Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мы начинаем, это программа «Бла-бландинки». Ольга Данилевич.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Катерина Звягинцева.   

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас сегодня в гостях.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В гостях у нас депутат Госдумы от КПРФ, член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Денис Вороненков. Денис Николаевич, здравствуйте! 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Добрый день!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Во-первых, поздравляем вас с официальным отпуском, потому что именно сегодня Госдума VI созыва ушла на каникулы.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, немножко не так. Всё равно мы работаем до 24-го, то есть в пятницу последний день, и потом весь июль – это считается месяц работы в регионах, и отпуск начинается только после первой недели августа. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть всё равно отпуск у вас будет такой условный, потому что…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мы хотели начать позавидовать вам. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Избирательная кампания, отпуска никакого нет, это лето – очень тяжёлая пора. На самом деле я депутат от Нижегородской области, я вам скажу, что чувствуется, что крайне тяжёлая экономическая ситуация, потому что очень мало людей уезжают куда-либо. В основном уезжают на свои дачи на выходные, а так все в городе, поэтому для депутата это такая жаркая пора.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А когда же на море, вот это всё? Надо передохнуть же.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Не знаю, может быть, жена съездит с детьми, а так, наверное, пока надо работать. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А где вы предпочитаете отдыхать?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, у нас нет каких-то таких мест. Я считаю, что человек должен везде побывать, разные абсолютно места есть, где мы были: и заграницей, и в России. Мы практически объездили всю страну: и Камчатка, и Сочи, и Краснодарский край. Я детство провёл в Карелии, допустим. Сейчас страшная беда случилась, когда люди погибли. Это ужас, конечно.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть вы знаете это Сямозеро? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да. Это очень страшная история. Нельзя так делать, на пресном озере, что называется, короткая волна. То есть, если на солёной воде, на море это одна история, лодка качается на волнах. А на пресном волна бьёт, а другая её переворачивает, и поэтому, кто, конечно, в шторм вывел эти лодки, детей – это страшнейшая халатность, это преступление.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Смотрите, вы, наверное, знаете о том, что в интернете уже есть петиция в поддержку вожатых, потому что их могут привлечь к уголовной ответственности. Как вы считаете, виновны ли вожатые?  

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, у нас, конечно, всегда хотят найти каких-то стрелочников и наказать их. Я против каких-то скоропалительных решений, я за то, что нужно подходить к этому вопросу комплексно. Конечно, страшная беда, 15 человек погибло, но нужно разбираться персонально в вине каждого человека. У нас уголовная ответственность субъективна, на надо сейчас всех под одну гребёнку. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас-то всё и происходит всегда под одну гребёнку, нет?

Д.ВОРОНЕНКОВ: У нас фракция КПРФ, мы вносили закон о детско-юношеском отдыхе, о спорте. У нас отвергала всё партия власти, а это крайне важно, об этом надо заботиться, к этому надо подходить с позиции государства, не надо это отдавать на самоводку. Видите, что у нас получается, они отвечают за жизни детей, и там были не какие-то дети, там дети из Москвы, из Санкт-Петербурга, понимаете? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А что значит «какие-то дети»?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, понимаете, зачастую у нас же есть отношение такое, дети приехали из деревни какой-нибудь, к ним наплевательское отношение, понимаете? У нас же есть такое отношение, градация. Как у нас раньше? Мы же знаем, что врачи сначала никогда не могли в крупный город устроиться, они начинали работать в деревнях, то есть они практически тренировались на людях. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну, практику же нужно где-то проходить.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, вот мы против того, чтобы было отношение к разным категориям детей избирательное, и людей – то же самое, понимаете?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ладно, давайте, вернёмся к Госдуме всё-таки. Президент сегодня оценил деятельность Госдумы VI cозыва, хорошо, в общем, оценил. А вы как оцениваете? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, президент, да, он отметил особенно правовую интеграцию Крыма, Севастополя, это закон о стратегическом планировании, о промышленной политике, об офшорной амнистии. Я практически тоже автор всех этих законов, соавтор. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В целом успешно отработала Госдума?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Очень тяжёлый был период, непростая внешняя ситуация. Я, допустим, всегда выступаю перед избирателями и говорю, что нас действительно во всём мире не любят. Почему? Потому что в нас всех живёт генетический код победителей. Мы единственная страна, которую никто никогда не смог победить. Ведь в 41-м году, сегодня День Памяти и Скорби. Вы вдумайтесь только: нас напала армия всей Европы, 7,5 миллионов человек, армия Советского Союза была полтора миллиона человек. Ни по каким законам военной тактики и логики мы не должны были победить. Мы сделали просто необъяснимый поступок, мы неимоверной ценой миллионов жизней победили в этой войне. Помните, там Дания продержалась 2 дня, эта 3 дня, Франция дольше всех, порядка месяца. Мы за 4 года победили самую сильную армию мира. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, а сейчас, возвращаясь? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: И, конечно, нас за это не любят. Поэтому у нас есть два фактора: внешний и внутренний. Вот всё, что происходит внутри, нас крайне раздражает. Понимаете, когда говорят «нет денег». Деньги есть, внутри коррупция, неправильное перераспределение. У нас, смотрите, какая диспропорция в распределении денег между регионами: у нас отдельные регионы Кавказа получают межбюджетных трансфертов миллиарды в год. Они гордятся фонтанами, а моя Нижегородская область ничего не получает. У нас крайне убитые дороги, у нас делают так называемую оптимизацию медицины, просто закрывая все больницы, у нас на 450 школ, вдумайтесь, в Нижнем Новгороде на год выделили 8 миллионов рублей – это даже кисточкой по стенам не поводить. Поэтому ситуация разная во всех регионах, и мы её должны приводить так, чтобы у нас развивались все. У нас сейчас самые нищие регионы – это русские регионы. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Правильно ли я понимаю, что в целом вы оцениваете деятельность Госдумы также хорошо, но больший упор при этом на какую-то внешнеполитическую деятельность? Всё, что происходит внутри страны, вас мало устраивает? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, знаете, смотрите, мне крайне сложно самому оценивать свою деятельность, вы мне задаёте вопрос…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, коллег, всё в целом, VI созыв. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Мне кажется, это некорректно самому депутату оценивать деятельность своих коллег. Это как кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку. Президент дал оценку, понимаете? Президент у нас главное лицо в стране, верховный главнокомандующий. Он пришёл и дал оценку Государственной Думе, и это в том числе моя оценка, понимаете? Моя. Который действительно проводил много законов и в том числе которые президент подписал.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Хорошо, каким законом, принятым VI созывом, вы гордитесь? И каким нет, наоборот?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Каким не горжусь? Я вам скажу, нет у меня такого закона. Даже я вам скажу, что спорный закон, который называется "закон Димы Яковлева", – это наша принципиальная позиция фракции КПРФ. Мы считаем, что мы в своей стране должны усыновлять этих детей. Да, я признаю, что там проблема с больными детьми существует, но мы должны делать это внутри страны. У нас сейчас детей-сирот в стране больше, чем после Второй мировой войны. Вы понимаете, что это катастрофа, это при живых родителях, мы сами запустили этот маховик, когда ввели так называемый материнский капитал. Скажите, для вас будет стимулом рожать ребёнка, чтобы получить 250 тысяч рублей? Это очень хорошо, когда государство помогает, оно уделяет внимание молодой маме, молодой семье, но это не должно являться одним только критерием для рождения ребёнка. Мы понимаем, какая категория для этого рожает, а потом бросает детей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну, смотрите, вы говорите сами о том, что у нас такое количество детей-сирот, этому в том числе поспособствовало принятие "закона Димы Яковлева".

