• Директор государственного бюджетного учреждения «МосТрансПроект» Александр Поляков в программе «Город дорог» 25 мая 2020 года.

    13:30 Май 25, 2020

    В гостях

    Александр Поляков

    директор ГБУ "Мостранспроект"

    А.СОЛОВЬЁВА: 13:36 в российской столице. Это программа «Город дорог». В студии Анна Соловьева.  

    Сегодня мы будем обсуждать, как поживает общественный транспорт после кризиса COVID-19. Я не знаю, насколько можно говорить о том, что этот кризис уже пройден, но, по крайней мере мы находимся может быть уже во второй половине его. Как мы сейчас поживаем в новой реальности.  

    У нас сегодня на связи Александр Поляков, директор НИИ «Мостранспроект» и вице-президент Международного союза общественного транспорта. Добрый день, Александр Сергеевич.  

    А.ПОЛЯКОВ: Добрый день. Очень рад всех слышать.  

    А.СОЛОВЬЁВА: И мы тоже рады. Вы уже не первый раз в эфире «Говорит Москва». Мы неоднократно обращались к вам как к эксперту, о городском транспорте беседовали не раз. У нас раньше был другой ведущий, вы, наверное, его помните, Александр Капков.  

    А.ПОЛЯКОВ: Да, конечно.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Вы с ним не один раз общались. А сегодня немножечко пообщаемся со мной и с нашими слушателями.  

    Александр Сергеевич, вопросы будут касаться, естественно, ситуации с коронавирусом, ситуации, которая сейчас сложилась в общественном транспорте. В общественном транспорте не только московском, российском. По крайней мере какая ситуация в нашем городе, мы можем видеть. А на сегодня с началом повсеместного снятия ограничений транспортная мировая сфера находится в какой ситуации, по вашим оценкам?  

    А.ПОЛЯКОВ: Давайте расскажем о том, что действительно все постепенно начинают выходить из так называемого локдауна, эта действительно тенденция есть. В некоторых, как вы правильно сказали, например, в Италии называется второй этап, у них это прямо официальное название, при котором, когда плато пройдено, идет на уменьшение количество зараженных больных и, соответственно, тех, кто умирает.  

    Вообще такая тенденция и страны действительно по-разному подошли. У нас, например, с Чехией с 27 апреля уже открылись границы внутри для перемещения, открыли, естественно, магазины, автошколы и…  

    А.СОЛОВЬЁВА: Можно я уточню? Чехи открыли границы для перемещения с соседними государствами?  

    А.ПОЛЯКОВ: С соседними государствами. Сначала у себя внутри с 27 апреля, потом постепенно для соседних государств, в принципе, такой был первый шаг.  

    Австрия, насколько помню, всех позже пошла на ограничения, но при этом уже с 1 мая они свой карантин частично сняли, уже открыли работу магазины, маникюрные салоны и рестораны. Везде, в отчетах где я видел, везде очень интересная тенденция… В Швейцарии начинается отчет с того, что открылись парикмахерские, вот это интересная тенденция. Всегда начинают говорить «открылись парикмахерские», потом бытовые предприятия, а потом…   

    А.СОЛОВЬЁВА: Вот это интересная тенденция, потому, что, по-моему, у нас не так на самом деле.  

    А.ПОЛЯКОВ: Но сегодня как раз уже вице-мэр, насколько я знаю из новостей, из «Яндекса», объявил Ефимов, что как раз в том числе и предприятиям, которые относятся к сфере услуг, будут постепенно разрешать им открываться.  

    Но у нас здесь немножко другая ситуация. У нас все-таки не такие последствия, не такое количество действительно смертности, которая приходится на количество заболевших.  

    Идет процедура смягчения карантинных мер в Великобритании, и снимается локдаун и в Германии, то есть определенным образом как-то начинает восстанавливаться жизнь. Это все делается, естественно, постепенно. Где это происходит неразумно и очень быстро, потом идет вторая волна, второй пик.  

