Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это программа «Бла-бландинки». Ольга Данилевич…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Екатерина Звягинцева…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А в гостях у нас…

О.ДАНИЛЕВИЧ: В гостях у нас кинопродюсер, сценарист и режиссер Александр Зотов. Здравствуйте, Александр.

А.ИЗОТОВ: Добрый день.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Катечка сейчас назовет твиттер по традиции и номер для смс.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: +7 925 88 88 948, пишите, друзья, на этот номер, на сайт Говорит Москва.ру, не забываем про твиттер ГоворитМск. Звонки мы не принимаем, даже не пытайтесь звонить.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Первый вопрос Александру как кинопродюсеру: чего хотят зрители?

А.ИЗОТОВ: Зрители, к сожалению для многих кинематографистов, хотят развлекаться в кино. Они не хотят думать, не хотят работать душой. Они хотят приходить и получать удовольствие.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть есть поп-корн и смотреть что-нибудь легкое, не напряжное?

А.ИЗОТОВ: Чисто развлекательное кино, кино-аттракционы, большие бюджеты, никаких заморочек. Многим это, конечно, не нравится, особенно представителям серьезного творческого кинематографа как искусства.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это давно произошло с нашей аудиторией? Или так всегда было?

А.ИЗОТОВ: На самом деле, так всегда было, но просто сейчас это становится еще более актуальным, меньше народу ходит смотреть авторское кино, все хотят мститетей, франшизы, мультики. Ну, собственно, с точки зрения бизнеса это как раз и нормально. В общем мы живем под неким гнетом американского кинематографа, и это, наверное, хорошо. А, может быть, плохо. И соответственно, наш зритель хочет то, что предлагается во всем мире. Хочет развлекаться, не напрягаться, хочет хорошо проводить время.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы однажды сказали, что в России работает либо формат комедии, либо форма малобюджетных ужастиков. Вот такой малобюджетный фильм Габриадзе и Бекмамбетова, он называется «Убрать из друзей» на этой неделе вышел в прокат в России. А в США он окупил 45 раз свой бюджет. Потратили миллион долларов, получили уже 46. Раз это популярный в России формат, у нас он сколько может собрать?

А.ИЗОТОВ: Опять же, если к этому фильму возвращаться, это фильм – событие, действительно, он малобюджетный для американского кинематографа. Для России не такой уж малобюджетный фильм. И, конечно, не очень корректно говорить про цифру 45 раз окупил свой бюджет, потому что в промоушн этого фильма в Америке было вложено несколько десятков миллионов долларов. Поэтому тут не совсем все правильно, хотя фильм действительно стал событием, действительно окупился и много заработал денег по сравнению с теми деньгами, которые были вложены изначально. И я думаю, что в России тема хорроров, ужастиков малобюджетных попрет со страшной силой. Потому что огромное количество фильмов готовится, во время Московского кинофестиваля был некий слет специалистов по ужастикам. Выяснилось, ужастиков у нас готовится много.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Так, ведьмы собрались.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Шабаш.

А.ИЗОТОВ: Это люди, которые любят вот эти страшные фильмы, я думаю, их будет несколько десятков в скором времени выпущено.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вот я помню, для меня самый страшный всегда был «Вий». Что-то подобное, действительно страшное будет, которое зацепит?

А.ИЗОТОВ: Что-то подобное страшное однозначно будет, но это будет либо страшно, либо страшно как…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Плохо сделано.

О.ДАНИЛЕВИЧ: На этой неделе стали известны цифры сборов российского кинопроката в первом полугодии. Там оказалось все грустно, честно говоря. Сборы именно российских фильмов снизились на 3.5%, а общекассовые при этом увеличились на 4%, правда, за счет иностранного кино. Из вышедших в прокат 59 наших картин окупились только три. Сама цифра вас не пугает?

А.ИЗОТОВ: Нет, я просто знаю, как это все работает.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В чем основная проблема российского кино? Мы не умеем снимать, мы не умеем сниматься, мы не умеем режиссировать?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А потом продавать…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Продюссировать? Что с нами не так?

А.ИЗОТОВ: Для начала в России, как обычно, все очень дорого стоит. Те люди, которые снимают кино, которые в нем работают, стоят таких денег, которые, в принципе, невозможно окупить за счет проката в России.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть они требуют так много денег, какой-нибудь актер?

А.ИЗОТОВ: Все очень дорого. И ситуация такова, что то количество кинотеатров, и то количество людей, которые находятся в России и странах СНГ, они физически не могут окупить те затраты, которые тратятся на кино. То есть наши актеры, особенно первого эшелона, стоят на очень серьезном уровне…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Как Брэд Питт?

А.ИЗОТОВ: … А продаются только в России. Как Брэд Питт вряд ли, над этим еще надо работать. Но Брэд Питт продается по всему миру, и приносит сборы, а наши актеры, к сожалению, сборы не гарантируют никакие.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но денег просят много.

А.ИЗОТОВ: Денег просят много, и это касается не только актеров. Когда лет 15 назад кинематограф в России совсем захирел, и ничего не снималось, это было нормально, удобно, и в России можно было снимать дешевле, чем в Америке и странах Европы. Сейчас ситуация не такая, в целом получается, что российское кино за счет проката в России окупиться фактически не может. Поэтому существуют за счет государства, поэтому у нас кино в России делают человек 5-6, и поэтому конкуренции особой нет, и мы имеем то, что имеем.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Если про эти 59 фильмов говорить, это не значит, что это такое плохое кино, это значит, что просто оно не смогло здесь окупиться?

А.ИЗОТОВ: Ну, очень много фильмов, которые по сути авторские. То есть это небольшие деньги, это авторский взгляд, это не очень интересно широкому зрителю. Несколько фильмов есть серьезных, как я уже сказал, есть у нас профессиональные продюсеры, которые делают действительно жанровое кино, знают, как его продвигать, как получить деньги у государства на это кино. И поэтому эти фильмы приносят деньги. Но большая масса это, конечно, что-то из серии дебютов, авторского взгляда, небольших бюджетов. И поэтому, собственно, они и не должны приносить.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А может у нас просто нет… Во всем мире проблема со сценаристами. Она началась еще очень давно. Люди не умеют рассказывать, или разучились рассказывать истории. Может, в этом проблема?

А.ИЗОТОВ: У нас такая же проблема, как и во всем мире. И такая же проблема в том, что есть достаточное количество талантливых людей….

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но их зарубают.

