Глава Севастополя назвал окончательным решение о директоре «Херсонеса»

Сотрудники «Херсонеса Таврического» отказались работать под руководством священника

КОРРЕСПОНДЕНТ: Первый вопрос, если позволите. 29-го числа мы все узнали о решении Сергея Меняйло назначить вам руководителем заповедника «Херсонес Таврический». Единственный вопрос, который вначале хочется уточнить: мы можем говорить о том, что это решение уже официальное, то есть – есть документ, печати, подписи? И если да, то чья подпись стоит под этим документом?

С. ХАЛЮТА: Начальника управления культуры Правительства города Севастополя.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Эта бумага есть, я вас понял. Расскажите, пожалуйста, как вообще получилось, что выбрали именно вас? В принципе, стало довольно неожиданным подобное назначение. Прежде всего, как вы узнали об этом назначении?

С. ХАЛЮТА: Узнал при представлении об этом назначении, когда получил документы на руки.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Как это получилось, вам не известно? Вы до назначения каких-то слухов, разговоров про это не слышали, о каком-то периоде подготовки?

С. ХАЛЮТА: Вы знаете, шли празднования тысячелетия блаженной кончины князя Владимира, поэтому, собственно говоря, я был задействован на сто процентов в празднованиях. Я являюсь настоятелем собора Святого Равноапостольного князя Владимира в Севастополе, поэтому я был задействован в этой работе.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Просто не знали ни о чём подобном, да?

С. ХАЛЮТА: Нет.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Вы с кем-то знакомы, работали, плодотворно сотрудничали с тем, кто ответственен за принятие этого решения?

С. ХАЛЮТА: Мы плодотворно сотрудничаем со всеми институтами государственной власти, которые находятся в городе Севастополе, в том числе и с заповедником «Херсонес», и работаем на протяжении уже многих лет. Безусловно, ещё раз повторюсь, мы работаем со всеми институтами как подразделение Русской православной церкви.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Знакомы ли вы лично с губернатором? И если да, то насколько близко?

С. ХАЛЮТА: Я знаком со всеми руководителями города Севастополя.

КОРРЕСПОНДЕНТ: По долгу службы, я так полагаю?

С. ХАЛЮТА: По долгу службы я знаком со всеми руководителями города Севастополя, потому что принимаю участие во всех значимых мероприятиях, проводимых в городе Севастополе. Ровно как и руководство города Севастополя принимает участие в значимых мероприятиях, которые проводит Православная церковь.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Известно ли вам было о каких-то других кандидатах на эту должность?

С. ХАЛЮТА: Нет, не известно.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Я думаю, для вас, конечно же, не секрет, что многие выступают с критикой в отношении вашей, будем говорить, профпригодности для данной позиции. Как вы можете это прокомментировать?

С. ХАЛЮТА: С критикой можно выступать тогда, когда человек не справляется со своими обязанностями – только тогда можно выступать с критикой. Когда критикуют человека, который ещё не начал работать, здесь сложно давать какие-то оценки и комментарии. Что касается моего образования и моей профпригодности: я закончил Московскую духовную академию, у меня высшее богословское образование, я защитил кандидатскую диссертацию на тему «Пещерные церкви и монастыри древней Тавриды» (это кафедра истории и археологии). Поэтому говорить о моей профнепригодности – как кого? Как учёного? Я не претендую на какую-то высокую роль учёного. А если говорить о роли директора заповедника, то нужно судить по делам.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Вы считаете, что нужно подождать?

С. ХАЛЮТА: Я думаю, что любому человеку, который начинает свою трудовую деятельность, даётся какое-то время для того, чтобы он начал работать, и после этого даются какие-то оценки: справляется он со своими обязанностями, не справляется, профпригоден или профнепригоден. Для этого нужно время.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Тем, кто говорит, что у вас нет профильного исторического образования, что вы могли бы ответить?

С. ХАЛЮТА: Ещё раз повторю. Я только что вам сказал, что я закончил Московскую духовную академию и защитил кандидатскую диссертацию на тему «Пещерные церкви и монастыри древней Тавриды». В самом названии моей кандидатской диссертации, в общем-то, и мой ответ.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Понял. Ещё одна проблема, о которой, я думаю, вы наверняка знаете – это кадры. На сегодняшний день никто из прежнего коллектива, как нам известно, не готов с вами работать. Как вы думаете решать эту проблему?

С. ХАЛЮТА: Заповедник работает в штатном режиме. Весь коллектив заповедника «Херсонес» работает в штатном режиме. Люди любят «Херсонес», люди много лет своей жизни отдали для того, чтобы «Херсонес» процветал, поэтому люди работают. И мы делаем всё возможное для того, чтобы «Херсонес» получил федеральный статус.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Учитывая подобную информацию, я думаю, вы учитываете настроения и должны предполагать, что люди будут уходить. Или это не так?

С. ХАЛЮТА: Я это учитываю, безусловно. Но ещё раз повторю: люди работают в штатном режиме, выполняют свои должностные обязанности. Экспедиции работают в штатном режиме – те, у которых есть открытые листы и которые по закону могут работать. Археологическая база работает в штатном режиме. И все структуры «Херсонеса» работают в штатном режиме. Экскурсоводы проводят экскурсии, финансовые учреждения работают в штатном режиме. Все выполняют свои должностные обязанности.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Можно, если позволите, я подытожу: в этом вопросе вы планируете работать, как говорят пилоты, по фактической погоде?

С. ХАЛЮТА: Я работаю, потому что у нас остался месяц для того, чтобы войти в федеральную структуру, то есть стать федеральным музеем. И после этого уже Министерство культуры Российской Федерации, министр культуры Российской Федерации будут принимать решение о назначении на должность нового директора национального заповедника «Херсонес Таврический». По закону предприятие, директором которого я являюсь, которое сейчас существует, будет ликвидировано, то есть будет закрыто, все сотрудники напишут заявления об уходе. И на новое предприятие будут принимать людей.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Я вас понял, очень интересный момент. Один из заключительных вопросов. Многие, в том числе высокопоставленные чиновники, считают решение о вашем назначении преждевременным. Вы так не считаете?

С. ХАЛЮТА: Я не могу ответить на этот вопрос, потому что я не могу говорить, считаю я или не считаю. Если руководство посчитает мою работу невозможной на этой должности, оно примет решение, и я буду уволен с этой должности.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Вы не думали об отказе, может быть, вначале, когда только получили это предложение, или недавно, когда узнали о резонансе?

С. ХАЛЮТА: Вы знаете, я живу по принципу: я ни от чего никогда не отказываюсь и ничего никогда не прошу.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Я вас понял. Позвольте одно небольшое уточнение ещё раз: чья подпись стоит под документом о вашем назначении?

С. ХАЛЮТА: Начальника управления культуры города Севастополя.

КОРРЕСПОНДЕНТ: К сожалению, я не имею возможности сделать это сейчас, могу сделать. Если вам не сложно, как зовут этого человека?

С. ХАЛЮТА: Я думаю, что вам нужно обратиться в управление культуры, и вам там подскажут, кто подписал данный документ, потому что документ находится в управлении культуры.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Я вас понял. Сергей, спасибо вам большое. До свидания.

С. ХАЛЮТА: До свидания.