В. КАРПОВ: Сейчас в программе «Отбой» мы, по сути, продолжаем ту тему, которую начали на «Баррикадах», а именно ответ России на санкции, которые были введены со стороны Соединённых Штатов Америки, Евросоюза, Австралии, ну и Японии, потому что именно в отношении этих стран вводится сельскохозяйственное эмбарго. Сейчас с нами председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Николай Панков. Здравствуйте, Николай Васильевич. Весь предыдущий час мы пытались выяснить, насколько это хорошо и насколько это плохо то, что мы сейчас ограничили ввоз сельхозпродукции из стран, которые вводили санкции против Российской Федерации. Победили скептики, я просто вас ознакомлю с результатами голосования: 59 % усомнились в том, что для наших крестьян эти санкции будут как-то полезны, 41 % видят определённую пользу. И сейчас нам важно выяснить, за счёт чего Россия сможет обеспечить поддержку нашего агропромышленного комплекса. Мы уже для себя примерно выяснили, что просто так санкции сами по себе крестьян поддержат слабо, практически никак не поддержат, а всё остальное в руках депутатов Государственной Думы, в руках людей, которые принимают решения, в руках людей, которые принимают закон. Потому что в ваших руках сейчас будет, Николай Васильевич, возможность оказать крестьянам поддержку, поговорить о дешёвых кредитах или о возможности рефинансирования уже взятых кредитов и всего остального. И мне важно понять и нашим слушателям тоже, как вы в частности как депутат Госдумы будете действовать, намеренно действовать, ну и в чём видите поддержку для крестьян, пожалуйста.

Н. ПАНКОВ: Прежде всего, хотелось наверно ещё раз отметить о том, что данные решения они всё-таки позволят, на мой взгляд, нашему российскому сельхозтоваропроизводителю больше продуктов поставлять на свои рынки. Мы сейчас говорим 41% поддержало, а 59% пока думают, но другой факт: в прошлом году, в 2013-м году из всего собранного картофеля в Российской Федерации только 27 % смогли поступить в торговые сети.

В. КАРПОВ: Я, кстати, не уверен, что эта проблема только в том, что торговые сети не пристроили.

Н. ПАНКОВ: Конечно, это не только проблема торговых сетей. Мы сейчас не говорим, в чём проблема. Мы сейчас говорим о том, почему наш сельхозтоваропроизводитель не может выйти на прямые рынки, причём при всём, и жители, в том числе, и ваши радиослушатели наверно хорошо понимают, что качественная продукция и российского производства она имеет право на конкуренцию. Продукты на самом деле качественные: вспомните Вологодское масло, вспомните Алтайский мёд, Брянский Пензенский картофель и другие продукты питания. Но дело, вы правильно говорите, не только в депутатах Государственной Думы и в тех законах или власти, которая принимает. Дело сегодня и в гражданском обществе и в самих сельхозтоваропроизводителях. Почему 59 %, вы говорите, сегодня сомневается? Большая часть нашего времени работы в агропромышленном комплексе всё равно ходил разговор о том, что это слаборазвивающийся комплекс. Но сегодня уже российский агропромышленный комплекс совсем другой. Сегодня пришёл другой менеджмент, другие руководители, по-другому относятся по производству своей продукции, сегодня другие технологии применяются и у нас  в агропромышленном комплексе в нашем сельском хозяйстве. Вот смотрите, закон о торговле чем плохой? Он же ограничивает торговые сети, он по идее создаёт конкурентную среду. Не плохой закон, но почему-то, извините меня, ряд торговых сетей сразу начали искать лазейки и всячески не способствовали привлечению и закупке нашей сельскохозяйственной продукции. И отговорки понятны, что да, эта продукция не так упакована, её надо дорабатывать, а торговым сетям этим заниматься некогда. Лучше взять большой тоннаж польских яблок, хотя никто не разбирается, с Польши это яблоки или всё-таки яблоки всего Евросоюза.

В. КАРПОВ: Или Израильского картофеля.

Н. ПАНКОВ: Совершенно верно, который расположен на наших границах. Проблемы есть. Свою задачу, как законодателя и председателя Аграрного Комитета я вижу в том, чтобы создавать нормальные условия для наших российских сельхозпроизводителей.

В. КАРПОВ: Вот, здесь главное, про условия теперь заговорили. Позвольте, поскольку с крестьянами мы общаемся какое-то время уже здесь в эфире, и они даже пишут нам вопросы. Вот, например, Василий Мельниченко, известный фермер, к нам не так давно приходил, который рассказывал, что занимается человек землёй, развитием своего сельхозпредприятия. Вкратце, быстро набросал, почему ему сейчас очень сложно это делать: подключение к сетям очень дорого, получить кредит в Россельхозбанке, казалось бы, родной банк для крестьян должен быть, 16 %. «Какой мне толк брать там кредит?», рассказывал Василий Александрович Мельниченко. «Это для меня очень дорого, это не рентабельно для меня. Подключиться к сетям – бешенные деньги, кредит не получишь, длинных денег никто не даёт, никто сам в сельское хозяйство наше не верит», и здесь санкции, типа должны дать толчок, они на год.

Н. ПАНКОВ: Да, согласен. Прежде всего, я думаю, сельским хозяйством должны заниматься люди, которые верят в себя, верят в свои результаты, а государство должно обеспечить возможность и дешёвого кредитования.  На селе никогда труд не был лёгким и то, что сейчас большая закредитованность два триллиона рублей, такова закредитованность сельского хозяйства перед банками, она существует. Другое дело, насколько государство, помогая компенсировать те или иные процентные ставки, это вопрос. Кстати, на сегодняшний день не под 16 % берёт, наверно у них была просто просрочка по кредиту, а две трети ставки рефинансирования государство потом возвращает им в виде компенсации. Но этот механизм, он  тоже гораздо сложный. Да, согласен, что страны Евросоюза кредитуются под 2, под 3 % годовых, и скрывать этого мы не будем. Мы лишь только третий год подряд, недавно как всего лишь в течение трёх лет перешли по просьбе опять же наших сельхозтоваропроизводителей и стали выдавать государственные субсидии на произведённую продукцию: на литр молока, на килограмм мяса, на один гектар обработанной площади, если это растениеводство. И сегодня есть что корректировать, но правильно он говорит, на сегодняшний день, конечно, сложностей очень много.

В. КАРПОВ: Как акценты будут расставлены?

Н. ПАНКОВ: Прежде всего, давайте смотреть вот так: на сегодняшний день принято то решение, которое принято о девяти направлениях сельскохозяйственной продукции, которое решили отменить из Евросоюза. Это, прежде всего, продукция, которая уже была произведена, которая в прошлом году почти что в 100% объёме выполнялись нашими сельхозтоваропроизводителями.

В. КАРПОВ: По молочке это не так, по мясу не так.

Н. ПАНКОВ: Подождите, что значит, по молочке это не так? Да, в прошлом году у нас с вами молокопродукты было 76 %. Конечно, это не 100 %, мы согласны, но мы с вами берём молоко не сухое, как нам предлагает, в том числе, и Евросоюз. И здесь же никто не говорит, что в 100 % мы себя снабжаем молоком. По мясу ещё вы сказали не так?

В. КАРПОВ: По говядине.

 Н. ПАНКОВ: По говядине да, согласен, около 40 % по мясу говядины, но мясо птицы 95 %, мясо свинины 75 %, то есть никогда ещё Россия так себя продуктами питания не, но здесь не в этом разговор, а о том, как я вижу, чтобы государство помогало. Прежде всего, сегодня разорвана цепочка логистика от производства продукции. И тот фермер, который к вам приходил, не его задача стоять со своим товаром, ехать в торговые сети, ехать подключать какие-то коммуникации к энергоснабжающим организациям. Он должен производить продукцию, и он её произвёл. Он уже вам наверно сказал, что он произвёл какую-то продукцию, но ее себестоимость оказалась гораздо дороже того, что есть. Поэтому здесь нужно, в частности, и Министерству сельского хозяйства, и сегодня об этом Николаем Васильевичем Фёдоровым было заявлено вместе с Министерством экономики, разработать эти логистические схемы, разработать центры, где будут закупать эту продукцию, и дальше её продавать на рынке с подключением, в том числе, и бюджетных средств.

В. КАРПОВ: Мне нравится про логистические центры – это здорово. Но на строительство такого центра, я так полагаю, уйдёт не один год.

Н. ПАНКОВ: Ой, вы знаете, это имеется в виду не большие крупные затратные, а центры при сегодняшних технологиях можно делать в течение года. Но мы и не говорим, что мы с завтрашнего дня прекратили поставку всей продукции сельского хозяйства, мы только говорим о тех направлениях, в которых у нас большая часть своих продуктов, в том числе, и  сахара, в том числе, и по сырам, в том числе, и говорили уже о мясной продукции. Да, нужно как можно больше создавать условия для нашего агропромышленного комплекса, но один из вопросов сегодня, ещё раз говорю, руководители и у вас наверно до этого были, честно говоря, на сегодняшний день они уже не так просят деньги, они говорят: «Создайте нам условия для того, чтобы мы могли продавать, конкурировать со своей продукцией».

В. КАРПОВ: Конечно, дешёвые кредиты – это условия, инфраструктурная доступность  – это условия, но это деньги.

Н. ПАНКОВ: Совершенно верно, это условия, но это всё деньги. И, кстати, сегодня по заявлению Министра сельского хозяйства Николая Васильевича Фёдорова, он уже сказал о том, что дополнительно 137 миллиардов рублей в течение трёх лет как раз наш агропромышленный комплекс будет получать это финансирование. Кстати, я вижу здесь и задачу, если мы говорим про депутатский корпус, посмотреть и налогообложение по нашему сельхозтоваропроизводителю. Да, сегодня часть предприятий на едином сельхозналоге, посмотреть насколько тот или иной вид налога будет правильно влиять на себестоимость продукции.

В. КАРПОВ: Николай Васильевич, простите меня за некорректное сравнение, но наш депутат, берут, в общем, депутатов Государственной Думы, есть некий образ. Если там какой-нибудь гей-парад, то мгновенная реакция происходит. Как только речь идёт о крестьянстве или ещё, то здесь суровые какие-то тяжёлые размышления, реакция довольно запоздалая, всё это обсуждается годами, принимается, не принимается, откладывается ну и так далее. И вот здесь, когда вводят санкции, получается следующее, что как будто бы это должно дать толчок нашему крестьянству, но наши крестьяне недоумевающее пожимают плечами и говорят: «Слушайте, ну они переключатся на другие рынки, они будут покупать тогда не в Америке, а где-нибудь в Бразилии то же самое мясо. Мы-то здесь причём? Это нас вообще никак не касается. Нам-то никто дополнительных условий никаких не создаёт!» Вот об этих условиях я и спрашиваю. Будет что-то или нет? Вы упомянули налогообложение.

