• 11:05 Март 28, 2015

    В гостях

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского» на радио «Говорит Москва». Добрый вам день! Сразу телефоны, SMS-сообщения и иные способы коммуникации со студией. Телефон: 73-73-948. SMS: +7 (925) 8888-948. Сайт, Twitter вы наверняка знаете. Сайт: govoritmoskva.ru. Twitter: govoritmsk в одно слово.

    Хотелось бы начать с нашего постоянного разговора, рефреном звучащего все последние программы — с предпринимательства, с нашего бедного, забитого, убогого предпринимательства, которому мы все должны помогать. На неделе в социальной сети я прочитал очень интересное короткое сообщение моего давнего знакомого Сергея Минаева (того самого, который «Дyxless», того самого, который «Право знать») собственно о предпринимателях российских в кризис. Итак, слушайте:

    «Кризис в стране. Продажи падают. Идёт борьба за каждого клиента. Компании идут на все, чтобы удержать рынок. Примеры:

    — Особенно сильно кризис ударил по продавцам люксовых авто. По просьбе приятеля позвонил дистрибьютору люксового авто. Попросил скидку. Сказали, что все сделают, и обещали перезвонить.

    — Бренды одежды понесли серьёзные потери в первом квартале. Звоню в один такой бренд. Прошу пару костюмов для съёмок (не на шару, за деньги, но по дружеской цене). „Конечно, сделаем! Нам это даже приятно. Перезвоним завтра“.

    — Импортозамещение — шанс для отечественных производителей. Отправил три письма фермерам про сыр, курицу и т.д. Тут же ответили, что перезвонят и лично привезут образцы.

    Внимание — вопрос: как скоро перезвонили мне указанные компании?

    Внимание — ответ: никак скоро, никогда.

    Нам мешают: курс евро, санкции, налоги на бизнес. И особенно ленивые чудаки».

    Понятно, что «чудаки» были сказаны и написаны с другой буквой вначале, но формат нашего радио не позволяет процитировать в том объёме и в той транскрипции, в которой написал господин Минаев.

    На этой же неделе я сцепился в другой социальной сети, в Twitter, с депутатом Госдумы Андреем Крутовым. Господин Крутов написал: «Госдума голосами „Единой России“ отклонила наш законопроект о полномасштабных двухлетних налоговых каникулах для индивидуальных предпринимателей и малых предприятий». Я написал, что в данном случае «Единая Россия» поступила абсолютно правильно, несмотря на моё, скажем мягко, неоднозначное отношение к этой партии и к этой фракции.

    Почему? Потому что мы должны платить и содержать не только основные государственные институты за малых предприятий и индивидуальных предпринимателей (такие институты, как судебная система, правоохранительная система и т.д. и т.п.), мы ещё и должны перечислять за них взносы в Пенсионный фонд России, взносы по медицинскому страхованию и, конечно, по страхованию социальному. И, честно говоря, непонятно, за что такие коврижки малым предприятиям и индивидуальным предпринимателям.

    Больше того, когда я разговаривал на тему российского предпринимательства с разными людьми. Мне наиболее запомнилась и понравилась фраза одного из моих оппонентов, который сказал, что у нас, по закону Парето, 80% предпринимателей соответствуют той характеристике, которую дал Сергей Минаев, а 20% — это люди, которые более или менее выполняют свои функции и свои задачи: они производят продукцию, они оказывают услуги, они выполняют свои обязательства перед нами, потребителями.

    Я, пожалуй, соглашусь с этим, но, может быть, кто-то из вас будет не согласен, может быть, кто-то из вас приведёт мне контраргументы по поводу того, что российское предпринимательство такое, потому что. Ещё раз: 73-73-948.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Виталий, Москва. В Подмосковье мы недавно открыли с женой, она этим плотно занимается, я, так сказать, инвестирую в неё — студия красоты у нас. Вот мы малые предприниматели, вот мы ИП. Я могу вас полностью поддержать по поводу налогов и так далее. Тот предприниматель, который работает качественно — неважно, продаёт что-то или оказывает услуги — он выживает сейчас и даже преуспевает, я бы сказал, на нашем примере, потому что мы отличаемся от конкурентов. Большинство конкурентов в нашем городе (это Подмосковье, 20 километров от Москвы) работает, как бы так сказать, совковыми методами, с совковыми взглядами они подходят. Вот я сейчас еду из автосервиса, из которого я уехал, потому что со мной общаются ну просто ужасно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Как с быдлом. Ну, вы им должны, и мы им должны.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И что, я должен поддержать этих предпринимателей, которые не умеют работать? Пусть они поддержат сами себя — прежде всего качеством услуг и обслуживания. И тогда не нужно будет жаловаться на то, что отток клиентов. Клиенты не исчезают. Они уходят к тем, кто оказывает лучше услугу.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я с вами абсолютно согласен на 200, на 300 процентов. Свой пример я приведу чуть позднее. Давайте послушаем ещё звонки.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Меня Сергей зовут, Москва.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Сергей.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Собственно говоря, являюсь представителем российского производителя, делаем упаковки для госструктур и госкомпаний. В общем, сейчас всё российское предпринимательство делится на две части. Это бизнес, который паразитировал на производствах, который тупо перепродавал, забивая большую маржу в самую низкую стоимость товара, который покупали у нас, производителей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, посредники.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну и те, кто производит товары. Выигрывать будут, естественно, те, кто может инвестировать деньги в производство. И тут хотелось бы просить одного: чтобы наше Правительство снимало налоговую нагрузку при инвестициях в развитие производства. А ещё лучше, чтобы наше Правительство наконец-то поняло, что производство — это самое важное, что есть в стране, и для тех, кто реально производит товары, сделало НДС 10%, а уже всем остальным перепродавцам вменяло бы 18%. Вот это была бы прямо помощь-препомощь — лучшая, чем любые разговоры про борьбу с кризисом и всем остальным.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Интересная позиция. Единственный вопрос: а как определить, как отделить вас — тех, кто производит — от тех, кто перепродаёт?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я объясню, в чём суть. Смотрите, если мы, грубо говоря… Нужно прописать, конечно, эти требования, что значит российское, а что значит не российское, потому что есть очень много разного рода российской сборки, в частности, которой сейчас занимаемся мы. И я считаю, что мы не должны иметь какие-то налоговые льготы. Но если мы как производители производим полностью российские товары и из этих товаров у себя же на производстве собираем товары (которые конкурируют, кстати, очень хорошо с европейскими, и не только на нашем рынке, но и на рынке Западной Европы), то почему нас надо гнобить проверками, гнобить тем, что у нас постоянно идут налоговые какие-то вещи, ФМС и всё остальное прочее?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А я вам объясню, почему. Вы знаете, у меня такое впечатление складывается, что мою позицию и позицию Минаева, позицию нашего предыдущего звонившегося в Правительстве в целом-то разделяют. Если бы у нас бизнес был действительно такой, о котором мы с вами говорим — то есть бизнес, который был бы ориентирован на нас, на потребителей, на покупателей, на тех, кто даёт деньги, — тогда бы ситуация в корне менялась. Но наверняка в Правительстве точно так же сталкивались и с примерами Минаева, и с моими примерами, и с примерами из автосервиса.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно поясню? Если брать пример Минаева — это пример, к сожалению, продолжения нашего государства. У нас государство не умеет готовить грамотных специалистов. Если бы государство сказало: «Товарищи, вам необходимы грамотные печатники? Вот вам два колледжа, можете их подготовить».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Стоп! Подождите! Вот Минаев звонит к официальному дилеру люксовых авто — ему обещают перезвонить. Минаев звонит в фирму, которая продаёт брендовую одежду — ему обещают перезвонить. Пишет фермерам — обещают перезвонить. Никто не перезванивает! При чём здесь государство?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А позвонил бы мне и сказал: «Серёжа, хочешь, чтобы мы с тобой обсудили вопрос упаковок? Привези мне завтра в Брянск». Я бы сел на машину и привёз.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Пишите в личку Минаеву в Facebook. Спасибо вам огромное за звонок. 73-73-948.

    Доброе утро. Представляйтесь. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Скажите, уважаемый ведущий, я иногда слушаю вашу передачу и до сих пор так и не понял, а какая цель ваших разговоров. Это первый вопрос. Да-да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я вам сразу отвечу: сделать нашу жизнь чуточку лучше, чуточку комфортнее.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, это же общие слова, уважаемый.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Второй вопрос какой?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если вы доктор экономических наук, надо же смотреть вглубь проблемы, а вы какие-то осколки процессов, которые идут в государстве, в экономике, разжёвываете. Ну, это бессмысленно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Стоп. Я смотрю в корень проблемы — в данном случае отношение малых предпринимателей и индивидуальных предпринимателей к нам, потребителям.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Смотрите, вы начали с того, что это несчастное малое предпринимательство…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я не с этого начал. Я начал с того, что малые предприниматели и вообще предприниматели в России положили на нас, потребителей, с прибором. Вот с чего я начал. И одновременно параллельно требуют, чтобы их поддержали, потому что их гнобят. Вот я не понимаю, за что лично я должен их поддерживать? Если вы считаете возможным — ну, сходите, поддержите, отдайте им свои деньги.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, вы сказали, что этих малых и средних предпринимателей надо всем нам поддерживать.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я этого не говорил. Я, наоборот, спросил: почему лично я должен поддерживать? Если вы хотите — поддерживайте. Я не готов.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, это вы переводите разговор не в ту плоскость. Я вам хочу предложить одну идею, чтобы вы заинтересовались.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Коротко, у нас полно звонков.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Потому что то, чем вы занимаетесь в последнее время вместо Володарского — ну, общие разговоры, понимаете. Это разговоры человека, который сидит в кабинете…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: До свидания. Следующий звонок. Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Глеб, Москва. Я хотел сказать, что в ситуации с Минаевым мог быть такой вариант. Допустим, звонит Сергей Минаев в салон, продающий люксовые автомобили и говорит: «Я хочу купить Mercedes со скидкой в 50%». Ну, ему, конечно, говорят: «Мы вам перезвоним как-нибудь». Им неинтересно это. По вопросу с одеждой. Он мог позвонить, допустим…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: По вопросу фермеров, сразу переходите.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: По вопросу фермеров, которые обещали привезти образцы.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, тоже там как бы он мог… Одно дело, если он позвонил, допустим, в магазин, который торгует этим товаром фермерским — это один вариант.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы это к чему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А если он позвонил в оптовую компанию…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я понимаю. Вы к чему клоните?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что не всё однозначно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Конечно. У нас далеко не всё однозначно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Привели такой пример, который конкретизировать надо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Хорошо. Ушёл уже человек? Ушёл. Жалко. Не надо было уводить.