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, я скажу, что у нас практически нет сейчас воспитательной функции в стране. Помните Советский Союза? Он везде всё регулировал. А воспитательный характер имеет любая среда, в том числе улица, уголовная среда имеет воспитательный характер, и, к сожалению, у нас очень многие отношения такие безнравственные, бездуховное поколение растёт.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы знаете, возвращаясь к "закону Димы Яковлева", не так всё просто – усыновить ребёнка. Я знаю очень много семей, российских семей, которые пытаются это сделать, им нужно пройти. Успешные, благополучные семьи, и очень много препонов, и они не могут этого сделать. Может быть, здесь нужно что-то менять, нет? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я думаю, что каждый случай – это индивидуально, понимаете? У нас армия чиновников, она создаёт огромное количество проблем, как я говорю всем избирателям. Я говорю: не мучайтесь, я понимаю, что вы пойдёте куда-то чего-то добиваться, вас никуда не пускают, вас замучают в очередях, пользуются вашей юридической безграмотностью. Я говорю: для этого у вас есть я, профессиональный человек. Я доктор юридических наук, профессор, я сам замотаю любого чиновника, и у меня ещё есть статус федерального министра. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вас на всех хватит?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, на мой округ, я думаю, да, у меня же целая армия, у меня 8 приёмных, у меня огромное количество людей, которые работают. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ваш телефон есть вообще в доступе, можно ли позвонить вам вашему избирателю и пожаловаться?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, есть, да, все рабочие телефоны. Если вы имеете в виду личный мобильный телефон, ну, я его стараюсь давать меньше, потому что, вы знаете, у нас есть различные категории нездоровых людей. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Как по телефону отличить, кто здоров, а кто не очень? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой это легко, поверьте мне, имея опыт депутатской работы и проходя избирательные кампании. Я совершенно спокойно, вот вы мне посадите 100 человек, я даже не разговаривая с ними, только посмотрев в их глаза в течение 15 секунд, всем поставлю диагноз. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У всех шизофрения.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А что у нас Катериной? Нормальные ещё?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы абсолютно, да, адекватные, умные девушки.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Подождите секундочку. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Закон, который вы меня спросили, которым бы я гордился. Наверное, всё-таки внесение изменений в статью 90 УПК – это статья, по которой у нас пересажали практически всю Россию. И то, что я сумел добиться внесения этих изменений совместно с коллегами, я считаю своим главным достижением. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: 18 сентября состоятся выборы в Госдуму. Вы уже сказали о том, что июль будет напряжённым. Каким образом вы будете готовиться? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, я активно работаю уже просто, вы даже не представляете, в какой фазе с ноября месяца. Я практически две трети времени, то есть 20 дней в месяц я провожу в Нижнем Новгороде. Жена, конечно, жалуется, что она меня не видит долго. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Я бы тоже жаловалась. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, она, безусловно, хочет со мной, но это такой жанр. Если ты хочешь избираться, ты должен работать. Ты должен усиленно работать, лично встречаться, каждый избиратель тебя должен потрогать, Геннадий Андреевич Зюганов говорит: есть правило 5…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вот здесь я бы тоже напряглась на месте жены – каждый избиратель должен потрогать. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, 5 рукопожатий, то есть ты должны пройти, лично понять, что ты абсолютно их человек. Потом, у нас соцопросы определённые проводят, 80 процентов избирателей хотят видеть депутатом своего земляка. Я коренной горьковчанин, нижегородец в третьем поколении. То есть у нас масса вещей, которые надо находиться именно на территории. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А у вас, кстати, в Нижнем Новгороде сейчас кто-то есть из родственников? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, одна бабушка жива, 96 лет. Ну, у меня отец был военным, погиб, дедов нету никого, последний в 82-м году умер, хотя многодетная семья. Всех похоронил, бабушка жива, 96 лет. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Заезжаете к ней, когда в Нижнем Новгороде бываете?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, конечно, она старенькая, конечно, тяжёлая, но ещё молодец, держится, память есть. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Говоря о выборах, «Единая Россия» устраивает праймериз теперь. Нет ли такого желания у КПРФ?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, я не хочу говорить про это праймериз. Я скажу словами Геннадия Андреевича Зюганова: всё, что устроила «Единая Россия», – одним словом, паскудство. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Почему же?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Он так это назвал. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: И вы солидарны?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, а что комментировать действия другой партии? Конечно. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, вот смотрите, Элла Памфилова давно призвала принять вообще закон о праймериз, чтобы все партии их организовывали. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Это её личное мнение. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть вы не поддерживаете инициативу. А если примут такой закон?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, мы во фракции пока этот вопрос не обсуждали, но у нас есть определённая методика внутрипартийная, которая позволяет нам как-то сделать выбор, то есть у нас вой внутренний праймериз, он существует, и так у каждой партии. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В чём, на ваш взгляд, недостатки этих праймериз, которые организует «Единая Россия»?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, если ты хочешь что-то делать, понимаете, мой принцип какой? Очень многие у нас считают, что говорить одна, а делать второе, а говорить и делать разные вещи – это политика, да? Они считают, что человек думает, делает, третий, как-то я запутался немножко. Я считаю, что это не политика, понимаете? Это обман и подлость. Вот меня учили родители так, что если ты что-то говоришь декларируешь, ты должен это исполнять и делать либо вообще ничего не говори. Поэтому у них, к сожалению, дела расходятся с тем, что они говорят. Поэтому лучше это вообще было не делать. Вы же видите, что рейтинги «Единой России» после этого резко упали. У нас всё-таки народ, большинство – это умные люди, не идиоты, и они прошли огромное количество электоральных циклов, посмотрите, сколько выборов у нас прошло. Все же понимают, когда им говорят "явка", там пришло 10 миллионов человек. Я в Нижегородской области проехал 5 участков посмотреть, как идут праймериз, ни на одном ни одного человека. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да ладно? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да. Они сразу испуганно стоят, с ненавистью: а вы кто такой, вы чего пришли сюда? Понимаете? Я говорю: а сколько человек проголосовало? 500. Ну, это смешно, понимаете? Смешно. Я всегда говорю, что, ну, не хотите выборы проводить, партия власти, отмените их вообще назначайте людей, берите ответственность на себя. Если есть выборы, давайте их делать честными. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вот как раз о честных выборах. Президент опять же заявил о том, что он надеется, что следующие выборы пройдут честно. А вы не надеетесь, что они пройдут честно?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, мы очень признательны, что президент этому уделяет столько внимания, он это говорит, но зачастую, знаете, чем больше об этом говорят, тем больше возникает сомнений. Мы готовимся к тому, что будут массовые фальсификации, и будем этому противодействовать. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Сколько мест рассчитывает КПРФ получить в Думе? Нет, как у олимпийцев – там столько-то медалей, нам столько-то нужно мест. Потому что в прошлом созыве маловато было. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, не надо никогда упрощать сложную ситуацию. Это бы достаточно глупо выглядело. КПРФ как идёт? Вот смотрите. Где можно найти человека, да? Я прошёл путь от суворовца до полковника, от простого преподавателя до доктора наук, профессора, завкафедры. Просто моя биография безупречна до 2011 года, когда я пошёл избираться. Сейчас меня избрали, я вор, мошенник, убийца, вымогатель, владелец офшоров. Вы понимаете, что я иду, у меня главный соперник – это власть. То есть я должен иметь свой ресурс, свои личные деньги, меня будут всячески обливать. Высокая моральная устойчивость, психическая. Кто захочет идти бороться, вы говорите? Покажите мне таких людей. Да нет желающих. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы сами заговорили об офшорном скандале, что вы оказались в списке Forbes, как раз причастным к владению недвижимости на…