А.ИЗОТОВ: Да, они не могут пробиться сквозь некое такое оцепление людей, которые работают в кино. А среди тех, кто работает в кино, если они грамотные и работают хорошо, они перегружены очень сильно. То есть свободно работающего сценариста, который мог бы себе позволить погрузиться в текст, долгое время потратить на сценарий, таких людей почти нет. Как только человек начинает что-то хорошее писать, его сразу загружают заказами. То есть с внешней стороны – огромное количество талантливых людей, с внутренней стороны – огромный дефицит людей в профессии, которые могли бы работать и были бы свободны.

О.ДАНИЛЕВИЧ: За последнее время можете назвать какого-нибудь талантливого сценариста в России?

А.ИЗОТОВ: Дело в том, что мы-то работаем с международным кино, поэтому я в эту тему плотно не погружался. Но я думаю, что талантливые сценаристы есть, и даже есть какие-то конкурсы, но нету такой коммуникации между теми, кто производит кино, и теми, кто проводит конкурсы для сценаристов. Потому что для продюсера все время проблема – где найти хороший сценарий? А у тех людей, которые пишут сценарии, проблема, как достучаться до продюсера и тех людей, кому это может быть интересно.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Может, надо создать какую-то интернет – площадку для этого?

А.ИЗОТОВ: Ну, существует гильдия продюсеров кино и телевидения, они этим вопросом потихонечку занимаются. Но проблема остается. Если талантливая бригада, команда или сценарист, они перегружены сверх меры. Что, в принципе, в результате снижает качество продукта. Когда у тебя впереди еще 20 серий, у тебя просто физически нет сил, чтобы сконцентрироваться и сделать что-то такое хорошее, чтобы самому нравилось. Потому что все время ты находишься в цейтноте.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но сейчас есть опасность, что хорошего будет еще меньше, потому что кинопрокатчики на днях просили Путина не вводить НДС на просмотр иностранных фильмов, раньше с этой инициативой уже выступил Медведев. По мнению подписавших письмо в адрес президента, это может привести к закрытию кинотеатров. А министр культуры, небезызвестный Владимир Мединский считает, что сейчас без нового НДС наша налоговая система якобы дотирует Голливуд. Вы хотя бы отчасти мнение Мединского разделяете?

А.ИЗОТОВ: То, что наша налоговая система дотирует Голливуд, я согласен.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Поясните, пожалуйста.

А.ИЗОТОВ: В том, что Голливуд зарабатывает деньги в России, я тоже согласен. На самом деле российские кинотеатры работают на голливудских проектах.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Поддерживаете введение НДС?

А.ИЗОТОВ: Введение НДС в таком виде не поддерживаю.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Почему?

А.ИЗОТОВ: Потому что идея какая: мы введем НДС, мы получим больше денег в бюджет, и этих денег будет больше для поддержки российского кинематографа. Вот на этой части, я думаю, эта ситуация прервется. То есть деньги в бюджет получили, на поддержку российского кинематографа не отправили.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, или отправили и получили те люди, которые обычно получают?

А.ИЗОТОВ: Да. Вообще история с поддержкой российского кинематографа в деньгах, вижу в ней массу вопросов. Главный вопрос, о чем я всегда пытаюсь рассказать, о том, что, к сожалению, российского кино в мире не существует.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это как? «Левиафана» тоже не существует?

А.ИЗОТОВ: Это значит, что средний американец за всю свою жизнь смотрит 0.5 российского кино.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Они не смотрят ни Францию, ни Италию. Они смотрят только свои, голливудские.

А.ИЗОТОВ: Они смотрят только свое, но они смотрят китайское кино, иногда французское, итальянское реже.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А в Китае есть кино?

А.ИЗОТОВ: В Китае есть.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А когда можно назвать кино российским? Вот снимает Бекмамбетов, скажем, это все равно не российское кино.

А.ИЗОТОВ: Если снимает в Лос-Анджелесе, то это не российское кино.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А если вы приезжаете с голливудскими актерами и снимаете здесь?

А.ИЗОТОВ: По сути, это тоже не российское кино.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Когда же оно будет российским-то?

А.ИЗОТОВ: Проблема заключается в том, что если вы хотите получить деньги на кино, то у вас обязательно должен быть российский режиссер, сценарист - россиянин, 75% группы с российскими паспортами и так далее. То есть подобный подход вообще не дает возможности приглашать иностранных специалистов в России, и получать на это деньги. И получается, что российское кино, по сути, существует само для себя. Если мы говорим о том, что мы хотим доносить какие-то смыслы, идеи, даже образ жизни россиян до мирового зрителя, то этого не существует. Потому что для чего был построен Голливуд? Голливуд – это не просто бизнес, это инструмент для внедрения американского образа жизни в сознание людей. За Голливудом идет МакДональдс, Бургер-Кинг, Кока-кола и все прочее. То есть это инструмент, который вбивает нам в мозг все, что связано с Америкой. Причем вбивает профессионально, хорошо.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Такая хорошая жвачка.

А.ИЗОТОВ: Я бы сказал, некое зомбирование, потому что мы про Нью-Йорк зачастую больше знаем, чем люди, которые живут в Тамбове, про Москву. Потому что мы все время видим Нью-Йорк, Лос-Анджелес в кино, видим рестораны, забегаловки и все прочее, и чернокожих полицейских. И получается, что посредством Голливуда Америка просто продвигает свои интересы. Не только продавая кино, а продавая все остальное. А российское кино в этом плане вообще не выступает, потому что мы делаем кино только для России, потому что на русском языке, потому что у нас не актеров, которых бы знали во всем мире, потому что у нас кино не жанровое. То есть то кино, которое кто-то где-то когда-то видит, например, типа «Левиафана», это кино, так скажем, не очень позитивно продвигающее образ России.

О.ДАНИЛЕВИЧ: За что и критикуют наше кино…

А.ИЗОТОВ: Если бы оно было позитивном, оно бы не получало такие награды. Потому что существуют некие установки, давать возможность российскому кино продвигаться только в определенном формате. И соответственно, если это бы «Левиафан» был бы о чем положительном про Россию, то шансов получить «Глобус» и «Оскар» у него было бы гораздо меньше. То есть все равно были бы, потому что он очень талантливы режиссер, серьезно подходит к кино. Но все равно чернуха проходит намного легче на Запад. А мы сейчас снимаем кино, в котором, как мне кажется первый раз за всю жизнь, есть положительный образ сотрудника ФСБ. То есть международное кино, в котором сотрудник ФСБ – положительный.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Об этом кино мы чуть-чуть попозже поговорим, а сейчас я предлагаю вам немножечко пофантазировать. Если все-таки НДС введут, пока это все на уровне обсуждения, и кинотеатры начнут немножечко разоряться на налогах дополнительных за счет иностранных фильмов, возможно ли такое развитие событий, когда вы, например, как продюсер иностранных фильмов, и ваша группа начнет доплачивать российским кинотеатрам, чтобы фильм попал на экран?

