Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это программа «Бла-бландинки», мы начинаем. Ольга Данилевич… Шепчется с нашим гостем… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Екатерина Звягинцева. Да, я шепчусь с нашим гостем, актёром театра и кино Михаилом Полицеймако. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Доброе утро, девочки. Доброе утро, друзья. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил, как и многие наши гости, задаётся вопросом, почему же мы не блондинки. Где же блонд? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, я просто хотел тебе повысить настроение этим вопросом, но если тебе его уже задавали 42 раза, значит, я не оригинален. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Я же немножко блондинка, я специально красилась, я стремлюсь. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Прекрасно. Я готов тоже перекраситься. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы в какой?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да в какой-нибудь. Не знаю. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какой вам ближе, по душе? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Меня один раз покрасили в рыжий цвет на съёмках, это было ужасно. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы кого играли в таком цвете? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я снимался у замечательного Сергея Адольфовича Кирющенко в таком ситкоме, где три папы воспитывают троих детей. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это по аналогии с «ВИА Грой»: чёрненький, рыженький? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: И самое интересное, он сказал: ты какой-то тёмный, давай тебя покрасим в рыжий цвет.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это прямо обязательно надо было, чтобы папа рыжий был? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, один из пап был рыжий, причем такой ненастоящий цвет – цвет меховой игрушки. И он меня покрасил. Волосы у меня быстро растут, и стали отрастать корни. Я был похож просто на чудовище. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Очаровательное. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: И когда я с такими волосами играл Шекспира, «Много шума из ничего», люди в зале немножко не понимали, куда они попали. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А нельзя было опять перекраситься? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А парик? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Когда идут съёмки, нельзя же краситься.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А парик?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Парик, видите как… В театре и так жарковато. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Слушайте, а самый тяжёлый грим? Или одежда сценическая? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Самый тяжёлый грим и одежда – это когда мне 2 часа делали маску у Кончаловского в «Глянце». Я там играл небольшую эпизодическую роль журналиста, который приходит делать интервью, а вокруг ходит много голых моделей. Замечательный персонаж. А потом я иду сливать информацию, по фильму, кто не смотрел, потом они меня бьют. И у меня должно быть полностью заплывшее лицо. Они мне сначала накладывали маску моего лица и 4 часа гримировали. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: 4 часа делали его заплывшим?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Чтобы потом несколько секундочек вас показать в кадре? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, несколько секундочек. Полминуточки. И это было очень неудобно, потому что мне сначала полностью залили лицо, сделали маску, я дышал через трубочку…. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Боже, какие жертвы… Зачем вам эта работа? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Причём замечательные гримёры Мосфильма мне говорили: у тебя нет клаустрофобии? Я сказал – нет. И она у меня началась. Когда ты полностью залит, у тебя трубочка…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Почему-то вспомнился «Убить Билла», когда она в гробу пыталась выбраться. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вот такое же ощущение. Слушайте, мы вчера застряли в лифте в Екатеринбурге, у меня опять началась клаустрофобия. 

О.ДАНИЛЕВИЧ:  Надолго застряли? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Минут на 25.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да ладно, чего вы там делали? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: В принципе, чего бояться? А я ещё был с коллегами. Если бы я был один и у меня была бы большая площадь, я бы просто выломал эту дверь. А поскольку я с коллегами, то должен прилично себя вести, и я все время проверял, кричал в дырочку между дверями: «Они скоро приедут?». Они говорили: «Да, едут, едут». И тишина. Хорошо, что свет не выключили. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы застряли не между этажами? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Между 1 и 2. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: И выломали бы вы, и что? Если между этажами? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я в своём детстве, в отрочестве, выламывал старые лифты наши… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Господа, Михаил Полицеймако у нас в гостях, известный выламыватель дверей в лифтах.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Друзья, мы сейчас будем вас присоединять. + 7 925 88 88 948 – это номер для ваших SMS-сообщений. Сайт govoritmoskva.ru, там есть специальная вкладочка, куда можно задать вопрос. Twitter govoritmsk, звонки мы традиционно не берём. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Пока люди набирают номер, хотел поделиться с вами радостью. У нас в Екатеринбурге был 700-й спектакль Ladies Night. 700-й!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это ж правда, с какого года он идёт? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Гениальный спектакль… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Гениальный спектакль, это правда. Ему 14-й сезон. То есть в 2001 году мы сыграли премьеру. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И самое удивительное, что всегда аншлаги. И ведь невозможно купить билеты. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я торгую билетами из-под полы, поэтому могу… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Приторговываете? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Сейчас Михаил открывает свою толстовочку… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да нет, я вас приглашу, девочки, в чём проблема.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Серьёзно? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Конечно. Я вас могу пригласить 3 или 4…