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы меня ни с кем не перепутали? У меня нет ни гитары, ни виолончели. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Так вот, при этом в КПРФ заявляют, что будет организована проверка, что над этим работают юристы. Знаете ли вы какие-то промежуточные итоги этой проверки, идёт она действительно или не идёт? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, это же всё глупость, понимаете? Жанр предвыборной борьбы.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Владимир Кашин заявил о том, что будет проверка. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я сам написал обращению к председателю Комиссии по контролю за доходами депутатов – это бывший директор ФСБ Николай Дмитриевич Ковалёв – и попросил его привлечь все имеющиеся службы (ФСБ, СВР) – кто проверит наличие у меня офшоров и соблюдение мною законодательства. На что я получил ответ, что, Денис Николаевич, идите в суд и обжалуйте, ещё куда. Ну, нет у меня никаких офшоров. Девушки, нет никаких офшоров. Знаете, вы меня просите доказать то, чего в природе нет, как мне это доказывать? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Сейчас мы спросим вас по-другому. Мы говорим о том, что…

Д.ВОРОНЕНКОВ: Взяли мои паспортные данные десятилетней давности, написали мне какие-то вещи, где-то в квартире я прописан. Да, в какой-то квартире я прописан был, ещё что-то, но в чём здесь криминал? Я этот паспорт даю каждый раз, когда покупаю билет, и чего? Вы покажите мне, что я где-то перевёл деньги. Вы помните же, там когда писали про определённых людей, вот они покупали акции там-то, там-то, а про меня: просто у него есть офшор.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Просто совладелец компании.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, так, пожалуйста, предоставьте хоть один документ, где вообще что-то есть.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Речь о проверке. Проверку обещали. Проверка идёт или нет?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да какая, кто?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Зампред ЦК КПРФ Владимир Кашин говорит, что фракция обязательно будет проверять эту информацию.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Наверное, проверяют, да. Раз сказал, значит проверяют. Я только не могу сказать, где и как.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Как вы думаете, почему началась такая негативная информационная кампания против вас?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да всех, не только меня. Просто я вам скажу, что все, кто имеют высокий рейтинг лично из коммунистов – Рашкин, Обухов, я – вы не представляете, как мочилово. По мне лично в нижегородской области на телеканале «Волга» каждые три дня выходит отдельная передача. Никого больше нет, депутат Вороненков артист, ещё как-то называют. Сейчас вот говорят, что написал прокурору, закрыл какой-то детский садик у меня в посёлке Лысково. Я там был вообще три года назад, никогда не писал. Они действуют по принципу Геббельса: чем страшнее ложь, тем больше в неё верят. Когда ты подаёшь в суд, у меня 12 дел возбуждено по клевете, где я признан потерпевшим. Кто это всё сделан, никто не найден, понимаете? Дела приостановлены. Ну, как? Понимаете, это жанр такой. Главное, чтобы осадок остался. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы продолжаете продавливать эти истории, где вы говорите, дело приостановлено?