    Вот конкретный пример. Постоянные слушатели знают, что у меня в квартире идёт ремонт, я покупаю мебель. На прошлой неделе я приобрёл кровать. Ну, кровать в «Экспострое», фирма такая есть маленькая «Капулетти», перепродаёт итальянские кровати. Мне она не подошла. Ну, не подошла по размерам, в общем. Бывает, обычное дело. Я попросил вернуть деньги, расторгнуть договор. Подъехал, подписал соответствующие бумаги, написал заявление — всё в порядке.

    Что вы думаете? Звонит юрист и начинает орать: «Мы у вас заберём кровать, а потом мы вам отдадим деньги!» Я говорю: «А давайте как-то это параллельно всё совместим». — «Нет, мы сначала забираем кровать, а потом в течение десяти дней вам возвращаем деньги». Перепродать её хотите? Неизвестно. Я им предлагаю ещё один вариант: «Давайте, ваши люди приедут забирать кровать, а я приеду к вам за деньгами». Тоже не устраивает. Чем кончилось? Ничем. Повесили трубку, убежали.

    Вот конкретный пример предпринимательства, которому мы с вами должны помогать. Каким образом помогать? Как предлагает депутат Крутов — объявить двухлетние каникулы для предприятий и индивидуальных предпринимателей. То есть платить за них взносы в Пенсионный фонд, в Фонд медицинского страхования, платить за них налоги для того, чтобы содержать те службы, которые обеспечивают их безбедную жизнедеятельность. А они за это время будут, мало того, что работать без всяких налогов, они ещё будут и денежку обналичивать — тем самым дополнительно уменьшая и налоги, и взносы. Вот и всё.

    73-73-948. Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Доброе утро.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте. Потише приёмник, пожалуйста. Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На самом деле малое предпринимательство такое же разное, как и большое предпринимательство. Видимо, Минаеву не повезло. К тому же говорят, что это могло быть преподнесено вот именно так: «Дайте 50%». Хотя когда продают дорогие автомобили, я сомневаюсь, что это малые предприниматели. Как могут люксовые автомобили продавать малые предприниматели?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да легко. Вы не привязывайтесь к 50%. Во-первых, малое предприятие — это то предприятие, где работает до 100 человек. Ну, там есть ещё по обороту, по деньгам, но давайте по численности. Это 100 человек. Во-вторых, что касается Mercedes. Публичным людям, так называемым celebrity главная структура «Мерседес-Бенц РУС» даёт 10-процентную скидку. Минаев вполне мог попросить, скажем, не 10, а 11%. Не в этом дело. Дело-то не в том, какую скидку просил, а в том, что ему обещали перезвонить и не перезвонили. Одежда обещала перезвонить — не перезвонили. Фермеры обещали привезти образцы — не вышли на связь, не написали, не перезвонили. У меня ситуация. У человека, который первым звонил, с автосервисом. Вот вы посмотрите. Вы мне приведите хоть один пример, когда вы на протяжении, скажем, месяца не сталкивались с таким скотским отношением к нам, потребителям. Вы можете привести?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, это сплошь и рядом. Это говорит в первую очередь о культуре тех людей, которые работают. Проблема у любого предпринимателя — это персонал. Ведь нет у нас квалифицированных сотрудников. Любую отрасль, какую ни возьми — везде какие-то самоучки. Сегодня он делает колбасу, завтра ему предложили на 500 рублей больше — он пошёл и начал производить кровати.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И вновь я не согласен с вами. Я разговаривал и заключал договор с директором этой фирмы. Не с наёмным менеджером, а с хозяином.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В данном случае вам не повезло, что попался такой директор.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так нам всем не везёт! И от нас одновременно требуют поблажек, от нас требуют, чтобы мы носили этих малых предпринимателей на руках, потому что они якобы нас кормят.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да нет, давайте их попробуем воспитывать тоже. Давайте цивилизованно будем как-то пытаться…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Скажите, как.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Наверняка есть какие-то инстанции, которые занимаются этими вопросами. Пытаться с ними договариваться, не конфликтовать.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Суд.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Наверное, суд. В некоторых случаях суд. Какие могут быть ещё дела? Это совсем никак не увязано с тем, что их нужно поддержать. Действительно, ведь их нужно поддержать. Иначе как это будет развиваться? Это два процесса параллельных. С одной стороны, необходимо поддерживать. С другой стороны, необходимо наказывать и заниматься этим. Да, мы за это все ответственные, в том числе и покупатели, и государство.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я не считаю себя ответственным. Потому что вот я еду по Москве, по своему родному городу, и я не вижу что в центре, что в спальных районах ни одной точки, которая была бы не заполнена или, наоборот, пустовала. Кое-где, конечно, попадаются, но, с другой стороны, в этих точках открываются что магазины, что какие-то другие фирмы, которые ориентированы на потребителя. Вроде как кризис.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Совершенно верно, я с вами согласен. Все точки заполнены.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Повисит объявление три-четыре недели — всё, смотрю, уже ремонт пошёл. Что поддерживать-то?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я могу себе просто представить, насколько малым предпринимателям тяжело в нашем государстве в это время, когда нет профсоюзов, когда нет…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да! Конечно! Всем тяжело. Нам только, 145 миллионам потребителей, легко. А так всем тяжело.

    На неделе был разговор с управляющим директором офисного бизнес-центра. Я
    говорю: «Мы полгода назад общались, ты боялся, что у тебя заполняемость снизится, люди уедут, аренда уменьшится». Он говорит: «Никто не уехал. Ну, вот есть одно помещение. Что называется, японцы уезжают по необходимости, им сокращает затраты, сокращает расходы головная компания. А так всё занято». Это кризис.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Руслан. Смотрите, мы хотим воздействовать или не воздействовать на малых предпринимателей. Правильно, об этом разговариваем?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы знаете, по сути, да.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я вот не согласен в корне с постановкой вопроса. Предприниматели — это плоть от плоти народ. А народ наш вообще не имеет культуры труда. Ну не умеют работать просто.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Скажите, вы умеете работать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: «Без меня народ неполный!» — это Андрей Платонов говорил.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я пример приведу. Смотрите, меня на работе считают подлизой, скажу мягко. Они думают, что я работаю ради того, чтобы выслужиться перед руководством. А я работаю, чтобы работать, ради результатов труда, понимаете.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: То есть ради денег.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это у нас осуждается. Вот это отношение у нас осуждается.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему осуждается? Вы работаете ради денег, ради того, чтобы больше зарабатывать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В том числе.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Конечно. А ради чего ещё работать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И ради денег, и ради качества труда, чтобы мои клиенты получали лучшее.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так вы молодец.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Возможно, я молодец.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему «возможно»?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но я хочу уехать из страны, потому что это осуждается в целом в обществе. Это может на показуху говориться: «Да, вот молодец!» А когда вы столкнётесь с коллегами, с конкурентами в работе… Помните, в сыре купались ребята?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Конечно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот для меня это показатель отношения к труду в России. Это сплошь и рядом.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Спасибо вам большое. Но я вам должен сказать, что никуда уезжать не надо, потому что если бы было побольше таких, как вы, у нас бы и не было сегодняшней первой темы, потому что это было бы скорее исключение, нежели чем правило.

    Но я сталкиваюсь с этим в последнее время практически каждый день. Каждый день кто-то хамит. Каждый день кто-то качает свои права. Каждый день кто-то, не выполняя свои обязательства перед нами, потребителями, предъявляет тысячи, сонмища претензий, которые якобы этого человека или это предприятие оправдывают. Я всё понимаю, это всё очень здорово. Но до тех пор, пока мы не поймём, что мы, потребители — главные для этих предпринимателей… И мы их поддерживаем уже тем, что мы просто к ним приходим и просто у них оставляем свои деньги, наши собственные, заработанные, как наш слушатель только что говорил. Он работает для того, чтобы больше зарабатывать. Мы несём эти деньги человеку, который тебя обхамит, человеку, который тебя, извините, кинет, человеку, который не сделает то, ради чего он собственно там и работает. До тех пор ожидать какого-либо общественного содействия малому и индивидуальному предпринимательству, на мой взгляд, не приходится.

    И не стоит этого ждать. Не стоит ждать того, что общество будет говорить: «Да, бедные и несчастные малые предприниматели». А тема первая была ориентирована как раз на то, чтобы отношение изменилось. Вот как слушатель позвонил и хотел права покачать: «Ради чего вы это всё делаете?» А вот ради того, чтобы мы вышли сейчас, заехали куда-то, зашли в какое-нибудь кафе, посетили какой-нибудь магазин — и чтобы нас обслужили по-человечески, чтобы мы купили то, на что мы рассчитываем, чтобы мы получили ту услугу, за которую мы платим реальные деньги. А не сняли бы с нас 100% предоплаты, а потом бы сказали: «Вы знаете, а ничего не получилось». Вот такая история. Новости.