О.ДАНИЛЕВИЧ: В Екатеринбург не надо… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: В Ленинград. Потом у нас Ярославль, Иваново, потом я вам скажу московское число. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Извините, а можно в Москве всё-таки? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Предлагаю Иваново. Конечно, я вас приглашу в Москве. Как странно, что вы не были. Вы же были? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Нет, не были. Мы честно пришли покупать билеты в театр, у нас не сложилось. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: А что же вы не поступаете так, как все ваши коллеги: «Алло, привет, Миша, а помнишь, ты был у меня на эфире...»? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мы ещё не были с вами знакомы. Михаил, сейчас всё изменится. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: На самом деле у нас не получается. У нас много было актёров, мы всё время скромничаем. Кто-то потом ходит вместо нас, а мы не можем так… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: А почему вы скромничаете-то? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Потому что мы не можем так… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Потому что нас хорошо воспитали. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Как говорила мой педагог Елена Михайловна Волгина: кисочка, скромность – путь в неизвестность. Поэтому надо внаглую.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мы сейчас воспользуемся знакомством с вами. На самом деле мы хотели вас немножко по новостям погонять, по интересным и важным темам. Вот вчера, например, была Чёрная пятница, единственный день, когда люди покупают всё с большими скидками. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Дерутся в магазинах.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Пользуетесь ли вы такими благами? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Для меня словосочетание «Чёрная пятница» как-то пугающе звучит. Потому что у меня в детстве был фильм «Пятница, 13-е», который я боялся всегда смотреть. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А свитер какой хороший был… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Свитер – прекрасный, божественный. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы неправильно говорите, сейчас говорят «свитшоты». 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: О как…  Буду знать. Я не слежу за модами и трендами и фигендами и когда все что-то покупают по сейлу… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Знаете почему? Потому что вы зажиточный, Михаил.. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, я не зажиточный. У меня просто нет каких-то материальных привязок. Вот если бы видели мой второй телефон, который я сегодня не взял с собой, вы бы сразу поняли, что я за человек. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Nokia 3310? ​​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Примерно. А вот этот вот – это просто для того, чтобы в Facebook и всякое. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А это не iPhone у Михаила. Это Samsung. Слушайте, на этой неделе появились итоги опросов, которые показали, что 70% граждан России начали так или иначе экономить в связи с кризисом. Вы начали экономить? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Начал, конечно. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: На чём вы экономите, например? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: На всём. На продуктах, на одежде. Единственное, на чём мы не экономим с женой, – это на детях. Потому что они как занимались дополнительными занятиями, так и занимаются. И стараемся на одежде, но закупаемся, к сожалению, не у нас, потому что у нас безумно дорого из-за аренды торговых площадок. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Поэтому мы летаем в Милан и закупаемся там.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, всё гораздо проще. Мы покупаем это в Болгарии, прекрасно в Эстонии, там всё дешевле. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Даже несмотря на то, что евро так вырос? Всё равно дешевле получается? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, Болгария, во-первых, левая. Но я помню, у меня был шок, мы поехали отдыхать в Португалию, давно-давно, лет 6 назад, ещё не было кризиса. Вдруг я увидел магазин. Зашёл – а там все джинсы по 10 евро. Все. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: И вы все взяли? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А евро тогда еще был 40? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да. Как человек, который родился в Советском союзе, я стал сразу искать, где же обман. В чём обман? А они говорят: «Вот, у нас такая акция». Я, естественно, купил 6 пар и потом носил их два года и прекрасно себя чувствовал. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В Португалию едем все. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А от продуктов каких отказались? Ну, понятно, у нас сейчас санкции, многих продуктов нет. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Пармезана. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я не отказался от продуктов, я ем то, что я ем. Просто я как бы стал смотреть на цену, сколько это стоит, может быть, в этом магазине купить подешевле, вот и всё. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мне кажется, сейчас так делают 99%...

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Сейчас все так делают. ​

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но мы-то думаем, что вы, актёры, не экономите. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вы – это значит люди? Актёры тоже люди, они экономят. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ладно, про нынешнее время давайте тогда, если вы не экономите… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, я экономлю. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы экономите, но мы всё равно будем думать, что не так сильно, как мы все. Вы недавно в Facebook написали, что время нынешнее сложное, и назвали его, в частности, дьявольским временем. Что вы имели в виду, когда это писали? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это я связал с тем, что в этот момент упал российский самолёт. И моё ощущение от этого такое, что это может сделать только дьявол. Как можно убить этих детей, которые летели с отдыха и которые не имеют к этому никакого отношения?  Это, мне кажется, такое варварство, так только дьявол может сделать, поэтому это дьявольское время для меня. Для меня абсолютно все поступки, которые связаны с целенаправленным убийством, причём убийством слабого, человека, который не имеет к этому отношения, –  я считаю, что это какая-то дьявольщина. Потому что если ты хочешь выяснить отношения, то ты и выясняй отношения, как мужчина с мужчиной, автомат на автомат, кастет на кастет. А если погибли эти дети, какое может быть этому объяснение? У меня только, что это дело дьявола. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы в Египте сами отдыхали? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я отдыхал очень давно, и у меня есть свои определённые соображения по этому поводу, потому что когда идёт операция в Сирии, то люди должны думать, зачем туда ехать. От Сирии до Египта на машине три часа. Ну, как можно, если там идёт война, а там 80 000 россиян зажигают. Ну, как это вообще? У меня в голове это не укладывается.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Соответственно, и про Турцию вы думаете то же самое? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Турция – это другая история. Это связано с политическими играми… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Нет, сейчас вопрос про поездки в Турцию… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И там же Сирия тоже недалеко. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Но я думаю, что как-то сейчас, вот эта волна патриотизма... У нас же в обществе как? Что-то случается, всплеск патриотизма, потом всё утихает, и все едут в Турцию. Ну, не все, но процентов 60. Мне кажется, что Турция – это другая история, это связано с политикой, в которой мы мало что понимаем. А вот с тем самолетом – это для меня было абсолютно необъяснимо. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Насчёт политики. Вчера Россия приняла решение отменять безвизовый режим с Турцией с 1 января… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Прекрасно… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Почему прекрасно? Так правильно? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, мы с вами втроём в этой комнате мало что об этом знаем. Мы мало знаем, о чём они говорят при закрытых дверях. Поэтому комментировать это… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, Сирия, ну ладно, не поедем в Турцию… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: А что делать, если у какой-нибудь молодой мамы ребёнок, который каждый сезон на три месяца уезжал в Турцию и дышал там свежим воздухом? У них нет дачи... Я отдыхал в Турции достаточно давно, в году, наверное, 2006-м, там прекрасный сервис, там аниматоры бегают. Я не чувствовал в Турции враждебных настроений. Я там даже один раз мероприятие вёл, вот недавно совсем, лет пять назад. На два дня туда летал, всё было на каком-то нормальном уровне. Простые турки вообще не врубаются, что происходит. Даже те турки, которые ведут там бизнес, не понимают, что происходит, а египтяне тем более. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но турки, которые сейчас в России, ещё больше не понимают, что происходит, ещё больше переживают. Слушайте, но вот какие-то культурные связи  с Турцией? У нас Мединский недавно заявил, что надо как-то прекратить контакты с международной организацией тюркской культуры в связи с тем, что произошло между нами… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Сразу отменили перекрёстный год культуры России с Турцией.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В Мосгордуме говорят, что нужно отменить у нас турецкое кино, любое, всякое. Скажите, у нас культурные связи с Турцией сильные? У вас лично бывали гастроли в Турции? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: У меня в Турции не было гастролей. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: И вообще, насколько это популярное направление, например, для наших артистов в плане работы? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Там происходят праздники, концерты, корпоративы. Спектакли я в Турции не играл. Я играл в Израиле, где, естественно, огромное количество выходцев из СССР, я играл в Европе, в Чехии был полный зал русскоговорящих людей, в Дубае  я был три раза на гастролях. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Тоже с «Ladies Night»? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: И с «Ladies Night», и с «Папашами». Там вообще очень большая диаспора, причем все русскоговорящие – это не только россияне. Там очень много из Казахстана, Белоруссии, Украины, там они все живут одним районом, который называется Марина в Дубае. Я был удивлён: меня туда привезли друзья, что-то на море вышли, и вдруг я слышу: «Галь! Ты идёшь? Это кто?». Господи боже мой!

