В.ЧАПЛИН: Я не держался за эту должность и не считаю,что на ней стоило оставаться более 5 лет. В то же время я не согласен с тем, что решение было принято только исходя из оптимизации и повышения деятельности церковных учреждений. Я считаю, что учреждение, которое я создал и возглавлял было одним из самых эффективных, если не самым эффективным. Довольно маленький штат (менее 30 человек) вел огромную работу: тысячу документов в год обрабатывали, успешно велись переговоры с государством. Я все-таки считаю, что причина здесь более глубокая. Я позволял себе критиковать нынешнюю систему церковного управления. Я считаю, что многие решения принимаются без должного учета разных мнений, принимаются спонтанно лично Святейшим Патриархом во время каких-то мимолетных разговоров где-нибудь в коридоре или буквально во время богослужений. Так поступать нельзя. Святейший Патриарх не в каждом вопросе компетентен. Его спонтанные решения не всегда правильны. Я имел, что называется наглость, с этим спорить и не соглашаться. А вторая проблема в том, что мы по-разному видим отношения церкви и государства. Я не считаю, что нам нужно улыбаться и раздавать церковные награды тем людям, которые совершают безнравственные поступки, тем людям, которые достойны больше критики, чем похвал. Это касается губернаторов, касается ряда деятелей федеральных органов власти. Нам нужно с ними открыто спорить, а не пытаться все проблемы решать через кулуарные договоренности. Сегодня это не работает, а работает прямой разговор. Поэтому прямой голос православной общественности, прямой голос духовенства критический сегодня очень нужен в публичном пространстве в том числе в пространстве отношения с властями. Есть еще одна проблема, как правильно сказал Сергей Чапнин недавно уволенный с поста ответственного редактора « Журнала Московской Патриархии»: « У нас сегодня в церкви все больше становится слышно только один голос – голос Святейшего Патриарха». Это интересный голос, это человек, который может ярко сказать и обладает хорошим интеллектуальным потенциалом, но это не должен быть единственный голос. У нас есть люди, которые лучше, чем он видят то непростое будущее, которое ждет Россию, есть люди более компетентные в целом ряде вопросов. Поэтому попытка заставить замолчать людей, которые имеют независимую позицию, которые имеют интуицию относительно того, что сегодня нужно делать в обществе и в церкви, это попытка, которая ни к чему не приведет. Я себя считаю свободным человеком и считаю, что у меня не меньше оснований, чем у Патриарха говорить, что нужно сегодня делать в церкви и обществе и буду продолжать говорить и делать то, что считаю нужным. От того или иного формального статуса абсолютно уже не зависит мое право делать и говорить то, что я считаю нужным. Думаю, что я буду услышан.

КОРРЕСПОНДЕНТ: В каком качестве вы собираетесь продолжить свое присутствие в РПЦ?

В.ЧАПЛИН: Я не думал об этом и не собираюсь пока думать. Точно ничего не попрошу и ничего не ожидаю. Мне для того, чтобы жить и действовать совершенно не нужен никакой формальный статус.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Говорит ли это о том, что диалог с Патриархом у вас сейчас будет прекращен или вы все-таки будете пытаться с ним как-то поговорить?

В.ЧАПЛИН: Я сегодня утром общался с Его Святейшеством и услышал обещания о новых назначениях, но я не хочу, ожидая чего-то, отказываться от прямой оценки того, что произошло.

КОРРЕСПОНДЕНТ: А каким был тон общения с Патриархом?

В.ЧАПЛИН: Очень доброжелательным. Я к Его Святейшеству отношусь очень искренне. Это очень близкий мне человек. Мы с ним общаемся и работаем, если я правильно помню, с 1986 года. И я считаю себя в праве иметь собственную позицию и суждение и не соглашаться с какими-то вещами, которые Его Святейшество говорит и делает. Впрочем, сейчас Патриарх заводит церковное управление и церковную общественную позицию в определенный тупик. Я не боюсь об этом прямо говорить.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Тупик в каком плане?

В.ЧАПЛИН: Я думаю, об этом все уже сказал.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Создана новая структура, которую возглавил Владимир Легойда. Что можете сказать о будущем этого отдела и конкретно о нем?

В.ЧАПЛИН: Я с большой симпатией отношусь к господину Легойде. Надеюсь, что ему удастся не только выполнять те или иные команды, но и объяснять церковному руководству, в чем оно право, а в чем нет, где нужно поступить так, а где иначе. Руководитель синодального учреждения не челядь, не подай-принеси, это человек, который должен иметь позицию и высказывать ее и при этом брать на себя 90% ответственности. Именно так я понимал собственную деятельность.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Что касается вашего прихода приходом на Пресне, по-прежнему будете там?

В.ЧАПЛИН: Пока да, а там как получится. Я не держусь ни за что, не добиваюсь ничего.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Конечно, вопрос из разряда предположений, но все-таки как вам кажется в ответ на вашу критику Патриарха не могут ли ваши противники начать публиковать некий компромат? Как-то пытаться очернить вашу фигуру в СМИ?

В.ЧАПЛИН: Да можно сказать что угодно, но ничего плохого я не сделал, так что бояться нечего.