    НОВОСТИ

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И ещё раз здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского». В студии я — Никита Кричевский. Продолжаем нашу программу. Пока Юлия Доренко зачитывала очередную сводку новостей, телефон разрывался. Все линии были заняты, потому что, видимо, история с нашим «бедным и несчастным» предпринимательством многих задела за живое. Я предполагал перейти во второй части к разговору о законопроекте о введении прогрессивного налогообложения, дабы показать дурость некоторых депутатов и некоторых фракций, но мне представляется, что тема предпринимательства чрезвычайно важна. И в процессе программы вы поймёте, что в ней будет неожиданный поворот. Но для начала несколько звонков.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Приёмничек потише сделайте. Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот такой вопрос. Вы обсуждаете отношение вас, потребителей, к предпринимателям, к нам. А ведь всё начинается с государства.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Снова-здорово! Следующий звонок. При чём здесь взаимосвязь малого предпринимательства с государством? Да, к государству у нас претензии. К государству как к институту, к государству как к Правительству, к государству как к Путину? К государству как к кому конкретно? К судебной системе? К правоохранительной системе? Да, косяков масса, никто с этим не спорит. Но при чём здесь государство, когда разговор идёт о конкретном предприятии, о конкретном отношении тех, кто волею судеб решил стать предпринимателем, а сегодня просто, как я уже сказал, положил на всех нас с прибором: «Вот ты мне заплати, а потом, может быть, когда-нибудь я тебе сделаю то, за что я получил деньги»?

    Ещё один момент. Та кровать не подошла, если продолжать мою линию. Я поехал, нашёл то, что мне нужно, заплатил деньги. Спросил: «Через сколько вы мне её изготовите и поставите?» Там, в общем, нужно было просто обтянуть каркас, основу тканью. Они мне говорят: «15 рабочих дней». Я говорю: «Очень хорошо. Всё в порядке». Я получаю договор на руки и вижу, что там не 15 дней, а 17. Я говорю: «А почему у вас 17? Вы же только что говорили, что 15». — «Ну, вы знаете, день на ОТК». День на ОТК! Вы, которые говорят: «Государство виновато, что у нас малый бизнес такой хреновый»! День на ОТК! 10-15 минут максимум, чтобы кровать проверить! День берут на ОТК! Я говорю: «Дорогой мой, не надо мне ОТК. Ты мне поставь её через 15 рабочих дней, как ты говорил».

    Это ещё одно малое предприятие. Это то малое предприятие, которое в кризис теряет клиентов, которое в кризис не знает, как поддержать прежние обороты, которое в кризис вынуждено увольнять работников. Почему? Потому что не хватает выручки для того, чтобы платить им зарплату.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. К вопросу о предпринимательстве. Мне кажется, во главу надо поставить то, что предприниматели работают не для нас, а для себя — это первое. Люди, которые у них работают — это как инструмент, просто инструмент, как молоток у уличного сапожника. Пожалел на хороший молоток — кривым стучишь, кривыми людьми руководишь.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Как предпринимателя заставить, чтобы он нас не обманывал?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Его жизнь заставляет. Вот сложная экономическая ситуация. Ну, правильно сказал один из звонивших, что к нему-то люди идут. А кричат о том, что нужна помощь, те, от кого уходят клиенты. Клиентов стало меньше.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Согласен. Молодец. Спасибо, отличная мысль. Ведь кричат те, от которых клиенты уходят.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, именно они и голосят: «Так плохо! Так плохо!»

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: «Поддержите нас бедных! Замучили проверки и всё остальное!»

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Всё равно у нас будут клиенты, которые пойдут в парикмахерскую, будут ходить реже, которые пойдут в магазин, будут покупать другой товар. Вот и всё. «Не перестроился? Ну, извини, дорогой товарищ. Не туда смотришь. Спасибо. До свидания».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам большое. «Закрывай предприятие, терпи убытки, иди и нанимайся к более успешному». Всё абсолютно правильно.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь. Говорите.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Роман, Москва.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Роман.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вообще не очень понимаю эту тему — поддержать частного предпринимателя должно государство, ещё кто-то.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не государство. Мы все должны.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тем более все мы должны поддержать. Кто такой, по сути, частный предприниматель? Частный предприниматель — это человек, который заявляет: «Ребята, я сам все свои проблемы решу сам. Я буду отчислять вам какие-то налоги, а все свои проблемы я буду решать». Ну и решай, парень. В чём проблемы? При чём здесь государство, при чём ещё кто-то? Решай.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А ведь правильно нам сказали, что галдят и голосят те, у кого не получается.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ради бога, ну и пусть галдят.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы понимаете, какая ситуация? Смотрите, есть же некие правила игры. Ну, вот они такие. Они меняются, но они есть, понимаете. Мы много говорили о том, что существует два подхода — нормативный и позитивный. Нормативный — как должно быть, то есть на каблучок от земли. А позитивный — отталкиваемся от того, что есть.

    Вот мы исходим из позитивного, из реального подхода. Ну, сегодня правила игры такие. Вот если ты хочешь зарабатывать, если ты хочешь подниматься по уровню материального благополучия и благосостояния — принимай правила и участвуй в том, чтобы их поступательно менять в лучшую сторону. Ну, потому что время идёт! Через десять лет твой повзрослевший сын скажет: «Папа, а почему у меня десять лет назад iPad не было?» — «А потому что я боролся за права предпринимателей, сынок». — «Нет, это всё здорово. А iPad почему не было? Ведь у всех же был, а у меня — нет. А ведь он стоит недорого».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На то он и сын, чтобы не понимать.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, сын-то, может, и не поймёт, а вот мне было бы, например, стыдно перед ребёнком, если бы он мне сказал: «Папа, а почему тогда у меня не было того-того, того-то и того-то?»

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А мне, например, нет, потому что много чего не было, допустим, в Великую Отечественную войну…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не надо!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну а чего?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не надо отсылать к тому, что было 70 лет назад. Этот аргумент не бьётся, но этот аргумент демагогический. Мы говорим о сегодняшнем дне.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ваш аргумент такой же демагогический. Хочешь быть честным предпринимателем? Борись за свои права. А iPad — потом. Получилось? Получилось. Не получилось? Не получилось. Всё, ребята, до свидания. О чём вообще разговаривать?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так в чём моя демагогия?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ваша демагогия в том, что вы говорите: «Мне было бы стыдно своему сыну…» Я оперирую прошлым, вы оперируете будущим — такая же демагогия.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам за звонок. Понимаете, в чём дело? Демагогия — это вещь, на мой взгляд, субъективная и ситуативная. Вот вы считаете это демагогией, я это не считаю демагогией. Я говорю от себя. Я говорю личную точку зрения, субъективную точку зрения. Вы это таким не считаете. Вы считаете возможным для себя лишить, например, ваших детей и ваших родителей каких-то благ. «Ну, просто потому, что, ты знаешь, я такой социально ответственный и граждански активный». Здорово! Но это ни в коей мере не снимает с вас обязательств содержать и давать лучшее детям и родителям.

    Потому что сегодня есть возможности, например, если говорить о детях, дать им хорошее и качественное образование — что в России, что за границей. Есть возможность — надо просто чуть больше работать, чуть больше зарабатывать. Если говорить о родителях, то есть медицина. Да, в общем и целом она, конечно, так себе. Но это правила, которые установили не мы. Да, мы с ними не согласны, но при чём здесь ваши старики? При чём здесь ваши старики? Они, ваши родители, страдают от этого. Это абсолютно правильно, что нет сегодня достойной медицины в России. Больше того, с каждым годом она ухудшается. Да, я с вами абсолютно согласен. Какое это имеет отношение, например, к моей матери? Да никакого. Вот лично для меня — никакого. Ну, потому что это мой долг. Это ваш долг. Это ваш долг — давать вашим близким всё лучшее, конечно, из того, что вы можете сделать, что не является роскошью, что не является верхом праздного потребления.

    Доброе утро. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Юрий, Москва. У меня 33 года стажа, из них 10 лет — малым предпринимателем. Я могу поделиться своим опытом. Во-первых, сразу скажу тезис. Предпринимательства мало, это способ выживать в наше время после того, как развалился Советский Союз. Это не способ на ком-то сильно зарабатывать. И сразу же приведу пример.

    Когда в 2012 году подняли налог в Пенсионный фонд до 35 тысяч — сразу же закрылось то ли 100, то ли 200 тысяч предприятий по всей России. Это говорит о том, что люди просто выживают, а не зарабатывают огромные деньги на мерседесах. Тот товарищ, который мерседесами торгует, никакой не малый предприниматель, не надо путать.

    Далее, по поводу своего опыта. Проблема не в том, что мне нужно помогать. Проблема в том, что меня не нужно грабить, меня не нужно каждый день насиловать всякими проверками, не нужно поднимать арендную плату регулярно. Я работал в нескольких местах, и арендная плата… Арендодатель, когда хочет, тогда и поднимает, никакого договора нет. Он заключает договор на 11 месяцев, чтобы не надо было регистрировать его в Роскомимуществе или в Мосрегистрации, неважно. И вот если он поднимает с Нового года в два раза арендную плату, а ты не готов платить — сваливай, всё. Тебе дают одну неделю максимум на то, чтобы ты уехал со всем своим товаром, с чем угодно. Малый предприниматель в положении раба находится перед арендодателем.