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Уехал. В Саратов прямо. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Приехал. С Турцией какие связи? В культурных связях с Турцией я не вижу кого-то масштаба. Там, безусловно, есть своя культура, они и к нам сюда привозили, мы туда, по-моему, балет возим, у нас оперные певцы там выступают, в Стамбуле. Но они-то в основном занимаются торговыми связями, там же Стамбул. Я один раз прилетал в Стамбул.. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Такой большой рынок… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Подождите, вы сразу про Стамбул. Я просто вспоминаю свою единственную поездку на курорты Турции, на всех афишах висели наши эстрадные поп-звезды. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это да. Но люди же приезжают, когда All Inclusive, это ни о чём ни думать, есть, пить, плавать, дети дышат воздухом и вдруг – опа! – увидели фотографию нашего шоу-исполнителя. Я думаю, это всё-таки попса туда ездит, потому что какой-нибудь коллектив вроде мною уважаемой Земфиры Рамазановой туда не поехал бы. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Земфира в Израиль ездит, да. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да нет, она ездит по всему миру, у неё сейчас тур начинается. Или «Ночные снайперы». Или «Конец фильма». 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Я не знала, что вы его любите… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я очень трепетно отношусь к русскому року, который умирает, но живёт ещё пока. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Про вас давайте.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Давайте. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы сейчас больше в театре играете? Или съёмки, кино? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я не оцениваю свою деятельность и не могу привести график… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но вы же наверняка расписываете: сегодня у меня там, завтра я там…

О.ДАНИЛЕВИЧ: У вас есть ежедневник? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да. У меня ежемесячник. Все по-разному, на самом деле, конечно, на самом деле больше театра, спектаклей… О.ДАНИЛЕВИЧ: Это вас радует? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Меня вообще радует, что я занимаюсь честной профессией. И вот у вас замечательная  профессия. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Честно? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я думаю, что да. Я думаю, что есть честные таксисты, а есть… Меня поразило, когда в обществе у нас случилось какое-то горе, по-моему, это было связано с терактом в Домодедово, а таксисты взяли и повысили цены. А вот я уверен, что в какой-нибудь другой стране, например, в Израиле, случилось бы это – таксисты бы бесплатно возили людей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мне кажется, это наша вечная проблема, мы всегда так говорим, что у нас… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ладно таксисты. Но потом нашлись же честные люди, просто волонтёры, обычные люди, которые поехали, развозили и раненых людей и так далее. Всегда 50 на 50, много хороших людей, много плохих.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну да. Я говорю о честности. Просто то, что меня расстраивает, я могу признаться, – у нас мозги атакованы баблом. В основном, в процентном соотношении, в голове денежная масса превалирует здравому смыслу, это я своё общее ощущение от того, что вообще происходит. Потому что даже если человек понимает, что он делает плохо, но он делает в выгоду себе, он будет делать плохо в выгоду себе, чем в ущерб себе, но хорошо. К сожалению, это тенденция, которую я наблюдаю просто за людьми, она меня немножечко расстраивает. В этом я вам признался сейчас. Утром. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У нас весёлый разговор. Евгений, наш слушатель, возвращает вас, нас к кино и спрашивает: «А вы не снимаетесь в "Анне Карениной"?». 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну конечно, я играю рельсы, на которых погибла Анна Каренина. Мне там чего играть-то? Там есть лошадь Вронского Фру-Фру, характерная роль для артиста Полицеймако. Для Вронского я, наверное, толст, для мужа я ещё молод.  

О.ДАНИЛЕВИЧ: А Евгений считает, что вы играете Вронского, между тем. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Серьёзно? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Да. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Женя, дай Бог тебе здоровья, чтобы всё у тебя было хорошо. Пожелал мне Вронского сыграть.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Хотелось бы? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да не, ну правда, при всем уважении к Евгению…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА:  Я вот тоже не вижу Михаила в роли Вронского. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я вам сейчас могу сказать: у меня осень не очень киношная получилась, я снялся у своих друзей в фильме «День выборов-2», который выйдет… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: 3 марта. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Потом я снялся в небольшой роли в фильме «Завтрак у папы». И в сериале «Деффчонки» снялся, в двух сериях.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вот насчёт «Дня выборов» сейчас интересно, хотя больше интересно про «День радио», но и про «День выборов» тоже спросим. В фильме «День радио» вы сыграли эпизодическую роль, а в спектакле у вас полноценная, одна из главных. Почему так? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Всё-то вы про меня знаете, ужас. Это, во-первых, не от меня зависит, а от ребят из «Квартета И». В фильме «День радио» роль диджея разбита на три части, как вы заметили. Там есть часть, которую играет Димочка Марьянов, часть, которую играет Макс, и маленькую часть они дали мне. Но просто есть телеверсия спектакля «День радио», который телеканал Россия показал уже 86 раз в эфире, там я один играю эту роль. И обычно этот спектакль ставят на День радио 5 мая. У нас три исполнителя этой роли в фильме: Дима, Макс и я. Просто эту роль разделили на троих. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В общем, никакого подвоха. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Подвоха никакого нет. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В «Дне выборов», во второй части вы кто? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я провинциальный режиссёр. Который в Астрахани бегает и пытается устроить, чтобы всё было хорошо по приезду нового губернатора. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Долго вживались в роль? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вы знаете, я помню мошку в Астрахани, потому что я первый раз попал в мошку.  

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мошка – это мошка? Или что? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вопрос, достойный блондинки: скажите, а мошка – это мошка? Мошка – это мошка, как-то так. Это такая маленькая фигня, которая лезет в глаза, в нос, в уши, не даёт тебе дышать, ты можешь её на вдохе поймать. Это очень неприятная истории. Потом она не кусает как комар. Комар всё-таки благороден. Во-первых, он оповещает, что летит, садится и начинает… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И делают это только женщины, самочки, комарихи. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, это же естественно. А мошка когда садится – такое ощущение, что она вырывает кусок кожи. Я в первый день, я же никогда с этим сталкивался… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Потому что вы чесались. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, там не чёс начинается, а даже зуд. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А как в таких условиях можно что-то играть и сниматься и как вообще? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это был центр города. Причём местные там очень много помогали, прекрасный астраханский народ. Зеваки там стояли, участвовали в съёмках. Я стою, отмахиваюсь, говорю: «Да что ж такое?!». Они говорят: «Да это не мошка, у нас в этом году нет мошки». Причём мне понравилась эта версия, завели эту мошку знаете для чего? Потому что её жрёт рыба. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Чтобы рыбы было побольше?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, у них есть такая версия. Я не беру на себя ответственность утверждать, но мне рассказали, что в советское время приехала какая-то женщина… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Мне кажется, это театр абсурда, правда… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Которая развела эту сибирскую мошку у них в Астрахани, чтобы было много рыбы. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Какой кошмар… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Потому что тогда в Астрахани ещё была халявная чёрная икра. И они эту мошку развели, и рыба ела мошку, а люди в советское время ходили в сетках. Потому что у них там июнь и июль – ад. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил, вы половили там рыбу? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО:  Да нет, я снимался там в кино. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вечерами, с удочкой? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вечерами, постояв под +45… Мне наша замечательная ассистент по актёрам подходила, давала бутылку воды, и я лил прямо на голову, чтобы грим не смыть. Потому что +45, прилетает мошка, и замечательный Саша Борщак, режиссёр, кричит: «Мотор! Камера! Поехали!».

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А теперь можете также проанонсировать, что у нас новости? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: 94.8 ФМ! Новости! Поехали!

 

НОВОСТИ

 

 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: 13.35, мы продолжаем. Это Ольга Данилевич.. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А это Екатерина Звягинцева…

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А это в гостях у нас…. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А это в гостях у нас актёр театра и кино Михаил Полицеймако. Мы не можем остановиться… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Доброе утро. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Смеёмся и смеёмся… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Весь эфир. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы говорили до новостей о «Дне выборов».. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: О комарах.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И о комарах, о мошке, о «Дне выборов-2». В общем, чем всё закончилось? Всё ли хорошо?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Что я улетел. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Сейчас, я так полагаю, идёт монтаж фильма? Или уже озвучивание? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Уже озвучил. Сейчас прилетел к вам из Екатеринбурга, где у меня был 700-й «Ladies Night», а перед этим был в Сибири… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Слушайте, а 700-й – это же значит, что отмечали, правда же? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да мы и 152 отмечаем, у нас после спектакля как бы всё нормально. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Хотели нам приличную историю за эфиром рассказать? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, я вам её потом расскажу. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Простите, Михаил, я вас перебью, 840-й пишет: «Девочки, сегодня у вас определённо настолько самодостаточный и эксклюзивный гость, что вам вопросы задавать не надо, просто освободите место ему в студии, пусть он говорит».

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это как-то не тактично… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Всё, вы можете рассказывать свои прекрасные истории. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, короче, еду я, он меня подрезает,  я выхожу… Слушайте, я такое видео посмотрел вчера. Позавчера. Я еду – и вдруг мне ролик. Я поразился, правда, я не буду называть фамилий, это очень известный артист.  А меня везёт мой товарищ в аэропорт Домодедово. И я аж прямо прилип к телефону. Видео: сидит пожилой мужчина за рулём, его подрезает Merсedes, и там сидит эта... шваль. Я называю это шваль.​

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: С растопыренными пальцами? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, может не с растопыренными, он их немножечко научился сводить с годами. И что-то он кричит этому – а это реально дедушка. И, видимо, его Mercedes подрезал, и дедушка его чуть задел. А чувак снимает с задней камеры. Этот здоровый кабан выходит и начинает бить этого деда… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Бить прямо? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Сначала он бьёт его в форточку, потом открывает дверь и начинает бить ногами. Вдруг останавливается машина и выходит очень известный артист… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил Полицеймако… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да нет, не я, к сожалению! Который говорит: «Что ты делаешь?». Тот ему: «Пошёл ты!». И реально бьёт деда. И этот известный артист подходит – и как засандалил ему по ноге снизу! Тот: «А-а-а!!!». Вышел, взял биту и расфигачил лобовуху этому Mercedes'у. Сел и уехал. Вот это вот поступок для меня!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы часто дрались в жизни? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я дрался в школе нечасто, я же участвовал в проекте «Короли ринга», я год занимался боксом.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Это мы знаем. Нет, нас интересует – в жизни? Заступались ли? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Бывало. Меня очень раздражает хамство. Я один раз приехал на репетицию спектакля «Папаши» к Ильшану Мамедову, независимый театральный проект, с Женей Цыгановым мы этот спектакль играли всего 20 раз. Я приехал, и подходит охранник ко мне и внаглую костяшкой руки стучит по моему стеклу и говорит: «Убери машину!». Вот у меня на хамство ухо работает. Я сначала начинаю, чтобы вернуть его на землю: «Простите, а почему вы так со мной разговариваете?». «Да ладно! Убирай, чего там!». И у меня сразу падает планка, потому что он не ожидает от меня такой реакции. Я вышел и просто разочек ударил его ногой. Он убежал и скрылся в своей будке: «Я не открою!». Я говорю: «Почему вы так со мной разговариваете? Кто вам дал право?». Вот это меня иногда накрывает, особенно вот это ощущение советской зоны, в которой мы жили всю жизнь, где есть надсмотрщики и осуждённые и там люди разговаривают друг с другом вот так вот … 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А что сделать, чтобы они перестали так разговаривать? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Их надо воспитывать или наказывать. Нельзя оставлять так – моя хата с краю, ничего не знаю. Тогда он будет хамить. Их надо учить.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил, наши слушатели знают, о каком ролике вы говорите. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Молодцы. Только не называйте, пожалуйста, артиста.

О.ДАНИЛЕВИЧ: И очень многие пишут, что это фейковый, постановочный… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, это не постановочный, ребята, вы что? Там такие удары, этого чувака по дедушке, кто бы согласился? Хорошо, я его увижу, спрошу. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вот, уточните, потом нам всем скажете. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я потом ещё раз приду к вам в эфир, весной, и расскажу. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: + 7 925 88 88 948 – номер для ваших SMS-сообщений. Сайт govoritmoskva.ru, там есть специальная вкладочка, вы  можете задавать вопросы нашему актёру. Михаил Полицеймако у нас в гостях

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил Полицеймако ещё до новостей нам рассказал, что он много ездит и последнее время было много гастролей по России. Скажите, когда у вас приходит время отпуска, вы больше предпочитаете оставаться дома или куда-то выезжать? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Помимо Болгарии? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, дома очень хорошо, я люблю ездить в Тверскую область. Вообще мне очень нравится совмещать гастроли во Владивостоке и там хотя бы денёк искупаться в Тихом океане, мне очень нравится. Вы были там? На острове Русский? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Нет, нет. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: А знаете, там такая красота сейчас. Такой мост, такие дороги! Там дороги сейчас как в Германии. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы в отпуск ездите семьёй или один? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Конечно, с семьёй! Как, я их не вижу совсем, ещё один буду ездить? «Алло, я поеду, отдохну в одиночестве»… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Знаете, многим артистам нужно якобы отдохнуть от семьи… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Побыть одному, подумать…

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, это какая-то попсень. Я 10 дней не был дома – и я поеду ещё куда-то отдыхать? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: С другой стороны, вы приезжаете с детьми на море, например...

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Например, да. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Выпускаете их на пляже, и они побежали все в разные стороны. И вы должны тоже за ними как-то подорваться… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я очень отдыхаю с детьми, особенно, конечно, младшая моя, та, которая выдаёт перлы. Ей 5 лет было вот сейчас, 16 ноября.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мы родились с ней в один день. Скорпионы – самые лучшие. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, я, конечно, Овен, но я поддерживаю, конечно, Скорпионы. Я  отдыхаю с семьёй, два раз в год отдыхаю, после Нового года и летом дней 20.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Рассказывайте: куда после Нового года собираетесь? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: На лыжах в Болгарию. А куда же ещё?  ​

О.ДАНИЛЕВИЧ: В Крым. Не знаю, правда, что там делать зимой… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Там снега нет. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ну, Красная Поляна ещё есть в Сочи. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: В Сочи дорого, я бы с удовольствием. Я там был на гастролях, ездили с женой на экскурсию, всё замечательно сделано, но просто всё дорого. Мне дорого. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы говорите, что младшая сейчас выдаёт перлы. Уже видно, что она будущая артистка? Или вы не хотите, чтобы она… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Слушайте, я не знаю, пусть они сами выбирают, чего они хотят. Когда я вижу мамочек, которые приводят своих детей с жидкими ногами на кастинг… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Что значит с жидкими ногами? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, как одуванчики. А мамы их мучают и заставляют ходить на кастинги реклам, сериалов и так далее, и потом дети тихо ненавидят своих родителей, потому что они хотят побегать, попрыгать, отдохнуть. Пусть сами выбирают. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Первая ваша роль – сколько вам лет было? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Прямо роль? 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да, пусть даже эпизодическая. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Наверное, когда я снимался с папой в «Детстве Тёмы», я там играл молчаливого гимназиста. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы тоже тогда недолюбливали всех, что вас привели на кастинг? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, там не было кастинга, там было просто по приколу. Я же ездил часто с папой на съёмки, как этот… сопровождающий его. И режиссёр сказал: «А пусть Миша сыграет гимназиста». Они поставили мне крупный план. Мне было лет 11, что ли. И секунд 30 мне надо было изображать, что я не знаю ответ на вопрос. А мой папа играл учителя французского. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И слов у вас фактически не было? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, и я делал э-э-э и а-а-а, и они меня крупно снимали.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Скажите, в семье, где папа Семён Фарада, мама Марина Полицеймако, ещё дедушка есть Виталий Полицеймако, можно было родиться и вырасти не актёром? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Конечно, можно. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но у вас были позывы? Вы тяготели к чему-то ещё? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У вас же математическая школа? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, она была математическая, но я вообще не понял, по-моему, родители надо мной поиздевались, отдали меня в эту алгебру, которую ненавижу до сих пор.  Вы знаете, что у меня сын в 8 классе – я вообще не понимаю, что он делает уроки, вот эти дроби… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А ещё интегралы когда-нибудь пойдут…

М.ПОЛИЦЕЙМАКО:  Да-да. Вы знаете, потрясающая способность обмануть отца. «Ты уроки сделал?» – «На, вот!». Смотрю в эти дроби и ни фига не понимаю. «Точно сделал?» – «Да, да, я сделал». – «Ну ладно, молодец!». А сам ни фига не понимаю, что написано

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну правда, вы знали, что будете актёром? Вы хотели быть актёром с детства? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, конечно. Я родился в Советском союзе, ездил в Крым всё своё детство, ненавидел уроки, играл в футбол целыми днями, занимался плаванием… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Не любили музыкалку. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Не любил музыкалку, но, слава богу, её закончил. Как говорит моя мама, в пять лет перестал читать умные книги. Потому что я рано начал читать и потом мне это всё наскучило, и какой-то период свой жизни, лет до 13, я ненавидел читать. Потом стал читать.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вас заставили пойти в музыкальную школу? Или вы хотели изначально, сами?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, сначала  я мало что понимал, первые три класса, а потом я понял, что это ад. Надо валить.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Особенно сольфеджио. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Сольфеджио – это ад! Диктанты все эти. Потому что музлитра – это же понятно, что такое… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Там всё хорошо. Всё равно все «Пер Гюнта» изучают. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: По специальности у меня был замечательный педагог Наталья Ильинична Ключевская, когда я пропускал специальность, она тут же звонила маме. То есть там не забалуешь. Когда ты идёшь по двору с нотами, а пацаны во дворе играют в футбол… «О, Мишка, будешь играть?» – «Да я в музыкальную школу…» – «А, ну давай, а мы тут 5 на 5 играем, сейчас ещё Ильдар придёт..». Прогуливал. Прогуливал, но мало, и закончил школу музыкальную.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но сейчас ведь вы рады, что закончили, мы видели, как вы дома поигрываете… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А инструмент, кстати, вы выбирали или родители? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да нет, вообще этому пианино 120 лет. Его просто папа в своё время отремонтировал, я на нём и занимался. Сейчас оно немножко расстроено, но Миля, моя старшая дочь, хочет на нём заниматься. Она уже играет «Собачий вальс», со следующего года она пойдёт ещё в музыкальную школу. Она ещё танцует, занимается бальными танцами. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Всё-таки артистка растёт…  А вам бы хотелось, кстати, чтобы дети стали артистами?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ужасная профессия… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да ну, серьёзно, все так говорят, все родители: «Боже, я не хочу, только не мой ребёнок! Милый, иди в Щуку. Или в ГИТИС». 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я вообще не буду направлять никого, как это можно направлять?  Самое главное, против чего я – против безделья. Вот когда эта лень – полежать, посмотреть, поплевать в потолок – вот я против этого. Я буду бунтовать и орать. Если вдруг ей понравится ботаника, или биология, или разработка сланцевого газа, пусть занимается. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это, мне кажется, перспективно. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Перспективно учить китайский язык!

О.ДАНИЛЕВИЧ: А если она по стопам другой вашей бабушки, станет фармацевтом? Прекрасно? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Станет фармацевтом. Ну, с лекарствами, почему нет. Но лучше, чтобы она нашла где-нибудь месторождение нефти и газа и назвала его Полицеймаковское месторождение, вот и всё. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: И на всю жизнь несколько поколений будут обеспечены. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: И тогда папа будет в старости рад. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ваша прекрасная семья, кроме того, что она настолько разносторонне развита, известна и тем, что все члены семьи жили в одной квартире, все ваши бабушки… 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, это такой фетиш моих родителей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Какой была атмосфера дома? Ругались часто? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Весело было, весело. То ругаются, то мирятся, то крики, то оры… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вот под что вы росли? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Баба Женя кричала моему папе: «Молодой человек, я вас сейчас ударю палкой!». 

О.ДАНИЛЕВИЧ: За что? Баба Женя – это бабушка по маме? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да. А ещё было смешно, что мама была уверена, что мне жрать на ночь колбасу нельзя, и одна бабушка, папина мама, не давала мне колбасу, она же фармацевт, она за диетическое питание. А вторая бабушка совала мне под кровать  бутерброды с колбасой по 2,90.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А говорят, у вас была ещё няня? А зачем вам нужна была няня в этом большом доме, где столько бабушек? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Там была фишка в чём – что она воспитывала моего старшего брата. У меня есть старший брат по маме, он сейчас живёт в Йоханнесбурге, в ЮАР. Она его вырастила. История моей и Юриной мамы потрясающая. Она вышла замуж 19 июня 1941 года, и он ушёл, и его убили в первый день войны. И она больше ни разу замуж не вышла. И она попала в дом Полицеймако в Питере и осталась там на всю жизнь, она даже не получала денег. То есть это была третья бабушка фактически. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Как она к вам попала? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Она же попала в дом бабушки и дедушки. После войны она, видимо, попала, приехала, искала какую-то подработку. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но это не какая-то знакомая вашей семьи?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Знаете, где это находится? Это Воронежская область, Эртильский район, Щукинский сельсовет, село Щучье, Зайцева Варвара Григорьевна. Она умерла у нас дома в 1997 году. Она Юру вырастила и потом стала автоматически приезжать. Она уезжала всегда в апреле сажать огород и в сентябре-октябре приезжала к нам.. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: На зимовку. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Летом вы оставались предоставленными сами себе? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, летом я жёг!

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Михаил, чему вы научились у бабушек, дедушек, няни? Чему они вас научили?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Няне я благодарен, что она меня растила и воспитывала. У бабы Иды, наверное, предельной точности, она очень не любила опаздывать, и папа не любил опаздывать, и я не люблю опаздывать. И, конечно, когда я что-то обещаю и не делаю, для меня это ужас. Потому что некоторые к этому так: «Ну, не пошёл на эфир Говорит Москва и не пошёл. Мне плохо, я не приду». А вот если бы я не пришёл, меня бы совесть ела. Вот это у меня от бабушки осталось.

О.ДАНИЛЕВИЧ: А кто вас больше в доме баловал? ​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ой… Ну, наверное, папа, потому что я же единственный его сын. Он же стал папой в 42 года.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Это прекрасная история про солнышко.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, да, где мой лучик, где моё солнце – говорил он и показывал… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: На себя. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да-да. Много брал с собой на гастроли.  Я помню съёмки по детству, «Миллион в брачной корзине», «Человек с бульвара Капуцинов»… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ой, мне кажется, для мальчиков «Человек с бульвара Капуцинов», оказаться на съёмках... 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Так это было в Коктебеле, где я провёл все детство. Это же было в Тихой бухте. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Но там же построили целый город. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, он деревянный, его построили и разобрали, они смешно ходили купаться. 

О.ДАНИЛЕВИЧ:  Это большие шалаши, хорошо. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Они как-то смешно ходили купаться. Там же были все звезды советского кино, а там жарища, и после смены: «Пойдём?» – «Пойдём!». А там вообще ничего нету, какой-то стоит городок – и дикий пляж. Вы не были в Коктебеле, в Тихой бухте? 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Нет. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Мы когда были на гастролях год назад, даже больше, Симферополь и Севастополь, я так приехал… Чего-то не так… Вроде всё так, как было в моём детстве, вот этот вокзал в Симферополе, но что-то не так. А, российский флаг висит!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Так вот оно что! Вас патриотические чувства захлестнули в этот момент? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да они всё время меня захлёстывают, просто на этом доме я видел советский флаг, и потом огромное количество времени, когда приезжал, там был украинский. И тут всё по-русски написано. И что я сделал? Первый день мы сыграли в Севастополе, это было далековато ехать в свой родной Коктебель. А из Симферополя я рванул. Мы попросили водителя, заплатили ему денег. Я вот приехал прямо в своё детство, думал, что ничего не изменилось – ан нет, там поднастроено домишек, они, конечно, абсолютно засрали море, даже зимой море странного цвета. Я просто там снимался в 2005-2006 году в фильме «Богиня прайм-тайма», был такой сериал. И я снимался за Карадагом. И на один день тоже приехал, типа детство вспомнить. Я увидел салатового цвета море, огромное количество людей, которые купаются. Такое ощущение, что ты купаешься... 

О.ДАНИЛЕВИЧ: В людях.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вот буквально чуть-чуть переехать, в эту сторону или в эту сторону… То есть и в Одессе чистая вода, и в Абхазии чистая вода. А там почему-то было скопление…. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Вы попали в такой момент. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет. Знаете, дочери рисуют краскам, мешают воду, она становится серо-буро-малиновая. Вот таким было море!  Я так: «О, боже мой…». 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А вот в этот раз, когда вы приехали, всё то же самое? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО:  Я приехал в январе, там никого не было. Ну, я просто поностальгировал, ты что..  С 5 до 23 лет каждый год там был. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Вы же там останавливались у одной семьи всё время? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Конечно, мы к ним заехали, побыли у них, естественно, съели яичницу, которую я ел все детство. У нас же была история с Сашкой Телюповым, мы же продавали алычу на побережье... 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Задорого? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, и там начинал уже тренироваться в ток-шоу. Потому что: «Купите у нас алычи, а то налетят басмачи». Я читал стихи, и мы с Саней влёгкую продали вёдер шесть. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Куда потратили? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ой, не помню. Нет, потом мы работали на машинках, извините. Это аттракционы, машинки.. .

О.ДАНИЛЕВИЧ: И что вы там делали? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я ходил билетики собирал. Мне было 13 лет. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мне кажется, вы накатались на всех этих аттракционах..

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Конечно. Я задом умею ездить. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Михаил, я хочу вернуть вас к отцу вашему. Ваша мама однажды сказала, что папа в жизни немного другой человек был. То есть на людях это был человек, который любил шутить,  и чем больше людей, тем лучше, тем громче он шутил. А дома он был довольно молчалив. Вы в этом смысле в папу? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Я не могу себя оценивать. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Потому что вы фонтанируете, а вот дома вы себя чувствуете настолько же энергичным, как сейчас сидите и хохмите нам тут?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: По-разному абсолютно. Ну, я вам тут хо… хо… хохомлю, потому что нас слушает огромная аудитория. Дома я могу помолчать, в принципе. Иногда я зависаю, когда играю в футбол. Но дома тоже, а как? Дома я бодрю детей.

О.ДАНИЛЕВИЧ: Но вы согласны, что дома ваш папа, Семён Фарада, был довольно молчаливым человеком?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, я не могу так сказать. Это вы у моей мамы спросите, позовите её на эфир, это её точка зрения. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Она сказала так в одном из интервью, и сейчас интересно ваше мнение.

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да нет, мне кажется, что всё зависит от степени усталости. Вот я сегодня прилетел утром, зашел в 8.13 домой и упал. Глаза открыл в 12, когда позвонил ваш редактор. Вот и всё. Нет, по мне Соня с Милей попрыгали немножечко, но я это смутно помню, сквозь сон и дрёму. Сейчас поеду перед спектаклем, буду активно разговаривать с ними. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А сегодня вы что играете?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Сегодня играем «Маленькие комедии», это Алексей Кирющенко поставил, у которого я снимался рыжим…. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: С чёрными корнями. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Один из лучших комедиографов, я считаю, Алексей Адольфович Кирющенко, он поставил спектакли «Медведь» и «Предложение», это водевили Антона Павловича Чехова. И играю я с Марией Ароновой и Сергеем Шакуровым сегодня, в 7 часов, в ДК «Салют» на улице Свободы. Так что приезжайте, девочки, я вам сделаю места бесплатно. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Мы же на «Ladies Night» пойдём... 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Так это будет потом, а у меня сегодня спектакль. А завтра у меня спектакль, который я сам поставил, но не потому, что у меня амбиции режиссера, а так получилось. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Не оправдываетесь. А что, амбиций нет? 
М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Режисс\ра? Нет, это очень тяжело, это нервы, это ни в …, ни в Красную армию, орать на всех.. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Строить всех… ой.. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Потом никому ничего не надо же, звук, свет, они же расслабленные люди, вот эти актёры: «Я хочу писать!». Вот эти актрисы. Это я шучу, конечно. Просто я взял на себя ответственность, поставил летом спектакль – и понял, что я не потяну.  Я буду безответственным артистом. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Режиссёром быть слишком сложно? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Нет, можно, но сейчас что происходит? Две «Анны Каренины» снимаются – ну куда третий режиссёр? Я предлагаю просто снять фильм про «Фру Фру».

О.ДАНИЛЕВИЧ: Может, правильное время должно прийти. У нас пришло время рубрики традиционной – пять вопросов и пять по возможности быстрых ответов.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А у нас ещё много вопросов осталось… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Да, к сожалению. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вот оно как!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Ну, потому что мы дали вам площадку говорить, чего уж. Что вы скрыли когда-то от мамы – первый вопрос нашей рубрики. 
М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Что я выпил шампанское в 12 лет у соседа в квартире в 21-й квартире и пришёл домой… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: На рогах. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Не на рогах, но в 12 лет я выпил бокал шампанского, конечно, это же ударило мне в голову.  

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: А мама вас ругала? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ругала. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Била? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это уже следующий вопрос?

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Следующий вопрос, традиционный для всех: с какой блондинкой вы бы могли изменить своей жене? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ни с какой. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Самая большая ошибка в жизни?​

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Доброта моя. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Разве это может быть ошибкой?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Это ошибка, абсолютно. Надо быть жёстким, наглым и циничным в этом мире.

О.ДАНИЛЕВИЧ: В этом мире или в этой профессии?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Вообще в этом мире.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: У кого бы вы попросили прощения? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Ну, конечно, у папочки своего, который 9 лет лежал с инсультом, и стране было абсолютно насрать на народного артиста. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: А вы за что просите прощения?

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Потому что я мог бы сделать больше для него, наверное. Просто у меня уже и сын был, и дочь, и я разрывался, ездил зарабатывал деньги на эти реабилитационные. Он мог бы просто дольше прожить. Понятно, что он бы не вернулся к работе, он бы просто прожил. Я восхищаюсь Поргиной, и мне плевать, что про неё говорят, она и Караченцев в прекрасной форме. Они были недавно у меня на спектакле, я счастлив, что дядя Коля Караченцев, которого я знаю с детства, был у меня на «Приворотном зелье» и на «Маленьких комедиях». Я этим горжусь. 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Кто ваш лучший друг? 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Мой лучший друг – это моя жена, Лара, потому что без этого просто не бывает ничего. 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Спасибо большое. Спасибо, что нашли время, и пришли, и проснулись. Михаил Полицеймако был у нас в гостях. 

М.ПОЛИЦЕЙМАКО: Да, друзья, спасибо вам большое, Михаил Полицеймако на радио Говорит Москва, 94.8 ФМ.

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Ольга Данилевич… 

О.ДАНИЛЕВИЧ: Екатерина Звягинцева… 

Е.ЗВЯГИНЦЕВА: Через неделю услышимся. Пока!

О.ДАНИЛЕВИЧ: Пока!