А.ИЗОТОВ: Я думаю, что если введут НДС, то это будет выглядеть так. Цена билета немножко увеличится, соответственно зрителей станет немножко меньше, бизнес – показатели станут значительно меньше, но в общем кинопрокат не умрет. Они никуда не денется. Просто кинотеатры будут зарабатывать меньше, и людей будет меньше ходить.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Доплачивать кинотеатрам не будут?

А.ИЗОТОВ: Зрители будут доплачивать за билеты.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть мы из нашего кошелька будем на 50 рублей больше…

А.ИЗОТОВ: Да, по сути, получается так.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Говорят, что закроются однозальные кинотеатры. Большие кинотеатры это нововведение не затронет, а вот маленькие, и дальше чем за МКАДом, закроются.

А.ИЗОТОВ: Может быть, и это проблема, потому что для того, чтобы российское кино снималось и развивалось, нужны кинотеатры. У нас недостаточное количество залов. То есть по сравнению с Советским союзом…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Недостаточное?

А.ИЗОТОВ: Да, когда мы жили в Советском Союзе, мы были на первом месте в мире по количеству посещений кинотеатров в год на человека.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Когда вы говорите недостаточно, вы имеете ввиду всю Россию? Потому что если говорить про Москву, мне кажется, тут нехватки точно нет.

А.ИЗОТОВ: Когда я был маленький и ездил в деревню к бабушке, я помню, что мы в деревне смотрели кино. Туда приезжала киноустановка, и кино там показывали даже в отдаленной деревне, где жило 150 человек. Сейчас кино в деревне не показывают. То есть у нас количество залов тотально меньше, чем в Советском Союзе. У нас проблема с прокатом, с увеличением количества залов. То есть кино не доходит до следующего уровня, и после следующего. В городах – миллионниках все есть, дальше уже хуже, а если мы говорим про города с населением в 10 000 человек, поселки, то там люди в принципе смотреть кино не могут. Они качают все с торрентов, в общем-то, они могли бы, конечно, не по таким ценам ,как в Москве, но по каким-то ценам пониже, с удовольствием ходить в кино. Вот эта история у нас пропала, поэтому мы не можем окупить российское кино в прокате. Поэтому оно существует только за счет государственных денег.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть все равно непонятно. Кинотеатров не хватает….

А.ИЗОТОВ: Ну, логику понять сложно, потому что на мой взгляд, наоборот, нужно систему налогообложения смягчать, чтобы количество залов было больше. Нужно…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Просто понаоткрывать немножко однозальных кинотеатров в деревнях.

А.ИЗОТОВ: Либо есть специальные форматы, есть установки, которые можно перевозить. Не хватает, на мой взгляд, не денег, которые вкладываются в конкретные фильмы наших замечательных продюсеров, которых я очень уважаю, а нам не хватает кинозалов, в которых бы люди могли смотреть кино. Сейчас проблем с кинофильмами в прокате нет. есть даже проблема, что их много. А вот проблема с кинозалами, она есть. Если кинозалов будет в два раза больше, то шансов для нашего кинематографа российского станет в несколько раз больше.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Наши слушатели Советский союз вспоминают: может, ваш гость знает причину, почему Михалков с Рязановым при советской власти создавали шедевры, а без нее смотреть не на что.

А.ИЗОТОВ: Я бы сказал так, здесь еще вопрос, который называется возраст. К сожалению, в отличие от Голливуда, где есть Клинт Иствуд, которому за 80, а он снимает фильмы, которые собирают кассу, у нас, видимо, воздух хуже…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Клинты Иствуды не рождаются.

А.ИЗОТОВ: Нет, рождаются, они просто на определенном этапе режиссеры, видимо, устают, но все равно продолжают снимать. Я проводил аналогии, даже с великими режиссерами, такими как Гайдай, на определенном этапе в определенном возрасте что-то происходило. То есть он снимал замечательные комедии, а в конце, так сказать, последние несколько фильмов были совсем не похожи. И получается, что наши не могут перейти 70-летний рубеж, чтобы не потерять качество. Ну, а у Никиты Сергеевича просто еще много важных других дел и задач…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Едим как дома.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Сеть фастфудов.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Возвращаемся все-таки к вашему фильму, о котором вы попытались начать разговаривать. В Москве сейчас идут съемки комедийного боевика под рабочим названием «Максимальный удар». Вы продюсируете. О чем фильм, кто играет?

А.ИЗОТОВ: Да, этот фильм мы готовили достаточно давно, и при этом, получается, что тема фильма, которая была менее актуальной, когда только запускали, стала очень актуальной. Потому что у нас фильм про то, как американский госсекретарь с тайным визитом приезжает в Россию для того, чтобы тайно встретиться с российским министром иностранных дел.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Похож на Лаврова?

А.ИЗОТОВ: Посимпатичнее, наверное, даже. На молодого Лаврова.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А на Кэрри?

А.ИЗОТОВ: На Кэрри похож больше. То есть государственного секретаря американского играет Эрик Робертс, он достаточно сильно похож на Кэрри. А нашего министра играет Сергей Астахов. Он похож на молодого Лаврова, пониже ростом, то тоже очень представительный и выглядит солидно.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мы, на самом деле, немножечко соврали, спросив, о чем фильм, потому что нашли некую маленькую записочку о том, о чем кино. По сценарию офицеры ФСБ и секретной службы США вынуждены работать вместе, чтобы предотвратить новый международный кризис и остановить новую холодную войну. Удается?

А.ИЗОТОВ: Так и есть. Работаем над этим вопросом.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы расскажите, как можно остановить новую холодную войну. Может, нас политики слушают?

А.ИЗОТОВ: Ну, я не могу все секреты выдавать, но как раз встреча столь влиятельных персон сделана для того, чтобы тет-а-тет - а все происходит тет-а-тет, то, что мы видим по телевизору, это такой пиар, все решается кулуарно, при личной встрече двух серьезных людей. Вот они у нас серьезно встречаются и разговаривают, но при этом внучка госсекретаря пропадает.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: В России, конечно? Ее похищают?

А.ИЗОТОВ: Да. Конечно, как это обычно бывает в последнее время, на Россию хотят повесить все эти вещи…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А чего он с собой внучку в такие поездки берет?