    Вот о чём речь. А не о том, что кто-то там чего-то. А тот, кто плохо работает и обманывает покупателей — такие люди просто сами уйдут. Речь идёт о нормальных людях, но которых душат просто вот такими вещами.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Всё сказали?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Теперь по пунктам. По поводу того, что в два раза подняли взносы в Пенсионный фонд индивидуальным предпринимателям.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Прошу прощения, не в два. До 2010 года было 450 рублей в квартал. Затем стало 11 тысяч, потом — 13 тысяч, потом — 17 тысяч, в 2011-м. В 2012 году сделали 35 тысяч.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Хорошо. Я сказал «в два раза» — 17 и 35 тысяч, разница. Ну да, не в два раза, а в 2,1. Так вот, по поводу того, что закрылась куча индивидуальных предпринимателей по России. Закрылись те, которые по данным Федеральной налоговой службы (это официальные данные) на протяжении последних двух лет не вели никакой официальной легальной деятельности. То есть свидетельство являлось для них, можно так сказать, правовой крышей для того, чтобы работать, для того, чтобы заключать левые договора, для того, чтобы пришла проверка, а они сказали: «А мы здесь не незаконным предпринимательством занимаемся, а мы — индивидуальные предприниматели». Они платили 17 тысяч взносов в Пенсионный фонд. 35 тысяч — они сказали: «Нет, мы этого делать не будем. Мы лучше будем объединяться и действовать сообща под одной правовой крышей — из трёх ИП сделаем один».

    Ещё один момент по поводу взносов. Взносы платятся в Пенсионный фонд, взносы учитываются на вашем индивидуальном лицевом счёте. За счёт этих взносов вы в будущем будете получать пенсию. Вы разницу между налогом и взносом понимаете? Налог — это в яму, это в чёрную дыру бюджета, который может ваши деньги израсходовать туда, а может сюда. А вот взносы вы: а) направляете на выплату пенсий тем, кто сегодня находится в преклонном возрасте; б) за счёт этих взносов формируете свою пенсию в будущем. Вот вся разница между налогами и взносами в вашем случае.

    По поводу проверок. Каждый день никто никого не проверяет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Рассказать вам?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну не надо говорить! Мы тратим время. И третий момент — по поводу аренды. Я не знаю, где вы работали, что у вас за 11 месяцев арендная плата вырастает в два раза.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На любом торговом рынке! На любом, абсолютно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да не надо рассказывать! Я же имею отношение к рынкам, к бизнес-центрам, ко всему. И я знаю, что где-то они имеют право и возможность повышать арендную плату на 10% в год, где-то это несколько больше. Но в любом случае, если вы…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я не сказал, что в два раза. Вот про арендную плату я не говорил, что в два раза.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы только что говорили о том, что у вас арендную плату повышают в два раза.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я говорил про Пенсионный фонд.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не надо в два голоса говорить! На 10%. Если вы поднимаете в два раза, люди оттуда уходят, потому что им приходится перекладывать затраты по аренде в конечную цену, вы это понимаете. И я не понимаю, с какой целью вы сейчас звоните. Я говорю о том, как сделать так, чтобы к нам относились по-человечески. А вы начинаете рассказывать о каком-то беспределе, который вы придумали.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Пример привести?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не надо приводить пример. Следующий звонок. Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Меня Андрей зову. Вы знаете, очень верно всё обозначается по поводу проблем некачественного предпринимательства. Так всё и есть, и я много раз с этим сталкивалась. Но всё-таки я хотел бы сказать, что нельзя выплёскивать с водой младенца. Всё-таки учитывая то, что мы живём в рыночной экономике, никакая другая сила, кроме предпринимательства, нас не выведет на новые какие-то рубежи. Конечно, госкорпорации — это точечные и единичные случаи, там они должны работать, какие-то инфраструктурные государственные проекты и так далее. Но в массе своей именно предпринимательство может глобально способствовать развитию страны, мне так представляется.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Значит, теперь по пунктам. Половину бюджета России формируют 605 компаний. Вы думаете, только у нас в стране так? Я вам могу привести в пример Южную Корею: 70% экономики — это 30 чеболей. Мексика: 55% экономики — это 10 бизнес-семей. Америка — точно такая же ситуация. Да, конечно, малый бизнес — это способ удовлетворить наши первейшие социальные потребности и, кроме того, это способ дать людям работу, дать людям заработок. Я с вами согласен. Но то, что малый бизнес вытаскивает какую-либо экономику — это, конечно, ерунда. Я не знаю, кто это придумал, но эту ложную догму транслируют из одной программы в другую: «Вот за счёт предпринимательства…» Ничего подобного!

    Я в той программе говорил, что у нас верхняя граница малого предпринимательства по численности — это 100 человек. И у нас 22% нашей экономики — это индивидуальные предприниматели, малый бизнес, средний бизнес. В Америке эта планка — 500 человек. И точно так же в Европе в разных вариациях. Поэтому у них 50% экономики. Если вы завтра измените 209-й федеральный закон о малом и среднем предпринимательстве и скажете, что это не 100 человек, а 500 — у вас тут же половина экономики станет малым и средним бизнесом. Тут же, моментально!

    Но не они формируют наш бюджет, не они формируют нашу доходную часть, за счёт чего нам иногда что-то перепадает. Не они. Это делают крупные компании. Почему, кстати говоря, несколько лет назад, когда Boeing заключал контракт с «Аэрофлотом», в «Сколково» приезжал вице-президент Джо Байден? Исключительно из-за этого. Потому что Boeing — крупнейший налогоплательщик США. Вы здесь?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Убедительно, да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вот такая история. Давайте ещё один звоночек — и тот самый переход, о котором я говорил.

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Юра зовут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Юра, потише приёмник, если можно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мне жалко фермеров. Представляете, семья берёт теля, коров, сами в навозе, пахнет от них. Берут работников, тоже таких же…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Юра, вы городской житель, скажите?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я сельский человек.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Сельский человек. Но живёте-то в Москве?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Подмосковье, да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Фермеров давно видели?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Фермеров я всех знаю. У меня рядом одни фермеры.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Юра, спасибо вам большое. По поводу одних фермеров, которые вокруг вас. Я сейчас на память не помню, но, по-моему, всего по животноводству, по крупному рогатому скоту на фермеров приходится 1,5% всего поголовья. 1,5%, Юра. Они занимаются в основном растениеводством — более чем наполовину — скажем, хлеб выращивают, картошку садят.

    А что касается крупного рогатого скота. Ну, по памяти не помню, это надо посмотреть статистику. Любой из вас это может сделать на сайте того же Росстата. 1,5%. И вот они в навозе, они там ещё где-то. Слушайте, это какие-то истории, какие-то сказки из позапрошлого века, что там кто-то в навозе, и вот они бедные, они несчастные. И я не могу сказать, что им не помогают.

    Послушайте, у нас осталось не так много времени. Вчера была встреча Владимира Путина с представителями интернет-стартапов. Я, собственно, об этом хотел поговорить, у нас времени совсем мало остаётся. Смысл в чём? Мне хотелось перенаправить вас на креативность, потому что всю дорогу мы говорим о том, что кто-то что-то выращивает, кто-то что-то собирает из импортных запчастей, кто-то что-то продаёт и перепродаёт. А вот о креативности — о том, на чём собственно держится предпринимательство — у нас почему-то за целый час никто даже не вспомнил.

    Я предлагал одному из своих знакомых буквально неделю назад очень интересный стартап, идею: сделать некий социальный общественный интернет-ресурс по общению пожилых людей, если брать, скажем, женщин — тех, кому меньше 60, и пожилых — тем, кому уже больше 70. Есть аналоги в Европе, есть аналоги в мире, но эту идею можно докрутить на наших просторах.

    Идея очень простая. Те, кто только недавно вышел на пенсию, берут своеобразное шефство над теми, кто находится уже действительно в преклонном возрасте: помогает (не материально) по хозяйству, по магазину, по медицину, куда-то съездить, просто о чём-то поговорить. За счёт этого начисляются кредиты, бонусы, баллы — называйте это, как хотите. Денег здесь нет. Но когда та женщина, которой сегодня чуть больше 55, становится 70-летней, за счёт тех бонусов, которые она получила, когда она была в том возрасте, она начинает расплачиваться уже со следующими людьми.

    Сделать некий интернет-ресурс для общения. А вот дальше идёт собственно денежная составляющая, потому что это реклама, это продажи, это покупка тех же самых бонусов. Например, если ваш родственник решил вступить в это интернет-сообщество, но у него нет бонусов, а он находится уже в преклонном возрасте, вы можете заплатить, естественно, через собственника, через хозяина. Чем не стартап? Чем не предложение для того же Фонда развития интернет-инициатив? Почему этого не сделать.

    Смотрите, о чём говорили на встрече с Путиным. В числе стартапов был Poiskstroek из Сургута — акселератор, который создали меньше года назад, в сентябре 2014 года. Интернет-площадка, на которой поставщики стройматериалов находят информацию обо всех стройках и подрядчиках, чтобы связаться с ними и предложить свои товары и услуги. Это тот самый стартап, который Владимир Путин переадресовал к руководителю «Сургутнефтегаза».

    Сервис TakeBus занимается продажей билетов на международные автобусы для пассажиров. Rentmania — онлайн-площадка, на которой можно сдать или взять напрокат любое движимое имущество. Компания GetNewCar.ru — помогает людям найти качественный подержанный автомобиль. «Мой механик» — механики и автовладельцы. Компания Unim — занимается диагностикой онкозаболеваний. В числе приглашённых были создатели браслет-трекера сна, сервиса для поиска частных исполнителей разных поручений, магазин антиквариата, соцсеть для трудовых мигрантов и многое-многое другое.

    О чём разговор? О том, что, может быть, хватит торговать? Может быть, хватит заниматься посредничеством? Тем более кризис, тем более окольные пути для получения прибыли сокращаются. Может быть, стоит голову включить, как это сделал, например, тот же Цукерберг чуть больше десяти лет назад — и тогда мы действительно увидим, что отношение к нам, потребителям, несколько меняется? Почему нет? Закрываем эту тему. Новости.

    НОВОСТИ

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! Уже добрый день! Это «Антикризис профессора Кричевского». Радио «Говорит Москва» — 94,8 FM в Москве. В студии я — Никита Кричевский. Тему предпринимательства мы не то чтобы закрываем. Мы плавно перебрасываем мостик от предпринимателей к деятельности Правительства, говоря более конкретно — к прогностической деятельности Правительства.

    Я уже неоднократно говорил о том, что оценивать экономическое положение, оценивать экономику той или иной страны по темпам роста ВВП — это не то чтобы вчерашний день. Это не говорит очень о многом. Это не говорит, например, о том, в каком состоянии находятся здравоохранение, образование и прочие услуги, которые оказывает государство. Это не говорит о том, что экономика той или иной страны переоценена. Это не говорит о многом.

    Если уж говорить о том, как можно оценить благосостояние государства, благосостояние той или иной державы, то гораздо более удачным был бы подход, согласно которому экономику и экономическое благополучие страны можно было бы оценивать по национальному доходу. Национальный доход — это заработные платы и прибыль в масштабах экономики. Тут цифры были бы несколько иными, нежели чем совокупный объём товаров, работ и услуг, произведённых внутри страны за определённый период времени. Именно так расшифровывается валовый внутренний продукт. Я бы исходил из национального дохода.

    Ещё один момент, который имеет непосредственное отношение к деятельности предпринимательского сектора. Здесь мы говорим уже о предпринимательстве вообще. Помимо инфляции, конечно, это курс национальной валюты. Так уж получилось, что за последние полгода курс опустился до 60 с лишним рублей за доллар. Это позволило чуть-чуть более оптимистично взглянуть на собственные перспективы внутренних производителей — прежде всего производителей, ориентированных на конечный потребительский рынок.

    И, кстати говоря, если уж говорить об импортозамещении, то прежде всего нужно говорить о внутреннем потребительском рынке. Не о производстве средств производства, то бишь о новой индустриализации, а о том, чтобы переориентировать промышленность на конечное потребление — то есть на то, что непосредственно приобретаем и потребляем мы.

    Так вот, что интересно? Минэкономразвития, как стало известно на этой неделе, видимо, это не вполне понимает, поскольку предложило свой взгляд на курс национальной валюты. Но об этом чуть позже, а пока я приведу вам маленькую предысторию прогностического баловства Минэкономразвития.

    В 2008 году Минэкономразвития устроило прогностическую круговерть вокруг предполагаемой инфляции. В тот год экономика начала с прогнозом в 5,5%, но уже в январе министерство повысило планку до 7%. В апреле заявили о 9-10%, в мае — 10,5%, в июле — об 11, 8%. В конце ноябре предсказали (дальше цитата из Клепача, господа), что «инфляция в России по итогам 2008 года ненамного превысит 13%», — конец цитаты. Ненамного. Клепач почти угадал — 13,3%.

    В прогнозе социально-экономического развития России на 2010 год и плановый период 2011-2012 годов в качестве базового варианта был взят ориентир цены на нефть марки Urals: в 2010 году — 58 долларов; в 2011-м — 59; в 2012-м — 60 долларов за баррель. Теперь то, что случилось на самом деле: в 2010 году — 78; в 2011-м — 110; в 2012-м — 111. Это среднегодовая цена.

    Наконец, тот самый курс рубля, о котором я хотел вам рассказать. В августе 2011 года МЭР сообщило, что в будущем, в 2012 году, нас ожидает среднегодовой курс рубля на уровне 28,7 рубля за доллар, но уже в декабре изменило прогноз на 31,1. В апреле прикидки вновь изменились — 29,2. В декабре круг замкнулся. Мы говорим об 2011 годе в преломлении на 2012-й. В декабре МЭР спрогнозировало 31,1 рубля за доллар — и надо сказать, почти угадало.

    Что самое интересное? Чиновники совершенно очевидно не читают ни экономическую литературу, ни классиков, они не слушают радиопрограммы, не смотрят телевизор — иначе они бы знали, что нобелевский лауреат Пол Самуэльсон давным-давно предупреждал своих учеников: «Прогнозируйте всё что угодно, только не цены». Ну, просто потому что. Потому что будущую цену определить по определению невозможно. Ну, невозможно. Потому что столько факторов каждую секунду, каждое мгновение влияют на конечную цену товара (а курс — это та же цена, только одной валюты по отношению к другой), что это не представляется ни по каким экономическим моделям предугадать, ну просто потому что. Тем не менее, каждый год нас огорошивают прогнозами, вангованием тех цен, которые мы увидим в следующем году.

    Так вот, на этой неделе Минэкономики предложило свой сценарий социально-экономического развития страны на следующий год: в случае постепенной отмены санкций курс рубля составит порядка 40 рублей за доллар. При чём здесь развитие внутренней экономики? Мне непонятно. 40 рублей за доллар. Пессимистическая версия — 50 рублей за доллар (правда, к концу 2018 года). Это лето в прогнозах ведомства Улюкаева для валютного курса выглядит сложным: предполагается, что при стабильных ценах на нефть рубль будет снижаться.

    Туда же и Минфин: рост цены на нефть до 65-70 долларов в ближайшие три года маловероятен, инфляция к концу года — 11%. Выход из рецессии Минфин запланировал на третий квартал этого года, а потенциал экономического роста на 2016-2017 года заложил в 2-2,5%.

    У меня вопрос и к предпринимателям, и ко всем вам. Скажите, вы на какие прогнозы, на какие параметры ориентируетесь, когда планируете что свою производственно-хозяйственную деятельность, что свой семейный бюджет и будущие траты? Телефон прямого эфира: 73-73-948. SMS: +7 (925) 8888-948. И, как всегда, сайт: govoritmoskva.ru; Twitter: govoritmsk.

    Добрый день. Слушаем вас. Здравствуйте. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Игорь меня зовут, Москва. Можно я не об Минэкономразвития поговорю? Есть же у нас другие министерства, которые тоже дают прогнозы. Мне очень нравятся прогнозы Министерства транспорта, потому что занимаюсь я немножко бизнесом, немножко вожу грузы на больших машинах. Сейчас пытаются ввести 3,70 за каждый километр пробега по кругу и так далее. И однажды на одном совещании, где сидит…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Поподробнее, извините. 3,70 — это что такое?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: 3,70 рубля за каждый километр проезда большегрузной машины будем платить.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: По федеральным трассам.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему? По всем. Вы посмотрите, уже Соколов согласовал с Ленинградской областью. Татары уже со страшной силой всё это дело раскручивают. Будет везде так.

    И однажды на совещании каком-то сидит очень большой чиновник из Минтранса, который отвечает. И я ему задаю вопрос: «Вы скажите, пожалуйста, вообще говоря, какой процент инфляции вы сообщили в Правительстве, когда запланировали эту замечательную вещь?» И он мне говорит: «Ну, наверное, процент…» Я говорю: «Стоп! Давайте тогда считать. Себестоимость у нас порядка 30 рублей/километр, ну, чуть меньше. Вы закладываете 15% от себестоимости перевозки, удорожание суммарное. У нас общеизвестная цифра в стоимости валового национального продукта, 24-28% — это автотранспорт. Итого: 15% от 24% — это 4%. Это расчётные 4% инфляции, вы их планируете на 2015 год Владимиру Владимировичу подогнать. Но мы же всегда знаем, что такое расчётный процент инфляции и что такое естественный — это, значит, 7%. И эти 7% вы прибавите к чему? К тем 11%, которые нам Минэкономразвития заявляет?»

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это очень сложный вопрос для чиновника. И что вам ответили?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Человек покрылся пятнами и ничего не ответил. Но вот совсем недавно, месяц назад — круглый стол в Общественной палате. Докладывает очень серьёзный чиновник из Дорожного фонда. Там есть «Росдормониторинг», есть господин Угаров — мыслитель вообще выдающийся абсолютно, который сидит и просто в своём небольшом докладике заявляет следующие цифры: «Триллион рублей мы закладываем ежегодно на строительство, ремонт и содержание дорог». Триллион рублей — ну, нормальные деньги.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, триллион — и триллион.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: «А вот грузовики большегрузные наносят ущерба каждый год 2,6 триллиона рублей». Я мгновенно понимаю, что каждый год, вообще говоря, на наши дороги ничего не вкладывается, но значится 1,5 триллиона рублей убытка. Дальше я считаю, ну, в уме прикинул и говорю: «Подождите, за последние 20 лет при таком раскладе, который вы нам декларируете тут, у нас дорог не должно быть, вместо них должны быть ямы и колеи. А они всё-таки есть. У вас где-то ошибка. Откуда вы взяли эти цифры?»

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ближе к делу.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он говорит: «В „РОСДОРНИИ“». Так они в «РОСДОРНИИ» из бюджета деньги заплатили!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну а как вы хотели? Послушайте меня. В вашем звонке, в вашем высказывании всё прекрасно, за исключением двух вещей.

    Первое — вы говорили о валовом национальном продукте, о ВНП. Валовый национальный продукт — это ВВП плюс импорт, минус экспорт. То есть это величина, по которой с 1990 года уже никто не ориентируется. Сейчас говорят о ВВП — о масштабах продукции, произведённой во всей экономике за определённый период. ВНП — это несколько иная величина, она меньше.