Д.ВОРОНЕНКОВ: А как я могу продавливать? Вы мне скажите, пожалуйста. Вы знаете, что я сам бывший следователь, старший следователь, помощник прокурора. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Поэтому я и говорю, вы, наверное, знаете, как это нужно делать? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Жанр такой, что все мы знаем, как это делать. Смотрите, появляется некий сайт, какой-то помойный за 1000 рублей, который пишет, что Вороненков имеет офшоры, а потом все остальные индексируют, и всё. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, Forbes – это же самое приличное издание.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Forbes – это уже 50-е издание, которое переиндексировало один и тот же текст. Просто кто-то даёт, да, напишете-ка вот здесь. Вот у нас пресс-служба губернатор спускает по мне сейчас, напишете про Вороненкова, что офшоры. Почему? Чтобы избиратели-коммунисты ненавидели. А меня люди спрашивают, не понимаю: а что такое Виргинские острова?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Денис Николаевич, вы сказали в начале, пару минут назад, о том, что вы были суворовцем, стали полковником, были учителем, стали профессором. В политической карьере вы чего хотите добиться? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, я считаю, что это очень хороший вопрос. Вот мой принцип и отношение к этому, что все мы умрём. У каждого жизнь конечна, никто не знает, кому сколько отведено. И кто-то хочет прийти к тому, что заработал огромное количество денег, у нас был с вами прекрасный мэр Лужков, да? Который реально очень много сделал для Москвы, его в городе боготворили. Но его жена просто начала грабить, и посмотрите, чем бесславно закончилось позором, что президент его уволили с формулировкой «утрата доверия». То есть остановись вовремя.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы остановитесь когда?

Д.ВОРОНЕНКОВ: А я здесь хочу добиться того, чтобы избиратели Нижегородской области сказали: вот у нас был депутат Вороненков, который для нас сделал то-то, то-то, то-то, принял таки-то законы, добился защиты наших прав. Вот это для меня самое главное. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Что вы конкретно хотите сделать для Нижегородской области, помимо дорог? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Это очень много, это формат нашей передачи, понимаете? Я хочу, во-первых, чтобы моя Нижегородская область в рамках различных грантов, трансфертов не была обделена, как на сегодняшний день. И как депутат-одномандатник я стараюсь этого добиться. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы хотите возглавить страну когда-нибудь? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да нет, перестаньте, вы что. Я абсолютно здоровый человек. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А министерство? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, я знаете, я считаю, что я бы справился.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какое министерство? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Министерство образования. Я работаю в этой среде, более 20 лет юридического стажа. Я считаю, что я очень хорошо знаю это.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Почему не Минобороны? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, я считаю, что силовые ведомства, понимаете, я как-то немножко от этого отошёл. Я всё-таки в своей душе миролюбивый человек. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Как раз можно сделать и это ведомство, и всё, что внутри происходит…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Подожди, а можно сделать в образовании там немножко с заделом на будущее. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я всё-таки считаю, что я категорический противник болонской системы, я считаю, что у нас была возможность…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть вы бы от ЕГЭ сразу отказались? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, безусловно. ЕГЭ я бы сразу же отменил, я бы приостановил укрупнения вузов. Я всегда считал, что была лиссабонская декларация, которая совершенно спокойно нам позволяла признавать национальную систему образования приоритетной. И нам не нужно было. Всё это обман чистый воды. Это Всемирный банк провёл у нас реформу системы образования, которая абсолютно не нужна была, чужда. И наша система была лучшей в мире. Даже американский президент Трумэн признавал, что гонку космоса, когда мы Гагарина отправляли, мы проиграли советскому учителю, который за партой, обучая, выиграл эту гонку. Они сейчас эту 5-летнюю систему подготовки специалистов переняли в Гарвард. Финляндия отказалась от ЕГЭ, там нет этого, потому что они считают это ошибочным. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А создали ЕГЭ, и сторонники ЕГЭ как раз-таки наоборот говорят, что вот в таких-то странах...

Д.ВОРОНЕНКОВ: Смотрите, если посадить несколько профессионалов рядом… Вот смотрите, у нас же есть выборы, Нижегородская область, идут разные от разных партий. Я говорю: давайте вот чтобы народ не дурачили, не рассказывали, кто что делал, кто чем занимался, давайте все вместе придём как пресс-конференция. Никогда, запомните, никогда не придут. Ни на какие местные телеканалы меня не приглашают, потому что, с их точки зрения, не может быть здравый, логичный, умный человек от оппозиции. Им мне нечего мне сказать. Бестолковые люди. Ко мне студенты поступают, я им говорю: 60 процентов из вас дебилы, не мучайте ни себя, ни своих родителей, вам никогда не быть юристами, идите, не тратьте 5 лет своей жизни. Уходят очень многие, говорят «спасибо». 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Чем занимаются? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Уходят по специальности, потому что быть юристом – это крайне сложно. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: У нас осталось меньше минуты, меньше полминуты даже до новостей, ваш прогноз: в России отменят ЕГЭ в ближайшие 5 лет?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, я думаю, что мы добьёмся принятия закона о народном образовании, президент нас услышит, и очень много вещей он понимает, что надо менять.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Денис Вороненков у нас в гостях, мы продолжим после новостей.