Н. ПАНКОВ: Конечно, как один из вариантов.

В. КАРПОВ: Но есть готовые варианты какие-то?

 Н. ПАНКОВ: Налогообложение – раз, дополнительное финансирование – два, дальше увеличение государственных программ. Смотрите, в чём приоритет государства? Вы правильно говорите, что если оно увидело недостаток мяса, говядины, то оно разрешило и ввело с 2014 года уже долгосрочные кредиты до 15 лет, этого раньше у нас с вами в молочке и по мясу КРС не было такого. Так и здесь нужно смотреть основные направления какие: думаю, что будет правильно и больше задействовать и фермерские хозяйства, и частный сектор. Вы понимаете, проблема даже у нас сегодня на самом селе. Ведь в самом селе сегодня уже фактически никто не держит корову, никто не держит свинью, ну, хорошо, кто-то ещё держит курей. Думаю, что и здесь применить те возможности, которые существуют в ряде регионов, к примеру, в Мордовии идёт дотация на закупку одного яйца в частном хозяйстве. Допустим, в Курской области, идёт закрытие кредита для молодых семей, работающих в сельском хозяйстве. Это тоже привлечение специалистов и их занятость на селе один из важных сегментов. 

В. КАРПОВ: Просто форсировать эту историю мы будем как-то?

Н. ПАНКОВ: Конечно, так для чего и были приняты такие меры? Для того чтобы произошёл рывок, для того чтобы в дальнейшем мы могли ещё дальше улучшить инфраструктуру, увеличить финансирование, разработать какие-то государственные программы и в принципе оказать поддержку.

В. КАРПОВ: Мы сейчас будем принимать и звонки наших слушателей. Я напомню, с нами председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Николай Панков, который рассказывает, как государство российское планирует поддерживать крестьян не только санкциями в отношении европейских конкурентов.

СЛУШАТЕЛЬ: Я вам вполне два конкретных примера расскажу, у меня жена из Чувашии. Знаменитая чувашская картошка, но не о картофеле: приезжают с Думы, забирают молоко, 12 рублей, 60 рублей бутылка. Почему производители молока получают 12 рублей, а на выходе оно стоит 60? Второй пример: я сам с Кубани, свиноферма, свинохозяйство в упадке. Знаете, как люди говорят: «А бесполезно заводить свиней, больше чем десяток свиней держать во дворе, приходит санэпидстанция и говорит: «Вы знаете, свиной грипп, всего доброго». Просто забирают и выжигают хозяйство, просто выжигают его, потому что ни для кого у Кубани не секрет, что у семейства Ткачевых вся свиноферма – это их семейный бизнес. Вот пример конкретных историй.

В. КАРПОВ: Спасибо, хорошо, Чувашия и Кубань.

Н. ПАНКОВ: Да, хороший пример про Чувашию, он правильно говорит. Мы с этого с вами начинали: наш российский сельхозтоваропроизводитель, частный ли, или фермер, или крупный агрохолдинг, не может сдать свою продукцию. Принимают по 12 рублей, а продают за 60 рублей. Перекупщики продают то же самое за 60 рублей.

В. КАРПОВ: Что же теперь ничего не изменится?

Н. ПАНКОВ: Почему же ничего не изменится? Если сегодня торговые сети будут закупать, они же не будут уже у перекупщиков закупать тот или иной вид товара. Они уже будут закупать напрямую договора с сельхозпредприятием.

В. КАРПОВ: Почему же? Я бы у перекупщика.

 Н. ПАНКОВ: А как же?

В. КАРПОВ: Потому что он не обеспечит объёмы

Н. ПАНКОВ: А как же он обеспечит объёмы при рынке по молоку, извините,  уже за 12 рублей, кто произвёл, будет просить большую цену.

В. КАРПОВ: Хорошо, давайте про пример Кубани. Не справедливая конкуренция даже в пределах Российской Федерации.

Н. ПАНКОВ: Не справедливая конкуренция – да, сложный вопрос, но вопрос по свинине, я бы просто хотел Георгию ответить, это не только вопрос Кубани, это вопрос и ряда регионов. Ведь когда мы говорим о том, что Россельхознадзор остановил на границе или запретил ввоз того или иного продукта: или мяса, или какого-то, нам всегда говорили, это политика. Да не политика, просто против Российской Федерации объявлена, в том числе, и продовольственная война.

В. КАРПОВ: Так опять вы говорите, не политика и тут же политика.

Н. ПАНКОВ: Конечно, это война продовольственная, это не наша внутренняя. Вы посмотрите на границу с Украиной, Россельхознадзор сегодня уже останавливает частные лица, перевозят семена амброзии, перевозят бактерии на территорию Российской Федерации, то же самое и по чумке свиней. Ведь это не только про Краснодарский край, у нас с вами Ростовская область пострадала. Конечно, когда идёт чумка свиней, то полностью выбивают всё поголовье стада. У нас затронуто ряд регионов и Волгоградской области, фактически весь юг и Центральный Федеральный округ был этим затронут. А что касается нечестной конкуренции, она будет всегда. И для этого, я думаю, существует и контролирующий орган, и с этим необходимо бороться.

В. КАРПОВ: Ну, кто же будет с губернатором бороться?

Н. ПАНКОВ: Почему же кто будет с губернатором бороться? А вы посмотрите, сколько, по-моему, даже сегодня идут новости о разных отношениях к тем или иным губернаторам. Извините, по крайней мере, один из самых стабильных регионов, в котором делают нашу сельскохозяйственную продукцию, более устойчиво и увеличивает темпы по сельскохозяйственному расширению этой же продукции. В любом случае, конечно, разбираться нужно со всем, и, кстати, с этими вещами.

В. КАРПОВ: Я просто буду для себя помечать для того чтобы в конце программы подвести некий итог, на чём депутаты Государственной Думы, вы, в частности, поскольку будете говорить за себя, прежде всего. Николай Панков, на чём делает акценты, что в ближайшей перспективе планирует для крестьянства сделать. Ну, вот, изменить систему налогообложения, я  так понимаю, речь идёт о каких-то льготах всё-таки. Налоговые льготы – первое.

Н. ПАНКОВ: Да, налоговые льготы.

В. КАРПОВ: Помечаю. Инфраструктурные проекты, с этим как быть? Что-то будет дополнительно? Вы сказали о том, что какие-то центры будут создаваться.

Н. ПАНКОВ: Я бы не назвал немножко инфраструктурные проекты, вы имеете в виду наверно, мы всё-таки с вами смотрим программу

В. КАРПОВ: Логистические центры.

Н. ПАНКОВ: Логистические центры, да, а не социального развития села. Потому что инфраструктура  - это газ, вода.

В. КАРПОВ: Нет, я именно о логистике.

Н. ПАНКОВ: Конечно, это центры сбыта или через механизм законопроектов больше дать возможностей заниматься кооперацией, как это и раньше было.

В. КАРПОВ: Простите, ради Бога, Николай Васильевич, просто слово сельхозкооперация, я просто поясню слушателям для того, чтобы им было понятно. Речь идёт о чём: когда ряд домохозяйств или хозяйств крупных фермерских, объединяются для того, чтобы совместными усилиями реализовывать свою продукцию, то есть они сложились, где-то там склад организовали, и с этого склада уже продукцию продают в масштабе, который позволяет им с сетями даже сотрудничать. Вот это сельхозкооперация, но я об этом разговоре слышу уже два десятка лет, и всё время они говорят о том, как это здорово было бы реализовать. Так чего не хватает?

Н. ПАНКОВ: Нет, сегодня, кстати, этот проект неплохо реализуется в Мордовии. Сегодня есть ряд регионов, где это наращивается, но сегодня не хватает изменения в законодательстве для той же кооперации. Мы готовы это рассмотреть и, кстати, думаю, что буквально скоро собрать те же отраслевые союзы, которые так же дадут свои предложения и по той же кооперации  и по тому же сбыту и по той же государственной поддержке, которую дальше необходимо делать в наш агропромышленный комплекс.

В. КАРПОВ: Павел пишет: «Расскажите, пожалуйста, про создаваемые агрокластеры взамен овощебаз».

Н. ПАНКОВ: Наверно, Павел имеет в виду это то, что сегодня есть в ряде субъектов Российской Федерации, когда вместо овощебаз создаются агрокластеры, где идёт мойка продукции, упаковка её, подготовка к сдаче в торговые ли сети, в учреждения ли торговли. То есть, одним словом, это не просто овощехранилище или овощебаза, а это ещё первичная переработка той или иной продукции: будь то картофель, будь то мясные продукты, это, в том числе, овощные какие-то. Поэтому вот, кстати, неплохая логистика и неплохой пример вам. Здесь наверно все многие знают, в Москве это «Белая дача». Павел Семёнов делает неплохую продукцию и добился

В. КАРПОВ: И неплохие деньги, судя по всему.

Н. ПАНКОВ: Конечно, да, а кто против? А кто против того, чтобы непосредственно тот, кто производит и перерабатывает, получал за это деньги? Мы же не против.

В. КАРПОВ: Только за.

Н. ПАНКОВ: Поэтому это наверно имеется в виду этот проект.

В. КАРПОВ: Ещё из вопросов, которые приходили на наш смс портал, 8-й спрашивает: «Дело вообще не в нашем сельском хозяйстве. Чем, например, оно отличается от строительства? Дело в системе, при которой крутится ограниченная кучка тёмных личностей, которые из этого всего куют себе бабло, сказочно обогащаясь. И им смачно наплевать, как кантуются крестьяне или другие граждане, которые зарабатывают честным трудом нищенские деньги».

Н. ПАНКОВ: И об этом мы с вами говорили открыто, и в подтверждение его слов скажу: из 17-ти торговых сетей, работающих на территории Российской Федерации основных крупных, наверно всего лишь две три, или не больше 5-ти торговых сетей, где собственниками являются граждане Российской Федерации. А всё остальное – это не граждане Российской Федерации, где основной задачей ставят вывоз капитала и правильно вы говорите, в булке хлеба, кстати, возвращаясь к вопросу, по-моему, про Чувашию мы говорили, в булке хлеба лишь 17 % её стоимости получает тот, кто произвёл, тот, кто вырастил этот хлеб, а всё остальное это накрутки торговли, всё остальное это издержки. 

В. КАРПОВ: Как с реэкспортом будете бороться, реэкспортом? Я имею в виду Белоруссию, Казахстан, которые с нами в таможенном союзе, теоретически предполагая, что та сельхозпродукция, которую мы запрещаем здесь, через них всё-таки каким-то образом поступать может.

Н. ПАНКОВ: Думаю, что, кстати, и Казахстан и Белоруссия на сегодняшний день при отказе России от других рынков будет, думаю, достаточно закупки той продукции, какая есть. Нет необходимости связываться с другими государствами. Это тоже хорошие наши игроки в агропромышленном комплексе, но контролировать необходимо.

В. КАРПОВ: Вы в полагаете, они будут  заинтересованы в развитии своего хозяйства?

Н. ПАНКОВ: Да.

В. КАРПОВ: Принято. Вместе с Николаем Васильевичем обсуждаем, как государство российское будет поддерживать крестьян, кроме как запретом на ввоз продукции из стран ЕС: Соединенных Штатов, Австралии и Японии, имеется в виду, сельхоз продукция. И пока я только два пункта отметил, которые мы успели упомянуть: это изменение системы налогообложения, пока абстрактно абсолютно, потому что нет, я так понимаю, конкретных предложений ещё.

Н. ПАНКОВ: По налогообложению есть разные варианты, кстати, ряд регионов предлагает разрешить им налог на прибыль, который сегодня есть в сельско-хозяйственных предприятиях, а мы его сделали нулевым до 2020-го года, чтобы они вкладывали в какую-то инфраструктуру. И здесь нужно вместе с Министерством экономики посмотреть, как те или иные налоги будут работать, но мы пока не хотим эту норму давать на субъекты Федерации, а оставить всё-таки нулевую ставку налога. Возможно, сделать налогообложение как бы по премиальной системе для того, чтобы налогообложением стимулировать продажу или производство той или иной продукции, это тоже, думаю, можно рассмотреть.

В. КАРПОВ: Нулевое налогообложение, в частности, для чего

Н. ПАНКОВ: Налог на прибыль.

В. КАРПОВ: Налог на прибыль, хорошо. А в какой отрасли вы бы ввели, например, если бы вас спросили?

Н. ПАНКОВ: А он у нас есть сейчас в сельскохозяйственной отрасли, мы его ввели.

В. КАРПОВ: Хорошо, где ещё дальше, если идти по налоговым льготам?

Н. ПАНКОВ: Дальше думаем, чтобы разрешить по налоговым льготам смотреть с НДС, налогом на добавленную стоимость, потому что у нас не все сельхоз предприятия работают с НДС, кто-то на упрощенной схеме. Переработчики сельскохозяйственной продукции они работают с НДС, а те, кто на упрощёнке, они не получают НДС. Вот здесь тоже получается разница по налогообложению, как вариант. Кстати, может быть, и даже посмотреть, а точнее, увеличить государственную программу, о ней очень много говорили наши сельхоз товаропроизводители на техническое перевооружение.

В. КАРПОВ: Хорошо, это более конкретно. Давайте с вами по цифрам: сколько было запланировано и сколько необходимо, по вашему мнению, нужно было зарядить?

Н. ПАНКОВ: Было запланировано порядка 10-ти %.

В. КАРПОВ: Это компенсация от государства?

Н. ПАНКОВ: Компенсация от государства, да. Мы думаем, что необходимую цифру рассматривать порядка 30-ти % от стоимости сельскохозяйственной техники. Причём здесь говорится о технике, прежде всего, российских наших заводов, российского сельхозмашиностроения. Это ещё один как из вариантов. Конечно же, я думаю, нужно всё-таки просмотреть вопрос о привлечении, для того чтобы бизнес больше вкладывал в агропромышленный комплекс. Ведь если говорить о государстве, оно, конечно, вкладывает большие деньги, но не основные. На каждый рубль, вложенный государством в сельском хозяйстве, инвестор вкладывает 7 рублей своего финансирования. И здесь, может быть, создание региональных программ по привлечению инвестиции. Это наверно, будет тоже правильно, и, кстати, возможно и правильно на переработку продукции, которая производится в занятости, давать конкретные предложения. Неплохой, думаю, закон, но его нужно применять на практике уже. Это закон о государственных закупках, то есть госзакупки, где в сфере государственного присутствия: это здравоохранение, дошкольное образование, школьное.

В. КАРПОВ: Только у наших производителей.

Н. ПАНКОВ: Да, и у министерства обороны закупать товары сельско-хозяйственной продукции только российского производства.

В. КАРПОВ: Николай Васильевич, смотрите, если говорить о поддержке, и особенно если говорить о сроке, на который введены эти санкции, то действовать нужно уже как будто бы вчера. Поэтому те решения, о которых вы говорите, если их и принимать, то как только выходят из отпусков все депутаты.

Н. ПАНКОВ: Конечно, их нужно принимать, и часть из них, я думаю, чтобы уже принималась, начиная с бюджета 15-го года, если мы говорим о бюджетных вещах, о налогах, если мы говорим о дотациях или о государственных программах.

В. КАРПОВ: Если говорить о дотациях, то здесь можно ли ожидать существенного роста тех самых дотаций для нашего крестьянства?

Н. ПАНКОВ: Конечно, чтобы говорить о росте дотаций нашего крестьянства, я вам скажу, что за последние три года при всех сложностях бюджета, государственная программа в агропромышленный комплекс по финансированию не уменьшаются, они остаются на прежнем уровне.

В. КАРПОВ: Прежний уровень – это не то, чего ждут крестьяне, они ждут роста.

Н. ПАНКОВ: Конечно, поэтому сегодня Министр сельского хозяйства заявил о том, что 137 миллиардов рублей будет привлечено в течение ближайших трёх лет в наш агропромышленный комплекс дополнительного финансирования. Я думаю, что это тоже неплохое финансирование.

В. КАРПОВ: Знаете как, сравнят-то с оборонкой, до 2020 года 20 триллионов, а здесь 137 миллиардов дополнительно привлечено.

Н. ПАНКОВ: Я думаю, что сегодня в Донецке и Луганске они наверно исходят из другого. И, конечно, нельзя проигрывать свою обороноспособность и нельзя, считаю, в первую очередь, проигрывать свою продовольственную безопасность, поэтому, конечно, финансирование должно быть увеличено или должно идти привлечение инвесторов. А самое главное, нужно рассмотреть схему свободного  кредитования наших работников сельскохозяйственного направления.

В. КАРПОВ: Не очень понимаю, о чём речь пока. Что значит, свободное кредитование?

Н. ПАНКОВ: На сегодняшний день, ведь сумма кредитов, получаемых в агропромышленный комплекс, она тоже же ограничена, не все могут получить, потому что часть сельского хозяйства сильно закредитована, часть предприятий закредитована, у них уже идёт большой процент на ту ставку кредита.

В. КАРПОВ: Государство возьмёт на себя плату по прежним кредитам или что?

Н. ПАНКОВ: Да, государство две трети ставки рефинансирования сегодня компенсирует нашим аграриям за те кредитные ресурсы, которые они используют.

В. КАРПОВ: Две трети ставки рефинансирования – это сколько, процентов 6?

Н. ПАНКОВ: Да, 6 %, где-то 6 – 7 % компенсирует.

В. КАРПОВ: Учитывая уровень закредитованности и вообще стоимость наших кредитов, это не очень много.

Н. ПАНКОВ: Ну, да, но хотя бы, раньше и этого не было, никаких компенсаций за кредитование. И, кстати, возможно предлагались варианты, думаю, здесь нужно вместе с экономическим блоком рассмотреть, возможно, чтобы государство выкупало какие-то акции сельхозпредприятия по долгам, дальше с ними расплачивалось. Да, кстати, надо посмотреть и неплохо будет закон о банкротстве. Мы его недавно изменили. Нонсенс, но за просрочку платежей в 10 тысяч рублей сельскохозяйственное предприятие имело возможность попадать под банкротство. Причём нами принят законопроект о том, чтобы эту цифру увеличить с 10 тысяч рублей. И мы приняли решение о том, что если предприятие попало под банкротство, то разрешить его выкупать не по частям, то есть, одни купили ликвидное зерно, а другие не могут в этом же предприятии купить разрушенную сельскохозяйственную технику или разрушенные склады. И предприятие просто обанкротилось и оно уже не возрождалось, а покупать единым, так скажем, пакетом, вместе с ликвидным и зерном, и техникой, и скот, который сегодня существует на том или ином предприятии. Эту тему, я думаю, может быть, тоже посмотреть.

В. КАРПОВ: Я просто обращаю внимание на то, что вы говорите «было бы правильно», «хорошо было бы, если бы государство», то есть всё время присутствует сомнение. А вы-то, конкретно, на чём будете настаивать?

Н. ПАНКОВ: Не сомнение, конкретно на этих вещах мы и настаиваем, конкретно эти предложения комитет и делает для того.

В. КАРПОВ: Сейчас ваш час!

Н. ПАНКОВ: Конечно, так мы как раз эти предложения и делаем для того, чтобы облегчить конкуренцию уже здесь у нас в агропромышленном комплексе, как раз наш комитет. Я говорю о тех шагах, какие мы уже предпринимаем, но это должно пройти на заседании Государственной Думы, это должно выйти на уровень законопроекта, а не только решение нашего комитета.

 В. КАРПОВ: Я как понимаю, на заседании Государственной Думы в любом случае уже должен быть целый пакет.

Н. ПАНКОВ: Конечно, который на сегодняшний день есть. Это часть  направлений из тех мер, которые я предлагаю, которые мы уже вносим и в осеннюю сессию будем рассматривать. Так как закон не принят, я не могу говорить о том, что с первого сентября будет принят вот такой закон.

В. КАРПОВ: Поддержка, дотирование нашей сельхоз отрасли на 4, 5 миллиарда было, а мы сделаем на 9 миллиардов. Нет такого?

Н. ПАНКОВ: Да, тоже до 9-ти миллиардов.

В. КАРПОВ: Нет, нормально, я не спорю, тоже будут все счастливы, но вопрос-то будет ли это, насколько это реально, насколько это возможно вообще реализовать в нынешних условиях?

Н. ПАНКОВ: Увеличение государственной поддержки возможно реализовать в нынешних условиях, но не в объёме 9-ти миллиардов, как вы говорите, 4,9, в два раза бюджет увеличивая, прибавлять, а наверно из того, сколько можно. На сегодняшний день 137 миллиардов дополнительно.

СЛУШАТЕЛЬ: А кто будет работать на земле? Там никого не осталось вообще.

Н. ПАНКОВ: Вопросы трудовых ресурсов мы с вами в самом начале поднимали. И сегодня работает не скажу, что в полном объёме, программа социального развития села. Она сейчас называется «социальное обустройство села», за счёт которой ведётся газификация, строительство дорог, строительство школ, фельдшерско-акушерских пунктов. Это создание инфраструктуры в агропромышленном комплексе. И мы сегодня видим, эта проблема существует. Раньше утром в том  или ином селе по 2-3 автобуса стоят, и отвозят людей на работу в город. Сегодня я видел обратную ситуацию в той же Смоленской области, Белгородской области, Воронежской области, когда кадры привлекают именно из городов. И правильно собеседник говорил о том, что кадровый потенциал, кому работать. Сегодня ферма уже не та, она вся компьютеризирована. Высокая степень на наших сельскохозяйственных машинах  - комбайны, трактора, энергонасыщенные. Поэтому, конечно, вы смотрите, уже сегодня работает программа сельский доктор, поддержание молодой семьи. Сегодня для специалистов выделяется по одному миллиону рублей на приобретение жилья. Это тоже одна из мер. А то, что село вымерло, так говорить нельзя, потому что продукция, которая производится  в агропромышленном комплексе, она сегодня есть. И поэтому сегодня смогли за столь короткое время после того, когда агропромышленный комплекс был полностью развален, вы вспомните, когда не было ни птицефабрик, ни животноводческих ферм, а сегодня мы полностью основным продуктом обеспечиваем свою продовольственную безопасность. Так сегодняшние меры, уверен, и необходимо всем приложить усилия для того, чтобы поддержать их финансированием, поддержать теми или иными проектами для того, чтобы они реализовались.

В. КАРПОВ: Николай Васильевич, бизнесу сегодня интересно вкладываться в наше  сельское хозяйство?

Н. ПАНКОВ: Интересно.

В. КАРПОВ: Обращаю внимание, что по-прежнему преимущественно в недвижимость у нас предпочитают вкладываться, нежели в сельское хозяйство.

Н. ПАНКОВ: Кто во что вкладывает. Но вы посмотрите, что все новые комплексы, это дорогостоящие комплексы. И приобретение техники, поднятие тех или иных хозяйств, много есть примеров, когда бизнес вкладывается в сельское хозяйство.

В. КАРПОВ: В Московской области такие примеры знаю. Возьму в качестве примера Калужскую область, где бизнес уже не так активно себя ведёт. Но знаю, как губернатор действует в этих условиях. Он крупные предприятия фактически обязывает брать под своё крыло ещё и сельхозпредприятия.

Н. ПАНКОВ:  Последнее время уже кого-то обязать, тем более бизнес, брать сельхозпредприятия, это обанкротится и бизнес, и не будет сельскохозяйственного предприятия. Здесь должно быть совместно. Бизнес должен увидеть привлечение в сельское хозяйство, во что, в какие направления и почему он должен вкладывать в село. Он должен понимать, что придёт отдача.

В. КАРПОВ: Я мыслю как бизнесмен. Какой смысл сейчас вкладываться в нашу молочку, если через год эти санкции отменят? Если я заинтересован играть в долгую, здесь мне нужна стабильность, и понимание перспектив. А здесь у меня нет. В ВТО  мы вступили, санкции  сегодня вводят, завтра отменят. Абсолютно не понятно.

Н. ПАНКОВ: Во-первых, вступили мы в ВТО, это никак не ухудшило положение нашего агропромышленного комплекса. Вы скажите, что у нас уменьшилась продукция сельскохозяйственного назначения? Нет. ВТО нужно использовать как механизм для конкуренции, и для  продвижения своего сельхозтоваропроизводителя. Сегодня тоже те или иные решения делаются согласно всем нормативным документам по ВТО. А правильно вы говорите, что бизнесу нужно создавать условия в АПК, и он идёт туда. Вы посмотрите, откуда новые животноводческие фермы, птицефермы? Это не государство, это вложение бизнеса.

СЛУШАТЕЛЬ: Сначала хочу рассказать, почему никаким компаниям не выгодно закупать отечественную сельхозпродукцию. Я как закупщик, например, отвечаю за крупную сеть супермаркетов. Мне нужно, например, в каждом месяце по три тонны картошки. Я планирую на год, заключаю договор с каким-то отечественным сельхозпроизводителем. Потом проходит 8 месяцев, я к нему прихожу, говорю где яблоки? Он говорит: « У нас тут сын депутата Госдумы из комитета по сельскому хозяйству, у него свой бизнес. Он договорился с мэром, нам отключили воду. У нас нет урожая. И мне приходится где-то ещё доставать, покупать. Это огромные риски. Потом я прихожу закупать отечественную картошку, мне говорят: «На нас наехала налоговая инспекция вместе с губернатором, они с нас деньги вымогают, поэтому мы вам не можем по той цене продать, по которой мы договаривались».

В. КАРПОВ: Зачастую наш производитель для вас непредсказуем?

СЛУШАТЕЛЬ: Совершенно никакой стабильности. Если я договорился с польским производителем, с бразильским, не важно с каким, главное, чтобы не с российским, я уверен, мне не нужно закладывать большие суммы на риски. И поэтому это значительно выгоднее из-за нашего коррупционного государства. Обратите внимание как действует господин депутат, всё наше правительство и Госдума. Он говорит: «Хорошо бы вот так сделать, вот эдак. И неплохо сюда посмотреть». И они ничего не делают на протяжении 20 лет. Дайте ему лопату в руки, пусть картошку копает.

Н. ПАНКОВ:  Неплохая дискуссия. Если говорить о картофеле, то я и лопатой картофель копал, и в этом нет ничего зазорного, в отличие от моего собеседника, которому легче брать иностранный продукт. Он для него предсказуем, поэтому и в нашем сельскохозяйственном продукте, молоко берётся за 12 рублей, а продаётся за 60.

В. КАРПОВ: Можно ли его за это обвинять?

Н. ПАНКОВ:  Конечно, нет. Поэтому и мы сегодня говорим, что государство сегодня делает приоритет для нашего российского АПК. В том числе, и главную проблему – логистические центры, где будет полностью продукт этот делаться, и где это уже делается. Не просто думаем будем делать или не будем делать, а эти центры уже делаются. Нужно увеличивать их количество.

В. КАРПОВ: Эти центры будет курировать государство, или это расчёт на бизнес?

Н. ПАНКОВ: Это совместное предприятие государство и бизнеса. Это может быть предприятие бизнеса. Я знаю, где чистый бизнес, где есть совместные предприятия, где есть доля государства. Но там, где это работает, в том числе, за счёт экономики.

В. КАРПОВ: Работа этих логистических центров как-то будет регулироваться? Я имею в виду, будут ли к ним какие-то конкретные претензии предъявляться, или условия ставиться, что нам нужно конкретно это и это?

Н. ПАНКОВ:  Условия работы центров, я думаю, будет регулировать рынок. Если им сегодня нужна овощная продукция, они будут закупать и перерабатывать овощную продукцию. Если им нужна будет продукция мясного направления, они будут заниматься продукцией мясного направления. Сегодня очень многие вопросы регулируют рынок, бизнес, а не то, кто хочет где закупать, когда крайним остаётся наш российский сельхозтоваропроизводитель.

В. КАРПОВ: Когда речь идёт о деньгах, здесь подключаются различные люди.

Н. ПАНКОВ: Да, есть разные факты, в том числе, те, о которых говорил наш собеседник.

СЛУШАТЕЛЬ: Я не согласен с предыдущим человеком. Я работаю водителем-экспедитором, езжу по стране. Ставропольский край, Воронежская область – это такие регионы, где зерно. И продукция, которая получается из этого зерна, может обеспечить нашу страну. Кто едет  на юга, видят бардак, который творится. Тысячи зерновозов, которые едут в Новороссийск, грузят баржи, которые отходят в море, а потом приходит по документам как импортное турецкое зерно. С этой проблемой начнут бороться?

Н. ПАНКОВ: Конечно, такие факты есть. Россельхознадзор борется с такими фактами. Это не только по зерну. Это и по мясному направлению, и  по сахару, где привлекаются к уголовной ответственности. Я бы хотел сказать, что здесь нужно привлекать и общественные институты, не только депутатов, не только власть, не только сельхозтоваропроизводителя. Здесь каждый должен понимать, что он ответственен за то, как и в каком государстве мы живём, в каком государстве мы будем жить, и что для этого должен делать каждый, как и тот закупщик, которому легче покупать иностранную продукцию.

В. КАРПОВ: Принудить его?

Н. ПАНКОВ:  Я думаю, не принудить. Я думаю, заинтересовать и дать возможность, чтобы он имел право или по таким же параметрам покупать и наши российские товары и в количестве и в той упаковке, которая нужна, и в том объёме, какие нужны для предприятий торговли.

В. КАРПОВ: Если подытожить нашу дискуссию, если попытаться охарактеризовать те изменения, которые предстоят нашему сельскому хозяйству после введения этих санкций, как вы бы это охарактеризовали? Как эволюционный шаг или как революцию в нашем сельском хозяйстве? Каковы могут быть последствия у того, что произошло?

Н. ПАНКОВ:  Думаю, что это совместное решение – эволюция вместе с революцией. Это когда нашли сельхозтоваропроизводители готовы представить продукцию. И государство сегодня делает шаг для того, чтобы мы в рамках российского закона могли это сделать и поддержать нашего российского сельхозтоваропроизводителя.

В. КАРПОВ: Дождёмся осенней сессий, посмотрим какие решения будут приняты. Я думаю, что это нужно будет делать в ближайшей перспективе, и тогда, я думаю, встретимся ещё, будет что обсудить.

Н. ПАНКОВ:  Конечно, приглашайте.

В. КАРПОВ: Это был председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Николай Панков.