А.ИЗОТОВ: А он не брал ее с собой, внучка оказалась очень ушлой, хитрой, она пробралась…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: В шасси полетела…

А.ИЗОТОВ: Пробралась в самолет. Внучка такая бойкая, и наглая.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Кто играет внучку?

А.ИЗОТОВ: Внучку играет Полина Буторина, юная актриса, со свободным английским языком. А ее, так скажем, напарника в этом фильме играет Аристарх Венес, такого самовлюбленного и уверенного в себе лидера рок-группы.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В составе вашей актерской группы сколько процентов граждан с паспортом России?

А.ИЗОТОВ: У нас, так как мы снимаем в России, очень много эпизодических ролей, у нас порядка 20 российских звезд играют в разных форматах.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какой это процент? Возвращаясь к разговору, что 75% должны быть россиянами.

А.ИЗОТОВ: Если по людям, то, может быть, 70%.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Не дотянули.

А.ИЗОТОВ: А мы в любом случае не претендуем на паспорт российского фильма, на государственные деньги и так далее.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы считаете, что ваш фильм будет популярен в Америке, его будут смотреть?

А.ИЗОТОВ: Да, конечно, мы, собственно, для этого и пригласили Анджея Бортковяка, который делал много проектов, он был легендарный постановщик, оператор, работал на фильмах «Скорость», «Рука дьявола», потом снимал фильм «Ромео должен умереть», «Дум». То есть он такой специалист по экшну, еще он специалист по правильному сбору актеров в одном фильме. Потому что у нас есть актеры чернокожие, которые на аудиторию чернокожих, у нас есть азиатского типа, у нас есть белые люди.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы принципиально отбирали так?

А.ИЗОТОВ: Это режиссер комплектовал таким образом каст, чтобы все аудитории в США были бы….

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мексиканцы есть?

А.ИЗОТОВ: Мексиканец тоже есть, Дэнни Трехо, он у нас играет криминального авторитета, причем с доброй душой. То есть на все аудитории Америки мы этим фильмом воздействуем.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: То есть это влияет? Если представитель какой-то национальности есть в фильме, то я, пожалуй, пойду. Я вот никогда об этом не задумывалась.

А.ИЗОТОВ: В Америке это очень важный момент. Если вы заметите, в последнее время почти в каждом большом фильме обязательно должен быть китаец. Потому что сейчас Китай по сборам опережает Америку. Если китайца в фильме нет, то в Китае прокат будет хуже.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какой бюджет у фильма?

А.ИЗОТОВ: Бюджет фильма – это секрет. Но думаю, что в 10 миллионов долларов мы должны уложиться.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Думаете? Но не факт?

А.ИЗОТОВ: Надеюсь на это.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А можно спросить, какой примерно гонорар у того же Эрика Робертса?

А.ИЗОТОВ: Нельзя говорить, потому что по контракту это запрещено.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Он звезда какого эшелона сейчас – первого, второго? Третьего?

А.ИЗОТОВ: Если брать категории, то он не первого эшелона звезда. Но человек, который снимается в больших студийных картинах, и хорошо известен аудитории всего мира.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Скажите, вот Сергей Безруков наш, бесконечно талантливый, он же тоже мог сыграть. Может быть, дешевле бы обошлось?

А.ИЗОТОВ: Он, может быть, дешевле обошелся бы, чем Эрик Робертс, даже скорее всего. Но, во-первых, Сергей Безруков чрезвычайно сильно занят. Вот он звонит мне как раз.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но Безруков, наверное, не очень похож на Кэрри?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Безруков даже похож на Высоцкого, как мы знаем.

А.ИЗОТОВ: Проблема заключается в том, что наши актеры первого эшелона чрезвычайно перегружены разными активностями. У нас нет такой истории, как в Америке, если ты снимаешься в кино – ты снимаешься в кино. Снимаешься в 1 – 2 фильмах в год, все остальное время ты готовишься к роли, выбираешь фильмы. У нас звезды первого эшелона работают каждый день.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну да, играют и в театрах, и в рекламе.

А.ИЗОТОВ: Это тоже проблема, потому что качество при этом падает. Получается, что режиссер уровня Михалкова или Бекмамбетова должен выдернуть актера, и как-то его замотивировать на то, чтобы он ничем больше не занимался. Потому что все наши актеры работают во всем – и в рекламе, и в театре, и где только не работают.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Параллельно с «Максимальным ударом» идут досъемки фильма «Оракула. Граф темный», где тоже играет Эрик Робертс. Там по сценарию тоже все про политику в общем. Главный вопрос – не страшно в России снимать фильм о попытке свержения властей в России.

А.ИЗОТОВ: Но я патриот, я за правду. Я погрузился в историю, связанную с государственными переворотами, пришел в ужас, с одной стороны. С другой стороны, я понял, как работает машина международная американская. То есть там все отлажено, причем люди не сильно заморачиваются на креатив, они делают все время одно и тоже. То есть 40 было сделано государственных переворотов по одной и той же схеме, которые в 80% приводят к положительному результату для них. Мне, как патриоту России, на это смотреть грустно, и я, собственно, об этом кино и снял.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Не страшно, соответственно?

А.ИЗОТОВ: Страшно. Но не сильно.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Фильм для Голливуда или для России?

А.ИЗОТОВ: Фильм международный, то есть мы пытаемся делать проекты, которые могли бы продаваться и показываться не только в России, но и за рубежом. Собственно, это и происходит, потому что все фильмы жанровые, все фильмы на английском языке, все фильмы с актерами международного уровня…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Актеры у вас почти везде одни и те же. Как так вышло?

А.ИЗОТОВ: Не всегда одни и те же. Есть и разные. Очень сложно налаживать отношения с актерами, когда ты понимаешь, что у тебя актер отснимется, сделает все, как надо, ничего плохого не совершит. Например, у нас снимался Майкл Мэдсон, так он куролесил тут целую неделю, бил людей…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Давайте уже о сплетнях актерских уже после новостей.

А.ИЗОТОВ: Хорошо.

НОВОСТИ

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мы продолжаем. Ольга Данилевич…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Екатерина Звягинцева. И наш гость – кинопродюсер, сценарист, режиссер Александр Изотов. Тем, кто не успел присоединится в первой части программы, предлагаю это сделать сейчас.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА:+7 925 88 88 948, это наш смс-портал, Говорит Москва.ру – наш сайт, куда вы написали только что сообщение. Вы просто порвали шаблон нашей слушательнице: О майн готт! Я думала, что в фильме главное – это смысл, талант режиссера, специалиста, а оказалось, это все какая-то оптовая подборка человеческого мяса с национальным уклоном, и съемка по однажды заученной блок-схеме.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Парируйте.

А.ИЗОТОВ: Я однажды, когда понял это, заплакал. Потом подумал, проанализировал…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Утер слезы…

А.ИЗОТОВ: И выяснил, что процентов 90 кинопроектов делается по заранее утвержденной схеме, по шаблону определенному, и люди набираются не по творческому заданию режиссера, а по тому, кто должен на них пойти в кино, принести кассу и обогатить владельцев киностудий. То есть вот такой получается бизнес. И даже скажу больше, что тот же самый Голливуд постоянно вербует очень талантливых режиссеров, которые начинают как творческие единицы, которые делают кино для себя, выражаются, а потом получают контракты на «Гарри Поттера» и «Интерстеллер».

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Чем плох «Гарри Поттер» и «Интерстеллер»?

А.ИЗОТОВ: Тем, что он по шаблону определенному делается, выбираются там люди определенного уровня…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но ваши фильмы тоже по шаблону сделаны…

А.ИЗОТОВ: Ну, если мы говорим в целом, то 90% жанрового кино делается по шаблону. Я в свое время читал интересную книгу про то, как пишутся сценарии, так в Голливуде был такой промежуток времени, когда продюсер, получая сценарий, просто смотрел, на какой странице первое поворотное событие, на какой второе, где кульминация, завязка, развязка. Если по страницам это не совпадало, то сценарий никто не читал.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да ладно!

А.ИЗОТОВ: Да. Потому что эта трехактная структура, которую придумали еще в Древней Греции, она никуда не делась. То есть собственно все развитие сюжета идет по определенному шаблону, и, собственно, если этого шаблона нет, то кино невозможно смотреть, неудобно. Бывают люди, которые рвут шаблоны, как Квентин Тарантино, который переставил местами сцены в фильме «Криминальное чтиво», но в основном все достаточно жестко, все шаблонно. Талант режиссера и заключается в том, чтобы в этой схеме сработать максимально эффективно, подобрать правильных актеров.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Возвращаясь к фильму, о котором мы поговорили перед новостями, «Оракула граф темный». Продюсер ведь отчасти тоже должен быть оракулом, предсказателем, предсказать судьбу картины, по крайней мере успех или не успех, и, таким образом, заставить вложить деньги в кино. У вас есть какие-то свои методы, как вы уговариваете именно в это кино вложить деньги?

А.ИЗОТОВ: Конечно, методы есть. Конечно, я пытаюсь быть оракулом и предсказать будущее, это самое главное для продюсера, который должен будущее предсказать, а потом его донести до тех, которые инвестируют деньги в кино. И у меня есть секреты, я с ними буду делиться на авторском тренинге «Секреты продюсера».

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну, хотя бы один секретик, маленький…

А.ИЗОТОВ: Основной секрет заключается в том, что человек, который инвестирует деньги в кино, должен себя в этом процессе видеть. Кино – это не та история, как, например, инвестиции в сеть ларьков, торговлю, в компанию по продаже передвижных туалетов.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Что значит видеть? Он себя потом должен в кадре увидеть?

А.ИЗОТОВ: Нет. Есть история, когда человек вкладывает деньги, и его интересует только процент прибыли. То есть когда вы вкладываете деньги в акции компании, вы должны зарабатывать деньги, вас волнуют только два фактора: доходность и риски. Когда человек вкладывает в кино, у него всегда есть, как правило, какие-то собственные амбиции, творческие мысли и так далее. То есть не вкладывают люди в кино, в России во всяком случае…

О.ДАНИЛЕВИЧ: А может инвестор просить, уже на каком-то этапе съемок, сказать: я здесь хочу, чтобы в диалоге было…. Такое может быть?

А.ИЗОТОВ: Такое часто говорят, но это когда с инвестором плохо организована работа. Потому что это большая проблема для начинающих режиссеров и продюсеров, в том, что инвестор начинает лезть в сценарий, в фильм, сам хочет играть. Как раз работа с инвестором заключается в том, чтобы с одной стороны они были вовлечены, с другой стороны, не мешали работать творческой группе. Это самая большая проблема, я бы так сказал.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вы себя своим в Голливуде считаете?

А.ИЗОТОВ: Нет, своим в Голливуде я себя не считаю. Я считаю себя человеком, который знает о том, как работает Голливуд, и знает определенное количество людей в Голливуде. Но чтобы стать своими в Голливуде, нам нужно снять пару-тройку хороших кассовых фильмов. Я думаю, что это впереди, потому что сейчас мы как раз запускаем новый проект, это создание фонда прямых инвестиций в голливудское кино. То есть не снимать кино в России и российское, а инвестировать в те проекты, которая производит независимая голливудская кинокомпания. Не в голливудские студии, потому что там большие деньги, и очень мощно отлаженная система по отъему денег у населения. А в независимое кино, у которого есть шансы на американский прокат, в котором играют большие звезды. Собственно, таким образом можно стать своим в Голливуде, и сделать так, чтобы люди начали инвестировать в кино, как в бизнес. Потому что у нас в России кино как бизнес не существует. И инвестиций в кино как в бизнес никто не делает. Только исходя из каких-то творческих, амбициозных задач. В голливудское кино можно инвестировать как в бизнес, но при этом у нас есть очень амбициозная цель и задача: в голливудские проекты интегрировать российских актеров, творческих людей. Как вы знаете, как только в голливудском кино снимается российский актер, то интерес к этому фильму становится значительно больше.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Да ладно…

А.ИЗОТОВ: Однозначно.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В России?

А.ИЗОТОВ: В России, да. Простой пример – Тимур Бекмамбетов снял фильм «Особо опасен», этот фильм был большим событием в России, значительно большим, чем если бы это фильм снял другой режиссер типа Гильермо дель Торро или еще кто-нибудь.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вот Бекмамбетов, он прижился в Голливуде?

А.ИЗОТОВ: Да, я думаю, у него там есть карьера. Но он успевает и там и там работать. Он молодец.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Как российскому продюсеру войти в голливудскую тусовки, и заставить, уговорить голливудских актеров сниматься в картине?

А.ИЗОТОВ: Это немножко разные вещи. Для того, чтобы голливудских актеров пригласить в картину, по сути нужны две вещи – нужны деньги и нужны связи с людьми, которые профессионально занимаются привлечением актеров. Это кастинг-директора. У нас есть кастинг-директора, с которыми мы работаем, они больше 30 лет в индустрии, поэтому они понимают, как это делается. Ну, естественно, от проекта тоже зависит, потому что, насколько я знаю, для российских проектов ценник для актеров вырастает в 2-3 раза автоматически. Потому что это российское кино, и для американца, который едет в Россию сниматься в российском кино, то же самое, что для нас ехать в Кыргызстан и снятья в киргизском фильме. В Киргизию надо ехать за большие деньги. Я не хочу обижать Киргизию, замечательная страна, но смысл примерно такой же.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Тогда зачем мы это делаем? Платим в два раза больше этому же актеру, чем если бы ему заплатили в Голливуде, если у нас есть свои?

А.ИЗОТОВ: Мы этого не делаем, а когда в российском кино снимаются чисто американские актеры, им платят в несколько раз дороже. Проблема заключается в том, что если мы снимаем своих, то мы и показываем только для своих. Мы не можем со своими людьми выйти на международный уровень. Потому что наших людей никто нигде не знает, никого. Поэтому для того, чтобы гарантированно продавать кино в Великобританию, Испанию, Японию….

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Понятно, нужно кого-то узнаваемых. Вы сами лично подходили, не знаю, к Джонни Деппу, говорили ему: слушай, я конечно понимаю, что у тебя запросы и времени нет, но может все-таки….?

А.ИЗОТОВ: Я лично подходил к Квентину Тарантино, лично с ним встречался. Мне было интересно, конечно, с точки зрения кино. Все позитивно настроены, люди заинтересованы в проектах, в деньгах, в интересных экспириенсах, так называемых. Тот же самый Квентин Тарантино сказал: я готов. То есть нужно дать дату съемки, нужно дать аванс, общий объем денег, которые только на него нужно будет потратить, это миллионов 20 долларов, поэтому если вы хотите, можем через 3-4 года снимать кино в России, я с удовольствием буду режиссером. Ну, пока мы не готовы такие деньги замораживать. Есть актеры, которые снимаются только в студийном кино по контракту. То есть в независимом кино, тем более в кино, которое снимается в России, некоторые актеры принципиально сниматься не могут. Во-первых, потому что у них расписаны на несколько лет вперед роли, и есть еще такая история, что актеры снимаются либо в большом кино, либо в фильмах, которые идут на фестивальную судьбу. То есть если очень мощный режиссер снимает малобюджетное кино, но оно претендует на Оскар, тогда Джонни Депп может сниматься за 575 долларов, это минимум по правилам гильдии актеров. Таких вариантов много.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Может быть, он когда-нибудь получит Оскара.

А.ИЗОТОВ: Может быть. Но, видимо, он сильно утонул в коммерции, и Оскар получить не может. А те, кто по другому подходит, например, Мэтью Макгонахи снялся в кино, и получил Оскар, и похудел, и получил там совсем другие гонорары, нежели за коммерческое кино. Но после того, как он Оскара получил, у него и в коммерческом кино гонорары поднялись. Вообще все в порядке.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мы хотели сплетен. Как Анджелина Джоли вблизи выглядит? Вдруг она не такая красивая?

А.ИЗОТОВ: Анджелину Джоли я видел только на официальных мероприятиях, и она была хороша.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Джонни Депп правда выпивает серьезно? Там жена говорят уходит.

А.ИЗОТОВ: Не скажу такого. Не знаю. Я с ним не выпивал. Но есть ряд актеров, которые все время грустные. Джонни Депп грустный, Киану Ривз грустный. А есть позитивные люди, вот тот же самый Тарантино очень позитивный, Ума Турман очень позитивная.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Все, у них любовь?

А.ИЗОТОВ: Да. Они долго шли к этому, собственно, я их поздравляю. Видимо Тарантино давно это дело замыслил, но путь был очень длинный.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Лет 20.

А.ИЗОТОВ: Ну, собственно да.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Она долго ломалась, да?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да ну, такая женщина.

А.ИЗОТОВ: Ну, мирового уровня режиссер все-таки добился своего.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А с кем выпивали?

А.ИЗОТОВ: Знаете, я вспомнил про свои впечатления, это я был второй или третий раз на «Золотом глобусе», я в первый раз увидел звездную очередь в женский туалет. То есть я никогда не встречал, в очереди стояли…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Натали Портман стоит, коленочки подогнула…

А.ИЗОТОВ: Это были 20 звезд Голливуда, они стояли в очереди, и перед ними пробежала Кэтрин Зэта-Джонс, она была беременна. И она попросила пропустить…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Пропустите беременную женщину!

А.ИЗОТОВ: И ее пропустили. Вот это самое такое воспоминание по большим голливудским вечеринкам, такого я больше не встречал. Общий гонорар актрис в 150 миллионов долларов за фильм…

О.ДАНИЛЕВИЧ: А кабинка одна, что ж поделать-то!

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Я думала, только в России такая беда.

А.ИЗОТОВ: В Америке то же самое, все время в женский туалет очередь. И раньше, когда в Голливуде еще можно было курить, собственно, на мероприятиях был отдельный балкон, на который можно было выйти, покурить, выпить, пообщаться. А сейчас курить запретили, все грустные ходят, даже сигары нельзя курить. Все это началось как раз с выпивки и сигар. Когда я первый раз попал в Голливуд, с моим другом Александром Невским, мы курили сигары на крыше отеля Беверли Хилтон. И как раз все любители сигар, в том числе Анджелина Джоли, она тоже курит сигары, и Арнольд Шварцнеггер курили рядом. Для меня это было в новинку, и после дружеского напутствия Шварценеггера, что ребята, ну надо снимать кино, мы еще выпили и решили снимать кино. Через 5 месяцев мы уже снимали первое кино. Все с алкоголизма.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Не надо только пропагандировать.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это же такая закрытая тусовка. Вы еще рассказывали про какой-то закрытый клуб, «Гавана» что ли…

А.ИЗОТОВ: Гавана-рум.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Он до сих пор существует?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы как туда сами попали? Тоже через крышу Беверли Хилтон?

А.ИЗОТОВ: Опять же, мой друг, партнер и соратник Александр Невский является членом этого клуба.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Он вас провел?

А.ИЗОТОВ: Он меня провел, по блату. И это история, когда ты заходишь, а рядом люди из телевизора курят сигары. И, собственно, позитивно откликаются на людей из России. Сейчас ситуация с россиянами немножко изменилась, потому что…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И уже не позитивно?

А.ИЗОТОВ: Были очень позитивны. А сейчас, так сказать, позитивно – настороженные, не понимают, что происходит. Ведь обычные американцы тоже жертвы пропаганды.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но тем не менее очень многие компании, возьмем, например, сериал «Карточный домик», очень популярный в России, везде есть образ России и Путина. Почему так популярен образ нашего президента там, в Голливуде? Причем он в хорошем качестве предстает.

А.ИЗОТОВ: Наверное потому, что он обладает теми качествами, которые американцы хотели бы в своем президенте видеть. И немцы тоже. Я видел в интернете ролик, где идут такие кадры: Путин занимается спортом, и Обама занимается спортом. Можно гордиться Путиным, я думаю, что консервативные ценности, которые обычные люди разделяют, и которые безжалостно попираются там, они требуют некой защиты. И им кажется, наверное, что наш президент может это все обеспечить. Но при этом получается, что у Путина крутой монструозный харизматичный имидж, а всех остальных российских людей обозначают в двух форматах. Алкоголики, бандиты, татуировки и так далее. То есть за последнее время позитивных образов русских в международном кино не существует. Мы снимали фильм «Разборка в Маниле», у нас там снимался Дмитрий Дюжев в роли Виктора – снайпера, позитивный. Когда он мне позвонил по телефону, он сказал: Александр, я почитал сценарий про своего героя, я чего-то не понял, нет ни шапки-ушанки, ни бутылки водки. Что случилось? Я сказал: Дмитрий, мы хотим, чтобы русские актеры играли позитивные образы в наших фильмах. Он секунд 10 помолчал, сказал: ну, это очень круто, потому что я таких предложений никогда не получал, обычно нужно играть негодяя, бандита и так далее.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Раз уж вы заговорили про русских и российских артистов, вчера буквально появилась новость, что независимый профсоюз актеров попросил московский департамент труда разработать программу по переподготовке и трудоустройству выпускников актерских вузов в России. и в частности они просят, например, создать в Москве драмкружки всяческие, и распределять их туда. У вас, в детстве вашем был драмкружок?

А.ИЗОТОВ: У меня в детстве в школе был КВН, у нас в школе был не драмкружок, но мы играли какие-то сценки. Я играл, но не сильно много.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы продюсировали уже тогда?

А.ИЗОТОВ: Нет, я не знал, что буду продюсером. Я участвовал, но так как я занимался спортом ежедневно, у меня было мало времени. Но, в общем, в нашем детстве это все было. И были такие возможности. А вот в независимые профсоюзы актеров кино я вообще не верю, потому что у нас этого вообще не существует. То есть это все на уровне местечковом происходит, между собой…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да, вы так начали хмуриться, когда я начала говорить про профсоюзы.

А.ИЗОТОВ: Потому что у нас была гильдия актеров кино, которая могла бы вырасти в реальный кинопрофсоюз, но, к сожалению, там больше работали актеры старой волны, то есть не пошла эта история.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но в Голливуде том же все профсоюзы всегда все решают.

А.ИЗОТОВ: Там все очень жестко, и это тоже была проблема для голливудского кинематографа, потому что в определенное время из Голливуда начали активно уходить, и снимать в других странах и городах, продюсеры. Потому что невозможно работать, когда у тебя стоят с секундомерами представители пяти гильдий, и не дают тебе работать. Еще нужно каждому заплатить. Там все очень строго, очень жестко. В принципе, присутствие гильдии актеров кино в Америке помогает получать деньги актерам всю свою жизнь. Снялся в хорошем кино – и тебе чеки приходят еще лет 30. То есть в этом плане они обеспечивают безбедное существование. Но при этом очень жесткие нормы, за этим следят, и это дополнительные взносы в гильдию актеров кино.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Когда вы были еще юным совсем, и у вас был драмкружок в школе, как мы выяснили, были ли у вас на стене какие-нибудь постеры знаменитых актеров? Удалось ли с ними встретиться?

А.ИЗОТОВ: Да, в юности как раз я, как и многие, увлекался боевиками. У меня на стене висело, как сейчас помню, куча культуристов различных.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Шварценеггер?

А.ИЗОТОВ: Шварценеггер обязательно, больше всех. Шварценеггер, Сталлоне был, Ван Дамм, Чак Норрис. То есть герои из пиратского видео, так называемого. Собственно, со всеми этими людьми я в жизни встретился, руку им пожал, с некоторыми даже поработал. Например, Эрик Робертс снимался в фильме «Лучший из лучших» и «Лучший из лучших 2», это было крутое кино. Тогда я не знал, что он у меня будет работать. Собственно, в этом плане мечта идиота, наверное, сбылалась.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А родители вами гордятся7

А.ИЗОТОВ: Не знаю. Надеюсь, что да.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Когда вы пожали руку, пообщались со своими кумирами, вас никто не разочаровал? Такое часто бывает. У меня есть такие случаи, когда человек с говнецом оказался, а казался таким хорошим…

А.ИЗОТОВ: Изначально я понимаю, что если человек – актер, то с ним что-то не так. Мужчина.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Почему?

А.ИЗОТОВ: Потому что мужская природа противоречит тем задачам, которые закладывается в актерское мастерство.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Знаете, кто говорил такую же мысль? Николай Наумов, который Колян из «Реальных пацанов».

А.ИЗОТОВ: Если для женской природы актерское мастерство – это составная часть характера, женщина она по определению актриса, то мужчина – актер – это непростая вещь.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А как же в Греции все роли исполняли мужчины?

А.ИЗОТОВ: Ну, там они вообще занимались непонятно чем.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это правда. А вы, вы же тоже играли?

А.ИЗОТОВ: Нет, я считаю, что каждый должен своим делом заниматься. Актерское мастерство – это не моя история.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Быстренько закончилось?

О.ДАНИЛЕВИЧ: Может, ваша история – это политика? Мы знаем, что вы были кандидатом в Госдуму. В следующем году выборы, можете, в этот раз поиграете?

А.ИЗОТОВ: Знаете, я человек увлекающийся, в принципе, чтобы понять твое - не твое, надо попробовать. Я попробовал актерское мастерство – это не мое. Я попробовал политику –понял, что это не мое, либо это должно быть на каком-то следующем этапе, позже. Продюсирование мне нравится тем, что во-первых мне скучно заниматься одним и тем же, а каждый проект – это что-то новое. И мне интересно договариваться, создавать проекты, играть в проектах не хотелось бы.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но если актерство вы вычеркнули для себя навсегда, то политику пока нет?

А.ИЗОТОВ: Посмотрим, вдруг мои наработки и опыт пригодятся в построении новой России.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ваш опыт позволяет вам делать какие-то прогнозы по успешности фильма, в том смысле, мы говорили о том, как привлечь инвесторов, какие сборы будут у картины?

А.ИЗОТОВ: Я вообще сейчас к кинобизнесу отношусь как к долгосрочному проекту, и вот поддерживаю слова Александра Роднянского, очень уважаемого кинопродюсера, который никогда не рекомендует рассматривать каждый отдельный фильм как отдельный проект. Потому что принцип инвестирования в кино – это принцип инвестирования в пакет фильмов. То есть по статистике, даже в Голливуде, определенное количество фильмов проваливается, определенное количество фильмов уходит в ноль, 1-2 фильма из 10, которые выходят в плюс, вытягивают всю остальную историю. Наша задача по этому фильму – попасть в американский прокат, что даст автоматическое попадание в прокат по всему миру, и, собственно, мы хотим, чтобы в России это было действительно событие. Это, конечно, будет зависеть от того, каким получится фильм, но исходные данные для того, чтобы сделать фильм событием, у нас есть. Потому что подобного жанра фильмов не так много выходит, и я думаю, что это будет интересно, а судя по затраченным силам и деньгам, оно будет веселое и бойкое.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А монтировать где будут? В России? или это будут все-таки иностранные специалисты, американцы монтировать? Потому что говорят, что у нас и с монтажом тоже проблема.

А.ИЗОТОВ: Монтировать будут в Америке, потому что российские монтажеры не владеют жанровым монтажом, особенно то, что связано с экшном. То есть в этом плане вообще проблемы в России большие…

О.ДАНИЛЕВИЧ: У нас везде проблемы….

А.ИЗОТОВ: Нет, нет, у нас очень хорошая актерская школа. У нас могут снимать драму.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но вот монтировать не умеют.

А.ИЗОТОВ: Монтировать не умеют. Вообще, что касается экшна, у нас с этим слабенько. Потому что экшн – это школа.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Кроме исполнителей трюков.

А.ИЗОТОВ: Да, исполнители трюков – очень крутые у нас ребята, без башни, они могут делать то, что американцы не могут. Но это связано с тем, что они профессиональные и безбашенные. А американцы, она…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Они башенные.

А.ИЗОТОВ: А то, что касается монтажа, когда из двух кадров, которые занимают 0.4 секунды, сделать дробный монтаж экшна, у нас не умеют. Ну, что такое экшн, съемки? Это нужно раскадровать, снять с большого количества камер всю эту историю, а потом правильно смонтировать. К этому мы еще не пришли, но я думаю, что все еще впереди. Если, конечно, НДС в 18% не погубит нашу киноиндустрию.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы говорили, что еще рассчитываете, что кино будет еще и интересным. Давайте сейчас «по чесноку», как говорится. Вы больше на что нацеливаетесь? На прибыль? Или на то, что картина понравится зрителю?

А.ИЗОТОВ: Я думаю, это очень связанные между собой вещи.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Неправда, не всегда. Это какой-то такой особый случай был с фильмом «50 оттенков серого», когда все ходили, смотрели, но все плевались.

А.ИЗОТОВ: Это вопрос к промо. Были вложены огромные деньги в промоушн сначала книги, потом картины самой. То есть по сути то, что люди об этом все знали – это очень мощно сработала рекламная кампания. Которая, в том числе, была и бесплатной, потому что, как известно, Голливуд 70% денег реально экономит. Потому что если бы рекламировали товары и услуги непосредственно, то за многие вещи приходилось бы платить. А так получается, все СМИ, газеты и журналы, показывают звезд из фильмов, показывают звезд на красных дорожках, что очень сильно сокращает затраты.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы нацелены на что?

А.ИЗОТОВ: Мы нацелены на получение прибыли через показ фильма, который понравится всем.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Александр, мы подошли к нашей традиционной рубрике, пять вопросов – пять быстрых ответов. Первый вопрос – что вы скрыли когда-то от мамы?

А.ИЗОТОВ: Я когда-то от мамы скрыл, что я украл 25 рублей из серванта, но потом это все скрылось, когда я предложил маме купить ей мороженое.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А на что потратили эти деньги? На кино?

А.ИЗОТОВ: То есть я забрал деньги, понял, что у меня есть деньги, подошел к маме и сказал: мама, хочешь мороженого? Она сказала: откуда у тебя деньги? И я не нашел, что ответить, деньги пришлось вернуть.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Не успели потратить. С какой бы блондинкой вы бы смогли изменить любимому человеку?

А.ИЗОТОВ: А имеется ввиду известные блондинки?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Какие хотите.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну, если не очень известные, то это, мне кажется, опасно называть в эфире.

А.ИЗОТОВ: Не знаю, меня расстреляют за эту историю, наверное….

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Давайте.

А.ИЗОТОВ: Наверное, с какой-то пышногрудой…

О.ДАНИЛЕВИЧ: Например.

А.ИЗОТОВ: Памелой Андерсон 20-летней давности.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Она сейчас китов защищает.

А.ИЗОТОВ: Нет, сейчас не надо.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Самая большая ошибка в жизни? Кроме этой.

А.ИЗОТОВ: Самая большая ошибка в жизни….

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Быстрый ответ.

А.ИЗОТОВ: Да нет у меня никаких ошибок. Я не делал больших ошибок. Они были все маленькие.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вот и молодец.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У кого бы вы попросили прощения?

А.ИЗОТОВ: Я бы попросил прощения у своей любимой женщины, ее зовут Татьяна Ларина, потому что я совсем мало занимаюсь воспитанием детей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А у вас двухмесячная дочь…

А.ИЗОТОВ: У меня еще дочь 1 год 4 месяца, и еще двухмесячная дочь. Дочери две, а занимаюсь я совсем мало. Поэтому я бы у нее попросил прощения.

О.ДАНИЛЕВИЧ: И за Памелу Андерсон тоже…. На всякий случай.

А.ИЗОТОВ: И за Памелу Андерсон 20-летней давности.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Кто ваш лучший друг – последний вопрос.

А.ИЗОТОВ: Мой лучший друг – Александр Невский. Мой партнер, соратник и брат по многим вопросам, связанным с кинобизнесом, и по жизни.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Кинопродюсер, режиссер и сценарист Александр Изотов был у нас в гостях.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Спасибо, что нашли время, и пришли к нам. Ну что, успехов вам в вашем нелегком труде, с вашими актерами, которые у вас периодически куда-то исчезают, убегают.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Собирайте сплетни, приедете к нам еще раз, расскажете.

А.ИЗОТОВ: Спасибо. А я вас приглашаю на съемочную площадку и потом на премьеру фильма.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Круто! Мы придем.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ольга Данилевич….

О.ДАНИЛЕВИЧ: Екатерина Звягинцева…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Через неделю услышимся. Пока.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Пока.