НОВОСТИ

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мы продолжаем, это программа «Бла-бландинки». Ольга Данилевич.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Катерина Звягинцева.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас в гостях... 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Депутат Госдумы от КПРФ Денис Вороненков.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас сегодня очень серьёзный разговор, и мы говорим об образовании.

О.ДАНИЛЕВИЧ: И о ЕГЭ, в частности, мы закончили перед новостями. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Смотрите, поскольку я ещё и заведующий кафедры теории государства и права, я вам сделаю маленький, короткий исторический экскурс. Когда на нас напал Гитлер, был так называемый план Барбаросса: они считали, что они за три месяца захватят Советский Союз, и они как очень такие практичные немцы думали, что же делать с этими 280 миллионами человек. Они считали, что 40 миллионов они уничтожат – это евреи, цыгане, ещё какие-о народы, которые по их критериям подходили – но 240 остаётся. Так вот, они приводили систему обучения этого народа: первый предмет – это физкультура, народ должен быть сильным и здоровым. Второй предмет – это основы безопасности жизнедеятельности, человек должен уметь защищать себя сам. Третий предмет – Германия в современном мире. Это полностью калька того, что нам сейчас предложило наше министерство образования. То есть Гитлер нас победил через сколько лет. То есть мы стали докапываться, кто нам придумал эту реформу образования. Оказывается, Всемирный банк, понимаете? И реформу аудита делала PriceWaterhouseCoopers. Мы говорим партии власти: ребята, а в какой ещё стране мира Всемирный банк проводит реформу национального образования с американскими компаниями? Нигде. Они выделили на это 60 миллионов долларов. Нам сказали, что мы кооперируемся с Европой, болонская система, наши дипломы будут признавать. Это чушь, наши гуманитарии там не нужны вообще, им нужны наши физики. Я сейчас внёс закон о защите национального юридического бизнеса, запретить работать иностранным компаниям в России. Потому что зачем у нас американцы? У нас наши компании могут приехать, где-то работать за границей, как юристы приехать? Нет, я должен сдавать местные экзамены, которые крайне сложные, практически это новая система обучения. То есть у нас огромный перекос, понимаете? Что касается самой болонской системы, мы считаем, что она ничего не даёт. У нас был эксперимент, когда посадили человек 10 депутатов, чтобы они написали ЕГЭ, кандидаты наук все. Написали крайне плохо.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А какой предмет? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Не помню точно, врать не буду, несколько лет назад. Стали разбираться: принцип, почему они так плохо написали. Знаете, в чём ошибка? Они начали думать. А в ЕГЭ думать не надо, там не надо никакой логики, там надо быстро давать ответы. Зачем нам нужны такие? Это дебилизация общества. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Хорошо, вы сказали, физкультура, ОБЖ и…

Д.ВОРОНЕНКОВ: Россия в современном мире. Ни математики, ни русского языка, ни литературы. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Денис Николаевич, мы допускаем, что когда-нибудь вы возглавите министерство образования, что вы поменяете в этой системе, какие реформы буду первыми? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Понимаете, у нас же это должен быть один комплекс, у нас есть закон о народном образовании, который всё прописывает. Смотрите, мы говорим, отношение к образованию. Когда был 45-й год, давайте, сегодня День Памяти и Скорби, это тяжелейшее время. В Советском Союзе на образование, здравоохранение и науку тратилось 20 процентов бюджета. Вы знаете, сколько сейчас? В три раза меньше. Вы понимаете приоритеты государства? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас оборонная промышленность зато, сейчас туда все деньги идут, нет разве?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, я бы так не сказал, приоритет государства – он ошибочен в данном случае, поэтому крайне сложно в рамках одной системы, понимаете? Как прийти губернатором, допустим, куда-то. Ты не можешь в отдельном регионе сделать коммунизм. Ты всё равно существуешь в определённом социуме, ты должен подчиняться законам. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Итак, три предмета, Денис Николаевич, вы уходите от ответа. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Три предмета, которые бы я ввёл?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Главные.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Главные – это, безусловно, русский язык, это, безусловно, математика.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Третий? Пусть история останется. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Третий, ну, история – крайне важно, но, наверное... Потому что, понимаете, истории надо подвести черту и дать оценку истории. У нас она крайне сложная в нашей стране, из-за этого у нас возникает огромная масса проблем. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Значит, физику оставляем.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я бы взял, наверное, какой-то точный предмет, может быть, биология, физика, химия. Мне кажется, здесь нужно посоветоваться с экспертным сообществом. Я бы не брал на себя такую ответственность. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вы сами своих детей, они сейчас все занимаются по этой новой системе, а вы их чему-то учите?

Д.ВОРОНЕНКОВ: У меня старшей дочери 24 года, она отучилась, закончила международное частное право в Юридической академии имени Кутафина, она работает помощником прокурора. Сын старший у меня студент третьего курса, международное право. МГИМО. Они все знают по несколько языков. Средняя дочка чемпионка мира и России по бальным танцам, она заканчивает школу.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Как раз ЕГЭ скоро.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, ЕГЭ. Сейчас не ЕГЭ, а ГИА. Сын Илья учится в моём Суворовском училище, которое я закончил в Ленинграде, и младшая дочка учится в школе третьем классе. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Маленький Ванечка. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Маленький Ванечка, да. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Много репетиторов у них?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Репетиторов у нас ни у кого нет. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: То есть вас устраивает система преподавания в школе, та система, которая сейчас, работает? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, у нас прекрасная школа, обычная, государственная, 20-я школа, 1239. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но, тем не менее, преподают там по общей образовательной системе российской, что вас не сильно устраивает, поэтому мы и спрашиваем, есть ли репетиторы, которые дают что-то, чего не дают в школе.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, мы их привлекаем, когда видим, что ребёнок, безусловно, проваливается, его нужно подтянуть и преподаватель не может это. Всё-таки они учатся в классе, где по 30-40 человек. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: За какими советами дети к вам приходят?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, за жизненными в основном. Я всегда говорю: чего детей менять, вы меняйте себя. Дети смотрят на вас и будут такими же, как вы. Поэтому у нас всё происходит только личным примером. Стараюсь заниматься спортом, показывать пример в жизни и везде.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Личный пример, и к личной жизни мы наконец подошли. Нельзя не сказать о прекрасной межфракционной паре, о которой, начиная с марта прошлого года, говорит вся страна, все СМИ уж точно говорят. В марте прошлого года вы стали мужем Марии Максаковой, сидит она у нас тут рядом, смотрит на нас. Мария Максакова – представительница «Единой России». Как вообще вам удавалось, говорят просто, что ваш брак вообще был неожиданностью. Как вам удавалось скрывать?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Страсть – это же блеск в глазах, это же видят всегда коллеги. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да нет, никто ничего не видит, потому что все видят то, что они хотят видеть. Это было личное наше дело, и, безусловно, мы об этом думали, мы взрослые люди. Был уже такой момент, когда действительно это могло вылиться в публичное пространство, и, скажем так, не очень красиво выглядеть, поэтому нам надо было, это такая точка принятия решений, когда самолёт взлетает или не взлетает.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы на семейном совете решали?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Обычно у людей жена продавила, женился, это всё, а тут партия продавила, общество продавило. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, никто ничего не продавливал. Ну, как-то я думал, Маша думала, так судьба сложилась. Маша сказала, что она не думала ни секунды, она согласилась сразу. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Скажите, как отнеслись к этому лидеры ваших партий?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, да нормально абсолютно, по-доброму.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ни одного слова не было: что ты, КПРФ?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, я скажу, что мы даже понимали, был такой очень большой негатив к Думе везде, мы считали, что это, может быть, даже как-то очеловечит Думу, покажет, что там есть нормальные люди. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Получилось очеловечить?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, я думаю, что да. Поверьте, такого больше не будет никогда. Всё-таки приходят взрослые люди, чтоб из разных фракций поженились… Видели, больше ста человек развелись в Госдуме по разным причинам, но развелись. Поженились только мы и ещё там пара.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вы помните, когда вы поняли, что Мария, вот она одна?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какие-то были истории про то, что вы ходили к одному продавцу за рыбой?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, на самом деле это наша судьба сводила нас очень много лет. Действительно очень много есть таких вещей, которые сакральные, их сложно объяснить. Видать, мы ходили-ходили и всё-таки наконец-то встретились. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: В Госдуме вы долго проработали вместе, да.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я-то давно, это она просто меня не замечала. Я-то давно обратил внимание. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А что делали, чтобы она вас заметила? Цветы дарили, нет?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Как ухаживали? Это очень интересно. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Конечно, разные были периоды, всё было.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ладно. Так уклончиво. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А мы не дадим вам с этой темы соскочить, потому что после межфракционного брака межфракционный ребёнок, в апреле, и опять новая волна, отмечали вы это всё событие, в том числе в думской столовой, и все об этом говорили. Бесплатно депутаты ели в столовой, за ваш счёт, точнее. Дорого, скажите честно, это всё обходится? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да нет, я вас скажу, что абсолютно не дорого, потому что всё приготовила сама Маша, просто мне пришлось принести, она нажарила более 200 блинов.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Хотела спросить, много халявщиков пришло поесть? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Пришли все, во всём виновата ЛДПР. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Владимир Вольфович съел больше всех.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да он сказал, потом он, правда, поблагодарил, он сказал, что хоть один коммунист Вороненков устроил коммунизм в отдельно взятом буфете на один день. Поэтому, слушайте, как, очень спрашивают, все знали, что родился, надо людей как-то поблагодарить, поэтому мы устроили такое чаепитие, кофе, нарезка, блины. Всё достаточно демократично.  

О.ДАНИЛЕВИЧ: Недорого.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, недорого.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Маша всю ночь провела у плиты, это же сколько блинов?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, если бы вы знали, как она потрясающе готовит!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Политикой занимается, готовит – повезло так повезло. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, безусловно, я согласен с вами.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Нет, слушайте, ещё был момент такой, говорят, на вашей свадьбе пели практически все, не только Мария, но и, в том числе, например, спикер Госдумы Сергей Нарышкин тоже, говорят, там пел. Скажите, пожалуйста, только постарайтесь быть максимально честными, вы на свадьбу звали людей, потому что возможна дружба между депутатами, серьёзная, настоящая, мужская, или всё-таки это из каких-то приличий? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Вы знаете, мы думали с Машей об этом. Я, честно говоря, вообще так относился, не очень хотел…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Пышного и громкого?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, наверное, да. Ну, Маша сказала: "Денис, я в своей жизни буду замуж выходить один раз". Эта фраза меня сподвигла, и я сказал: "Маша, как ты хочешь, так и сделаем". И, конечно, когда мы решили, чтобы никого не обижать из коллег, мы сделали фуршет, мы даже не ставили ни столов, чтобы сидеть, такое застолье, вот эти пьянки.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А тамада был?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Не было никакого тамады, мы сделали фуршет, нам предоставили, так как Маша оперная певица, руководитель филармонии нам дал бесплатно зал, то есть нам пошли навстречу, помогали очень с передачей, которую она ведёт уже 7 лет, «Романтика романсов», и мы устроили большой фуршет для всех депутатов, направили приглашения всем 450 депутатам, в администрацию президента, в правительство и в Совет Федерации. То есть всем, кого мы знаем. И мы не разделяли, мы понимали, что, вы знаете, я часто говорю даже на своих встречах, что русским людям, к сожалению, свойствена зависть и подлость. Это не самые хорошие черты. Мы должны это знать и с этим бороться. То, что нас разделяет. Единственный момент, когда мы смогли сплотиться и победить, – это как раз Великая Отечественная война. А так у нас очень много проблем из-за этого. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Владимир Владимирович поздравлял? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, Владимир Владимирович нас не поздравлял. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы же отправляли в администрацию президента?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, Владимиру Владимировичу мы не набрались наглости отправлять. Дмитрию Анатольевичу мы отправляли, он нас поздравлял, и его супруга нас поздравляла. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А сколько человек в итоге пришло из огромного числа людей, которых вы пригласили? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Было очень много человек, я не считал.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Что самое такое интересное было? Что делают молодожёны в брачную ночь: считают деньги, смотрят подарки?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, смотрите, во-первых, я депутат Госдумы, Маша депутат Госдумы, мы закону не имеем право принимать подарки. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Даже на свадьбу?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да. Свыше трёх тысяч рублей. Поэтому мы сразу же сказали коллегам, что мы вас просим, чтобы не было никаких пересудов, давайте, мы же сами всегда за то, что перед законом все должны быть равны. Поэтому никаких подарков таких не было, были в основном дружеские такие очень.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Пели, наверное. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, Сергей Евгеньевич у нас прекрасно поёт, он это делает с удовольствием, у него это очень хорошо получается. Также пели все другие, пришли которые, понимаете? Коля Басков – это Машин друг, с которым она вместе училась в Академии Гнесиных, Иосиф Давыдыч Кобзон – это наш коллега, который нашёл время, сам приехал, учитывая его напряжённый график. Машины ученицы пели, которых она научила, она у меня старший преподаватель в Академии Гнесиных, у неё свой курс, свой класс, они все пели. Ну и люди, с которыми она в театрах пела. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вы сами поёте? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, у меня это не самое моё лучшее качество. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Межфракционному ребёнку кто колыбельные поёт?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, поёт у нас сын Илья, который прекрасно играет на рояле, он поёт и любит ему петь, он очень внимательно слушает, я думаю, что у него будет очень хороший слух. Ну, и мама, конечно.  

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы сказки читаете?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, он пока ещё маленький, ему 2,5 месяца, подождите, нагружать его так сразу.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Тогда следующий вопрос вам покажется ещё более странным, потому что нас всех теперь, конечно, интересует, кем вырастет Ваня: коммунистом, единороссом или вообще будет либерал-демократом? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А, может, военным?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, вы знаете, жена сказала, что сын точно будет коммунистом. Я, когда иду, избираюсь, мне неважно, на моём округе избиратели каких взглядов, не надо разделять людей. Принцип "разделяй и властвуй" здесь неуместен. Я считаю, что мы должны добиваться качества жизни улучшения. Нам уже должны быть просто стыдно в 21 веке, что мы все ездим в Европу, смотрим, как происходит, возникает вопрос: кто кого победил? Давайте сделаем, чтобы у нас было чисто, хорошо, безопасно, чтобы была хорошая экология, чтобы все были сыты, довольны – вот это, наверное, главное, понимаете? А принципы эти – я думаю, что когда он вырастет, уже не будет ни коммунистов, ни ЛДПР, никого.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Немного же отвели КПРФ.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да. Я за то, чтобы, есть там, знаете, две крупных партии, в Германии, в Америке, и нам, наверное, как-то... Вот это ошибочно… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть нам нужно точно так же: республиканцы, демократы. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, наверное, знаете, по взглядам…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А кого бы вы оставили: «Единую Россию» и КПРФ?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, конечно, КПРФ – это единственная оппозиция.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Слышал бы вас сейчас Владимир Вольфович.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, они должны влиться к нам и всё. Что Владимир Вольфович? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А как назовём партию?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, не главное, как назовут. Есть выражение «как назовёшь корабль, так и поплывёт», ну, коммунистическая идея, она всегда была и есть, левая идея очень популярная в мире, просто слишком на ней тоже играть. Ну, очень сложно всё, непросто, я бы туда не хотел уходить. Ведь нас очень многие обвиняют в этом, в том числе Владимир Вольфович, что в 17-м году коммунисты сделали переворот. А давайте вспомним хотя бы: коммунисты никакого отношения к этому не имеют. Это же сделали эсеры и кадеты 28 февраля. Коммунисты были тогда самая малочисленная партия большевиков, её никто не знал, она остановили гражданскую войну. Просто нужно перечитывать историю, понимаете? Ну, у нас всё передёрнуто так, очень много информационного мусора различного, и крайне сложно простому человеку разобраться. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Кому верить?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Мне.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Конечно, кому же ещё? Катя у вас спросила, может быть, Ваня будет военным? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: ВЫ знаете, я считаю, что какой-то период военной службы – это очень хорошо для мальчика. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть вы за армию? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я за то, что, может быть, не чтобы он посвятил ей всю жизнь, но это очень дисциплинирует, это заставляет уважать женщину, относиться правильно к своей Родине, это очень хорошо. Сейчас Илья у нас учится, я бы в своей жизни, я всегда говорю, я бы поменял очень многое. Возможно, закончил бы другие вузы, и я везде очень хорошо учился, закончил всё с золотыми медалями, но я никогда бы не поменял свой суворовское училище. Я считаю, что это судьба мне сделала большой подарок, что я туда попал.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А почему вас туда отправили или как вы там оказались?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это родители же?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, родители не имели никакого значения, они узнали, что я там учусь, я был спортсмен. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Подождите, постфактум они узнали?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, я был спортсмен, я учился, несмотря на то, что отец военный, я был кандидат, занимался двоеборием, прыгал с трамплина, и в восьмом классе передо мной просто упал парень, я, так получилось, сломал ногу, осколочный перелом. Я потерял форму, я должен был выступать на первенстве Советского Союза, я до этого уже был бронзовым призёром. И, понятно, я выпал на полгода, тренеры поняли, что я уже бесперспективен, и после восьмого класса у нас собралась группа, я учился в Карелии, в городе Сортавала, поехать поступать в суворовское училище. Тогда была очень сильная такая фильтрация, то есть нужно была сначала в Петрозаводск, в военкоматы, и нас из Карелии поехало 250 человек поступать в ленинградское суворовское училище.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А берут там сколько?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Из 250 человек поступил я один. Я закончил это училище с золотой медалью.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А что нужно было сдавать?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Сдавали экзамены: физподготовка, по физкультуре очень сложный экзамен, был русский язык, диктант, математика, английский язык. И потом уже моя судьба пошла по-другому. Просто я не знал, я не готовился.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Подождите, вы втайне от родителей уехали поступать? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, я ездил постоянно на сборы.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: «Мам, я на сборы», и всё?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, спортивные лагеря, вы вспомните, мы там все во дворах гуляли. Отце служил, отец у меня тоже был много, где.  В Анголе, в Монголии служил, на Кубе. Они ездили. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Чувствовали воспитание отца, вообще, если он везде был?

Д.ВОРОНЕНКОВ: У меня очень хороший добрый отец, несмотря на то, что военный. И у меня мать была такая более строгая даже. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, конечно, будучи женой военного.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, и поэтому я чувствовал, наоборот, его поддержку, поэтому у меня не было такого строго воспитания. А ту школу, которую мне дало суворовское училище, я ей благодарен. Я до сих пор помню всех учителей. Я не помню в других вузах. Я потом закончил два: Краснознамённый институт у нас здесь, в Москве, я там тоже выбит золотыми буквами на мраморной стене. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Столько всего с вами было, почему и когда вы выбрали политику? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, вы знаете, я оказался в Рязани, я служил зампрокурора военного, и там мы познакомились с начальником политотдела Рязанского ВДВ, был такой генерал Кудинов Сергей Михайлович. И он потом здесь оказался руководителем аппарат фракции «Единая Россия», в которой я был главным юристом в 99-м году, когда она создавалась. И я тогда, наверное, впервые соприкоснулся. После этого я уехал работать на Север, Нарьян-Мар, я был заммэра, замгубернатора, первый замгубернатора. Но я понял, что такое устройство Государственной Думы, что, как, и я знал, что просто к этому надо прийти, надо вырасти самому, надо обладать определённым знанием, практикой. И в 2011 году я решил баллотироваться по принципу "где родился, там и пригодился": это моя Родина, Горький, я горьковчанин в третьем поколении. Геннадий Андреевич Зюганов мне предложил пойти от партии коммунистов, я посчитал, что мой отец был коммунист, дед коммунист.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Судьба.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, понимаете, и потом, эти идеалы мне близки. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы, получается, в Москве с 2011 или пораньше?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, у меня с Москвой очень сложные взаимоотношения, я закончил Военный университет с золотой медалью, но поехал работать в Рязань. Поработал много по стране, был в командировках, в горячих точках. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Недалеко. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, разные, потом Подмосковье, Балашиха. Потом всё-таки меня назначили в Москву в 98-м году. Я поступил в адъюнктуры Военного университета, и потом вот так, вот так, вот так, потихонечку. Всё равно Москва такой город, Москва – город злой, он либо отторгает, либо затягивает.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вам нравится здесь?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, вы знаете, да, есть, не хватает этого ритма жизни, не хватает экспрессии. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть уже чувствуете, да? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, но, конечно, удручает, как и всех, что пробки, экология, тяжело.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А то, что сейчас: ремонт этих дорог?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Это ужас, я считаю, что заменять плитку по пять раз в год – это уже предел. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Денис Николаевич, мы подошли плавно к рубрике, заканчивается наше время, к сожалению, рубрика – пять вопросов, пять, по возможности, быстрых ответов. Первый из этих вопросов: что вы скрыли когда-то от мамы?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Помимо Суворовского училища.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ой, наверное, скрывал свою боль, когда мне тяжело в этой жизни бывало, потому что были моменты, когда было очень тяжело. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это вам 6 лет или это когда вы уже взрослый?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, это было в детстве, конечно. Я помню, когда было тяжело, и таких моментов было много. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это связано как-то со спортом?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы жалеете о том, что скрывали?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, я всегда считал, что мужчина это должен в себе держать. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Второй вопрос мне очень неловко задавать, глядя на вашу супругу, между прочим, блондинку. С какой бы блондинкой вы бы смогли изменить жене – второй вопрос.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Я бы жене не смог изменить никогда.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Третий вопрос. Самая большая ошибка в жизни?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Это, наверное, знаете, есть такое выражение «предательство любят все, а предателей не любит никто». В моей жизни оказались такие люди, которые меня предали.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это не ваша ошибка.

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, и моя, в том числе.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У кого бы вы попросили прощения?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Наверное, у своих детей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мало времени проводите?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Ну, наверное, я им уделяю всё-таки меньше времени, чем хотелось бы.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Кто ваш лучший друг?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Моя жена.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Последний вопрос, не входящий в рубрику, просто хотелось спросить. Насколько мы понимаем, если верить слухам, Мария собирается заканчивать политическую карьеру и уходить в творчество. Вы продавили или это её решение?

Д.ВОРОНЕНКОВ: Нет, это глупость, чтобы я что-то продавливал. Ну, я думаю, что это единственно правильное решение.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы поддерживаете? 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Да, безусловно. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Спасибо большое! В гостях у нас был депутат Госдумы от КПРФ Денис Вороненков. Приходите к нам ещё!

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Успехов вам на выборах! Ольга Данилевич. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Катерина Звягинцева. 

Д.ВОРОНЕНКОВ: Спасибо большое!

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Через неделю услышимся, пока!