    У нас с 12 мая об окончании режима нерабочих дней объявил Владимир Владимирович Путин, снятие ограничений. Поэтому все зависит действительно от местных властей. И смотреть необходимо на плато, сейчас называется такой период, когда он будет пройден, тогда, соответственно, и принимаются меры. Если этого не проследить и не отследить, то мы можем попасть во вторую волну кризиса, как это было в Ухани и т.д.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Александр Сергеевич, я посмотрела статистику, например, обязательного ношения масок в других странах. В России маски носить обязательно во многих регионах, в большинстве или даже во всех.  

    Например, в Германии, как это ни странно, несмотря на педантичность немцев, оказывается, маски не были обязательными. Не просто не были обязательными, а даже не было рекомендовано их носить, насколько я знаю.  

    А.ПОЛЯКОВ: Все зависит опять же от района. Здесь действительно, как и у нас, каждый район принимает решение свободно… Например, в Берлине или Мюнхене, там ношение масок было обязательным. Особенно началось это все с ношением… Нет, сначала не с общественного транспорта, а с магазинов, потом перешло и на общественный транспорт. Штраф был и сейчас есть от 10 евро до 5 тысяч евро. То есть это в пересчете на русские где-то от 800 рублей до 500 тысяч рублей, если вас заметили… Зависит от локации, от того…  

    У нас тоже не во всех регионах это введено ограничение. Но я бы поговорил, что, например, в Румынии, Италии и США, там просто без масок вас не пустят в общественный транспорт, просто не открываются двери вам.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Собственно, как в Москве, например, в метро не можешь войти вообще без маски и без перчаток.  

    А.ПОЛЯКОВ: Вообще порядка 100 стран требуют и рекомендуют ношение масок, я могу их перечислить. Как бы не хотелось это говорить, но вот штрафы начинаются от 10 евро. Например, Франция — 135, Бельгия — 250, Чехия — 400 евро, Сингапур — 212 долларов. Это все больше 10 тысяч рублей. Чехия — 32 тысячи рублей — 400 евро, если грубо считать. Потому что у них очень четко сразу было требование к ношению масок. Они до сих пор это используют, поэтому они границы постепенно и самые первые…  

    Они и раньше встали на ограничения, соответственно, они знают, как предохранять свою жизнь и здоровье своих граждан и в том числе среди работников, которые работают в общественном транспорте, это обязательное требование у них было. Поэтому постепенно они самые первые выходят.  

    Хотя если смотреть по Европе, там самый большой регулярный штраф был 400 евро, вот именно только за маски в общественном транспорте. Естественно, что в общественных местах те же самые требования были.  

    Все зависит от той категории, мы должны понимать… Еще раз говорю, 100 стран, не знаю… Австрия, Бельгия, Китай, Франция, Германия, Греция, Италия, Нидерланды, Гонконг (я себе специально записал крупные, самые большие государства), Новая Зеландия, Португалия, передовые Сингапур, Южная Корея, Испания, Швейцария — вот эти страны, где определенные требования были, которые были введены. Не во всех регионах, как вы правильно заметили. В Германии штраф доходил до 5 тыс. евро в некоторых регионах за неношение масок в общественных местах. И в дальнейшем есть требование в определенных районах к ношению этих масок в общественном транспорте.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Да. Я знаю, что из этого числа выбивается Швеция, которая даже не вводила карантин. У них не было обязательного ношения масок. Насколько я знаю, это требование не предъявлялось даже к врачам, даже к медперсоналу.  

    А.ПОЛЯКОВ: Плотность населения в Швеции по сравнению с Москвой… Совершенно другое требование. Поймите, что в Швеции население несопоставимо с Москвой, в разы меньше, чем во всей стране. На всю Швецию 9,5 млн человек! В Москве 12, если не считать агломерацию. Давайте считать, 20 млн человек. Вот если на всю территорию распространить, количество у них, соответственно…  

    А.СОЛОВЬЁВА: Да, я согласна. Я, кстати, привела пример Швеции в качестве негативного на самом деле, потому что они сейчас пожинают плоды массового эксперимента.  

    А.ПОЛЯКОВ: У них рост идет, очень большой рост больных. Только в Финляндии плотность населения 21 человек на квадратный километр. Представляете, какая территория? У нас бы если бы так в Москве было, я думаю, тоже… Но несмотря на это, сейчас у них там большие проблемы, большой кризис в связи с этим наступает. Это не вторая волна, у них первая, и не очень приятный опыт такой.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Александр Сергеевич, расскажите, пожалуйста, поподробнее о том, что происходит сейчас в общественном транспорте, в частности, в Европе. Как они постепенно выходят из локдауна? Как ваши европейские коллеги с этим справляются? Как там обеспечивается социальная дистанция? 

    А.ПОЛЯКОВ: Про социальную дистанцию. Действительно, в каждой стране это свое расстояние между всеми коллегами. Мы регулярно на нашей площадке проводим семинары, делимся различным опытом. Недавно мы делились опытом Германии и Австрии, интересно было обменяться с коллегами. Действительно у них сейчас там пассажиропоток 20-30% от регулярного. В некоторые дни достигает падение больше 90%.  

    Требования в Мюнхене, например, — должны обязательно носить собственные маски все пассажиры. Перевозчик информирует и напоминает им о том, что необходимо это делать. Здесь, естественно, приняты меры, корректировка произошла школьного и рабочего времени. То есть разносят людей в зависимости от категории работы. Школьники едут не вместе со всеми в рабочее время, а совершенно в другое время. Офисный персонал остается дома, поэтому эта проблема опять же… То есть постепенно Германия, как мы говорим, выходит из локдауна. Но при этом весь офисный персонал должен оставаться дома и не выходить на работу, работать удаленно. Вот эти ограничительные меры идут постепенно несмотря на то, что они есть.  

    Коллеги посчитали, у них ожидаемые потери с начала этого периода составляют на текущий момент 20 млн евро. Значительные затраты. Они понимают, что они должны работать, они не останавливаются, но потери у перевозчика на текущий момент составляют 20 млн евро.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Есть ли какие-то предложения от государства? Будет ли государство как-то поддерживать общественный транспорт?  

    А.ПОЛЯКОВ: У нас здесь, конечно, заключаются контракты (в Москве). Все мы знаем, что у нас сейчас никто не собирает у маршрутчика билетики для того, чтобы оплатить бензин, как это происходит в различных направлениях. У нас оплачивается работа коммерческих перевозчиков по проделанной транспортной работе, то есть по количеству перевезенных километров, поэтому у нас не так это сильно затрагивается. Я знаю, что в отличие от контрактов западноевропейских коллег, у них там действительно очень большая доля идет непосредственно от выручки, от билетов. Поэтому они сейчас задают вопросы государству. У них действительно есть вопросы, они сейчас будут их выносить наверх.  

    Кое где, например, в США есть определенные гранты, они действительно сейчас будут распределяться среди перевозчиков. Сейчас там думают, как это сделать. В Европе пока этот вопрос подвешен у многих перевозчиков.  

    Я еще хотел заметить, что Мюнхен… Я говорил, что, например, про Австрию мы можем поговорить. Я прямо зачитываю перевод отчета: на данный момент в Мюнхене постепенно открываются школы, небольшие магазины и парикмахерские.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Парикмахерские обязательно.  

    А.ПОЛЯКОВ: Видимо, девушки готовили доклад, поэтому здесь обязательно идет первым пунктом (я думаю, вам это тоже интересно)…  

    В Австрии тоже, карантин в Вене начался с 13 марта, он постепенно снимается. На 14 апреля (то есть через месяц) там открылись у них супермаркеты, магазины товаров для дома, ремонта, садовые рынки, и с 1 мая возобновили работу торговые центры и салоны красоты.  

    Все офисные работники во всей Европе и не только Европе, а вообще по всему миру всегда работают удаленно, это очень важный момент. Хотя у них такая же ситуация, что и в Мюнхене — только 20-30% от обычного весь пассажиропоток в общественном транспорте.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Я слушателям напомню, что у нас в эфире Александр Поляков, директор НИИ «Мостранспроект» и вице-президент Международного союза общественного транспорта. Обсуждаем мы ситуацию с коронавирусом и ситуацию, которая сложилась в мировом общественном транспорте, не только в Российском.  

    Александр Сергеевич, у меня еще вопрос есть интересный, я знаю, что вы придумали способ помогать столичным врачам, которые борются с коронавирусом. Расскажите, что это за способ.  

    А.ПОЛЯКОВ: Дело в том, что не мы придумали, будем говорить честно. Мы не придумали, мы немножко модернизировали, есть в открытом доступе. Как говорят, четвертая промышленная революция наступила, у нас есть 3D-принтеры, на которых мы обычно печатали макеты и рассказывали о своих проектах населению, руководству города и т.д., показывали, как будет изменяться та или иная ситуация.  

    В текущий момент мы используем эти 3D-принтеры для того, чтобы напечатать маски, защитные пластиковые маски, которые передаем в различные больницы. Мы уже более 100 масок передали, дальше наша работа продолжается. Также делали и держатели для масок сзади, которые не натирают… Если врач ходит весь день в защитной маске марлевой, то, соответственно, резинка натирает уши, и вот сзади сделали такой держатель. Это все известные решения, мы их не сами придумали. Мы немножко их модернизировали, потому что пообщались с врачами, они дали какие-то рекомендации.  

    Сначала мы отдали в Сеченова (больницу), потом в Морозовскую немножко, то есть идет такое взаимодействие. Чем мы можем, тем мы помогаем. И перевозим регулярно, у нас эта процедура дальше и дальше осуществляется.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Наверняка же те технологии будут использоваться и после этой эпидемии?  

    А.ПОЛЯКОВ: Я думаю, что да. Это хорошее решение. Мы знаем, что коллеги, например, в Италии клапаны для аппаратов искусственного дыхания… Когда у них был большой кризис, они не могли справиться, взяли германский клапан, напечатали его и стали передавать в больницу. Потом Германия выставила ноту протеста против этих решений.  

    Но дело в том, что, несмотря на ноту протеста, именно жизнь каким-то больным удалось спасти. Поэтому мы будем действовать в соответствии с законом: все, что мы можем, мы берем, где разрешено и дальше передаем врачам. Я считаю, это правильно. И все, кто обладает 3D-принтером и возможностью помогать врачам, в текущий момент различными способами… Они действительно наши герои. Это те герои, которые борются на передовой, мы им должны подносить, насколько сможем, снаряды.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Да, несомненно. В принципе, все как бы на это нацелено, на то, чтобы помочь врачам, помочь нашему здравоохранению преодолеть эту ситуацию.  

    Александр Сергеевич, я еще хотела бы поговорить о том, как проводится дезинфекция в московском транспорте. Насколько я знаю, в метро очень серьезно к этому подходят, даже дезинфицируют вентиляционные шахты, тоннели, каждый элемент обрабатывается раз в два часа. А как вообще проводится дезинфекция сейчас в Москве? Какие нововведения по безопасности пассажиров появились в столичном транспорте? И сохранятся ли они после эпидемии?  

    А.ПОЛЯКОВ: Давайте начнем с метро. Первое, среди нововведений последних в вестибюлях станций начали устанавливать санитайзеры. На всех станциях МЦК они уже установлены. Есть ЦППК.., они также размещать стали на своих станциях санитайзеры. Это очень удобно и очень понятно, то есть человек может поднести руки, сделать дезинфекцию и дальше спокойно продолжать свое движение.  

    Если говорить о поездах, то действительно меняют два раза чаще воздушные фильтры в поездах. 100 процентов в вагонах проводят влажную уборку, дезинфекцию. Это не только в вагонах, но и в подвижном составе Мосгортранса, это наземного транспорта. У нас есть мойки, которые действительно обслуживают вагоны, в автоматическом режиме происходит мойка. Влажная уборка метро происходит, там идет дезинфекция различными способами. Каждые полтора-два часа, вы только представьте, идет дезинфекция поручней, турникетов, ручек входных дверей. Это все действительно большая работа. Вы этих людей можете видеть.  

    Самое интересное, что среди опыта, рекомендованного Международным союзном общественного транспорта, они даже мойку вагонов предлагают делать, чтобы люди это видели, чтобы не боялись пользоваться. Но так как у нас это происходит в автоматическом режиме, мы в депо всех пригласить не можем, действительно это происходит так, как есть. Если сравнивать чистоту вагонов в Европе и у нас, то вы все, наверное, видели, что все-таки у нас достойное качество было и до коронавирусной инфекции, сейчас это все происходит в разы чаще.  

    Действительно продолжаться такая система будет. Вопрос в том, что вообще сам транспорт у нас очень, как я говорю… Советская школа технологическая, она была связана с тем, что у нас была страна большая, а нормы и нормативы часто использовались на всю страну. Поэтому нас вне зависимости, находишься ты в горах или в болоте (условно говорю про международные перевозки), если ты даже находишься при минус 40 на севере и плюс 40 на юге, все это не давало никаких оснований останавливаться общественном транспорту как основному виду передвижения людей.  

    Эти же нормы у нас сократились. Если вы заметили, у нас, например, когда заходишь в автобус, то водитель в автобусе огорожен определенным чехлом, определенной отдельной кабиной, в то время как в Восточной Европе чаще натягивали полицейскую ярко-желтую ленту, в Италии натягивали цепи небольшого диаметра и не давали людям входить в переднюю дверь.  

    У нас уже и так водитель был огражден от всех возможных влияний, поэтому нам этого не требовалось делать, у нас уже транспорт был устойчивым. Поэтому наши доблестные перевозчики ни на секунду не прекращали работу. Система защиты и устойчивости уже заранее внедрена в нашу московскую систему общественного транспорта.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Кстати, у нас правда все это круче. Да, я сравниваю с Европой, США, там абсолютно не был защищен водитель, они были открыты. И что касается дезинфекции метро, у нас ночью проводится, насколько я знаю, комплексная дезинфекция, а, например, метро Нью-Йорка только сейчас стали останавливать на ночь, чтобы проводить такую же приблизительно хотя бы дезинфекцию. Поэтому у нас, конечно, очень крутая система. Насколько я знаю, даже в январе, еще до начала эпидемии, у нас проводилось кварцевание постоянное в вагонах поездов.  

    А.ПОЛЯКОВ: Кварцевание действительно проходит, еще до всяких вещей. Действительно во многих городах мира общественный транспорт останавливался.  

    Несмотря на то, у нас не было ни одной остановки общественного транспорта, он работает каждый день, поэтому это тоже достойно уважения, именно принятия опыта для всех остальных перевозчиков.  

    У нас коллеги по всему миру тоже спрашивают, как у нас происходит это все, мы этим делимся. Берут на заметку и, в принципе, начинают повторять опыт, который есть в Москве, начинают его использовать в других странах. Это очень лестно и очень приятно, что у нас все-таки устойчивая система, с которой стоит брать пример.  

    А.СОЛОВЬЁВА: Александр Сергеевич, спасибо большое, была очень интересная беседа. Спасибо вам большое. Это был Александр Поляков, директор НИИ «Мостранспроект», вице-президент Международного союза общественного транспорта.  

    Версия для печати
Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus