбор увеличился. Это все количественные показатели, которые не говорят о качестве.

И.И. – Совершенно верно.

Д.В. – Здесь речь идет об оценках, о представлениях россиян, а не о реальной картине. Здесь показано, что люди думают, как они оправдывают свое поведение.

И.И. – Свое действие или бездействие.

Д.В. – Возможно. Это надо учитывать, когда имеешь дело с социологическими опросами.