    И второй момент — то, что касается «РОСДОРНИИ». Я сам неоднократно выполнял различные заказные работы (вы понимаете, конкурсные, тендерные и прочие) для государственных служб. И я вам должен сказать, что мы на берегу оговаривали те результаты, в общем и целом, которые мы должны получить. На берегу, представляете?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Понятно, да. Иначе денег не дадут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Конечно. А вы говорите, что «РОСДОРНИИ» им что-то дал, и это не совпадает с тем, что есть на самом деле.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вопрос-то в чём? Когда такие цифры кто-то даёт, у него же в голове что-то должно быть. Может быть, он, конечно, и скуривал периодически на самокрутки последнюю страничку из тетрадки по арифметике и не освоил сложение в столбик, вычитание в столбик. Скажем так, здесь же не надо… Я не представляю, как абсолютно неграмотные люди возглавляют такие серьёзные организации. Ну не представляю! Ну, идиот? Да. Но зачем он это говорит? Самое главное, что он это говорит… Вокруг сидит большое количество умных людей, которые нам потом дают задания.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо. По поводу идиотов — это мы с вами вообще сказали, ну, как бы вот абстрактно. Потому что я по поводу министра Соколова могу сказать, что несколько лет назад пошёл разговор о том, что хватит уже выдавать разрешения на полёты ржавым вёдрам с кучей болтов, коими собой представляли самые разные самолёты в определённых компаниях. Это была очень серьёзная кампания, она была и в телевидении, и на радио, и в прессе, и даже законопроект «Единой России». Та же «Единая Россия», кстати говоря хотела внести изменения в Лётный кодекс.

    Так вот, Соколов на голубом глазу сказал: «Старые самолёты бьются меньше, чем новые». Вот как это можно было трактовать, как это можно было объяснить, я до сих пор понять не могу. Может быть, кто-то из вас — из тех, кто расшифрует этот волшебный посыл министра транспорта — мне объяснит. Я, видимо, слишком недалёкого ума человек.

    73-73-948. SMS-сообщения: +7 (925) 8888-948. Прежде чем принять звонок, вспомнился эпизод. На инвестфоруме 2013 года в Сочи Улюкаев заявил, что намерен отказаться от публикаций прогноза курса, продолжив шаманить в кабинетных условиях. То есть в 2013 году, 1,5 года назад в Сочи. Ну, бархатный сезон, все всё понимают, премьер Медведев, опять же обстановка соответствующая и прочее-прочее. Он сказал, что а какой смысл вообще этот курс публиковать, тем более что он меняется? А вот цитата: «Невозможно объяснить, что публикация курса не несёт никаких обязательств. Нельзя никому это доказать. Поэтому, наверное, лучше не публиковать. Я считаю, что ничего ужасного в идеи, чтобы не публиковать, нет». Это сказал министр Улюкаев 1,5 года назад.

    И вот на этой неделе сообщение о том, что в прогнозе социально-экономического развития, который подготовило Минэкономразвития господина Улюкаева, курс при разных внешнеполитических событиях, при различных изменениях (например, в санкциях, в цене на нефть и прочем) может колебаться от 40 до 58 рублей, если говорить о ближайшей перспективе.

    И в связи с этим снова один и тот же вопрос — но это не к вам, это вопрос риторический. Как можно говорить о каком-либо импортозамещении, если мы вновь и вновь приходим к тому, что наша валюта будет переоценена, к тому, что наши затраты на производство простейшей конечной потребительской продукции будут вновь превышать затраты вместе с логистикой (доставка продукции, например, из Азии)? Но к вам вопрос другой. Вы на какие прогнозы ориентируетесь, планируя свою хозяйственную деятельность или личный бюджет?

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Вадим, Подмосковье.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Вадим.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что хочу сказать? Главная задача Правительства — это отделить овец от козлищ. Априори, по-моему, малое предпринимательство в России — это просто антиэкономика и социальная ржавчина. Поэтому невозможно… Выживают малые предприниматели, даже производственники, за счёт жестокой, буквально нечеловеческой эксплуатации батраков и каких-то экономических уловок. А имеют право на жизнь, мне кажется, только какие-то инновационные компании, которые производят новые продукт. А все, кто делает что-то на коленке в гаражах или в каких-то малых цехах — я повторяюсь, они выживают просто за счёт антиэкономики. Как вы думаете об этом? Спасибо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы знаете, и та, и другая позиция имеют право на существование. В конце того часа я говорил о том, что будущее… Да оно всегда было будущим, которое зависело бы от креатива, если мы говорим о предпринимательстве. Я приводил в примеры интернет-стартапы, которые вчера представляли Путину. Я говорил о Цукерберге. Тут можно линию продолжать. Можно привести в пример Google, можно привести в пример Twitter и прочее. Другой вопрос, что это всё в значительной степени по нынешним временам фондовые пузыри. И, как мне представляется, в перспективе их ждёт история, аналогичная краху доткомов в 2000-2001 годах, потому что слишком много горячих шальных денег вкладывается в ценные бумаги интернет-предприятий.

    Но вместе с тем эти бывшие стартапы, эти интернет-проекты оказывают огромное воздействие на нашу повседневную жизнь, потому что мы потребляем не только материальное, мы потребляем ещё и продукты, которые принято называть «общением», «эмоциями», «впечатлениями» — чем угодно. Вот вы общаетесь в социальных сетях — это тоже продукт. Вы смотрите фотографии в Instagram — это тоже продукт. Вы зарегистрированы в Twitter — вы имеете возможность в 140 символах выразить то, что вы думаете в настоящий момент.

    И это та история, которую мы с вами обсуждали в той программе, когда я говорил, что продукт по нынешним временам — это презентация стоимости, которую можно обменять на другую презентацию стоимости. То есть не на то, что из себя представляет реальная буханка хлеба, а то, что вы вкладываете в её реальную стоимость, в её реальную ценность, и меняете на ту стоимость и ценность, о которой адекватно и сопоставимо думают другие.

    Ну, чтобы было по-простому и понятно. Вот iPhone. Стоимость этого аппарата — 25% вместе с логистикой. 75% — это та прибыль, которую получает Apple, которая оседает в карманах тех, кто его придумал, кто его раскрутил, кто вложил определённые средства в маркетинг. То же самое касается, например, ведущих автомобильных брендов. 70% Mercedes — это всё те же нематериальные активы, а 30% — это его реальная вещественная, овеществлённая себестоимость.

    И, кстати говоря, в программе на прошлой неделе мы говорили как раз о таких вещах, когда мне говорили, что вот американцы — они же платят налоги в Америке, несмотря на то что их производство в Юго-Восточной Азии, например, или в той же Чехии, если говорим, например, об автомобилях, или в Испании, если мы говорим о марке Ford.

    Так вот, я вам должен сказать, что я тогда не успел своему оппоненту сказать о том, что до тех пор, пока производство находится вне пределов США, бизнес может не платить налоги в Америке. Вот американская компания вывела производство в третью страну — и лоббисты протащили закон, который подписал Буш, согласно которому до тех пор, пока у вас производство в третьей стране, с этого производства, с его результатов вы можете не платить налоги в американскую казну. Это то, что сделал Буш. Это явный пример лоббирования, о котором мы сегодня говорим, которое в наших условиях мало к чему приводит.

    Ещё несколько звоночков. Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Олег, Москва.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Олег.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Разрешите высказать своё мнение по поводу отношения государства к определённой прослойке предпринимателей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Мы о прогнозах говорим, Олег.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Прошу прощения. По этому поводу ничего сказать не могу.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ничего. Давайте примем следующий звоночек. Добрый день. Слушаем вас. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Вадим Сергеевич, пожилой человек. Реплику можно маленькую?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Пожалуйста.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Приличную. Алло.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Мы уже напряглись.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что будет, если завтра регионом Российской Федерации станет пустыня Сахара? Знаете загадку? На следующий день встанет вопрос: «Где песок и куда он делся?» Вот так у нас и экономика. Спасибо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Может быть, у нас и такая экономика, я не знаю, если её сравнивать с пустыней Сахарой. Люди всякое думают об экономике и по-всякому звонят на радио, в том числе для того, чтобы рассказать какие-то хохмы, которые им нравятся, которые им запомнились. Мы же о прогнозах.

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Алексей Николаевич.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте. Да, Алексей Николаевич?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Уважаемый профессор, я вас всегда слушаю очень внимательно. У меня такой вопрос. Мы говорим, что сейчас соотношение рубля и доллара — 60 рублей. Но ведь с учётом деноминации это соотношение не 60 рублей, а 60 тысяч к доллару. Понимаете, в чём дело?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет, не понимаем. Вы к чему это?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я просто хочу сказать… Раньше метро стоило пятачок, сейчас — 50 рублей. Но фактически это 50 тысяч с учётом деноминации.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так вот, если мы разделим, у нас получится соотношение — в миллион раз эта поездка возросла.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это понятно. Вы скажите, вы к чему это ведёте?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Извините, я просто хочу сказать, что уже никакие экономические объяснения вот этого факта ну просто не укладываются в голове!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Какого?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Прокомментируйте, пожалуйста, такую вещь.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Давайте сразу следующий звонок. Я не знаю, что говорить. Я поднимаю лапы кверху! Последний звоночек перед новостями.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, тогда вообще кратенький разговор о стартапе. Где-то пять лет назад…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет. Нет. Нет. Ну, мы же о прогнозах? При чём здесь стартапы? Стартапы были полчаса назад. Новости, после чего продолжим.

    НОВОСТИ

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! Заключительная часть программы «Антикризис профессора Кричевского» на радио «Говорит Москва». В студии я — Никита Кричевский. И, как обычно, хвостик старой темы. Но я вас очень прошу, господа: если тема изменилась, не возвращайтесь вы к тому, о чём мы уже успели поговорить. Да, это информация к размышлениям, но это не повод для того, чтобы занимать время других людей, которые хотели бы высказаться по теме.

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, уважаемый профессор. Я вот что хочу сказать? Я недавно подключился, может быть, обсуждали уже этот вопрос. Вообще у меня вызывает возмущение этот Улюкаев, который лезет с какими-то дурацкими прогнозами. Где он раньше-то был, когда доллар чуть ли не до 100 рублей дошёл? Где его прогнозы были? Вообще не дело человеку такого уровня заниматься какими-то прогнозами. Причём лапшу они вешают своими прогнозами. Ничего из того, что он говорит, не сбудется, потому что он неграмотный человек, человек неумный.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему же? Верный гайдаровец.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У него что, зарплата за прогнозы? Включишь утюг — а там прогноз: «Доллар будет 5 рублей». За кого они нас держат?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам большое. Ой, я могу вам столько сейчас примеров привести по этому курсу, по его прогнозированию, гаданию на кофейной гуще, попаданию в молоко. Я помню, полгода назад… При чём здесь полгода назад? В середине прошлого года Греф на «России-24» говорил: «34 рубля 50 копеек». Тут же вылез товарищ из Deutsche Bank по фамилии Лисоволик и повторил то же самое: «34,50». Потом — 36, 37. Потом — 39. Потом — 43. Потом даже Стёпа Демура отметился — 47-48 по концу года. Кончилось всё на 56,25.

    А что касается Улюкаева и иже с ним. Внимание, господа! Я сейчас не говорю об Улюкаеве конкретно, ни в коем случае не о нём! Есть мнения (вот смотрите, аккуратно, да?), что некоторые первые заместители Центробанка в бытность свою на этих должностях скрытно и явно помогали иностранным спекулятивным инвестициям заходить в российскую экономику. Понятно куда — на фондовый рынок. По поводу иностранных инвестиций. Не надо никому вешать лапшу на уши. Более 70% (мы об этом говорили в прошлых программах) инвестиций — это инвестиции из офшоров и льготных территорий, формально офшорами не являющихся. То есть это фактически наши деньги, когда-то выведенные из России.

    Куда шли спекулятивные капиталы? На фондовый рынок. Фондовый рынок рос? Ещё как! А вот параллельно — и в этом уже была некая доплата или некий гешефт Центробанка — укреплялся рубль. То есть иностранные спекулянты получали с двух концов: один конец — это фондовый рынок, другой конец — это укрепляющийся рубль. И получили двойную прибыль. В какой доли были эти некоторые первые замы ЦБ, я не знаю. Это надо спрашивать у них, но они это тоже никогда не расскажут. Ну и, конечно же, никогда не покажут, куда они вложили то, что им перечисляли. Но это история, которую я слышал от многих людей. Повторяю ещё раз: никакого отношения к господину Улюкаеву эта история, конечно же, не имеет.

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Вы знаете, мне кажется, если отойти от конкретных лиц и подумать вообще в принципе о прогнозировании… Прогнозировать возможно тогда, когда ты что-то перед этим планировал. А в ситуации, когда, собственно говоря, они просто констатируют некие изменения, от них не зависящие либо зависящие в том плане, как вы только что описали — по сути дела, это бессмыслица. Поэтому мне кажется, ставить вопросы нужно не о нелепости прогнозирования, а в принципе о проблеме формирования, если угодно, промышленного экономического плана страны и работы с ним. Ещё одно замечание. Обратите внимание: XXI век, одна из крупнейших стран мира, у неё есть одно министерство — Министерство промышленности и торговли.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Коммерция.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это напоминает, знаете ли, Венецианскую республику XV века: три переулка и полтора лавочника. Ну несерьёзно, согласитесь. Спасибо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой, вы знаете, я сейчас не готов говорить о Венецианской республике, тем более XV века. Я достаточно знаю о Венеции, о Генуе тех времён, но это не тема нашей программы.

    Кстати говоря, ваше выступление перекликается с сообщением с сайта: «Прогнозами чиновники занимаются, потому что им это положено по закону, а не потому что хотят вас проинформировать». Ну, если они этим занимаются по закону, а не потому что хотят нас проинформировать — пусть они об этом не сообщают, пусть они не позорятся который уже раз, пусть они не создают повод для того, чтобы мы смеялись.

    В конце концов, что касается курса. Вы все прекрасно знаете, что в Китае курс юаня фиксированный, причём фиксированный директивно. Это накладывает очень серьёзные проблемы на китайскую экономику и на китайскую финансовую систему. Почему? Потому что китайское правительство выкупает излишки валюты за счёт внутренних гособлигаций. И сегодня внутренний долг Китая в целом сопоставим с объёмом международных резервов Китая. Но тем не менее курс там искусственно задокументированно низкий и держится директивно. И определяется он на основании решений, которые принимает китайское руководство. Тем самым Китай позволяет своей экономике развиваться. Тем самым Китай позволяет экспортировать промышленно-технологическую продукцию.

    То же самое в своё время было с Японией, когда она завоёвывала европейский и американский рынки. И, кстати говоря, поищите в Интернете: 1985 год, отель Plaza. Тогда лидеры стран «Большой семёрки» собрались и просто уломали, надавили на японцев, чтобы они искусственно укрепили иену, потому что иена до этого была столь же низкой (ну, плюс-минус), как и современная китайская валюта. Тогда японцы сдались. Ещё несколько лет — и японцы вкатились в «потерянные десятилетия», когда экономика практически не развивалась. Да, мы можем говорить о том, что нам бы их благосостояние, нам бы их уровень жизни. Но это ещё одно доказательство моего тезиса о том, что не всё определяется темпами экономического роста — что в России, что в мире, что в других странах.

    И, кстати говоря, раз уж мы переходим на заключительную тему, мы не можем в нашей экономической программе не вспомнить, не поговорить о Ли Куан Ю, господа. Это было бы непростительно, это было бы неправильно, это было бы непочтительно к памяти этого великого человека — на мой взгляд, одного из выдающихся людей всего XX столетия.

    Наверное, многие не знают о том, что настоящая фамилия Ли Куан Ю как раз Ли. У китайцев сначала идёт фамилия, а потом идёт имя. И первое имя Ли Куан Ю было Гарри Ли. Это были китайские эмигранты в четвёртом поколении, которые переехали когда-то в Сингапур. И вот Гарри Ли после того, как окончил школу, получил дополнительное образование в Кембридже. А после этого вернулся в Сингапур и, создав там, как тогда говорили, популистскую партию, в 1959 году смог победить на парламентских выборах. Это был 1959 год.

    1965 году Сингапур практически пинком выгнали из Малайской Федерации. Почему? Потому что малайцы очень переживали, что на территории, которая входит в Малайзию, большинство (я говорю о городе Сингапуре) составляло не малайское, а китайское население. Причём Ли Куан Ю, который тогда возглавлял правительство, встречал известие о полной независимости, о том, что Сингапур просто выставили из Малайской Федерации, чуть ли не со слезами на глазах. Почему? Потому что там не было не то что строительного песка собственного, там даже питьевую воду приходилось завозить с материка, с других территорий.

    На чём выскочил Сингапур? На чём он за 50 лет увеличил ВВП на душу населения с 500 долларов до 56 тысяч? Прежде всего, это уникальное географическое положение Сингапура — это остров, который стоит практически на границе между Тихим и Индийским океанами. Но само по себе географическое положение (это многократно доказано экономическими историками) ничего не решает. Максимальное привлечение иностранных капиталовложений — это первое. Жёсткое воспитание населения, которое предполагалось сделать эффективным инструментом экономического развития — второе. И третье — это искоренение коррупции.

    Мы сейчас не будем говорить о нефтехимических предприятиях, об электронной промышленности в Сингапуре. Об этом можно говорить и на примере Южной Кореи, на примере Тайваня, на примере Китая, многих других государства — ну той же Малайзии с Таиландом, в конце концов. Мы не будем говорить о развитии портовой инфраструктуры, о создании фактического офшора из Сингапура, из острова, из сингапурской финансовой системы. Давайте поговорим о коррупции.

    В связи с этим у меня вопрос. Что такое борьба с коррупцией по-сингапурски? Это прежде всего Бюро по расследованию случаев коррупции. Бюро, которое создали ещё англичане. Бюро, которое в последние годы состоит всего лишь из 71 сотрудника, 49 из которых — это следаки, а 22 — это административный персонал. Бюро, которое имеет поистине драконовские полномочия. В частности, оно может возбуждать уголовные дела, проводить обыски и задерживать подозреваемых без санкций прокурора. Бюро, руководитель которого напрямую подчиняется руководителю государства. И, конечно, это борьба, это наказание, невзирая на лица, невзирая на связи, невзирая на родственные отношения.

    Вопрос очень простой: возможно ли это у нас, и если да, то где? Вопрос другой: если бы сегодня в России вдруг появился указ о создании Федеральной службы по противодействию коррупции, смогли бы мы набрать не 71 людей (всё-таки Сингапур — это 5 миллионов населения всего), а давайте умножим 71 на 3 — это чуть больше 2100 человек, скажем, 2200, ну хорошо, 3000 грамотных, честных и квалифицированных людей? И что нужно сделать для того, чтобы эти люди работали и не обращали внимания на многочисленные предложения, скажем так, о «дружбе»? 73-73-948. SMS-портал: +7 (925) 8888-948.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Скажите, пожалуйста, а почему мы не сделаем глубокую ревизию наших достижений с 1928 года по 1954 год, когда темпы прироста были 14-15% годовых? У нас не было ни долларов, ничего, ни газа, ни нефти.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое. Разговор не об этом. Да, мы можем говорить об индустриализации, мы можем говорить о командно-административной системе. Но давайте говорить о ГУЛАГе. Давайте говорить о том, что крестьянство ломали через колено. Давайте говорить о том, что Великая депрессия нам очень помогла. Мы, правда, покупали за счёт продажи предметов искусства в значительной степени, за счёт того, что товарищи Арманда Хаммера грабили Эрмитаж. Давайте об этом говорить. Давайте говорить о палочной дисциплине. Давайте говорить о том, что рабочих выпускали на один день, по воскресеньям, а всё остальное время они жили на территории заводских комплексов, в бараках. Вас это устраивает? Тема другая — коррупция.

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Никита Александрович, здравствуйте. По вопросу предыдущего звонившего. Естественно, человеческий фактор сыграл роль в то время. Если сейчас это сделать, то Украина покажется цветочками. По поводу Сингапура. Вы совершенно верно подметили, что 5 миллионов человек — по территории это, грубо говоря, как треть Москвы получается, даже не Московской области. Ручное руководство очень и очень помогло в этой ситуации, потому что им можно было заниматься. В нашей стране всё-таки, я думаю, этот опыт невозможен.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, смотрите, недавно — Сахалин, Дальний Восток, губернатор попал. Страна огромная. Даже если мы наберём 2000 человек (то, что мы считали) для борьбы с коррупцией, как это было сделано в Сингапуре… В принципе, это введено в Китае. Посмотрите, какие законы — расстрелы. И всё равно Китай — один из лидеров по коррупции, миллиардами воруют.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это правда.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нам нужен другой путь. Это моя точка зрения.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Какой?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Во-первых, переустройство общества нашего. Понимаете, у нас все выходцы из Советского Союза держатся за места, ещё те чиновники, которые передают власть по наследству — это очень плохо. Нет конкуренции во власти. Когда придёт конкуренция — тогда будет и результат.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это не ручное управление? Кто должен это делать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это ручное управление, но ручное вялое, полуручное управление.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Кто должен это делать, скажите? Вы? Я? Кто?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не буду говорить громкие речи о том, что это зависит от каждого из нас, и заниматься популизмом.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну как же? Социальные лифты зависят не от нас с вами. От кого это зависит?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Ещё раз? Я не расслышал.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Социальные лифты зависят не от нас с вами. А от кого это зависит?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, отчасти во многом и от нас с вами зависит.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Например, как это от вас зависит, скажите?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Допустим, возьмём с самого малого — образование детей. Мы вкладываем финансы в детей, но не даём им качественное образование, понимаете. И дальше это идёт по нарастающей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, вы-то конкретно какое отношение к социальным лифтам имеете? Вы начинаете говорить об образовании, а я возвращаю вас к вашему тезису.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я говорю о ротации кадров наверху в дальнейшем, чтобы пробивались снизу и выше, по ступенькам.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Хорошо, это первое. Дальше?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Навскидку сейчас… Ну, не думал на этот вопрос.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Какой вы хороший. Звоните в следующий раз. Слушайте, я вам две цитаты Гарри Ли (или Ли Куан Ю) приведу в развитие ушедшего звонка. Цитата первая: «Меня часто обвиняют во вмешательстве в частную жизнь граждан. Но если бы я этого не делал, наша страна не была бы такой, как сейчас. Мы бы не добились экономического прогресса, если бы не вмешивались в очень личные дела — кто живёт рядом с вами, как вы сами строите свою повседневную жизнь, в то, как вы шумите, плюётесь и на каком языке говорите». Ручное управление, рецепт от Ли Куан Ю.

    И ещё, по поводу демократии: «В новых молодых странах демократия работает и приносит результаты только при наличии честного и эффективного правительства. А для этого нужно, чтобы люди были достаточно подготовлены, умны и цивилизованны. Только тогда они смогут избрать хорошее правительство. Запомните: выбранное правительство не может быть лучше людей, которые его выбирают». Каждый народ имеет ту власть, которую он заслуживает, — если перевести на наш с вами родной русский язык.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Павел.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Павел.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Спор о том, поможет опыт, не поможет. Ну, хотелось бы попробовать. И при этом, мне кажется, не надо пробовать на всю страну сразу. Мне кажется (конечно, может быть, это такая утопическая идея), надо собрать молодых людей, совсем молодых, лет с 13 начинать собирать, их готовить определённым образом, несколько тысяч. Ну, как кадетские корпуса есть.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я понял. Павел, вам сколько лет, извините?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: 37.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: 37. А тогда, когда они вырастут и начнут реально бороться с коррупцией, вам будет за 50.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да мне наплевать, что мне будет 50 лет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А мне — нет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Смотрите, мы всё время говорим о каких-то сроках. Россия уже больше 20 лет имеет независимость — и ничего не происходит.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Мы не говорим о сроках. Мы говорим о том, можно ли перевести, перенести опыт Сингапура на российскую почву, и найдём ли мы несколько тысяч людей, которые могли бы, невзирая на лица, звания и прочее, бороться с коррупцией в России.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это надо готовить с детства. Любых спортсменов готовят с детства.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Эх! Да подождите! Я не о спорте. Ваша мысль абсолютно правильная была. Не надо на всю страну распространять этот опыт сразу. Я прямо сижу и жду, когда вы говорите: «Если взять частности…» И я жду, когда вы скажете — Крым, когда вы скажете — Калининград, когда вы скажете — Сахалин. Почему нельзя начать с этого?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я хотел это сказать, просто это была вторая часть, как бы не успел. В принципе, если хотите результатов быстрых, надо набирать людей молодых, но всё равно… Ну, не 13 лет, хорошо, пусть это будет 20 лет. Пусть они ошибки сами набивают, но они идут к этому, скажем, с меньше разрушенной психикой современным миром.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Квартиру им дать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, я считаю, что такую группу людей, специалистов надо обеспечить вообще определённым образом жизни.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Соцпакет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Создать им отдельный город.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да ну, прекратите!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, серьёзно, без шуток.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: В 85 регионах? А никто не смеётся. В 85 регионах создавать по отдельному городу?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, надо создать вначале один. Мы же с вами договорились, что мы говорим вначале об одном регионе. Создаём там эту группу. Эта группа начинает работать. Она абсолютно изолирована. Она абсолютно обеспечена.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Кому поручим строительство города? Абрамовичу? Ротенбергу? Кому? Кто выиграет тендер?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В общем, могу сказать, что для меня это не очень важно. Нет, ну мы сейчас просто уйдём в какие-то мелкие детали: кто будет поставлять сантехнику и так далее. Сейчас это неважно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вот, вот! Малый предприниматель, которому все должны помогать.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если вас волнует такая деталь… Этот тендер можно просто, я не знаю, не афишировать: «Постройте посёлок на 30 домов где-нибудь», — и всё.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А зачем строить что-то? Мы «Сколково» строили с 2010 года.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здесь не надо много вкладывать. Мы всё время думаем: чтобы что-то совершить, надо для этого много потратить.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ничего не надо тратить.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Там надо потратить копейки, понимаете.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я вообще вас спрашивал не о материальном, а о том, сможем ли мы найти несколько тысяч людей, и если да, то что им нужно сделать для того, чтобы они боролись.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можем.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А вы начинаете о строительстве городов для тех, кто будет бороться с коррупцией.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не начинаю. Это как бы просто детали. Вы всё время акценты на детали делаете. Я говорю о том, что надо создать определённый базис.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я не делаю акценты на деталях. Я возвращаю вас к своему вопросу.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я и отвечаю на ваш вопрос. Надо создать группу, надо создать им абсолютно идеальные изолированные условия, их нужно психологически подготавливать. Нужно начать работу с определённого региона небольшого, с небольших задач. Их нужно обеспечить полностью безопасностью и хорошим бытом и условиями.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам большое. Некие киборги у нас получатся, да?

    По поводу соцпакета. Ли Куан Ю уволил старых судей и набрал новых из адвокатов, из успешных адвокатов с незапятнанной репутацией, и положил им миллион долларов в год. Это было в 80-90-е годы, это тогда были другие доллары по сравнению с долларами нынешними. Скажем, для России миллион долларов в год — это нормально. 100 тысяч долларов в месяц — это заработная плата судьи. Естественно, с определёнными обязательствами, если не сказать очень серьёзными, опять же, если не вспомнить мою оговорку по поводу драконовских обязательств. И, конечно, решение абсолютно всех бытовых вопросов как самих борцов с коррупцией (в том числе тех же судей), так и их семей, их близких.

    73-73-948. Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Павел, Москва. Я считаю, что возможно такое сделать и в России, только, как вы говорили, не надо брать полностью весь объём России сразу, а брать по отдельности — начинать, к примеру, со столицы, с Москвы.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой, это самое страшное!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Грубо говоря, 14 миллионов или больше живёт людей. Отобрать, кто этим будет заниматься — и начать непосредственно со столицы. А по примеру столицы дальше уже двигаться.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Павел, там уже ничего делать не надо будет. Коррупция исчезнет сама собой.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, потому что экономика больше завязана на Москву. Многие по примеру крупных разоблачений и наказаний поймут, что лучше этого не делать, и это искоренится в России.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Павел, спасибо вам большое. Почему мы всё время говорим о том, что это долго, о том, что нужно, как Моисей, 40 лет водить по пустыне? Почему мы не вспомним примеры государств, в которых это было сделано гораздо быстрее? Я не говорю в данном случае о Сингапуре. Я говорю, например, о Швеции, о Финляндии. Я говорю (извините, я сейчас скажу матом) о Грузии. Я говорю о Грузии. Это то государство, где за восемь лет взятки брать перестали в принципе. Это то государство, в которое приезжает грузин, который живёт и работает в России, и если раньше ему говорили: «Дай 5 долларов, ты богатый, ты же в России живёшь», — то теперь ему улыбаются и говорят: «Добро пожаловать».

    Там много своих проблем, там много своих косяков, но за восемь лет это можно было сделать. Когда те же люди, которые в Советском Союзе учились в грузинских школах, и там не топили, теперь приходят в свои школы и видят, что там топят. Ещё очень много вопросов, ещё очень много проблем. Но совершенно очевидно, что без ручного управления вопросы коррупции не решатся ни в России, ни в какой-либо другой стране. Светлая память Ли Куан Ю, господа. Будем в будущее смотреть с оптимизмом.

    Это был «Антикризис профессора Кричевского». В студии был я — Никита Кричевский. Услышимся через неделю.

    Версия для печати

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus