• 11:05 Фев. 7, 2015

    В гостях

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! Это программа «Антикризис» на радио «Говорит Москва». В студии я, Никита Кричевский. По субботам с 11 до 13 мы будем говорить с вами обо всех экономических проблемах уходящей недели, недели предстоящей, обо всех проблемах, которые вас волнуют. Телефон прямого эфира вы знаете: 73-73-948. SMS: +7 (925) 8888-948. Сообщения с сайта, с ленты Twitter также принимаются, также рассматриваются.

    Все темы, которые я сегодня хотел предложить вашему вниманию, о которых мы сегодня будем с вами говорить, так уж получилось, можно объединить одним общим термином — «шантаж». Шантаж с внешней стороны, шантаж изнутри, шантаж со стороны руководителей крупнейших российских госкомпаний, шантаж со стороны нас, общества. Я знаю, что вчера наш главный редактор Сергей Доренко анонсировал разговор о перезапуске электричек после нагоняя, который учинил президент. Но эта тема будет следующая, а пока давайте поговорим о рейтингах как части шантажа.

    Неделю назад МВФ вновь нас огорошил, накаркав российской экономике в наступившем году спад аж в 3% ВВП. Чуть ранее практически столь же категоричен был Всемирный банк, который сказал о том, что экономика упадёт на 2,9%. И всех переплюнул Европейский банк реконструкции и развития, его прогноз на 2015 год составил 4,8% ВВП.

    У меня вопрос сразу к вам. Давайте первую часть начинать с обсуждения того, стоит ли верить прогнозам МВФ, прогнозам Всемирного банка, прогнозам других экономических оракулов, есть ли в них какая-то практическая польза. И почему я вас об этом спрашиваю? Потому что прежде чем начать принимать ваши звонки… Ещё раз напомню телефон прямого эфира: 73-73-948. Экономисты старшего поколения (это, в общем-то, отражено во множестве литературы, которую вы можете посмотреть) помнят, как в 1977 году наш бывший соотечественник, нобелевский лауреат Василий Леонтьев по заказу ООН взялся предсказать — естественно, на основе математических методов — темпы экономического развития Советского Союза и Соединённых Штатов Америки. Так вот, что получилось?

    По Леонтьеву выходило, что США в 80-90-е годы будут расти в среднем на 2,6% ВВП (по факту рост составил в среднем 3%), а Советский Союз будет развиваться и до 1990-го, и до 2000 года среднегодовыми темпами в 3% ВВП в год. В итоге получилось, что до 1990 года сравнения были некорректными, потому что у нас были разные показатели. А что касается временного промежутка после 1990 года, сравнение вовсе потеряло всякий смысл, потому что в конце 1991 года Советский Союз распался. Тем не менее, забыв об этом, постоянно ошибаясь, нас вновь и вновь кормят разномастными экономическими пророчествами, которые не сбываются.

    Итак, ещё раз: 73-73-948. Слушаем вас. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Доброе утро. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Степан, я не экономист. Вы знаете, сижу сейчас в своей машине после фитнеса, и вокруг меня нет ни одной нашей российской машины. Я думаю, что мы неплохо живём. А эти показатели, проценты — я в этом ничего не понимаю. И если можно, ещё скажите, а Володарский где? Я хотел сегодня его послушать.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Володарский будет завтра с 11 до 13. По субботам теперь будет выходить программа «Антикризис».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Спасибо большое.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И вам спасибо за звонок. Я с вами согласен. Я тоже замечаю, что машин российского производства и собственно российских марок становится всё меньше и меньше. А что касается стоянок у фитнес-клубов: здесь, как мне представляется, разговор слегка некорректен, потому что в фитнесе, как правило, люди весьма состоятельные.

    Доброе утро. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Никита Александрович. Я думаю, что стоит доверять аналитическим грандам, так называемым независимым экспертам Запада и Соединённых Штатов ввиду того, что ситуация напоминает как раз упомянутый распад Советского Союза. Та же ситуация с «Южным потоком», как была ситуация с «Уренгоем-6», если вы помните. Обвал нефти, когда в Саудовскую Аравию приехал господин Бжезинский с большой делегацией и склонял для участия их и попросил корректировать цены на нефть на мировых рынках.

    Я уверен, что американцы — прагматичные люди. Я думаю, «замануха» была в том, что нам несколько лет позволили за нашу нефть выручать огромные сверхприбыли, которые в результате упали. И если уже тают резервы, то нам надеяться стоит действительно только на Бога, на патриарха, который уже те или иные хоругви привозит в Москву, и народ начинает молиться на них. У меня вопрос к вам.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Давайте вопрос, прокомментирую.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы раз на одной из конкурирующих радиостанций сказали, что эта болтовня по импортозамещению и поиску потенциала, чтобы восстановить экономику на должной основе хотя бы для того, чтобы не рухнуть, напоминает болтовню конца 80-х годов. Эта тенденция сохраняется сейчас или нет?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое за вопрос. Два вопроса, давайте по порядку.

    Комментарий по поводу Саудовской Аравии и влияния договорённости США в середине 80-х, приведшей к снижению цен на нефть. Никакого Бжезинского там не было. Там был замруководителя ЦРУ, кстати говоря, известный масон. И разговор тогда шёл, конечно, не о Советском Союзе, тогда даже у американцев и мысли-то не было попытаться свалить этого колосса. Больше того, антикризисная программа «Новое начало для Америки», принятая в 1981 году администрацией Рональда Рейгана и Конгрессом, предусматривала значительное увеличение средств на оборону в связи с тем, что налицо, по мнению американцев, было отставание (отставание!) американской оборонной промышленности от советского оборонно-промышленного комплекса. Мысли не было тогда. 16% экспорта составляла поставка нефти и нефтепродуктов вне пределов Советского Союза. О каких мерах можно говорить, например, по минимизации влияния Советского Союза, второго центра геополитической силы?

    Разговор шёл не о Советском Союзе, а об Иране, потому что у Саудовской Аравии с Ираном разночтения и рассогласования носят и религиозный, и культурологический, и геополитический, и экономический характер. Иными словами, тогда была очень простая ситуация. Саудовская Аравия была (впрочем, так же, как и другие государства Ближнего Востока) практически голая. И Соединённые Штаты предложили раскрыть над Саудовской Аравией и другими нефтедобывающими государствами военный зонтик в обмен на резкое увеличение нефтедобычи. Это интересовало и Соединённые Штаты, это интересовало и Саудовскую Аравию, потому что она страшно боялась иранской агрессии, иранской военщины.

    Саудиты на это согласились. Они увеличили в 1985–1986 годах добычу нефти практически в четыре раза, что в итоге привело к появлению массовых аукционов по голландской системе, когда к потребителям нефти приезжали сначала ближневосточные поставщики, потом южноамериканские поставщики, следом приходили наши представители нефтедобывающего комплекса Внешнеэкономического ведомства. И по голландской системе, кто предложит меньше, пытались заключить долгосрочные соглашения.

    Поэтому если говорить о середине 80-х, то, конечно, никакого сравнения с тем, что происходит сегодня, не было и в помине. Повторюсь ещё раз: мысли не было о том, чтобы попытаться свалить Союз за счёт уменьшения цены на нефть. Советский Союз — так же, как и современная Россия — сам придумал себе массу всяких разных причин для того, чтобы развалиться: здесь и антиалкогольная программа; здесь и потеря контроля над предпринимательским сектором; здесь и те самые программы (то официальные, то неофициальные), которые предлагались для выхода из кризиса; здесь и расцвет коррупции и теневого сектора.

    Что касается импортозамещения. Вы говорите о неких аналогиях. Я с ними согласен, потому что в конце 80-х — в самом начале 90-х разговоры шли приблизительно о том же самом, потому что в Советском Союзе был жуткий потребительский дефицит. После того, как уменьшилась валюта для закупки импортных товаров народного потребления, продовольственных товаров, внутренний рынок моментально погрузился в жуткую нехватку товарных позиций, и в итоге в конце 80-х мы пришли к талонной системе.

    Собственно, ничего не изменилось и в середине второго десятилетия XXI века: мы как не производили потребительские товары, мы как не заполняли внутренний рынок собственной продукцией, так мы этого и не делаем. Но тогда была государственная монополия на импорт, в том числе потребительской продукции, а сегодня государственной монополии нет. И мы тот самый дефицит, о котором я только что говорил, заполняем потребительским импортом. И что тогда говорили об импортозамещении? Вспомните конверсию: что ни делает оборонное предприятие, будь то сковородка или стиральная машина — всё равно танк или автомат Калашникова получается. Что сегодня? Это всё была говорильня — и тогда, и сейчас.

    Я очень надеюсь на то, что сегодня мы, возможно, прозреем. Это будет не зимой, не весной этого года. Я думаю, что это будет, скорее всего, осенью этого года. Но так или иначе мы подойдём к тому, что нужно будет образовывать, организовывать, создавать производство, ориентированное на потребительский сектор, на то, чтобы заполнить внутренний рынок. Каким образом это делается? Это вопрос отдельный, вопрос очень серьёзный и, скажем так, не на одну программу.

    По поводу рейтингов давайте ещё несколько слов. Я вам должен сказать, с Россией практически та же чехарда, что была с собственными экономиками — с американской, с японской, с немецкой и прочими, — которая была характерна для рейтинговых агентств, для их предсказаний в 2008–2009 годах. Только один пример я специально посмотрел. В октябре 2008 года МВФ предсказывал (после того, как уже всё началось или всё случилось) падение ВВП страны всего лишь на 0,1% — с 7,1 до 7%. По факту, если кто помнит, было 5,6%. В 2009 году нам предрекали рост на 5,5% ВВП. По факту мы упали на 7,9%. И сегодня тот же самый МВФ выходит и говорит: «Спад будет 3%». И тут же, буквально в течение недели, Минэкономразвития вторит в точности прогнозу МВФ. Это было в новинку, в диковинку в нулевые годы. Сегодня это уже воспринимается как нечто должное, как данность.

    По поводу аналитиков, которые якобы могут что-то предсказывать, я вам приведу следующий пример. Опять же те, кто занимается экономикой, финансами, кто зарабатывает на рынке ценных бумаг, наверняка помнят историю краха хедж-фонда LTCM. Так вот, в правление этого хедж-фонда входили аж два нобелевских лауреата, насколько я помню, Майрон Шоулз и Роберт Мертон, которые получили Нобелевскую премию за новый метод определения стоимости производных ценных бумаг. Ещё раз: за новый метод определения стоимости производных ценных бумаг. Так вот, по их компьютерной модели (идеальной, по мнению и Нобелевского комитета, и всех экономистов), банкротство LTCM могло случиться один раз в миллиард лет. Это предсказание было сделано в 1997 году. В 1998 году LTCM обанкротился. Никто не мог представить, что это будет так быстро.

    Ещё раз: 73-73-948. Доброе утро. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте, Никита Александрович. Очень приятно вас слышать. Общались мы как-то на другой радиостанции со спортивным уклоном. Вы знаете, я от некоторых возгласов поражаюсь, что «мы будем жить хуже». История показывает: чтобы оттолкнуться вперёд, надо немного сделать шаг назад. Это показал и Советский Союз, когда при руинах восстанавливался, и Китай. За счёт чего? За счёт человеческого ресурса. И есть другая концепция развития — это развитие Запада, где идут инвестиции, под честное слово берётся всё, что можно. Какой путь на сегодняшний день вы предлагаете, что вы видите, что можно сделать в нашей стране?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Секундочку можно?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Давайте, только коротко, у нас линия забита.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По поводу импортозамещения. Буквально вчера зашёл в магазин, набрал продуктов на 2400, это получается где-то около 35 долларов. Раньше не мог себе позволить на 35 долларов по нынешнему курсу. Сейчас, если даже разрешить импортозамещение, если наши ребята-толстосумы эти маржу будут держать и не снимать сверхприбыль, мы просто задушим даже нашими ценами эти продукты, будет изобилие. Что вы скажете?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И на первый, и на второй вопрос ответ един. Мы должны развивать производство потребительской продукции, ориентированной на внутренний рынок — от приснопамятных электрических чайников до телевизоров, магнитофонов, автомобилей и прочего. Вы скажете, что у нас нет технологий. А я вам отвечу, что, например, телевизоры производятся в России уже достаточно давно. Что касается автомобилей: локализация составляет до 70%, это тоже широко известный факт. Приобрести новые технологии можно необязательно на Западе или в США, их продадут и на Востоке: их продадут южнокорейцы, их продадут китайцы, их продадут другие страны.

    Разместить производство? Где его размещать? Прежде всего в моногородах, потому что там есть соответствующие инфраструктуры и, самое главное, есть мозги, есть интеллект, есть люди, которые готовы переквалифицироваться (это то, о чём говорит наше правительство сегодня, выделяя 52 миллиарда рублей на переквалификацию и переобучение) и в короткие сроки освоить новое производство. Это будет новая работа. И самое главное — за счёт логистики мы будем выигрывать в конкурентоспособности с иностранной продукцией, особенно (это один из немногих плюсов) после того, как случилась девальвация. Это если совсем коротко.

    Теперь по поводу рейтингов давайте ещё несколько слов. На этой неделе большое интервью агентству ТАСС дал руководитель китайского рейтингового агентства Dagong господин Гуань Цзяньчжун. Он, конечно, сказал о том, что снижение рейтинга России — это акт политический. Это особо ни для кого не секрет, я готов это подкрепить конкретными косвенными доказательствами

    Наверняка многие знают о том, что против Standard & Poor’s Минюст США проводит своё расследование. И итогом этого расследования стало согласие Standard & Poor’s и Минюста на уплату штрафа за шалости 2007–2008 годов с ипотечными бумагами. На секундочку, штрафа в размере 1,5 миллиарда долларов. Это сумасшедший даже по американским меркам штраф. Это видимая часть договорённости; невидимая, неформальная никому не известна. Но, как известно, S&P было единственным агентством (конечно, кроме китайского Dagong), которое снизило в своё время рейтинг США с «ААА» до «АА». И нет никакой гарантии, что S&P сделало этот шаг без каких-либо политических закулисных договорённостей. Китайское рейтинговое агентство говорит об этом в открытую.

    Но что интересно и на что хотелось бы обратить ваше внимание (найдите это интервью, почитайте)? Руководитель китайского агентства говорит о том, что мир находится на пороге нового кризиса. Здесь я процитирую: «Сейчас ситуация ещё хуже, чем накануне 2008 года. В течение нескольких ближайших лет нам опять придётся столкнуться с новым мировым финансовым кризисом», — конец цитаты. Причиной кризиса он назвал существенный рост государственных долгов в развитых странах.

    Ещё пара звоночков и перейдём на заключительную часть этой темы — статью, которая опять же на этой неделе вышла в российской прессе, статью, которая принадлежит Нуриэлю Рубини.

    Доброе утро!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, профессор. Руслан, Москва. Никита Александрович, скажите, пожалуйста, вы же москвич не в первом поколении. Смотрите, как градостроительная политика строится наша. Застраивают все ближайшее округи к МКАДу, стоят эти страшенные 17-этажные башни.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Руслан, это не тема получасового обсуждения.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А трудоприменение где будет, где будут люди работать?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое за звонок, за вопрос. У меня тоже нет ответа — так же, как и у вас. Я не вполне понимаю, что происходит сегодня в столице. Я об этом писал в своём докладе «Хуснуллин. Четыре года в Москве». Доклад нашумел, выводов не было сделано никаких. И в итоге президент пожурил московское Правительство не за изъяны градостроительной политики, а за реформирование медицины, которое тем не менее благополучно завершилось.

    И наконец то, о чём я хотел сказать в заключение. Посмотрите, на этой неделе вышла на федеральном бизнес-сайте статья Нуриэля Рубини, который, в общем-то, вторит руководителю китайского агентства. Конечно, он не обладает таким авторитетом, как «большая тройка» американских рейтинговых агентств, но который говорит, в принципе, то же самое. Он говорит о том, что, с одной стороны, снижение спроса, снижение потребления, потому что растут долги — это страны «золотого миллиарда»; с другой стороны, надвигающийся кризис перепроизводства — это страны Азии. Это две волны, которые неизвестно когда, но так или иначе сойдутся. И это будет цунами, конечно, значительно более страшное по сравнению с тем лёгким штормом, который мы пережили в 2008 году.

    11:30. Меняем тему. После новостей и рекламы встретимся.

     

    НОВОСТИ

     

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И ещё раз здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского». Я — Никита Кричевский. Мы переходим ко второй теме сегодняшнего обсуждения, анонсированной Сергеем Доренко вчера в самом конце «Подъёма». Мы будем говорить об отмене и волшебном восстановлении пригородного сообщения во многих российских регионах. Но прежде давайте разберёмся с хвостом предыдущей темы.

    Сообщение с сайта. Почему не отвечаю на письма? Вот отвечаем. «Рейтинги России ниже плинтуса, — пишет нам Любовь, — а у Путина — выше крыши. Как это возможно?» Как это возможно? Вот есть реальность — возможно это или нет? Вы же видите, что это возможно. При этом давайте говорить о рейтингах, которые присваиваются России по политическим мотивам. Я надеюсь, это ни для кого не секрет?

    Внешний долг России меньше 8%, если говорить об итогах 2013 года (по 2014 году пока данных нет), тем не менее России присваивается «мусорный» рейтинг. Следом понижается рейтинг крупнейших российских городов-заёмщиков — Москвы и Санкт-Петербурга. После этого настаёт черёд крупнейших российских компаний с государственным участием, начали с банков: это «ВТБ», это «Банк Москвы», это ВЭБ, это Россельхозбанк. Кстати говоря, по поводу последнего мне и вовсе непонятно, потому что он на рынках внешних заимствований не замечен. Следующими, я думаю, пойдут сырьевые компании с госучастием. А дальше — кто его знает? На следующей неделе узнаем. Это мостик между неделей уходящей и неделей предстоящей.

    «Выход из предстоящего кризиса Америка планирует при помощи большой войны в Европе. Не так ли?» Я не готов отвечать на этот вопрос. Возможно, да, а возможно, нет. Это конспирология, это на грани гадания на кофейной гуще, как мне представляется.

    «Подскажите, пожалуйста, какой примерно процент в современном мире в среде научных имён экономистов и финансистов являются аферистами, и почему они всё равно считаются уважаемыми людьми?» — это SMS-сообщение от 029-го.

    Кстати говоря, очень хорошая тема. В той статье, о которой я вам говорил, Нуриэль Рубини приводит вот такое своё соображение: «Одним из результатов этого глобального активизма денежно-кредитной политики в последние годы стал бунт псевдо-экономистов и рыночных халтурщиков. Это сборище экономистов „австрийской“ школы, радикальных монетаристов, сторонников возвращения золотого стандарта и Bitcoin-фанатиков раз за разом предупреждало, что такое значительное увеличение мировой ликвидности приведёт к гиперинфляции, коллапсу доллара США, заоблачным ценам на золото и в конечном итоге к гибели не обеспеченных золотом валют от рук их криптовалютных конкурентов. Ни одно из этих странных предсказаний не подтвердилось на практике. Конечно, большинство тех прорицателей едва ли имеют даже базовые представления об экономике. Но это не помешало им оказывать влияние на общественную дискуссию».

    Это говорит человек, который сам неоднократно попадал, что называется, в молоко, пальцем в небо со своими прогнозами. Тем не менее это человек, к мнению которого прислушиваются и в США, и тем более в России.

    Телефон прямого эфира: 73-73-948. SMS: (925) 8888-948. Примем один звоночек и перейдём наконец-то к электричкам, а то Сергей Доренко будет расстраиваться. Доброе утро! Слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Доброе утро. Беспокоит Роман, Москва. По поводу рейтинговых агентств у меня к вам вопрос. Вы правильно сказали, что все эти рейтинговые агентства довольно-таки субъективные. И все они прославились в своё время (не такое уж и давнее) рейтингами стран Европы, когда те входили в еврозону, входили во всевозможные какие-то экономические блоки. Соответственно, к вам такой вопрос как к экономисту. После такой субъективности этих агентств могут ли они вообще быть какими-то агентствами с мировым статусом, могут ли они давать какие-то международные рейтинги и кому-то присваивать их?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое. Видите ли, в чём дело — других-то рейтинговых агентств у нас нет. У нас есть «большая тройка», которая заняла 95% мирового рынка. Что они делали перед наступлением кризиса 2007–2008 годов? Собственно, даже 2006–2007-го. В 2008 году он просто взорвал всю мировую финансовую систему. Они закрывали глаза на то, что финансовые компании в пакет акций и облигаций, которые они предлагали к продаже, включали заведомо невозвращаемые ипотечные кредиты, подкреплённые ипотечными закладными. То есть было понятно, что слепой 80-летний афроамериканец, живущий на минимальную пенсию либо на пособие, не в состоянии вовремя оплатить третью ипотеку, которую он взял.

    Тем не менее за определённую мзду, причём за совершенно легальную, они присваивали таким пакетам высшие рейтинги, и инвесткомпании, пенсионные фонды с удовольствием приобретали эти пакеты. И в итоге слепой 80-летний афроамериканец таки не выплатил очередной процент по третьему кредиту. С этого, собственно, всё и началось. Об этом много говорили, рейтинговые агентства признали, что они отчасти виноваты в кризисе. Дальше получилось что? Виноватых определили, а ответственности никакой. Ну, скажем, минимальная ответственность. И как ни в чём не бывало, жизнь продолжается.

    Да и чего можно ожидать, если Барак Обама на протяжении всего своего президентства опирается на финансовых и экономических советников с Уолл-стрита, это известный факт. И понятно, что Уолл-стриту, пока у власти Барак Обама, абсолютно ничего не угрожает. Больше того, многие банки просто вытащили за уши с помощью государственных бюджетных денег. Да и программа количественного смягчения была ориентирована прежде всего на банковский сектор, говоря шире — на сектор финансов.

    Пройдут годы, возможно, даже более, чем годы, может быть, десятилетия, а может быть, всё это случится быстрее, но тем не менее я полагаю, что появятся другие рейтинговые агентства. Например, китайское агентство было учреждено в 1994 году и сегодня располагает отделениями в Гонконге, во многих странах Европы, а вот в США — нет. Почему? Потому что в 2010 году Комиссия по ценным бумагам сказала: «Нет, спасибо. Сами обойдёмся, без китайцев».

    Есть совместное предприятие, совместное акционерное общество Российского рейтингового агентства и того же Dagong. Я думаю, что надо идти вперёд и надо создавать агентство на основе экономик всех стран, входящих в БРИКС. Для сведения: БРИКС — это больше 27% мировой экономики по итогам 2013 года; США — это 19%. Если это будет рейтинговое агентство, которое будет опираться на экономики БРИКС, я думаю, ситуация будет, конечно, постепенно, но меняться, особенно если это совместное агентство будет стоять приоритетом по отношению к рейтинговым оценкам, которые выставляют агентства «большой тройки».

    И давайте перейдём к электричкам. «Вы что, с ума сошли?» — сказал несколько дней назад президент, когда разговор коснулся отмены пригородных поездов. Мы меняем тему, господа.

    «Когда будет в эфире товарищ Володарский?» — спрашивает 413-й. Отвечаю ещё раз: завтра с 11 до 13.

    Что я думаю по этому поводу? Сергей Доренко вчера спрашивал меня об этом. Я думаю, что Якунин, как человек, который может войти в кабинет президента в относительно удобное для обоих время без предварительной записи, как мне представляется, всё-таки додавил президента в этой ситуации (почему я говорю о том, что он додавил? Я расскажу чуть ниже о реформе «РЖД», которая началась больше десяти лет назад, но до сих пор так и не закончилась) и решил вопрос через колено с финансированием пригородного сообщения. При этом себестоимость перевозок — то, о чём много лет просят регионы — осталась так и нераскрытой.

    Здесь, конечно, напрашивается сравнение с Дерипаской образца Пикалёво. Помните «Ручку верните!»? Но сравнение относительное, потому что тогда президент спасал Дерипаску, а здесь ситуация несколько иная. Здесь ситуация направлена на то, чтобы правительство, которое, видимо, потеряло ориентиры, потеряло берега, встало в пазы, встало на место и не противилось интересам руководителей крупнейших российских (в данном случае инфраструктурных) компаний.

    Что касается реформы «РЖД», в результате которой пригородным сообщением занялись «дочки» компании, то она началась действительно больше десяти лет назад, в 2002 году. Тогда же Министерство путей сообщения было преобразовано в госкомпанию ОАО «РЖД». Пригородные перевозки, которые всегда приносили убытки (кстати говоря, не только в России, но и во многих других странах, за исключением Японии, там они прибыльные), было крайне необходимо снять с баланса «РЖД», потому что портили общую картину. Решение было, как вы знаете, весьма и весьма интересным: были организованы многочисленные пригородные пассажирские компании. Их создание началось в 2011 году, тогда их было создано 26. Предполагалось, что соучредителями, сособственниками этих компаний будут с одной стороны «РЖД», а с другой стороны региональные организации, региональные администрации и частные лица.

    В итоге получилось работать без убытков только одной пассажирской компании, «Центральной», где блокпакет у «РЖД», блокпакет у Минимущества Московской области, а всё остальное у одного из активов предпринимателя господина Бокарева. В остальных случаях «РЖД» осталась либо единственным акционером, либо выступала в партнёрстве с администрациями субъектов федерации. Но изначально предполагалось, что подвижной состав и прочую инфраструктуру пригородного сообщения «РЖД» передаст в собственность, в активы вновь образованных структур — субъектов рынка, которые должны осуществлять перевозки.

    На деле получилось так, что практически нигде активы переданы не были. И так уж получилось, так уж повелось, что до 80% всех расходов пригородных компаний составляют затраты на аренду подвижного состава и инфраструктуры у самой «РЖД». Причём, я повторюсь ещё раз, во многих случаях в пассажирских компаниях «РЖД» — единственный акционер либо обладает контрольным пакетом совместно с региональными администрациями. Так вот, 80% — это расходы на аренду у «РЖД».

    Регионы неоднократно просили «РЖД» раскрыть затраты, себестоимость, структуру расходов на аренду, но «РЖД» всякий раз отказывала. И, собственно, до недавних пор «праздник жизни» приходилось оплачивать федеральному бюджету за счёт субсидий. Но в этом году получилось так, что бюджет оказался не в силах выполнять взятые на себя обязательства по субсидированию пассажирских перевозок, с одной стороны. А с другой стороны, получилось так, что всяко-разные коэффициенты были увеличены где-то в 25 раз, где-то чуть меньше, и экономически обоснованный тариф вновь и вновь вырос. В итоге регионы сказали, как один из губернаторов говорил, что проще приобрести «Жигули» каждому жителю тех отдалённых населённых пунктов, которые связывает с центрами пригородное сообщение, чем оплачивать бессилие тех, кто руководит «Российскими железными дорогами» и их «дочками».

    До сих пор пригородные компании работают без балансовых активов, то есть подвижных составов и депо, поскольку они остались на балансе «РЖД». Как я уже говорил, 80% расходов последних лет приходится на оплату аренды электричек, а также техническое обслуживание, сублизинговые платежи и прочие моменты, которые также контролирует «РЖД». В результате (здесь цифры) за 2013 год 19 из 25 пригородных пассажирских компаний были убыточными, суммарный убыток составил 6,5 миллиарда рублей. Что касается прошлого года: регионы должны были компенсировать пригородным компаниям около 15 миллиардов, а компенсировали около 9 миллиардов. В этом году разрыв составил 24 против 8 — то есть компенсировать нужно 24 миллиарда, а области и края готовы компенсировать только 8 миллиардов.

    В итоге, видимо, для того чтобы показать, кто в доме хозяин (это моё личное мнение), руководство «РЖД» шантажом — ведь тема сегодняшней темы «шантаж» — пошло на то, что отменило пригородные электрички вовсе. В итоге — народный гнев, выступления, гневные реплики губернаторов и, как высшая точка народного счастья, высказывание президента: «Перестали ходить электрички? Вы что, с ума сошли?» А дальше досталось на орехи и господину Дворковичу (это было в кадре), и за кадром господину Левитину.

    73-73-948 — телефон прямого эфира. Доброе утро. Слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте, Никита Александрович. Это Михаил, Москва. Судьба так сложилась, в охранной структуре работаю. Как-то с «РЖД» имел дело, скажем так, устраивался на работу в одну из дочерних компаний. Так вот, при внешнем лоске, я вам скажу (там и офисы, и всё, что хотите, и бронированный Mercedes по наивысшему классу), вообще невероятное сиротство. Даже в бронированном автомобиле водитель, разговаривая с гаишником, должен открывать окошко и расплачиваться со своих денег, а потом ему возвращают. «Какой поп, такой и приход». Какие люди вообще Владимира Владимировича окружают? Гляньте что на Собянина и всю эту его «свору», что на Якунина и всю эту его «свору»…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Мы в данном случае не обсуждаем ни президента, ни его, как вы сказали, «свору».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет-нет. Я просто к чему? «РЖД» — это связывающее, точно так же, как и «Почта».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите. Мы говорим о том, что, на мой взгляд, это был шантаж. Но у вас, вполне вероятно, могли быть (и наверняка есть) другие версии произошедшего.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Шантаж совершенный, тут без сомнения.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: В конце концов, президент мог банально просто не знать о том, что происходило с пригородным сообщением.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вполне.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И когда ему об этом доложили, когда градус народного недовольства стал превышать допустимый, он начал раздавать…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он среагировал.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да, он начал раздавать всем сёстрам.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы здесь ключевую точку указали: подвижной состав, всю инфраструктуру нужно было передать регионам. Но они же этого не сделали.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да! Спасибо большое. И поэтому возникла как раз эта «непонятка» (давайте говорить по-простому) между «РЖД» и регионами. Регионы говорят: «Ну, ты нам покажи, за что мы платим, за какую аренду. За подвижной состав, за депо, за лизинг — за что? Почему мы должны это делать?» А «РЖД» говорит: «Вот вы должны — и всё. Ну, неважно».

    «Почему не достаётся на орехи руководителям „РЖД“?» Не знаю. Владимир, вы по пять раз не посылайте сообщение, потому что оно доходит. Мы их видим, мы их читаем.

    «Гневные слова Путина предназначены для советских селигерских ребят, внедряющих мудрого, всезнающего и любящего народ вождя». «В 2009-м зарплата Якунина равнялась 1,5 миллиона рублей в месяц». И? «А министр „РЖД“ Якунин вне критики?» А вот сейчас что происходит? Это вопрос 24-го. Сейчас что происходит?

    Сейчас происходит высказывание в данном случае моего личного мнения, но оно критическое по отношению к господину Якунину. Критическое. И я это не скрываю, потому что я не понимаю, почему «РЖД» как госкомпания находится в таком ужасающем состоянии, как компания, предоставляющая потребительские услуги, тогда, когда есть альтернативные примеры. Прежде всего я имею в виду, если говорить о транспортной инфраструктуре, «Аэрофлот» — лучшую авиакомпанию Восточной Европы последних лет. Я имею в виду «Сбербанк». Как бы мы к нему ни относились, он повернулся лицом к нам. И я это вижу постоянно, поскольку отделение «Сбербанка» находится в доме, где я живу. «ВТБ» — то же самое. И множество других примеров.

    Вот почему «Почта» не поворачивается, почему «РЖД» не поворачивается? Вопрос. Но совершенно очевидно, это не в пространстве структуры собственности: если, мол, собственник — государство, то тогда пиши пропало, туши свет, кричи «караул». Нет, ничего подобного. Есть примеры в одну сторону и есть примеры в другую сторону. И потом, ещё 80 лет назад Берли и Минз нам сказали о том, что «управление в акционерных обществах перешло от собственников к менеджменту», то есть к тем людям, которые стоят во главе этих компаний.

    И в данном случае (24-й: «Министр „РЖД“ Якунин вне критики?») я говорю как раз о Владимире Ивановиче. И мне совершенно искренне непонятно, почему не только отменяются пригородные сообщения, но и почему, например, отменяются поезда между населёнными пунктами, которые расположены не так далеко друг от друга. Например, на днях опять же уходящей недели прошло сообщение, что отменяется поезд «Пермь — Екатеринбург». Я на этом поезде в своё время ездил, когда в армии служил. И мне не очень понятно, каким образом теперь можно будет передвигаться от Перми до Екатеринбурга. Можно, конечно, на проходящих, но это был очень удобный ночной.

    «НДС с производителя вернуть в правовое поле». Да, НДС господин Дворкович предложил либо снизить до 10%, либо отменить вовсе. Это даст от 6 до 8 миллиардов рублей для того, чтобы компенсировать часть затрат. Это Леонид с сайта.

    «Вопрос про электрички в устах Путина — то же, что про цены на нефть и бензин», — 404-й. О нефти и бензине в следующей получасовке.

    То, что ему можно всё… Здесь разговор о Якунине, Олег Анатольевич пишет. Я с вами не согласен. Что значит «можно всё»?

    Давайте примем звонки. Доброе утро! Слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Никита Александрович, спасибо вам за ваши профессиональные выступления на телевидении и на радио. Это Борис, Москва. Вопрос такой. Вам не кажется, что в данный момент у нас в стране бизнес делается за счёт бюджетных денег, за народные деньги? Это первый вопрос. И страна — такой цыганский табор, где все побираются, все у кого-то что-то просят, особенно у народа: на медицинские нужды, на реформы…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно, не расшифровывайте. Спасибо большое. У нас очень мало времени, поэтому отвечаю коротко. Нет, не кажется. Бюджет — это 20% экономики. 20% делается, конечно, за счёт бюджетных ассигнований. При этом те, кто имели доступ к бюджетной кормушке, жили очень и очень неплохо. Судя по движению в Москве в последние недели, этих товарищей было много, потому что второй месяц уже, а движение у нас 3-4 балла. Такое бывало либо по субботам во второй половине дня, либо в воскресенья. 3-4 балла у нас в течение недели.

    У нас был слушатель, который говорил про фитнес-клубы. В фитнес-клубах стало подозрительно больше народу в дневное время. Я полагаю, что это те, которые имели отношение к бюджету. Но 80% экономики — это всё-таки не бюджетная экономика. Пусть она искорёженная, пусть она неправильная, по мнению многих, но никакого отношения к бюджету, за исключением налогов, как мне представляется, не имеющая.

    12 часов. Новости. Меняем тему. Будем говорить о ещё одном событии проходящей недели — о споре вокруг налогового манёвра.

     

    НОВОСТИ

     

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И ещё раз здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского». Пошёл второй час нашей программы, нашей передачи, нашего общения с вами. Телефон прямого эфира: 73-73-948. SMS-сообщения: +7 (925) 8888-948.

    В первом получасе мы говорили о рейтингах, во втором получасе мы говорили о шантаже со стороны ОАО «РЖД». Сейчас мы будем говорить о налоговом манёвре — ещё одной крайне интересной теме уходящей недели и также абсолютному большинству наших слушателей теме непонятной. «Что такое налоговый манёвр?» — «Это что-то связанное с бюджетом, с фиском, с казной». Может быть, это «хвост» господина Кудрина? Вполне может быть. Но прежде давайте разберёмся с хвостом ушедшей темы.

    Я вас сразу прошу: не пишите по поводу зарплаты гражданина Якунина. Это информация, которая была обсосана много-много раз, и от этого она более прозрачной не стала. Да, есть какие-то затраты, есть какие-то доходы. Кому интересно, зайдите на сайт «РЖД», нажмите на раздел «Инвесторам и акционерам» — выйдете на «Ежеквартальную отчётность эмитента». Дальше её откройте, найдите пункт о вознаграждении руководства акционерного общества «РЖД». И дальше вы посмотрите, сколько получает председатель и члены правления компании, а также сколько получают члены совета директоров. Узнаете много интересного. Я специально не буду говорить эти цифры, я их знаю, знаю и прошлые периоды. Но я за то, чтобы вы были более пытливы, что ли, более познавательны, для того чтобы чётче разбираться в экономике.

    Итак, ещё раз. Сайт «РЖД» — «Акционерам и инвесторам» — «Ежеквартальная отчётность эмитента». Берите любой квартал и находите пункт то ли 5, то ли 6, разберётесь. И там посмотрите не зарплату Якунина, господа хорошие, а зарплату членов правления. А потом сопоставьте её с общим фондом заработной платы. Я вас уверяю, вы поразитесь процентом, который выскочит на ваших калькуляторах.

    «В Карелии лет восемь назад отменена единственная электричка „Беломорск — Кемь“. Отменены поезда „Москва — Мурманск“, а те, что ходят, в ужасном состоянии». Да, это мы знаем. Это Татьяна.

    Степан из Вайтрана: «Да плевать на их зарплату!» В общем, разговор, собственно, не о зарплате Якунина, а о зарплате членов правления. Это гораздо более интересно.

    «Почему не ответил мне про 50-е годы?» Это первая получасовка, когда шёл разговор о том, что в 50-е годы в Москве были прилавки забиты продуктами, деликатесами и товарами народного потребления. Может быть, в Москве такое и имело место, но давайте так говорить. Уровень жизни и потребности людей были несопоставимы с теми, что было в 80-е годы, буквально через 30 лет. И потом, я с вами готов поспорить насчёт того, что «прилавки ломились». Запросы были другие, война была всего лишь приблизительно десять лет назад. Так что люди были рады появлению любого нового продукта, не говоря уже об излишествах.

    Давайте один звоночек — и переходим к новой теме. Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Вы мне ответьте, пожалуйста, на один вопрос. А не кажется вам, что просто у нас в стране бардак из-за того, что никто ничего не хочет делать?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо за хороший вопрос. Это называется «ловушка социального равновесия» — когда никому ничего не надо. Это то, в чём мы оказались, та масса, в которой мы оказались за прошедшие более чем десять лет нефтяного изобилия. Об этом в заключительной части программы, наберитесь терпения.

    Сейчас давайте о налоговом манёвре, потому что мне эта тема представляется не менее интересной в сравнении с электричками, например. Кстати говоря, в тот же день произошла встреча президента с Игорем Сечиным, руководителем «Роснефти», где господин Сечин говорил о том, что он не одобряет введение с 2015 года налогового манёвра, на что президент спросил у него: «Когда вы были в Правительстве, вы выступали за налоговый манёвр. А сегодня, когда вы стали во главе крупнейшей нефтяной госкомпании, вы выступаете против. Где настоящий Игорь Иванович?»

    Дальше в самом первом сюжете об этой встрече ответ был дан. Почему-то в других репортажах, которые были присланы в теле- и радиокомпании (как государственные, так и нет), я полагаю, вследствие действий кремлёвской пресс-службы ответ был вырезан. В итоге оказалось, что это был, говоря по-современному, такой лёгкий троллинг со стороны президента господина Сечина. Говоря по-русски — без троллинга — некоторая ирония, потому что на самом деле президент и Сечин прекрасно всё понимают, они общаются не один десяток лет и имеют полнейшее взаимопонимание.

    Так вот, прежде чем поговорить о нефти и о ценах на бензин в предстоящий период, я хочу немного просветить вас, дорогие мои слушатели, что такое налоговый манёвр. Здесь я не говорю отсебятину, я опираюсь на публикацию (опять же на этой неделе) на бизнес-сайте, на публикацию Ильи Трунина, директора Департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Минфина. Он пишет: «Последние несколько лет в России проводится реформа налогообложения в нефтяной сфере. Основной среднесрочный вектор, — внимание, — снижение ставок экспортной пошлины на нефть, постепенное выравнивание со ставками экспортной пошлины на тёмные и светлые нефтепродукты, а также повышение ставок налога на добычу полезных ископаемых».

    Проще говоря, благодаря налоговому манёвру предельная ставка экспортной пошлины на нефть должна снизиться с 59% по прошлому году до 30% в 2017 году — то есть практически в два раза. А базовая ставка НДПИ (налога на добычу полезных ископаемых) на нефть вырастет с 493 рублей за тонну в прошлом году до 919 рублей в 2017 году — то есть более, чем в те же два раза.

    В чём смысл? Смысл в том, что бюджет совершенно однозначно получает в результате этого налогового манёвра больше денег. Почему? Потому что в условиях снижения цен на нефть ставка пошлины снижается (это совершенно очевидно), а НДПИ тем не менее начинает расти. И это приводит к дисбалансу в финансах и «Роснефти», и «Лукойла», и «Татнефти», и всех других крупных и не очень нефтяных компаний.

    Кстати говоря, господин Трунин пишет, что «реформа, по предварительным оценкам, не только была оптимальной, — здесь внимание, — в тех условиях, в которых она принималась, но и в соответствии с решениями, принятыми правительством ещё в августе 2011 года, ставка экспортной пошлины на тёмные нефтепродукты с этого года увеличивалась в полтора раза».

    В чём был смысл налогового манёвра? Почему в 2011 году господин Сечин лоббировал этот налоговый манёвр? Понятно, что ставка экспортной пошлины снижается, и у нефтяных компаний появлялось больше средств, которые они должны были (а этот сектор весьма жёстко контролируется государством) направить на модернизацию нефтеперерабатывающих заводов. К 2015 году модернизация должна была закончиться. Понятно, что она не закончилась.

    Но есть экспорт тёмных нефтепродуктов, говоря по-простому, мазута. Этим промышляют в основном мелкие НПЗ. Так вот, с 2015 года пошлина на мазут должна была дойти до 100% от пошлины на экспорт нефти. Естественно, поскольку модернизация не была закончена, введение в действие этой пошлины на тёмные нефтепродукты отложили. И мелкие нефтеперерабатывающие заводы, которые не модернизировались, продолжают преспокойно поставлять на экспорт мазут и получают сверхприбыли от той разницы, на которую они уже и не рассчитывали.

    Что интересно? Резкое снижение ставок экспортных пошлин на бензины, светлые нефтепродукты (вместе с сырой нефтью ставки падают вследствие налогового манёвра), приводит к существенному повышению эффективности экспорта бензинов относительно поставок на внутренний рынок и тем самым провоцирует дополнительный рост цен на бензины на 7–10%. С одной стороны, для того чтобы сохранить рентабельность своего бизнеса, нефтяникам кроме нефти нужно поставлять на внешний рынок ещё и светлые нефтепродукты, то есть тот же самый бензин, например, или дизтопливо. С другой стороны, это нужно делать в больших объёмах, потому что иначе рентабельность полетит к чёртовой матери. И вследствие этого на внутреннем рынке России возникнет дефицит, который приведёт к повышению цен внутри России на 7–10%. В принципе, мы об этом говорили в конце прошлого года, но грозный окрик президента привёл в чувство нефтяников, и цены встали, как вкопанные.

    При снижении цен на нефть экспортная пошлина, как я уже говорил, снижается быстрее, а налог на добычу полезных ископаемых медленнее. Что интересно, господин Трунин говорит о том, что «точка перегиба» — цена, при которой снижение экспортной пошлины перестаёт перекрывать снижение НДПИ — составляет 72 доллара за баррель. Сегодня у нас цена порядка 59. То есть получается, что в плюсе бюджет, а в минусе нефтяная отрасль.

    Что такое минус для нефтянки? Я перед эфиром специально посмотрел отчётность «Роснефти» и понял, что этот минус по этому году составит приблизительно плюс-минус 2,5 миллиарда долларов. Кстати говоря, у «Лукойла» это тоже многие сотни миллионов. У «Газпром нефти» многие сотни миллионов долларов аналогично. Теряют практически все компании, зато в плюсе бюджет.

    Откуда нефтяники могут взять деньги для восстановления финансового статуса своего бизнеса, для того чтобы сохранять привлекательность и для государства, и для других акционеров? Прежде всего из двух статей: из геологоразведки и из переработки и сбыта. Если, например, у «Роснефти» 2,5 миллиарда долларов разделить пополам — это получается где-то 1,2–1,3 миллиарда с каждого сегмента. Это очень много и для «Роснефти», и для других нефтяных компаний. Поэтому нет ничего удивительного, господа, в том, что они выходят на правительство и на людей, принимающих решения, с просьбой предоставить им финансирование из средств Фонда национального благосостояния.

    Когда вы будете слышать об очередных просьбах, знайте, что они возникли не на пустом месте, а в связи с тем, что у нефтяных компаний в результате налогового манёвра просто банально стало меньше денег, которые они могли бы вкладывать в новые проекты. При этом льготы, которые им предоставлены, скажем, на шельфе или в Восточной Сибири, проблему в общем и целом не решают, потому что геологоразведка и начало разработки дадут прибыль практически в отдалённой перспективе. А вот то, как сегодня развиваться и за счёт чего — это большой-большой вопрос.

    И по поводу цен на бензин. Господин Трунин пишет: «При разработке параметров реформы власти согласились с тем, что в соответствии с существовавшим на тот момент макроэкономическим прогнозом, — я прошу это учесть, — рост цен на топливо на внутреннем рынке может составить до 3 рублей за литр в год». То есть как раз из-за того, что на внешний рынок необходимо поставлять больше нефти и нефтепродуктов. Но господин Трунин выражает уверенность, что благодаря девальвации и снижению таможенной пошлины… «Чем она ниже, тем ближе внутренняя цена к экспортной». То есть никаких тревог и волнений по поводу роста цен на бензин у потребителя быть не должно.

    Я же полагаю, что последствием налогового манёвра должен быть резкий рост цен на внутреннем рынке для сохранения рентабельности нефтепереработки. Первоначально заявленная Минфином цель — сохранение на прежнем уровне налоговой нагрузки в нефтянке — достигнута не будет либо будет достигнута вприглядку, вприкидку. Но в любом случае без ручного управления нефтяной отраслью, особенно в условиях снижения цен на нефть, мы вопрос хотя бы заморозки цен на бензин и дизтопливо не решим.

    В итоге проходит месяц, господин Сечин попадает к президенту и говорит о том, что налоговый манёвр в новых условиях губит нефтяную отрасль, приводит даже конкретные цифры (я не знаю, вполне вероятно, они отличаются от моих, ему лучше знать) и настаивает на том, что нужно провести дополнительный анализ тех мер, которые были приняты и одобрены в тот период, когда цены на нефть были в районе 100 долларов и выше, это 2011 год. И по макропрогнозу от начала 2014 года они должны были в этом году оставаться теми же самыми.

    В противном случае господин Сечин говорит о том, что ему придётся залезать — если позволят, конечно — в карман резервных фондов, иначе сложно будет поддерживать перспективные разработки «Роснефти». В данном случае «Роснефть» — это понятие собирательное. Его можно заменить на «Лукойл», можно заменить на «Газпром нефть», да на любую крупную нефтяную компанию на прежнем уровне.

    Это ещё одна недоработка правительства, это ещё одна головная боль правительства, потому что так или иначе нефтянку поддерживать придётся, потому что хочешь, не хочешь, но до половины средств федерального бюджета приносит как раз нефтяная и отчасти газовая отрасли страны. Нам же остаётся надеяться только на то, что рост цен на бензин и дизтопливо в этом году не превысит уровень инфляции.

    Если кто-то скажет, что цена на нефть у нас упала в два раза и было бы неплохо, чтобы и бензин, как в других странах, снизился в два раза, то я вам скажу, что в структуре себестоимости бензина ресурс, то есть сама нефть, занимает порядка плюс-минус 10%. Всё остальное — это переработка, это прибыль нефтяников, это прибыль переработчиков и реализаторов. И порядка 70%, 66%, чтобы быть более точным — это налоги, акцизы и прочие сборы. Непосредственно источник, то есть сама сырая нефть, занимает порядка 10%.

    Система ценообразования в других странах отличается от России кардинально. В одних случаях это потворствование энергосберегающим технологиям, то есть приобретение автомобилей либо с меньшим потреблением топлива, либо гибридов. Кстати говоря, в Норвегии с этого года должны запретить регистрацию новых автомобилей, работающих исключительно на бензине либо дизтопливе. Только гибрид или полностью альтернатива. В других странах с небогатым уровнем жизни, с небогатым уровнем благосостояния людей ценообразование на моторные топлива происходит по другой схеме. Там цена колеблется буквально от 10 центов до нескольких десятков центов. Делается это для того, чтобы поддержать и без того невысокий уровень жизни граждан.

    У нас же ситуация следующая. У нас, с одной стороны, государство стрижёт с нефтяников, стрижёт с экспорта. С другой стороны, оно стрижёт с нефтепереработчиков. И любимый аттракцион нашего государства — это подстричь нас с вами, то есть потребителей. Насколько это хорошо или плохо — это разговор отдельный. Кстати говоря, возможно, кто-то из вас выскажется на эту тему подробнее.

    Добрый день. Слушаю вас. Телефонная машина у нас перезагружается. Давайте посмотрим сообщения с сайта.

    Владимир: «Что будет, если совсем отказаться от поставок на внешний рынок тёмных и светлых фракций?» Вы молодец, Владимир! Я вас благодарю. Буквально вчера прошло сообщение, что доброхоты из Goldman Sachs говорят нам: «А поставляйте на внешний рынок только сырую нефть и не облагайте её пошлиной. Вообще не облагайте. А всё остальное вы будете добирать за счёт внутреннего рынка и за счёт налогов, которые платят нефтяные компании. Цена-то снизилась? Сделайте со стороны правительства шаг навстречу нефтяникам — только сырую нефть, больше ничего».

    Здесь я вам должен сказать, будь то увеличение или снижение поставок нефтепродуктов, будь то беспошлинное увеличение поставок сырой нефти на внешний рынок — это суть и продолжение всё той же торговой теории, которую разработал в начале XIX века Давид Рикардо и на которой основана политика МВФ, Всемирного банка и того самого «Вашингтонского консенсуса». Теория сравнительного преимущества: «Производите то, к чему у вас исторически лежит душа, — то есть в данном случае сырье, — а всё остальное мы вам привезём».

    И мы даже купились в середине нулевых на эту обманку, но не учли, вы знаете, двух обстоятельств. Во-первых, чрезвычайную волатильность подобных рынков. Мы-то думали, что теперь высокие цены будут навсегда. У нас господин Миллер, помните, в 2008 году прогнозировал 250 долларов за баррель и 1000 долларов за 1000 кубов природного газа. Либо же мы не учитываем то, что этот рынок не безразмерный, то есть мы можем столкнуться с ситуацией перенасыщения рынка, в данном случае нефтью и нефтепродуктами. Вторая часть — это то, что происходит сегодня. А первую часть вы видите и слышите каждый день в виде котировок.

    67-й спрашивает: «Понимает ли Путин, что с Правительством Медведева ничего не сделает?» А причём здесь, собственно, Медведев? Причём здесь Правительство? Правительство — это исполнители. Я всегда говорил и повторяю: до тех пор, пока у Правительства не будет чёткой идеологии и стройной концепции, ни о каком выходе из кризиса можно не говорить.

    В данном случае, когда мы говорим об антикризисном плане, мы говорим, если хотите, о незадачливом отдыхающем, который хочет удержаться на одном месте во время отлива. То есть был прилив, он поднимался и уходил вглубь берега. А сейчас отлив, и он хочет остаться на том же самом месте.

    Другой эпитет, другое сравнение этого антикризисного плана. Если вы едете на эскалаторе вниз, то антикризисный план — это возможность остаться на одной точке, не сползая вместе с эскалатором. Мы в любом случае спускаемся и снижаемся, но мы хотим оставаться на той же самой ступени. Получится у нас это или нет, или мы кубарем полетим? Я склонюсь к тому, что мы полетим, но не кубарем. Но в любом случае на той же самой ступеньке мы не останемся.

    «Ряд банков — Судостроительный и „Таврический“ — прекратили выплаты. ЦБ молчит. Что это? Входим в 90-е?» — пишет Владимир. По «Таврическому» начинается санация, её проводит «Ленэнерго». По Судостроительному решение, насколько я знаю, не принято.

    12:30 в Москве. Прерываемся на новости, рекламу и переходим к новой теме.

     

    НОВОСТИ

     

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И ещё раз здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского». В студии я, Никита Кричевский. Мы продолжаем нашу программу.

    По традиции, хвост предыдущей темы, который ведёт нас к заключительному этапу нашего сегодняшнего общения. Я хотел у вас спросить, господа мои хорошие: как вы относитесь к предпринимателям? Только честно. Очень сложный вопрос. Я подведу вас к тому, чтобы вы ответили весьма и весьма откровенно, но пока несколько сообщений.

    «Раньше купцы, — пишет Владимир, — вывозили наши товары и привозили с Запада то, что нам действительно было нужно. Почему сейчас мы меняем наши ресурсы на жестянки и гаджеты?» По большому счёту, купцы вывозили то же зерно, те же металлы, те же пеньку и лён, в существенно меньших количествах нефть каспийских нефтепромыслов, но так или иначе вывозили-то ресурсы, по большей части. Я не думаю, что что-то сильно изменилось, дорогой Владимир.

    «Понимает ли Путин… Ряд банков…» Это мы уже всё проходили, это 1967-й и 1999-й.

    Ещё интересное сообщение было на сайте, сейчас я найду. Владимир, я вас просил: не отправляйте по пять раз одно и то же сообщение. Вот! Здесь разговор идёт о том, что продавать нефть только друзьям и не продавать её собственным врагам; совсем отказаться от поставок на внешний рынок, а если и поставлять, то только в обмен на технологии.

    Господа хорошие, я вам должен сказать, что не ровён час, конечно, но нас могут вынудить к тому, что мы принудительно не сможем поставлять нефть и нефтепродукты в страны Евросоюза. Вы не задумывались об этом? Вы скажете: «Да куда они денутся?» В мире перепроизводство нефти. Америка стоит на грани того, чтобы полностью отказаться от внешних поставок нефти. Она уже вышла на третье место по производству нефти. Первая — Саудовская Аравия, вторая — Россия, третья — Штаты, и четвёртая страна — Китай, кстати говоря. Кроме того, несколько миллионов баррелей хранятся в танкерах по всему миру.

    И наконец, последнее. Ближний Восток — вот где, кстати, неформальные договорённости Штатов и Саудитов — может совершенно спокойно перекрыть все потребности Евросоюза в нефти и нефтепродуктах в том случае, если Евросоюз откажется от поставок нефти из России. Вы никогда об этом не думали? Вы не думали о том, что вы можете стать (я обращаюсь к тому, кто прислал это сообщение) в нехорошем смысле пророком? Такая история. И этот риск исключать нельзя категорически.

    Один звоночек — и к предпринимателям. Добрый день!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день, Никита. По поводу нефтегазовой промышленности нашей. Вы помните, такая компания наша советская была в 1979 году «АрктикморНефтегаз» по разработке континентального шельфа. Штокмановское — 3 миллиона кубов газа; и Приразломное, кстати, пресловутое сейчас — более 100 миллионов тонн нефти. Отдали задаром. Там же были свои суда, свои буровые. Какая-то компания ОАО «Промышленные технологии». Господа, неужели это невыгодно? 85% ренты получают эти миллиардеры!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите! Стоп! Я понимаю, что это пар. Сделайте, пожалуйста, потише приёмник, я вас очень прошу. Мы сейчас не говорим о том, что было в советские времена. И даже не говорим о том, что Штокман был открыт аж в 1988 году.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В 1979-м.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Мы сейчас говорим о том, что происходит в году 2015-м. Если есть, что сказать — говорите. Если нет…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А сейчас, Никита, идёт просто грабёж государства. 85% природной ренты идёт этим миллиардерам, этим концернам. И кому они принадлежат?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Откуда у вас цифра в 85%, скажите? Стоп! Цифра в 85% откуда у вас?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это природная рента. Принадлежит именно предпринимателям, которые купили за бесценок наши народные богатства. Вот назовите любую компанию. Любую.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Стоп! 69,5% «Роснефти» принадлежит государству.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: 69% у нас?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да, у вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не может этого быть!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Давайте к предпринимателям. Спасибо вам большое. Но либо лучше готовьтесь, либо расширяйте свой кругозор, исследуя особенности строения наших нефтяных компаний. У «Роснефти» действительно 69,5% принадлежит опосредованно государству через 100-процентное государственное общество «Роснефтегаз». Это настолько элементарно, что мне даже неудобно вам, как человеку, который спорит о том, в каком году было открыто Штокмановское месторождение (на мой взгляд, оно было открыто в 1988 году), это объяснять, как человеку, который может привести в пример то, что было в структуре нефтегазодобычи в советский период.

    Собственно, я почему о предпринимателях хотел поговорить, дорогие мои? Потому что, как мне представляется, правительственные антикризисные меры при всей их разносторонности (видите, снова антикризисный план всплыл) не содержат главного. Мне кажется, главное сегодня для нас, для нашего общества — это шаги по улучшению отношения общества к предпринимательскому сословию. Коммерсант для очень многих из нас… Я почему спросил у вас: а как вы относитесь к коммерсантам, только по-честному? Так вот, коммерсант для многих из нас — в лучше случае эксплуататор наёмных работников, а в худшем случае вор и хапуга, а то и мошенник, который либо обманывает простодушных потребителей, либо подсовывает им некачественную продукцию.

    В то же время, говоря словами Шумпетера, формирование цивилизации, уважающей бизнес — это как раз тот путь, на мой взгляд, который и способен, может быть, не сразу, но вывести Россию из той ситуации, в которой она находится. Ровно по этому пути в 1979 году пошёл Китай и выиграл. Мне кажется, что нам надо формировать не инвестиционный климат… Об этом вообще надо сегодня забыть, потому что вряд ли кто-то из европейских и американских инвесторов сегодня подойдёт к России. Россия — это радиоактивный бренд для стран «золотого миллиарда», от неё шарахаются, как чёрт от ладана, предпочитают с ней дел не иметь вообще, потому что тут же неминуемо приедет карательный меч со стороны того или иного государства. А если уж и развивать, то не инвестиционный, а инновационный климат.

    И вот здесь у нас огромные традиции. Ведь мы все привыкли гордиться отцом и сыном Черепановыми — теми, кто создали первый паровоз. В тепловозостроении — Юрий Ломоносов. В электротехнике — человек, который впервые осветил улицы Парижа и Лондона, Павел Яблочков. Первый человек, который показал практическое применение радио — Александр Попов. И так далее, и так далее вплоть до великого оружейного конструктора Михаила Калашникова.

    Но смотрите, что происходило с менталитетом. Я не так давно прочитал, что Лорен Грэхэм, известный историк экономики, писал, что Александр Попов, человек, который продемонстрировал практическое применение радио, наладил сообщение между двумя отдалёнными точками, «считал себя учёным, — здесь я цитирую, — а вовсе не изобретателем, создающим коммерческий проект. Он не озаботился тем, чтобы вовремя получить патент на своё изобретение. Он полагал, что закрепил первенство тем, что представил его научным кругам, не отдавая отчёта в том, что среди учёного сообщества были люди, которые вскоре присвоили его идеи. Попов был типичным русским интеллигентом, гордившимся отсутствием коммерческих интересов», — конец цитаты.

    Как вы относитесь к предпринимателям? Считаете ли вы, что сближение, легализация, легитимизация предпринимательского сообщества — это дорога с двусторонним движением? С одной стороны, общество должно идти навстречу; а с другой стороны, предпринимательский корпус должен отказаться от тех «шалостей», которыми он грешил последние десятилетия. И есть ли в этом действительно путь для того, чтобы в нашей стране экономика изменилась?

    Добрый день!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Я хочу сказать по поводу предпринимательства. Пока мы не наведём порядок в этом предпринимательстве, лазейки, которые там есть, не уберём оттуда, ничего у нас не получится. А именно нужно контролировать, когда выделяем деньги предпринимателю, который начинает заниматься каким-то производством. Это должно быть чётко и ясно зафиксировано, вплоть до отпечатков пальцев. И если он своровал, в следующий раз он не должен никогда появляться на этом поле.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А как вы можете человеку запретить применять его смекалку, его умения?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да просто! Нет, он не может больше получить ссуду. Его убрать с поля этого вообще!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это поражение в правах.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, он может на этом поле появиться рабочим, пожалуйста, но не хозяином.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это ваше мнение, ваша позиция. Спасибо вам за неё. Сразу для тех, кто будет звонить и говорить о значении институтов в современной российской экономике. Я должен вас расстроить, господа хорошие. Я вам тут же приведу в пример, например, Китай, который имел гарантированные права собственности на землю и товары на протяжении прочти тысячелетия — с 1368-го по 1911 год — при династиях Мин и Цин. Причём права собственности и контрактов соблюдались как низами, так и верхами. Но смотрите, что получилось: права собственности были, институт работал, а никакой промышленной революции тем не менее в Китае не произошло.

    С другой стороны, после того, как Китай рванул вперёд в 80-годах прошлого столетия, и по сию пору Китай остаётся по-прежнему во второй сотне, например, по уровню коррупции или в конце первой сотни по лёгкости ведения бизнеса (рейтинг Doing Business можете посмотреть). Почему так? Первая экономика мира, права собственности были — революции в промышленности и в инновациях не случилось. Сегодня лидер, а с правами собственности и с коррупцией, не говоря уже о прочих институтах, дело очень и очень неважное.

    Наконец, по поводу институтов. Один из лучших экономистов последнего времени Дипак Лал как-то написал: «Не может быть какой-либо механической теории, связывающей институты (как бы они ни определялись) с экономическим ростом, как это пытается сделать современная научная литература», — конец цитаты.

    С другой стороны, есть такое движение, такое течение в современной экономической мысли, которое говорит о том, что, конечно, экономика — это не механистическая наука, и если бы всё было так просто, если бы можно было на основе какой-нибудь хитроумной модельки выстроить экономическое развитие, то мы бы все уже процветали давным-давно. Но не получается. Экономика — это психология. Экономика — это социум. Экономика — это информация, которой в настоящее время не может быть даже в природе (это к вопросу о прогнозах). Экономика — это менталитет. Почему я вас и спрашиваю о вашем отношении к предпринимательству.

    Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Мне кажется, что отношение к предпринимателям — это что-то сродни отношению к людям той или иной национальности. Например, отношение к кавказцам или к евреям, или к русским, или ещё к кому-нибудь. Для неумного человека это вопрос его личных убеждений. А более умный человек понимает, что всё сложнее: есть предприниматель хороший и есть похуже, есть ворюги, рейдеры какие-то, а есть…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите! Причём здесь рейдеры? Причём здесь национальность? Лично вы как относитесь к тем самым коммерсантам?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Лично я отношусь, безусловно, хорошо. Я сам предприниматель.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И тем не менее считаете, что это зависит от национальности?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, ни в коем случае. Я считаю, что это вопрос веры человека, что ли. Кому-то встретился нехороший человек на дороге, или он в газете прочитал — и он теперь относится к предпринимателям плохо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А вы считаете, предпринимательский климат в обществе сегодня хороший?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что климат плохой.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А что нужно делать для того, чтобы изменить?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мне кажется, что в зависимости от того, как люди на улице, например, ко мне будут относиться, климат не меняется. Он поменяется в зависимости от того, как ко мне относятся органы власти, налоговые какие-то структуры, ещё что-то. То есть когда государство захочет меня подстричь, я умру…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Спасибо вам большое за звонок, но это тот самый шантаж, с которого я два часа назад начал сегодняшнюю программу. Это шантаж, понимаете. «Если меня государство решит подстричь! Я такой бедный-несчастный! У меня Infiniti в гараже, на больше не хватает. Я плачу все налоги. Я не занимаюсь обналичкой. Я не блефую и я не смешиваю, как в Америке, плохие ценные бумаги с высококачественными. У меня всё хорошо».

    Обман сплошь и рядом, господа. Ложь на каждом шагу! И не надо мне рассказывать сказки, что вы белые и пушистые, вас стригут, и вы бедные и несчастные. Никакие вы не бедные и не нечастные. Вас сегодня больше всего тревожит то, что вследствие, как вам представляется, неправомерных действий государства российского на территории сопредельного государства в два раза снизилась плата за американскую и европейскую валюту. И вам это резко сужает возможности для того, чтобы существовать в тех рамках потребления, к которым вы привыкли за предыдущие десятилетия. Но вы и дальше готовы работать, вы согласны, что обналичка стоит денег, и стоит денег всё больше и больше. Но вам всё равно это выгодно, вы считаете, что это нормально. Вы полагаете, что выросло уже целое поколение, которое считает, что « не обманешь — не проживёшь». Я говорю культурно и интеллигентно.

    Я, как человек, который сам был предпринимателем (это было уже более 15 лет назад), проходил через всё это. И я знаю, как это делается, и у меня масса знакомых этим занимается. А вы говорите: «А меня подстригут». Да вас не подстрижёшь, потому что значительная часть вашего рабочего времени, вашей энергии уходит на то, чтобы договориться с крышей, для того чтобы придумать новый способ обойти требования, для того чтобы уменьшить себестоимость, оставив прежнюю цену, для того чтобы договориться с кем-то, для того чтобы получить через неформальные договорённости тот или иной подряд. Это я говорю в общем и целом. Давайте спорить. Может быть, я ошибаюсь.

    Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Владимир. Здравствуйте. Вы знаете, если бы к предпринимателям у нас относились плохо или налоги были бы плохие, откуда взялись миллиардеры, а страна покрылась бурьяном?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы относитесь к предпринимателям плохо, потому что вы с самого начала, в первом же предложении сказали: «Откуда же взялись миллиардеры, Никита Александрович?» Оттуда. С воровства.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, совершенно верно. Но дело в том, что когда ЦРУ помогало, раздавало в собственность, выискивало подонков…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да ну хватит! Спасибо, Владимир, но не надо нам говорить о том, что ЦРУ растило миллиардеров каких-то. Вот мимо вас едет коммерсант на крутой тачке, типа Porsche или ещё чего-то — его ЦРУ, что ли, подготовило? Ну что вы говорите? Скажите о том, что ЦРУ подготовило, например, Вексельберга. Ему скажите. Или Абрамовичу. Ему об этом скажите. Дерипаске. Они будут долго смеяться. Конечно, с вами согласятся, потому что с вами проще согласиться.

    Они белые и пушистые, они несчастные и угнетаемые, они находятся под пятой, им тяжело — давайте им помогать. А они будут по-прежнему уходить от налогов, по-прежнему говорить о том, что непосильные социальные взносы и они не готовы их платить, они будут требовать себе всё новых и новых послаблений. А мы будем, как люди доверчивые, внимать их тезисам, с ними соглашаться и даже их жалеть. А после этого, когда будут выключены софиты и потушены камеры, уже дома они будут говорить: «Ну, как я этих лошков-то сделал? Какой я молодец! Да, Маша? Ну, чего? Что ты хотела? Cartier или всё-таки Tiffany? Давай с тобой это обсудим». Вот что будет. А вы будете засыпать с мыслью: «Да, нашему предпринимателю живётся тяжело, надо бы ему помочь».

    Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Меня зовут Максим. Вы знаете, я сам был несколько раз предпринимателем и бросал это дело, причём бросал, когда попал, как в 2008 году, в кризис. Я хочу привести пример.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да не нужен пример! Вы скажите, как вы относитесь к этому сословию — не согласны или согласны?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я отношусь к этому сословию хорошо. Но дело в том, что я и сам из этого сословия. Но мы неконкурентоспособны чиновникам. Пока я зарабатываю и думаю, этот гад просто приходит из прокуратуры…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А я вам объясню. Вас, предпринимателей, что бандиты, что чиновники доят. И они знают, что с вами нужно поступать только так — доить! Почему? Потому что вы всё равно…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Поэтому я и позакрывал все эти предприятия.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы всё равно обманете, вы всё равно сделаете так, что вы с голоду не помрёте. И вы не закроетесь. Как там говорят? «А вот кафе и рестораны закроются». Да сейчас! Мы просто платим больше.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда ты предприниматель, а когда ты уже и не предприниматель, а красноармеец, борешься с буржуями. Это всё зыбко. Понимаете, они нас просто достали, потому что куча халявщиков, куча халдеев. Докапываются…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не об этом разговор. Всё-всё-всё! Не об этом. Разговор не о чиновниках. Разговор об отношениях общества и предпринимательского сословия. А то, что коррупция, то, что административный гнёт — да мы всё это знаем. Я говорю не о хорошем отношении к предпринимателям, а о честном.

    Слушаем вас. Добрый день. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день ещё раз. Я из Москвы. Никита Александрович, разрешите посоветовать радиослушателю посмотреть американский фильм свежий, годовой давности, «Нападение на Уолл-стрит». Скажу концовку. За ограбление бензоколонки дают там пять лет. За ограбление государства американского — 23 триллиона долларов. Спасибо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: 23 триллиона долларов дают… Ну, посмотрим, конечно. Вот ещё один совет.

    Слушаем вас. Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Леонид, Москва. Ситуация, в общем-то, достаточно простая. Общество по какой-то причине не понимает, что целью предпринимателя является жажда наживы, и это нормально.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Алчность. Это нормально.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И так же написано, между прочим, в Гражданском кодексе: «Предпринимательская деятельность — это деятельностью с целью получения прибыли на свой страх и риск».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно, не надо цитировать.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Иных целей у предпринимателя нет. И это нормально, это хорошо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это нормально при условии соблюдения правил игры, которые приняты в обществе — прежде всего, уплата налогов.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если правила невыполнимы, то правил нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Трави! Трави, нас, москвичей, commerce! Спасибо вам большое. Трави нас! Трави! У меня сосед по дому десять лет назад умер оттого, что они с другом выпили контрафакт. Будете мне рассказывать, что правила невыполнимы. Травить людей не надо.

    Давайте заканчивать сегодняшнюю историю, заканчивать её очень простым выводом: пока при очень даже вероятном допущении, что цена на нефть по-прежнему будет низкой, санкции с России, скорее всего, не снимут, волшебного всплеска инвестиционной активности не произойдёт, кризис будет только усугубляться. Во второй половине года, когда зримые доходы людей снизятся, безработица увеличится, а рубль ещё более обесценится, власти придётся разрабатывать новые антикризисные меры, на этот раз уже не столь безобидные, как нынешние. Вот тогда-то мы все, возможно, и вспомним о том, что изменение делового климата в обществе крайне необходимо. А пока у нас всех надежда на скоротечность свалившихся на нас неурядиц да на историческое везение нашего первого лица. Небогатый выбор…

    Никита Кричевский и «Антикризис» на радио «Говорит Москва». Не проспите нас через неделю!

    Версия для печати

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus